Глава 41

Стивен Мозг Стивена Картера покидает здание. Вся эта дурацкая вечеринка, мутный диалог с отцом, провокации Итана, прилипчивая Пристли, алкоголь вперемешку с возбуждением, а заодно и хронический недосып после напряжённой рабочей недели дружно ударили по команде моих здравомыслия, хладнокровия и невозмутимости. Как только прикасаюсь к Реми, слетаю с катушек. Мне дико нравится доводить её до оргазма всеми доступными способами. Она так крышесносно кончает, что я готов смотреть и смотреть… Хотя. Кого я обманываю? Принимать в этом непосредственное участие – вот что мне действительно нужно. Пресекаю её слабые попытки притормозить, потому что больше нет ни сил, ни желания ждать до дома. После первого захода мельком оглядываюсь в окно и замечаю, что мы в плотном вечернем потоке в противоположной от Чарльзтауна стороне. Значит, у нас есть ещё минимум четверть часа, которые можно провести крайне увлекательно. Откидываюсь на спинку сиденья, расстёгиваю ремень, ширинку и расчехляю болезненно ноющий стояк. – Иди сюда, – тяну меланхолично улыбающуюся Реми за локоть и усаживаю на себя. – Ты серьёзно?.. – Как никогда, – задираю платье, сдвигаю вбок её мокрые трусики и провожу головкой члена по блестящим складкам. – А если нас заметят?.. – А мне плевать. Реми не то хихикает, не то мурлычет, но уже не пытается отговорить меня. Сжимаю обеими ладонями её талию и тяну вниз, пока из её рта не вырывается тихий стон. Мы оба замираем ненадолго, и я еле сдерживаюсь, чтобы не завыть от кайфа ощущать тугую узкую плоть, в которой никого кроме меня никогда не было. Реми – моя первая девственница. Осознание этого простого, но с другой стороны ценного факта заставляет кровь бурлить. Запускаю пятерню в её взлохмаченные волосы и надавливаю на затылок. Машина в этот момент входит в поворот, и Реми, не удержавшись, падает грудью на меня. Мы чудом не расшибаем друг другу носы и глупо смеёмся, как укуренные подростки. Хотя… Ей в силу юности простительно. А я позорно плыву, как последний идиот. Ловлю ртом её тёплые губы, правой рукой обхватываю ягодицу и начинаю двигаться. Реми возбуждённо выгибается, приподнимая свою аппетитную попку, по которой так и хочется звонко шлёпнуть. Но я из последних сил сдерживаюсь, потому что двое мужиков на передних местах и так знают слишком много. На ощупь шарю по спине Реми и вслепую дёргаю за язычок молнии. Узкое платье соскальзывает с её груди, открыв мне доступ к твёрдым колким соскам розового цвета. Покрывая влажными поцелуями бархатистую кожу, сдвигаюсь всё ниже по шее к ключицам и высокой подрагивающей груди. Облизываю нежные ареолы, с диким сожалением отказываю себе в удовольствии прикусить горошинки сосков, чтобы не сделать ей больно на какой‑нибудь внезапной кочке на дороге. Просто втягиваю в рот и заигрываю языком с чувствительными горошинками. Реми сдавленно стонет и, расслабив мышцы, позволяет мне войти в неё до упора. Снова впиваюсь пальцами в податливые ягодицы и вжимаю её в пах. Втягиваю носом дьявольски соблазнительный запах её кожи, уже почти рычу, уже почти готов сожрать её. Я хочу всю Реми. Целиком, до последней клеточки. Хочу делать с ней то, чего никто никогда не делал. Хочу, чтобы она краснела, жмурилась и кусала губы при одной лишь мысли о том, что происходит между нами. Хочу её жадно, хищно и непозволительно развратно. Я хочу обладать её телом. Я заберу её душу. Или она сама мне её отдаст. Иначе зачем мы всё это… Чёрт! Еле успеваю высвободиться в последний момент. Сперма разбрызгивается и на мои джинсы, и на кожу Реми, и на край сиденья. Матерюсь в голос и тут же пьяно смеюсь, запрокинув голову. Она смеётся в унисон и целует меня в подбородок. Эта девчонка лишит меня разума. Молю только об одном: как бы не пожалеть о содеянном… Кое‑как приводим себя в порядок, если это вообще можно так назвать. Последний раз целую Реми в губы, приглаживаю её волосы и, расслабившись, нажимаю кнопку на подлокотнике. Перегородка опускается. – Будем на месте минут через пять‑семь, – не оборачиваясь, произносит Рэй. – Хорошо. Заезжайте во внутренний двор. Тим молча кивает. Тишину теперь нарушает только тихий мурлыкающий звук мотора. Я смотрю в окно и на ощупь нахожу ладонь Реми. Наши пальцы сразу же переплетаются, и этот жест на удивление такой… гармоничный? Как будто мы делали так миллион раз. Изнутри меня сжирает слепое выстраданное стремление заполучить Реми как можно скорее. Утонуть в эндорфинах и забить на весь мир. Но через минуту я промаргиваюсь и беру себя в руки. Нельзя, Стиви. Не сейчас. Она ещё сама до конца не понимает и не принимает эти эмоции. А мне нужно успеть решить с полсотни вопросов к моменту дня «Икс». * * *Реми Я определённо схожу с ума. Кроличья нора утягивает меня всё глубже, а дна до сих пор не видать. Факт того, что я позволила себе непозволительное, леденит кожу и вышибает из мозга остатки и так не самого грандиозного здравомыслия. Я хочу кричать, рыдать и хохотать одновременно, но неподвижно сижу рядом со Стивеном, пока он сжимает мою ладонь. Это любовь или влечение? Я ищу спасение в своём похитителе? В человеке, который в том числе вот так запросто перечеркнул мою жизнь и теперь намерен переписать её заново? А может, он любит? Пелена эйфории испаряется, и мне становится жутко страшно. Страшнее, чем в тот день, когда Стивен выволок меня из родного дома. Воспоминания, которым нет и месяца, стягивают горло колючей проволокой, не давая сделать вдох. Я пытаюсь прокашляться, а перед глазами возникает бутылка питьевой воды. – Всё хорошо? – Поперхнулась, – не глядя на Стивена, беру воду и делаю несколько мелких глотков. Минуту спустя машина въезжает во двор мимо массивных кованых ворот и плавно притормаживает у широких ступеней. – Оставайтесь на периметре, – Стивен бросает единственную фразу и сам выходит из «Мерседеса», а потом протягивает мне руку. Только оказавшись в спальне, он с подозрением опускает взгляд на мои ноги: – Почему ты босая? – Э… – задумываюсь на несколько мгновений и наконец‑то вспоминаю: – Боже, я забыла туфли в машине. – Понятно, – Стивен хрипло смеётся и, расстегнув пуговицы, стаскивает рубашку. – Пойдём. – Куда?.. – не могу заставить себя перестать пялиться на его шикарное тело, на гармоничный рельеф мышц, загорелую матовую кожу и полоску тёмной растительности, уходящую под край джинсов. – В душ, куда же ещё? Вздыхаю и делаю шаг назад. – А нам… нам обяза… – Реми, у тебя всё хорошо? – Нет. Да. Э… Не знаю. Стивен хмурится и бесшумно надвигается на меня. – Ты перестаралась с шампанским? Могу одолжить пару таблеток. – Нет. Это не шампанское.