Глава 20

На следующий день мы с Улькой крепко разругались за завтраком. Мышь настаивала на встрече с Фальком, я же отнекивалась и всячески пыталась доказать, что не собираюсь участвовать в этой безумной затее.

— Воссоединение семьи — вещь личная и чужого присутствия не терпит, — намекала я.

— Ты сможешь подобраться поближе и заново приворожить, — уговаривала летучая. — Айна, не знаю почему, но наш приворот не сработал. Очевидно, что нужно попытаться еще. Мужик тебя на дух не переносит.

— С чего ты взяла?! В прошлый раз мы мило пообщались.

— Ну да! — мышь взяла в лапки печеньку и скептически ее осмотрела. — Как ты думаешь, ради тебя он сбежит из-под венца?

— Уля, ты невозможная шантажистка. Ну не сбежит, ясно же. И что?!

— А то, — мышь глубокомысленно пропищала, — что привороженный объект и думать ни о ком другом не будет. Даже прикасаться к другой женщине ему будет больно...

Я раздраженно отставила чашку кофе. Пить резко расхотелось, и как бы ни было противно слушать фамильяршу, она в который раз оказалась права.

Нужно взяться за Арнольда со всей серьезностью моих ведьминских сил. Вот прямо сейчас пойду читать этот дурацкий талмуд про привороты.

— Вестника дурных новостей раньше вешали, — намекнула я, вставая. — Дядюшка очень своеобразный. Не проклянёт ли меня Фальк?!

— Ты, главное, попробуй. Подберись поближе и сделай ритуал. А если в это время твой мужчина будет сбит с толку и размышлять о вновь приобретенных узах, тебе же на руку! Легче приворот ляжет!

— Он не мой, — вяло отмахнулась я и заперлась в своей спальне.

К обеду дело изрядно продвинулось. Пролистав толстый талмуд и повздыхав на судьбу о несправедливости жизни, я остановилась на одном забавном ритуале приворота. Для исполнения требовалась всего одна личная вещь, но долго бывшая в употреблении, и длинный заговор, произнесенный вслух.

С заговором затыка не возникло, выучила его быстро и даже два раза повторила перед зеркалом. Улька тихо похрюкивала из-за угла, наблюдая за мной, но в процесс не вмешивалась.

Радовалась, вестимо, что ее хозяйка взялась за ум.

С личным предметом явно следовало поспешить.

— Поеду в главный офис его банка, — решительно сообщила Ульке, — даже если его не будет на месте, прошмыгну в кабинет и возьму какую-нибудь вещь.

— Отлично! — одобрила фамильярша. — Накрась губы поярче и надень корсет.

— Это еще зачем?

— Чтобы он не вызвал полицию, — пискнула фамильярша и вылетела из комнаты.

На всякий случай я последовала ее совету. Достала праздничный зеленый  корсет с черной отстрочкой, зеленую парчовую юбку пол. Вообще комплект покупался мною для торжественных случаев, таких как первый шабаш и ввод в ведьмовской круг. Но сегодня я отчего-то слегка нервничала, возможно, перед встречей с Фальком, поэтому решила предстать перед объектом приворота во всеоружии.

Красной помадой накрасилась на автомате, духами воспользовалась — просто, чтобы было.

— Как на свидание собираешься, — прокомментировала Улька и возвела черные бусинки к потолку. — Сегодня он должен стать нашим.

Пока я ехала в душном метро и месила грязь по дороге к офису, подсознательно мечтала, чтобы его не оказалось на месте. Меня охватила неясная тревога, и я не могла отдать себе отчет почему.

Пусть банк и его детище, но управленцам необязательно находиться в четверг днем на рабочем месте. Пошел бы в боулинг поиграл, или в гольф.

В сауну, в баню, в караоке... Я невидимкой проскользну мимо его секретарши и возьму ручку или карандаш с рабочего стола. Прочту заклинание, и моя миссия будет выполнена.

Третье задание, почетный ввод в полноправные ведьмы. Джули переключится на другого ученика, и я даже книгу Ксенону смогу спокойно вернуть. Никакая Зофия не разобьет мои планы.

Вход в административную часть банка охранялся двумя могучими охранниками и пропускными барьерами. Люди в строгих костюмах ходили взад-вперед, здоровались с охранниками и прикладывали магнитные пропуска. На меня никто не обращал никакого внимания.

«Время — деньги» — вспомнила я, и расправила на себе юбку. Видеться с Арни хотелось всё меньше и меньше, но довести начатое до конца — мой прямой долг. Нельзя увиливать.

Я состроила самую милую мордашку, на какую только была способна, и меня тут же пропустили — даже не пришлось применять заклинания. Обошлась природным ведьминским очарованием.

Оставалось подняться неизвестно на какой этаж на лифте и нагло вломиться в кабинет.

Я перехватила за локоть молодую девушку-стажера на вид лет восемнадцати, чье лицо мне показалось намного дружелюбнее прочих, и проникновенно спросила:

— Не подскажете, где кабинет господина Фалька?

— Третий этаж, в конце коридора, — пискнула девчушка и побежала по своим делам.

Даже не спросила меня, кто я такая и на кой черт мне понадобился генеральный. Или он акционер? Забыла я что-то...

И тогда, поднимаясь на третий этаж в переполненном лифте, шагая по  импровизированному коридору в опен-спейсе, я заметила крайнюю напряженность людей.  Движения рук, взвизгивающие интонации, падающие мимо стола документы... Сотрудники здесь, на третьем этаже, были подозрительно нервными и напряженными.

Разумеется, я и раньше встречалась с занятыми банковскими служащими, норовящими послать тебя подальше и на подольше, но сегодняшняя обстановка отдавала совсем другим — страхом и тревожностью.

Я перешла на магическое зрение и сканировала ауру встречающихся людей. Темно-синие и фиолетовые всполохи вперемешку с черными нитками — злыми мыслями, обращенными к себе или полученными проклятиями, пестрели над головами каждого второго.

К горлу подкатила тошнота, и стало трудно дышать. Я еще плохо умела отгораживаться от негативных эманаций, так что первым делом, ворвавшись в приемную Фалька, я подскочила к кулеру с водой и налила себе полный стакан воды.

— Простите, вы кто? — нервно вскрикнула секретарша, но я пила большими глотками, не останавливаясь.

Передо мной предстала высокая худая девушка с пепельными волосами. Вид у нее был крайне смущенный.

— Вы по записи? Приходите в другой раз, господин Фальк отменил все совещания сегодня.

— Очень хорошо, — ставя стакан на кулер, я постаралась выровнять дыхание, — я на секундочку.

— Но он не принимает, — умоляюще сложив ручки, девушка понизила голос: — У него изменились планы, понимаете?

— То есть он здесь? — неприятно поразилась я.

Вот невезуха! Ну почему он «не принимает сегодня» в каком-нибудь другом месте?! Нормальный руководитель слинял бы с работы и не мучил бы ни секретаршу, ни персонал.

Теперь я начинаю понимать, почему все бегают такие озабоченные. Когда неясно, что может потребовать в следующую секунду шеф — это всегда страшно.

— Да, — шепотом ответила девушка, косясь на тяжелую дверь темно-коричневого цвета.

— Тогда стойте тут и никого не впускайте! — отряхнула юбку и поправила прическу. — Если будет кричать, тоже не заходите. Стойте как на баррикадах! У меня дурные вести...

— А может, не надо? — нижняя губа у девушки предательски дрогнула, и мне стало ее жалко.

Изверг и тиран ее начальник — к гадалке не ходи.

— Отомщу за себя и за вас, не переживайте, — великодушно пообещала я, берясь за дверную ручку.

Лицо у секретарши вытянулось.

— А вы, простите, кто?

— Ведьма я. Ведьма. Очень вредная и опасная, — послала девушке широкую улыбку и решительно ворвалась в кабинет.

В мой нос почти сразу ударил запах сигаретного дыма. Даже леденящий душу кондиционер, явно настроенный на вызов тайфуна, не спасал. У окна, спиною ко мне, развалился в кожаном кресле Фальк. Он курил, попирая все нормы закона и морали, и, судя по горе окурков, с самого утра.

Скукоженные плечи его были напряжены. В правой руке — телефон. Мужчина внимательно слушал собеседника и изредка кивал.

Когда он решил ответить, видимо, на вопрос, голос его прозвучал хрипло и взволнованно:

— Говорю вам, повторяется снова и снова. Как вы это объясните?.. В психоанализе есть что-то на эту тему? Нет, ответьте уж вы мне... Послушайте, Сергей, вы — дипломированный специалист, а не я... Осталось мало времени, я хочу разобраться.  Почему меня качает из стороны в сторону?... Да, именно... То люблю, то ненавижу... Раздвоение личности. Я, кажется, ответил на все ваши вопросы...

Собеседник что-то долго и вкрадчиво объяснял Фальку, но мужчина всё также сидел напряженный и словно сбитый с толку. Глядел в широкое, во всю стену стеклянное окно и молчал.

Постояв в дверях и подождав для приличия минуту, я кашлянула.

— Курить вредно, — негромко произнесла я, и Фальк резко крутанулся в кресле.

Надо было видеть, как округлились его глаза, как полезли на лоб брови! Столько искреннего, неподдельного удивления я давно в своей жизни не встречала.

— Перезвоню позже, — бросил он в трубку и отключился.

— И давно ты завел себе психолога? — ласково спросила я, присаживаясь на стул. — Женитьба покоя не дает?

Он побледнел, и я мысленно поздравила себя с резко возросшей проницательностью. Всё-таки делаю успехи на этом поприще. Ура-ура, спасибо, Серан!

...Мы находимся недалеко друг от друга, всего в нескольких метрах. Но Фальк смотрит на меня так, словно я спустилась с Луны. А еще мое платье сшито из крови девственниц, а из глаз льется желтый свет.

Я не сдерживаю издевательский хмык. Каким бы ни был самоуверенным сидящий передо мной мужчина, сейчас он вступит на зыбкую почву. Это я обещаю!

Его рука с сигаретой промахнулась мимо пепельницы. Фальк чертыхнулся себе под нос и только со второго раза раздраженно вмазал сигарету куда положено.

— Что ты тут делаешь?!— вместо приветствия произнес он. — Ты... клиент нашего банка?

Я демонстративно помахала перед носом рукой.

— Пришла проведать, волнуюсь за твое здоровье. Кхе-кхе, оно явно не улучшается...

— Здоровье? — ошеломленно повторил он, но тут же взял себя в руки: — Хорошо, что заглянула, — Фальк наклонился к телефону и, нажав кнопку на селекторе, произнес: — Елена, скажите АХО, чтобы принесли метлу. Обычную, подметать. Любую метлу... Пусть принесут сразу несколько... И швабры. Нет, у меня ничего не упало и не разлилось. Елена, вы забрали чашку из под кофе час назад. Да, Елена, все швабры и метлы банка в мой кабинет. Срочно.

Он отключился и, не моргая, уставился на меня.

— Вернешь долг? — вежливо спрашиваю.

Тот кивает, уже отрешенно. Перед его глазами расстилается пелена, загораживающая личные чувства. Что ж, превосходно. Я тоже умею валять дурака.

Мое желание не лезть в личную жизнь привороженного объекта испарилось. Захотелось досадить этому невежливому типу. Удивить его. Выбить из колеи еще больше. Сама не знаю, почему меня задевает его равнодушие. Пусть лучше злится, чем игнорирует или отмахивается, как от надоедливой мухи.

— На самом деле я по личному делу, — доверительно понижаю голос, — Но не по своему. Но по личному.

— Объясняйся яснее, — говорит он и сцепляет пальцы в замок.

— Тоже мне, Мориарти, — фыркаю я и стараюсь дальше говорить очень ласково. — Дело вот в чем, Арни: ко мне недавно заявилась твоя родня. Попросила организовать с тобою встречу, а когда я отказалась, натравила на меня целое кладбище зомби.

Как же приятно наблюдать шокированного Фалька! Бальзам на мою израненную душу...

— Что?!.. — не понял он. — Кто отравил?

— Родня твоя... натравила, — с удовольствием повторила я, констатируя факт, что маска отрешенности с Фалька слетела и с толку я его все-таки сбила. — И она, то есть он, твой дядюшка Эндрю мечтает сжать тебя в своих родственных объятьях. Но несколько боится. В общем, за зомби ему еще с Тами расплачиваться, а я его простила. Потому что после встречи с Тами его останется только пожалеть...

Фальк несколько раз удивленно моргнул.

— Кого пожалеть?

— Дядюшку твоего, — мило пояснила я и невинно похлопала ресничками. Зря, что ли, красила? — Есть вероятность, что ты потеряешь его, даже не успев обрести. Хотя, если объективно сравнить шансы, Тами — молодая ведьмочка, а Эндрю — опытный колдун... Возможно, некромант, раз так быстро смог поднять целое кладбище... Не само же оно тогда встало поприветствовать нас... — я фыркнула. — А сможет ли одна ведьмочка, хоть и слишком возмущенная, выстоять против боевого старого некроманта? Это вопрос, над которым нужно хорошенько подумать...

— Стой-стой! Подожди! — Фальк в панике воздел руку. — Ничего не понимаю. Какой некромант, какая ведьма?! Ты меня разводишь?! Ты телеведущая ток-шоу? Где камера?...

Несколько секунд я рассматривала его побледневшее и крайне взволнованное лицо. Перешла на ведьмовское зрение.

А он и вправду осунулся, плохо спит. И аура нестабильная... Заболел, что ли? Из носа не льет, на температуру не похоже... Откуда такой упадок сил? Неужто, действительно из-за свадьбы переживает?

— Я ему говорила, что будет трудно. А он не верил. И Улька, серая, не верила...

— Кто это? — зачем-то решил уточнить Фальк.

— Мышь моя, летучая. Я вас потом познакомлю...

— Не надо! — искренне открестился он. — Слушай, Айна. Забирай хоть все метлы из банка и уходи. Я не в настроении выслушивать твой бред. Я даже не знаю, почему я до сих пор его слушаю и не вызвал охрану.

— Потому что ты в меня влюблен, — хитро улыбнулась я и подмигнула. — А чтобы закрепить это чувство, ну или чтобы ты мне признался, я пришла сюда.

— Бред! — очень энергично Фальк потряс подбородком, как бы показывая, насколько я не попала в точку. — Я ничего не чувствую, кроме раздражения.

Он нервно нажал на кнопочку на селекторе:

— Елена, я устал ждать метлы...

— Они уже тащат, — почти прокричала девушка, жутко испуганная. — Пять минут подождите, пожалуйста...

Фальк нахмурился и отключился. Молча откинулся в кресле и скрестил на груди руки. А я тем временем наклонилась вперед и осматривала его рабочий стол на предмет подходящего объекта... Раз мужчина не признается в любви, значит, он и не влюблен. Плохо дело. Нужно провести еще один приворот. Иначе мне крышка!

— Вот эта штучка мне подойдет! — радостно вскрикнула я и схватила со стола черную перьевую ручку. — Тебе не жалко мне ее подарить?

— Она стоит, как кованые ворота, — сквозь зубы произнес он.

— Фу, какой ты мелочный! — я надула губки. — Если так дорога, верну через неделю...

— А, забирай! — нелюбезно махнул рукой он. — Бери что хочешь! И уходи... Где эти чертовы метелки?!

Деликатный стук в дверь отвлек его от селектора, и мужчина крикнул: «Войдите!». Теперь я понимаю, отчего народ такой нервный... Рыба тухнет с головы, а работники — перенимают настроение начальства.

Двое мужчин принесли нам три дворовые метлы и несколько разнокалиберных швабр. Расставили все это вертикально у свободной стены. Даже ведро желтое притащили, видимо, не понимая толком, зачем шефу в кабинете всё это богатство.

— Оставьте, уходите, — жестко приказал он, и сотрудники молниеносно удалились, послав мне сочувственные взгляды.

Что ж, раз мне принесли выкуп за мою покорёженную метлу, нужно хорошенько осмотреть товар и выбрать подходящую компенсацию.

— Выбор невелик, — в задумчивости я подошла к трем метлам. — На швабрах летать — дурной тон, да и тяжелее они подымаются... Из этих троих вот эта вполне... На мой вкус. А Джули, наверняка, заметит подмену... Но ничего не поделаешь...

Фальк не стал комментировать, а снова сел в закрытую позу.

— Так что мне передать твоему дяде, если встречу? — невзначай спросила я, трогая древко метлы. — Хочешь с ним познакомиться?

— У меня нет дяди, мать и отец были единственными в семье, — грубо ответил он мне. — К сожалению, они оба умерли. Бери метлу и выметайся.

Я схватила приглянувшуюся и развернулась к нему. Сузив глаза, попыталась рассмотреть ауру мужчины подробнее. Он устал, раздражен и измотан. Ненависти ко мне не питает, что уже хорошо. Стоит ли его морально добивать? И так ли уж я хочу воссоединить родственные души?

— Ладно, я уйду. Но сначала открой окно, — ласково попросила я, перехватив метлу поудобнее.

— Там третий этаж, не дури.

— Открой окно, и я тебе кое-что покажу...

— Ты сумасшедшая? Как же я сразу не догадался! — он потянулся к селектору. — Елена, вызовите срочно охрану в мой кабинет...

— Дурачок, — я перехватила ногами метлу и плавно взмыла под потолок, — я не собираюсь проходить мимо твоих нервных подданных. Открой окно!

Трубка выпала у него из рук, и он, пораженный, уставился на меня.

— Теперь ты понимаешь?!

Я пролетела вперед, сделала кружочек по кабинету и приземлилась прямо на его стол.

— Твой дядя очень сильный колдун. Настоящий. Он хочет с тобой познакомиться. И есть у меня предположение, что и ты — не без способностей...

Вместо ответа он молча повернулся и на всю распахнул окно. Я спрыгнула со стола и подошла к раме. Жаль, не в мой рост, придется пригнуться.

— Аривидерчи! — махнула рукой я и приготовилась лавировать.

Спускаться не буду, а, пожалуй, пролечу вон над тем серым зданием и взмою в небо. Лететь полчаса, не дольше, до дома доберусь быстро...

— А вам можно показываться людям? — в спину спросил Фальк.

— Прямого запрета нет. А к людям ты не относишься, — уверенно ответила я и оторвалась от окна.

Метелка слушалась прекрасно. Она ожила, обрела новый смысл существования.

На ходу я прошептала заклинание отвода глаз, взмыла на уровень четвертого этажа, потом еще выше... Ветер бил в разгоряченное лицо, и я непонятно чему дико радовалась...

Смогла выбить его из колеи, смогла доказать правдивость своих слов. Он поверил, и это — без сомнения... Вряд ли он позвонит своему психологу и спросит, что значит летающая девушка в его кабинете.

Как рациональный человек, он должен был понять — магия существует... Непознанное и экстраординарное живет где-то рядом, существует, пусть даже вопреки его желанию...

Я улетела, не оборачиваясь. Взгляд Фалька жег мне спину, я знала, что он долго смотрел мне вслед.