Глава 19 · Подсадная

У меня выпадает свободный день и я понимаю, что стоит сходить к профессору Мендельборну и доложить о том, что среди его людей затесался воришка. Но я думаю о том, что этот предатель должен был знать о готовящейся свадьбе или не смог бы так успешно спланировать поджог, и осторожничаю. Ничего больше. У меня даже мысли не закрадывается, что профессор мог сам быть вовлечен в воровство. Я провела с ним уже три года и ни разу он не давал мне повод усомниться в своей честности. Если не считать желание за гроши эксплуатировать мой талант. Но так это же другое дело! Ведь так?

В общем, я сижу в своей комнате, смотрю, как Лили собирается на занятия, и сомневаюсь, как поступить. Вспоминаю вечер с Витором: как чуть не умерла, как лишилась любимых, золотистых локонов — до сих пор паршиво смотреться в зеркало, теперь даже настольное. Следом на память приходит то, как Витор меня поцеловал и что я почувствовала. В тот день сперва было страшно, потом горько, следом приятно — а сейчас стыдно за все сразу, за свою слабость, за то, что поддалась и не оттолкнула хорошенько. Могла бы укусить за губу в конце концов. Но не сделала. Не смогла. Или не захотела? И впереди еще два дня. Чувствую, как по спине пробегает холодок. Нехорошо.

«Надо уносить ноги из этого места», — говорю себе в который раз. Получить диплом, конечно, неплохо. Но я глазом не моргну, как окажусь не в той постели. А там дело дойдет до сплетен и Дерек возьмет и откажется от неверной жены. А тут матушка подоспеет. Но страшно даже не то, что меня застукают под чужими одеялами, а то, что побывать там я не слишком боюсь, мне даже любопытно. Вздрагиваю от этой мысли. Надо действовать.

Я без труда отыскиваю Маркуса Шоссенбаума, белобрысого невысокого юношу, который учится на третьем курсе факультета душеведения и психологического здоровья. Он оказывается известной личностью. Еще бы, всю академию снабжает крадеными ингредиентами. Отлавливаю его в кафе на четвертом этаже, там, где набивают себе желудки детки богатых родителей — даже не удивляюсь увидеть его там, с чего такому, как он, питаться среди отребья? Подхожу и внаглую напрашиваюсь на личную встречу. Он кривится, пытается увильнуть, но в конце концов соглашается и сразу после обеда является в кабинет картографии, стоящий на отшибе в южных коридорах, потому тихий и неприметный.

— Чего тебе? — бросает он почти с порога, едва захлопывается дверь.

Спокойно поднимаюсь со стола, где сидела, дожидаясь появления его величества. Иначе не скажешь, держит он себя не меньше, чем король. Подбородок вздернут, поза расслаблена, во взгляде превосходство и пренебрежение.

— Хочу с тобой работать, — перехожу сразу к делу. — Ты продаешь ингредиенты. А я могу быстро делать из них артефакты. Оба хорошо подстрижем марочек.

— Ты меня за дурака держишь? — ухмыляется он. — Девочка богатого мальчика и названная профессорская дочка решила поработать в тени?

— Не суетись раньше времени, — остужаю его. — Никого я тут дураком не считаю. Я на том пожаре потеряла все свои сбережения. Я на нуле, вообще, смекаешь? И помолвку мою отменили. Мне надо на что-то жить. Даже волосы свои уже продала. Если не заплачу, в следующем месяце меня спустят в дешевые комнаты. А я не желаю кормить крыс и тараканов. Вот и весь склад.

Маркус смотрит на меня изучающим взглядом. Вижу, что не доверяет. Понятное дело, если бы верил всем и каждому, уже давно бы попался в хищные ректорские ручонки и гаргулья из него весь дух вытрясла бы за свое имущество.

— Я с детства строгаю артефакты, — продолжаю уговаривать. — Можешь меня испытать. Первый заказ сделаю за полцены. Если качество не устроит — не заплатишь. Но тебя устроит — гарантирую.

Он стоит, задумчиво покусывает губы, вдувает щеки, следом начинает расхаживать по кабинету вокруг меня, словно призрак, почувствовавший энергетическую подпитку. Наконец останавливается и бросает:

— Тебя видели вчера с Северли в его кабинке после соревнований.

Тысяча полтергейстов! Уже понимаю, к чему он клонит. Похоже, не я одна люблю побродить по кулуарам академии в эфирном теле. Хотя о чем это я? Здесь же полно призраков и не все они свободные.

— Врешь ведь, что вы расстались? — допытывается Маркус.

— Даже так? — ухмыляюсь вместо ответа. — Тогда ты уверен, что нас сейчас тоже никто не подслушивает?

— Уверен. Мертвые не услышат, потому что у меня защита. А живые не дураки, чтобы разгуливать здесь вне тела.

Ну, это он ошибается.

— Так вы не расстались?

— Расстались, — заявляю уверенно, смотрю открытым, честным взглядом.

Пусть убедиться, что не вру. Ведь я не вру.

— Чем докажешь?

Ожидала этот вопрос и подготовилась.

— Тем, что я вышла замуж за другого.

Протягиваю руку и демонстрирую ему перевернутое кольцо Витора. Что ни говори, богатый подарок и удобный. С камнем смотрится, как помолвочное, а если перевернуть, то и за обручальное сойдет. Лицо Маркуса озадаченно хмурится. Попался карасик на удочку. Сейчас будем осторожно подсекать.

— Значит, гуляешь за спиной мужа, — усмехается он.

— Меньше слушай этот треш, — грубо обрываю и сверлю гневным взглядом. — Если у тебя стоит защита, то почему у Витора ее нет? Я ему всего лишь помогала. Меня Захария к нему вписала и он меня из лаборатории во время пожара вынес. Так что, сам понимаешь. Не веришь мне? Можешь у моего названного папочки узнать…

— Ладно, ладно, дай подумать, — бросает он.

Конечно, думай, раз просишь. Главное — согласись.

Но Маркус на этом разворачивается и молча сваливает из кабинета. Я не успеваю даже его остановить. Уже думаю: все, профукала прекрасную возможность. Но ближе к вечеру получаю от него записку и мы снова встречаемся на том же месте.

Он протягивает мне свернутый листок с заданием и мешочек с травами и самоцветами. Сухо бурчит:

— Если тебя словят, я все буду отрицать.

— А если тебя, я тоже.

Уже не смотрю на него, мои глаза уже скользят по написанному. Дочитываю и прячу листок и мешочек с добром в сумку. Поднимаю голову и упираюсь в скривленное лицо Маркуса. Что не так? Что ему не понравилось? Но он лишь называет цену и, как в первый раз, уходит из кабинета, не прощаясь. Фу, какой невежливый. Я, конечно, не принцесса, чтобы мне реверансы отвешивать, но хотя бы короткое «давай, пока» я заслужила. Хотя плевать. Я получила то, ради чего старалась.

Теперь нужно подстроить, чтобы Маркусу выдали сложное, необычное задание и его снабженец с факультета полез за редкими ингредиентами. Трав и самоцветов, конечно, не хватит в самый ответственный момент и, чтобы не срывать заказ, Маркусу придется назвать имя своего человека и связать нас между собой. Вот тогда крышечка гробика и закроется.

Но этот заказ не должен исходить от меня. Только что придумать? Можно, конечно, сжать зубы и попросить Витора, ему-то нужны артефакты, причем сильные, для финала, но Маркус догадается и не поведется. Попросить Дерека? А если за ним тоже следят и подслушивают, как Витора? Нет, не пойдет. Думай, голова, думай. Соревнования заканчиваются, неизвестно, что Северли учудит, когда почувствует свободу не вести себя на людях пай-мальчиком.

Топаю до своей комнаты в общежитии. Кусаю губы. Ломаю мозг. И вдруг… эврика! Кажется, придумала.