Глава 9

Я очнулась на холодном столе. В глаза били яркие прожектора, практически полностью ослепляя. Но даже толком не видя, я точно знала — вокруг меня стоят жуткие серокожие карлики.

Дернулась, но тело будто сковало, пошевелить удавалось только глазами. Незавидное положение. Страх пульсировал в груди огненным шаром, а когда ко мне склонилось почти треугольное с большими миндалевидными глазами лицо — накатила настоящая паника.

— Что тебе надо?! — крикнула мысленно и получила в ответ такой силы ментальный удар, что из глаз брызнули слезы.

В лоб будто бы ввинчивался бур. Меня тошнило от страха и боли, страстно хотелось хотя бы просто повернуть голову, но перед внутренним взором упорно взрывались разноцветные, ядовитые вспышки.

"Я, наверное, ослепну," — подумала отстраненно и закричала, когда от затылка по всему телу вниз прострелило болью.

Одна судорога, выгибая тело дугой, сменяла другую, и я уже едва дышала.

Мне не понравилась встреча с салэдом? Что ж, дзайниты в сотню раз хуже!

Воспоминание о "Страннике" разлилось по сердцу неожиданным теплом. Как бы я хотела оказаться сейчас там…

Когда заверещали сирены и послышался грохот, в первый момент подумала — мне мерещится. А потом в нос ударило жуткой вонью, смесью паленой резины и обгорелой плоти, и чья-то прохладная рука коснулась моей.

— Тшш…

На глаза опустилась другая ладонь, и уже через мгновение я могла видеть.

— Саэлрион!

Я подскочила над столом и обняла любимого.

— Айнарин. — Полный облегчения вздох.

Отстранившись, тряхнула головой, с непониманием посмотрела на Риона.

— Нет. Нет! — завертела головой сильнее. — Я — Карина!

— Тише, моя лаи-ян, все хорошо. Но надо уходить. Прилетят другие. Дзайниты никогда не летают поодиночке.

— Да, знаю, — кивнула я и ужаснулась. Действительно знаю! Что происходит?!

Выражение лица Риона было непередаваемым. Трепет, восторг, обожание и, кажется, счастье. Мне опять нестерпимо захотелось обнять его, но вместо этого я нахмурилась. И Рион тут же помрачнел.

— Уходим… Карина. — И он потянул меня за руку.

— Постой! Гарун и Етя!

Из помещения, где меня держали, мы вышли в противного коричневого цвета коридор. Здесь стоял гул, а стены покрывала рябь, будто движется гигантский слизняк. Гадость!

Несколько раз попадались дзайниты, и Рион без колебаний расстреливал их из бластера. Тех, что мучили меня, к слову, постигла та же участь.

Гарун с Етей на руках выскочил к нам навстречу сам. А следом за ним Синар и навигатор Итрам.

— Слава богу, — выдохнула я и обняла паренька.

— Сюда, — скомандовал Рион. — Спасибо, что угнал только один челнок, — добавил он, строго взглянув на Гаруна.

— Вся ответственность на мне, — сказала я.

— С тобой мы тоже поговорим, — отозвался Рион.

— Очень на это надеюсь!

Челнок под управлением Навиллы и одного из салэдов, чьего имени я не знала, доставил нас на "Странник". И в тот момент, когда холодный, неприветливый космос и его опасности остались позади, где-то там, за пределами уютного привычного уже "Странника", меня настиг жесткий откат.

Тело трясло крупной дрожью, зуб не попадал на зуб, было очень холодно и почему-то опять страшно. Хотелось спрятаться, сжаться в комочек и зарыться глубоко-глубоко в одеяло.

Хитана, едва увидев меня, убежала за лекарством, Синар коршуном кружил рядом и зло поглядывал на Риона, а Рион… Подошел близко-близко, замер на мгновение и крепко обнял. И я прижалась в ответ, впечаталась в его надежную грудь и тихо всхлипнула.

— Тише, — шепнул он, потерся о мои волосы и нежно провел по спине. — Я всегда буду рядом.

И я приняла это. Не умом — сердцем. И успокоилась. Не могла, не хотела думать, анализировать и понимать. Просто нуждалась в нем остро, как умирающий от жажды нуждается в глотке воды. И Рион был рядом. Гладил по волосам, обнимал и шептал что-то тихо-тихо, во что я даже не вслушивалась.

Здесь и сейчас он со мной, и больше ничего не нужно.

Не знаю, сколько мы простояли так прежде, чем Рион осторожно подхватил меня на руки и отнес в каюту. Я разомлела и ощущала это сквозь накатившую дрему.

— Спи, моя лаи-ян, — шепнул он, и я заснула.

А проснулась… от собственного чиха. Открыла глаза и обнаружила перед собой знакомую эмблему. Ту самую, что носил на кителе Рион. Подняла глаза и столкнулась с внимательными серебристо-серыми.

— Нового дня, Айни.

— Как это понимать? — спросила сурово и попыталась отодвинуться.

Однако выяснилось, что мои ноги самым бесстыдным образом переплетаются с его.

— Рион!

— Не мог оставить тебя одну. Синар оторвал бы мне голову.

— Синар?! Рион, почему я спала с тобой в одной постели?

— Зря не снял китель, похоже, у тебя аллергия на эту деталь, — ответил он невпопад, покручивая в пальцах эмблему.

— Что?! Так… Верни меня немедленно в мою каюту. Нет, на Землю! И где моя кошка?

— Етя в твоей бывшей каюте. Гарун успокоил ее, Хитана накормила, не переживай.

— Не переживать?

Я закипала все сильнее и, не выдержав, стукнула его кулаком по плечу. И вздрогнула. Перед глазами пронеслась картинка: осколок, летящий прямо в Риона и вонзающийся в это самое плечо.

— Саэл, прости…

Произнесла и замолкла. Что со мной творится?

Рион сел и, подтянув меня к себе, снова обнял.

— Так давно никто не называл меня так.

— Не понимаю… Кажется, я схожу с ума.

— Все хорошо. Быстрее, чем я ожидал, но… Ты со мной.

— Кто я, Рион?

— Айнарин. Моя Айнарин, — благоговейно прошептал он.

"Нет" готово было сорваться с губ, но раздалась трель, и Рион поднялся, подошел к двери и, выслушав пришедшего, что-то отрывисто ответил.

— Мы обо всем поговорим, Айни, но сейчас мне нужно идти.

— Не называй меня так, — попросила тихо. — Пожалуйста.

— Я пришлю Синара, — кивнув, ответил он. И ушел.

Я причинила ему боль? Сердце ныло, но голова готова была взорваться. Не понимать, кто ты, чертовски неприятно.

Синар смотрел по-особому. С опаской, неверием, восторгом и почему-то тревогой.

— Так это правда? Столько лет…

— Синар, я не понимаю, о чем ты. И это напрягает. И Рион, похоже, тоже не в адеквате.

— Неудивительно! Он ошеломлен и растерян, а после дзайнитов… Дай ему время.

— Ты что-нибудь объяснишь мне?

— Если бы я сам понимал!

— Начинается. Так мы ни к чему не придем. Попробуй еще разок, а?

— Хорошо. — Синар задумался. — Ты ведь не помнишь и основ, верно?

— Как вообще я могу что-то такое помнить?! — вскипела я, как-то разом позабыв, что только недавно говорила весьма странные, по идее неизвестные мне вещи.

— Все дело в эволюции, — сказал психолог, и я удивленно вскинула бровь. — Земля в этом плане сильно отстала от Актании. Мы давно выбираем сами: начать с чистого листа или продолжить задачу прошлого воплощения, возвращая практически все воспоминания. И мало кто добровольно отказывается от своего прошлого.

— Прошлого воплощения? — протянула с сомнением. — Даже если допустить, что все это правда. Душа, перерождения… Но как можно помнить что-то, ушедшее в могилу вместе с погибшим мозгом?

— Так уверена, что память остается в умирающем теле?

— А это не так?

— Все самое важное всегда остается с нами. Это опыт и накопления, которые не исчезают, та глубинная память, которая при определенных условиях просыпается и в следующих жизнях. Вполне возможно, что у отдельных представителей человечества Земли этот процесс тоже уже начался. И да, ты, наверное, удивишься, но память эта скорее находится в области сердца, чем головы. Не в физическом теле, конечно, но ощущается именно там.

Он произнес это и пытливо уставился на меня, как бы спрашивая, знакомы ли мне подобные ощущения.

— Ясно, — пробормотала я. — Вы помните прошлые жизни.

— Почти все из нас, — кивнул Синар.

— И… Рион?

— Да. Хотя он как раз из тех, кто хотел бы забыть и начать с нуля. Однако для него было важно продолжать задачу, а потому он помнит все, но… одинок.

— Почему?

— Рион был влюблен в юности, мы были знакомы с ним уже тогда. Тайнира училась с нами, и… Мы все были очень рады за них, но после обряда пробуждения, который актанийцы проходят в тридцать пять лет, Рион очень изменился. Стал замкнутым и даже суровым. По-прежнему ответственным, надежным, но в личном плане несчастным. С Тайнирой он порвал.

— Вот так просто? Из-за какого-то обряда? — не поверила я.

— Не просто, Карина. Наверное, это сложно понять, но… Он знал, что ничего не изменит. Может любить других, но ЕЕ рядом не будет. Это… невыносимо.

— Ее?

— Айнарин, — кивнул Синар и очень внимательно, пристально посмотрел на меня.

Про это слушать я не хотела. Просто не могла. Внутри разгорался пожар, и голова, казалось, трещала по швам. А потому я спросила о другом.

— Сколько же ему лет сейчас?

— Семьдесят четыре, — ответил Синар, вызвав оторопь. — Почти сорок лет Рион бороздит просторы космоса. И не пугайся так, по нашим меркам это небольшой срок. Рион молодой капитан, но обладающий опытом многих своих прежних воплощений. Он почти незаменим.

— Сорок лет одинокого холодного космоса? Боже…

— Похоже, мне стоит самому просить об отстранении, мне не стоило…

— А вот я подозреваю обратное: мне предстоит еще узнать очень много, верно?

— Главное не все сразу, Карина, не все сразу. Сознание огораживает нас от того, к чему мы не готовы, не просто так. Не вовремя вспыхнувшие воспоминания могут быть опасны. Как и разгневанный капитан, — добавил он тихо, глядя мне за спину.

На пороге стоял Рион и сверлил Синара недобрым взглядом.

— Видимо, опрометчиво было с моей стороны оставлять Карину с самым болтливым в мире психологом.

— Не знаю, как в мире, но на этом корабле я определенно самый болтливый психолог, — усмехнулся Синар. — И самый быстрый, — добавил он и прошмыгнул мимо Риона в дверь.

Мы остались одни. В каюте Риона. И, честно говоря, я не знала, как теперь вести себя с ним. А он… смотрел, не мигая, ничем мне не помогая.

— Неотложные дела? — начала нерешительно.

— Прости, что пришлось уйти. Не хотел оставлять тебя.

— Ничего, — чуть смущенно улыбнулась я. — Мы провели время с пользой.

— Ты, наверное, голодна. Надо поесть. Артуки, ты всегда любила их, и они понравились тебе сейчас. На "Страннике" можно раздобыть и кое-что еще, правда, Хитана пока одобрила не весь список. Пойдем, попробуем что-нибудь, пока она не видит.

— Нет. Я… Не сейчас.

— Хорошо. — Он подошел ближе. — Я понимаю, ты растеряна. — Коснулся волос, провел, едва касаясь, заглянул в глаза. — Я так скучал.

И сердце замерло, а потом забилось с удвоенной силой. Ничего не осталось, кроме его глаз и переполняющего душу счастья. Просто оттого, что он рядом. Непостижимо.

— Все это так странно, — прошептала я.

— Айнарин, — выдохнул он.

Я нахмурилась и на шаг отошла.

— Расскажи мне о ней. О том, что случилось.

— О ней… Карина. Я привыкну. И расскажу. Айнарин была исследователем, самоотверженным, смелым и устремленным. Ты… Она погибла на Земле. Мы были уверены, что она взорвалась вместе с кораблем, и душу ее отбросило далеко в неизведанный космос. А потом, позже, выяснилось, что на "Стремительном" в момент взрыва не было экипажа, но мы знали, что они все равно погибли и искать их поздно. Поиски не стоили бы изменения статуса планеты и внимания к ней дзайнитов. Я был уверен, что потерял тебя навсегда!

Так все и было. Я знала это. Знала, но до конца принять не могла.

— Ты… любил ее?

— Да. Любил. Тебя, Айни. Люблю.

Он провел пальцами по щеке и приподнял мое лицо за подбородок, явно намереваясь поцеловать.

— Не надо, — чуть слышно попросила я. — Я… Я в любом случае не она, понимаешь? И мне не нравится, когда меня называют чужим именем, а потом… целуют.

— И то и другое не нравится? — с улыбкой спросил он.

— Рион!

— Хорошо, Карина. Но ведь ты сама назвала меня полным именем, от которого я отказался, потеряв тебя. Никто больше не называет меня так, никогда.

— Назвала, — не стала я спорить. — Но не понимаю, что со мной, и… Мне плохо от этого.

— Ты сопротивляешься, эта планета сковала твое сознание, ты не хочешь поверить…

Прозвучало как обвинение. Я посмотрела на него неверяще, возмущенно.

— Земля — моя родина. И сейчас ей угрожает опасность.

— Эту проблему решат.

— Решат? — спросила недоверчиво. — И что именно это означает? Дзайниты знают про аргат! На Земле!

— С дзайнитами разберется Совет.

— Совет? Но мы и есть орудие Совета! То есть… Ты, "Странник". Как именно они разберутся?

— Нас это уже не касается.

— Как это не касается? — опешила я. — Объясни!

— "Странник" больше не участвует в этой миссии.

— И кто это решил, Совет или ты?

— Айнарин…

Опять! Сколько можно?!

— Нужно поднять аргат, — настаивала я. — Дзайниты не оставят Землю, пока он там.

— Нет. Дзайнитами займется Совет, — повторил он упрямо. — А аргат… Это тоже будем решать не мы. Айна… Карина, все это сейчас неважно.

— Что может быть важнее?!

— Ты, — улыбнулся Рион. — Удивительное, невероятное и самое прекрасное из возможных явление.

Мне хотелось рычать. Это не капитан, а настоящий баран. Непробиваемый!

— Рион, это похищение! Ты это осознаешь? Нельзя удерживать человека против его воли! — зашла я с другой стороны.

— Хочешь уйти? — спросил он.

И этот простой, казалось бы, вопрос поставил меня в тупик. А Рион, воспользовавшись моим замешательством, быстро преодолел разделяющее нас расстояние и все-таки поцеловал. Упоительно нежно и бережно, так, что сердце выпрыгивало из груди и мечтало навсегда слиться с его.

И как с ним разговаривать?