Глава 31

МИЛА.

Ничего себе поворот!

Я весь вечер не нахожу себе места. Жду его. Переживаю.

А он заявляется не один, а со своими дружбанами.

Судя по их вытянувшимся лицам, они меня тоже не ожидали увидеть.

Неужели Барсов не рассказал друзьям, что я живу у него? Не похвастался? И не нажаловался?

Почему скрыл тот факт, что я рядом с ним?

Стыдится?

Или… бережёт?

— Здравствуйте, – выпрямляю плечи перед мужчинами и кидаю на хозяина осуждающий взгляд. Хоть бы предупредил, а он…

Ой, а что это с ним?!

Во все глаза смотрю на грязное лицо, рваную одежду и…

Это что, кровь?!

Попытка Барсова прикрыть её пиджаком провалилась, и я от ужаса подношу ко рту ладонь.

— Что случилось? – делаю шаг к Яну, но он вдруг отходит к стене и отворачивается.

— Всё нормально, – бросает через плечо. — Мила Андреевна, у нас гости. Невежливо их игнорировать.

Поворачиваю голову к мужчинам и сдвигаю брови. Приглядевшись, замечаю, что потрёпанный вид у всех, но намёки на что-то серьёзное отсутствуют.

Кроме босса…

— Я пойду переоденусь, а вы пока располагайтесь, – воспользовавшись минутной заминкой, Ян быстро от нас сбегает.

Хочу последовать за ним, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке, но его друзья тут же активно начинают привлекать к себе моё внимание.

Сердце тревожно сжимается от нехорошего предчувствия.

Что произошло?

Босс только-только оправился от аварии, заработав на груди большой шрам, а тут новая травма.

Нет, я должна посмотреть, что с ним.

Пока мужчины активно разуваются, намереваюсь под шумок слинять, но меня тут же хватают под руки с обеих сторон и с улыбками на лице ведут в гостиную.

— Вы отлично выглядите, Мила Андреевна! – подмигивает Березин.

— Эээ… — робко пытаюсь отодвинуться.

— А мы и не знали, что вас выписали! Как здоровьице? – с другого уха спрашивает Богатырёв. – Вы нас всех изрядно напугали!

— Я… эээ… — мотаю между ними головой, начиная закипать.

— Вы уж извините, что нагрянули, не предупредив… — шагает передо мной Леванов. – Просто у нас есть традиция собираться вместе, когда транслируют какой-нибудь крутой матч…

— Я не…

— Но ради вас, Мила Андреевна, – талию обвивает наглая рука и прижимает к мужскому боку, — мы готовы сделать исключение и разбавить нашу мужскую компанию такой красавицей, как вы!

Что за…?

— ОТПУСТИТЕ МЕНЯ! – рявкаю я, не выдержав такого давления и, растолкав локтями этих прилипал, со всех ног бегу к боссу.

— Стой! – прилетает в спину, но я, успевая дёрнуть ручку двери на себя, влетаю в комнату Яна и захлопываю её за собой.

— Они… они… — сбившееся дыхание после резких движений отзывается болью в лёгких, и я начинаю закашливаться до слёз.

— Тише-тише! – шепчет голос Барсова, и знакомые руки мягко поглаживают по спине. – Иди сюда. Надевай маску и дыши! – меня укладывают на кровать и включают ингалятор. — Сейчас пройдёт…

Дышу лечебным паром через маску и постепенно успокаиваюсь. Босс сидит рядом и ласково гладит меня по голове.

Прохожусь по нему пристальным взглядом и замечаю, что он уже переоделся в чистую одежду и вытер с кожи грязь.

— Лежи тут, я сейчас вернусь, – сдавленно говорит Ян, чувствуя мой проницательный взгляд. – Мне нужно сходить в ванную… — и подозревая, что я могу вцепиться в его руку, чтобы остановить, резко встаёт с кровати. На секунду его лицо искажается от боли, но я не успеваю даже пошевелиться, как мужчина уже отворачивается и уходит.

Он отсутствует около десяти минут, и за это время я уже могу равномерно дышать, чтобы первым же делом спросить его:

— Что происходит, Ян?

— Всё хорошо, милая, – натягивает на лицо обворожительную улыбку. – Мне льстит, что ты волнуешься, но не нужно этого делать.

— Ты серьёзно? – сердито уточняю я. – Ты возвращаешься домой весь в крови и это называешь «хорошо»?

— Не выдумывай, Вольская. Какая кровь? О чём ты?

— Покажи живот, – подскакиваю к нему и пытаюсь задрать чёрную футболку, но босс проворно уклоняется и хватает меня за запястья.

— Эээ, нет, красавица! – подносит мои руки к своим губам. – Не сегодня, – целует костяшки и прижимается своей довольной улыбкой к моей ладони.

— Не устраивай цирк, Барсов. Оголи живот, – отвечаю сквозь зубы.

— А что мне за это будет? – ухмыляется, прикусывая мне мизинец.

— Ничего тебе не будет, – пытаюсь вырвать руки из его хватки и дотянуться до одежды.

— Уу, сильная какая! – смеётся мужчина. – А что будет, когда до конца поправишься?

Резко дёргаю его руку на себя, и смех прекращается. Вместо этого босс морщит лицо и уже холодным голосом заявляет:

— Достаточно. Тебе противопоказано перенапрягаться. Иди к гостям.

— Не пойду, – тут же реагирую я. – Они набрасываются на меня как гиены.

— Больше не будут, – обещает босс и поворачивает меня к двери. – Всё. Пошла, – лёгкий толчок, и мы выходим из комнаты.

Обхватив сзади мои плечи, Ян заводит меня обратно в гостиную, где мужчины уже вовсю смотрят по телевизору футбол.

— Парни, не набрасывайтесь на неё как гиены, – слышу голос начальника за спиной и поджимаю губу.

Вот же гад, а!

Дом заполняется мужским хохотом, и я от злости тут же пересекаю комнату, хватаю пульт и быстро выключаю телик.

Повисает мгновенное молчание, которое нарушается моим яростным:

— Теперь не смешно? Так будет каждый раз, когда я услышу в свой адрес неприемлемую речь или насмешки. Это понятно?

Обвожу взглядом всех присутствующих и, дожидаясь растерянных кивков, включаю телевизор обратно.

Швыряю пульт на диван и, проглатывая неприятный ком в горле, ухожу на кухню.

В голове пульсируют обидные воспоминания, когда все те же самые лица оскорбили меня на работе. Если с Барсовым меня связывают сложные отношения, и я могу ещё сделать скидку на его счёт, то остальным меня обижать больше не позволю.

Если смысл моих слов до них не дойдёт, и меня вновь смешают с грязью, не задумываясь уйду отсюда.

И пусть Барсов разбирается с этим дерьмом сам.

***

Уйдя в гневные мысли, не замечаю, как сзади подходит Ян, и подпрыгиваю от неожиданности, когда чувствую к спине прикосновение.

— Спасибо за ужин, – шепчет мне на ухо, когда я не оборачиваюсь и продолжаю помешивать в сковородке жаркое.

Не отвечаю. Просто боюсь, если открою рот, то выйдет оттуда отнюдь не «пожалуйста».

— Пахнет вкусно. Угостишь? – продолжает гладить по плечам Ян.

Ни слова не говоря, под чутким взором мужчины накрываю стол на четыре персоны и собираюсь уходить, но в последний момент он ловит меня за руку.

— Медсестра приходила?

Киваю.

— Всё хорошо? – заглядывает в глаза.

— Да.

— Ты ела? – сжимает мягко запястье и тянет на себя.

— Аппетита нет, – мой голос твердеет.

— Мил, я весь день тебя не видел… — прижимается губами к моему виску. — Побудь со мной.

Закрываю глаза и осторожно делаю глубокий вдох. Внутри всё бушует, мозг кричит, что нужно уходить, но вместо этого я покорно принимаю ласку босса и купаюсь в тёплых волнах, разливающихся по моему телу, стоит мужчине заключить меня в объятия и окутать своим бархатным голосом.

— Не хочу с ними, – говорю правду.

— Они тебя больше не обидят, – в голосе проскальзывают жёсткие нотки. – Иначе я их вышвырну отсюда.

Поднимаю голову и читаю в глазах Барсова уверенность.

Резко бросает в жар. Такого прямого взгляда между нами я уже давно избегаю. С той самой ночи. Поддаюсь немыслимым эмоциям и кладу ладонь на грудь мужчины.

Как бы мне хотелось верить, что он и правда что-то чувствует ко мне. Что его сердце сейчас бешено бьётся не просто от желания и возбуждения, а от чего-то большего и глубокого. Что глаза его не врут, и та нежность, что в них отражается – и есть истина, а грубость и высокомерие являются лишь способом привлечения к себе моего внимания. Что вот сейчас я в его руках, и он будет это ценить, а не принимать как должное.

Да, мне хотелось бы…, но между нами слишком много недомолвок и отчуждения.

Взять хотя бы то, что он прячет от меня свои раны. Значит, не доверяет. Значит, не достигли мы того уровня связи, когда «одно на двоих».

Вот наивная, размечталась тут…

Не будет такого никогда. С ним – так уж точно.

Опускаю взгляд на свою руку, подрагивающую на его груди, и медленно веду ладонь по торсу.

Крепкие мужские мышцы мгновенно напрягаются, и я не успеваю даже дойти до края футболки, как меня резко останавливают.

— Нет, – ледяной голос будто лезвием разрезает воздух, и по моей коже бегут мурашки.

В груди поселяется тревожное чувство. Что там такое, что он не хочет показывать? Раньше бы за секунду избавился от одежды, если бы я дала понять, что есть намёк на продолжение, а тут пресекает любую попытку.

— Как скажешь, – тихо говорю я, убирая руку.

— Останешься? – голос заметно теплеет, и Ян хватает на лету мои пальцы.

— Да, – удивляю саму себя согласием.

***

Ужин проходит странно. Я молчу. Мужчины между собой обсуждают футбол, едят с такой скоростью, словно голодали неделю и только сейчас увидели еду, и постоянно на меня косятся. Ян каждые десять минут встаёт и уходит в ванную комнату, вызывая у меня жгучее беспокойство. Каждый раз провожаю его взглядом, полным волнения, и порываюсь пойти с ним, но он кидает на меня останавливающий взгляд, и я остаюсь сидеть на месте, разъедая свой мозг догадками, что могу обнаружить под этой проклятой чёрной футболкой. В один из таких моментов, когда босс оставил меня со своими друзьями одну, я решила загрузить грязную посуду в посудомоечную машину, чтобы хоть как-то спрятать нарастающую дрожь в руках, и совсем не ожидала услышать:

— Мила Андреевна…

На секунду замираю, но всё же заставляю себя повернуться.

По серым лицам всех троих понятно, что предстоящий разговор их явно тяготит.

— Слушаю, – тоном начальника показываю, что я вся внимание

— Вы не только красивая, но ещё и очень хорошая… — прочистив горло, смущённо произносит Березин.

Скептически выгибаю бровь.

— Ты что несёшь, идиот? – недоумённо спрашивает Глеб.

— Сам говори, раз такой умный!! – огрызается Игорь.

Перевожу ожидающий взгляд на Богатырёва.

— В общем… — начинает он. – Мила Андреевна, мы бы хотели перед вами извиниться… — и хмуро морщит лоб, — …за тот случай, когда вы услышали в свой адрес оскорбления…

Какой бы уверенной и сдержанной я себя ни выставляла, вдруг отчётливо понимаю, что из груди поднимается к горлу тугой ком, грозящийся пойти выше и вырваться наружу в виде жалких слёз.

Губы начинают дрожать, и я плотно их сжимаю, попутно опуская глаза в пол.

Неприятно такое испытывать, но показывать себя слабой не хочу, поэтому надорвано выдыхаю и устремляю на мужчин проникновенный взгляд. Пусть видят, что я не убегаю и готова их выслушать.

— Мы так не думаем, Мила Андреевна! – важно заявляет Гена.

— Это просто пустой трёп в курилке, – поддерживает Березин.

— И всё же вы в нём участвовали, – с упрёком напоминаю я.

— Потому что они такие же придурки как и я, – на кухне появляется Барсов. – Но такого впредь больше не повторится.

— И почему же? – невольно повышаю голос.

— Потому что мы считаем вас приличной и уважаемой женщиной! – опережает всех Богатырёв.

— Ага, – усмехаюсь в ответ. – Или просто, увидев меня здесь, вы решили, что я женщина вашего босса, и лучше отношения со мной не портить…

— Мы говорили, что вы ещё и очень умная? – вставляет слово Игорь, за что получает в свой адрес несколько убийственных взглядов.

— Мы и до этого не хотели портить отношения, – звучит голос Леванова, и за ним следуют уверенные кивки его друзей.

— Мы поступили по-свински и раскаиваемся в этом, – авторитетно утверждает Глеб.

— Простите нас, дураков… — делает брови домиком Гена.

Вглядываюсь в лицо каждого и с облегчением для себя понимаю, что просят они искренне. Даже Барсов вон как напряжён. Ждёт моего решения. Не сводит с меня пронзительных тёмно-карих глаз.

Обвожу всю эту компашку долгим испытующим взглядом и расслабляю плечи:

— Спасибо за ваши извинения. Я их принимаю.

— Красивая, умная, ещё и добрая! – потрясённо восклицает Игорь.

— Пошёл вон, Березин! – грозно рявкает босс, и на всю кухню раздаётся общий смех.

— Мир? – уточняет Глеб.

— Мир, – по-доброму улыбаюсь.

— За это надо выпить! – хлопает в ладони Гена.

— Ей нельзя, – подходит ближе ко мне Барсов.

— А кто про неё говорит? – фыркает Березин. – Я такой стресс сейчас испытал, что поможет только пиво и второй тайм, – переключается на телевизор, но тут замечает за углом Кирюшу. Восторженно ахнув, расставляет руки в стороны и бежит ловить кота.

— Смотрите, какой лохматый!! – слышится из гостиной, и остальные с интересом идут туда.

— Обалдеть, какой громила! – поддерживает любование моим красавцем Глеб, и я расплываюсь в улыбке.

— Шикарный котяра! – добавляет Гена, заставляя меня гордо вскинуть подбородок.

Да, это мой!

Когда бедного Кирюшу отпускают на волю, он мгновенно испаряется, а вся братва вспоминает о матче. Усевшись на большом диване, начинают громко дискутировать по поводу игры футболистов.

— Ты умеешь покорять людей, Вольская, – восхищённо шепчет на ухо Ян, обнимая меня со спины. – Теперь они твои навеки, – указывает подбородком на трёх верзил, подпрыгивающих на месте, когда их команда забивает гол. – И я тоже, – дотрагивается губами до пульсирующей венки на шее и оставляет тёплый поцелуй.

От этих слов у меня перехватывает дыхание, а сердцебиение учащается настолько, что я слышу удары прямо в голове.

Резко поворачиваюсь, желая видеть лицо Яна, и случайно задеваю локтем его живот. Мужчина глухо стонет и кривит губы.

— Ян? – обеспокоенно тяну к нему руки.

— Всё в порядке, – уворачивается и стремительно шагает в ванную. – Жди тут.

— Какого чёрта?! – иду за ним, но дверь захлопывается прямо перед носом.

— Вернись к парням, – доносится из ванной. – Потом поговорим.

— Я хочу помочь.

— Мне не нужна помощь, – вымученный хрип, а следом ор, от которого волосы дыбом. – БЛЯДЬ, МИЛА, ПРОСТО ВЕРНИСЬ К ПАРНЯМ!!

Раздражённо поджимаю губы и в ответ бью кулаком в дверь. Стремительно возвращаюсь в гостиную и встаю перед мужчинами, загораживая собой экран.

Игнорирую возмущённые выкрики и показываю на дверь:

— В другой раз посмотрите, – изображаю болезненный кашель и тихо добавляю. – Пожалуйста, идите домой. Я себя не очень хорошо чувствую…

Выражения лиц тут же меняются на сочувствующие, и мужчины синхронно поднимаются с дивана.

— Ян попросил вас проводить, – подгоняю их к выходу. – Он в ванной и сам не может…

Друзья между собой переглядываются, и Глеб резко тормозит:

— Я пойду загляну к нему. Попрощаюсь.

— Не стоит, – преграждаю путь. – Я сейчас сама к нему загляну, – убедительно говорю я, в красках представляя, как вышибу сейчас эту чёртову дверь и проверю, наконец, чем он там занимается. – Я передам, что вы ушли.

По виду Богатырёва понятно, что я не произвела должного впечатления, и он всё равно собирается проведать друга. Упираю руки в бока и угрожающе набычиваюсь:

— На выход, Богатырёв.

Хмурится, но отступает. Жду, когда мужчины соберутся, еле отделываюсь от Березина, обещая ещё раз так собраться всей дружной компанией, активно машу им рукой и наконец закрываюсь на замок.

Выдыхаю от облегчения, разминаю шею и уверенным шагом иду выбивать дверь в ванную комнату.