Глава 65

Реми «Полчаса назад сердце Итана остановилось. Врачи ничего не смогли сделать. Похоронами будут заниматься люди Дэвида». – Охренеть… – выдыхаю, тупо уставившись в пустоту. – Что там? – Эйв… Кажется, я овдовела… Рири спотыкается о край ковра и только чудом не падает мимо дивана. – Да иди ты! Итан всё? – Полчаса назад. – Поделом ему. Нехрен было вытворять всякую дичь! Надо же до такого додуматься – проиграть человека в карты! Знаешь, мне его ни чуточки не жаль. Жил как мудак и умер по‑идиотски! – Ну… – обхватываю себя правой рукой, а левой прикрываю глаза. – Может быть, в твоих словах есть смысл. Но я… я никогда не думала, что всё обернётся вот так… – Главное, что теперь тебя ничто не связывает с худшей частью клана Картеров, – Эйвери хватает меня за руки и тянет вперёд, чтобы я встала. – Надеюсь, этот мерзкий старикашка остаток жизни проведёт в сожалениях о содеянном. В какой‑нибудь ужасно далёкой и грязной тюрьме! – Эйв, ты меня пугаешь, – растерянно улыбаюсь, потому что впервые вижу свою романтичную подругу в настолько кровожадном настроении. – Ты не представляешь, как я зла из‑за происходящего. Всё это сборище бесячих мужиков, которые считают, что вправе вот так запросто решать судьбу ни в чём не повинной девушки! Знаешь, Реми, я считаю, это заслуженная кара! – она отсекается, заметив мой потухший взгляд. – Ну… Не для всех, конечно… Чёрт, прости. Я не хотела, чтобы это звучало и по отношению к Стивену… Прости, я болтливая идиотка, – Эйвери стучит кулаком по макушке. – Да всё нормально, – обнимаю её, тяжело вздохнув. – Ты права… Они возомнили себя небожителями, которым можно творить чёрт‑те что. – Спа‑день в силе? – Конечно. * * *Реми Никакого желания присутствовать на похоронах муженька у меня нет и в помине, но Джерри настаивает, мотивируя это публичным проявлением человечности в противовес зверствам Дэвида Картера. Логики я тут не вижу, но разве моего мнения в последние месяцы хоть кто‑то спрашивал? Хуже всего то, что придётся снова находиться в непосредственной близости от «любимого» свёкра. За время с момента моего последнего визита в суд Дэвид подсдал. Осунулся и постарел на несколько лет. Горделивая походка хозяина жизни куда‑то исчезла, как и надменный вид, полный категорического превосходства. «Так тебе и надо! – Мысленно злорадствую, провожая взглядом его фигуру, зажатую между двумя сотрудниками ФБР. – Ты забрал у меня Стивена, а Бог в отместку забрал твоего родного сына. Спорим, ты не ожидал такого исхода, когда избивал моего отца и приказал выкрасть меня из дома?» Сил торжествовать у меня, разумеется, нет. Но мрачное удовлетворение накрывает с головой. В этот раз присутствующих значительно больше, чем в прошлый. Но основная масса мутных парней смахивает не на горюющих товарищей, а на оставшихся без выгодного клиента драгдилеров. Я до последнего ждала появления Саманты, но, судя по всему, после цирка в ночь стрельбы ей хватило впечатлений об истинной дрянной натуре сожителя. Или она просто боится. Да и плевать. На её месте я бы тоже не пришла. Какие‑то сочувствующие в итоге находятся и даже произносят траурные речи, стоя неподалёку от гроба. Я принципиально не вслушиваюсь. Хочется поскорее убраться с кладбища и залезть под горячий душ, чтобы смыть с себя впечатления этого дня. Очередь доходит до Дэвида. Неловко поднявшись со скамьи, он плетётся к гробу и бесконечные пять минут рассматривает мёртвого сына. Невольно представляю, какие мысли роятся в сознании человека, у которого меньше месяца назад было всё. По‑королевски украшенный траурный зал наполняется диким воем отчаяния. Вздрагиваю от неожиданности и прижимаюсь к плечу отца. – Они заплатят!!! Все эти ублюдки сдохнут самой мерзкой смертью! Клянусь, сынок. Они ответят за твою гибель! Никто не… – хриплый баритон Дэвида внезапно прерывается, а сам он тяжело оседает на пол и заваливается на бок. Гости подскакивают с мест. Никто ничего не понимает. Один из агентов властно вскидывает руку и по рации передаёт запрос на вызов скорой помощи. Организатор в панике мечется между взволнованной толпой и представителями закона, пока второй агент не повышает голос с беспрекословным требованием освободить зал. – Какой кошмар… – отец подхватывает меня за локоть и спешно уводит к стене подальше от основной массы людей. – Пап, он что, тоже умер? – Сомневаюсь. Может, сердце прихватило. – А оно у него есть? – Милая, я всё понимаю, но давай обойдёмся без чёрного юмора. Особенно на кладбище. – Прости, пап, – прячу лицо у него за спиной и тактично жду, когда гости освободят траурный зал. Мы выходим последними. И скорая, и два дополнительных полицейских патруля уже паркуются на подъездной аллее. Адвокат и другие помощники Картера‑старшего о чём‑то громко переговариваются с полицейскими и агентами. На удивление небо над городом наконец‑то очистилось, и солнце расщедрилось на осеннее тепло. – Дойдём до могилы Стивена? – притормаживаю и с мольбой смотрю на отца. – Может, лучше завтра? После недельного ливня ты рискуешь завязнуть среди памятников. Всматриваюсь в очертания кладбища и тени среди деревьев. Тропинки действительно во многих местах превратились в болото. – Пожалуй, ты прав…