Глава 13

Молчание, навалившееся после моего непростого признание, длилось, казалось, бесконечно, пока Зэйн, наконец, не произнёс:

– Ничего не понимаю.

Мужчина нахмурился, и смотрел на меня так испытующе, будто мечтал прочитать мысли и узнать всё и сразу, без недомолвок и туманных объяснений. Но мне бы не хотелось, чтобы он знал всё. Это… стыдно и больно признаваться посторонним людям, что я всего лишь расходный материал, и что собственный отец не погнушался ничем, желая добиться своего.

– Это не важно, – улыбнулась через силу, хоть так пытаясь сгладить эффект после сказанного. – Я бы хотела, чтобы ты помог узнать мне, жива ли матушка.

Зэйн не разделял моей убеждённости, ему-то как раз стало важным узнать все подробности. Он шагнул ближе, и протянул руку, а когда я отшатнулась, неловко ухмыльнулся:

– Ты же можешь сама написать письмо в замок, и узнать о судьбе леди Элизабет.

Правдивое замечание, но, если бы всё было так просто.

– Не могу, – отвела взгляд. Мне совсем не хотелось, чтобы он видел боль, наверняка исказившую моё лицо. – Я не уверена, что мне ответят правду.

Отец, а я почему-то точно знаю, что замок он за это время не покидал, будет всеми возможными ему способами, опровергать кончину матушки. Ему, как никому другому, выгодно держать меня в неведение.

Слуги? Помимо экономки с письменностью в замке Вайнер никто не знаком, а написать ей, и обойти контроль лорда Маригора – мне кажется, попросту невозможно.

– Даже так, – Зэйн не стал выпытывать из меня больше, но я видела, что мужчина и не подумает оставить всё так, как есть.

– Хорошо, – спустя несколько минут напряжённой тишины, произнёс он. – Я постараюсь узнать.

Я не поверила тому, что услышала! Неужели… Всё так просто? Он вот так согласиться, оставив мои тайны тайнами?

– Правда? – спросила едва слышно.

– Да, – после некоторого раздумья твёрдо ответил он, и больше не дав мне хоть что-то спросить, поторопился уйти.

Я осталась одна и долго смотрела на удаляющуюся спину.

Возможно, Зэйн не так плох, каким он хочет казаться.

В замок я вернулась в задумчивости. Вроде бы и понимала, что происходит, видела спешащих людей, который нехотя, но всё же кланялись мне в знак приветствия, и в то же время будто пребывала где-то далеко отсюда. В месте, где мысли текут вяло и, что немаловажно, совершенно хаотично.

Яркими пятнами вспыхивали то лицо лорда Брайена, то незримый образ догейры, то испуганная Брита, то задумчивый Зэйн. Даже злой и насмешливый Талим появлялся, но как-то смазано. Страх перед его ненавистью несколько поблёк, что немудрено – столько всего произошло, да и происходит, что младший брат Ленгро перестал казаться такой уж страшной проблемой.

Я вошла в замок, постояла у ступеней, что вели к нашей комнате, и свернула к гостиной. Сидеть в спальне совсем не хотелось. А гостиная… Тоже не очень-то привлекательное место, но всё смена обстановки.

Опустилась в кресло и застыла, рассматривая солнечные блики на тонких кружевных занавесках.

Мне было о чём поразмыслить в тишине, но приближающиеся шаги и голоса не предвещали ничего хорошего.

– Лорд Мром вновь отказался предоставить войска для борьбы с общим врагом, и если раньше можно было списать его упрямство на старческое слабоумие, то сейчас, после последнего набега…

Лорд Брайен не договорил, застыл в дверях гостиной и впился в меня взглядом.

Что же, придётся найти другое место, чтобы поразмыслить. Поднялась на ноги, поклонилась лорду и вошедшему за ним младшему брату и хотела уже уйти, как супруг приказал:

– Останься.

Я в недоумении посмотрела на него, даже открыла рот, чтобы отказаться от столь сомнительной милости, но… Да. Кто бы мне позволил. Ленгро-старший так посмотрел на меня, что обратно в кресло я прямо-таки упала. Как подкошенная.

И я осталась. Талим окатил меня взглядом, полным ненависти и даже какого-то подобия обиды, но говорить ничего не стал. Похоже, парень после утреннего представления усвоил, что брата лучше не злить.

Лорд Брайен прошёл к окну, а Талим опустился на софу и широко раскинул руки, демонстрируя собственную… Что? Привлекательность? Пф! Смешной он, честное слово. На меня такие штучки не действуют, не выросла я ещё, как любила говорить матушка, видя мою совершенную незаинтересованность молодыми людьми. Хотя… На кого мне было смотреть в замке? Ребят, ни младших, ни старших в моём окружении не было, а больше интересу взяться было неоткуда.

– Тебе не кажется, что это глупо? Околачивать пороги замков, и унижаться?

Талим возобновил прерванный разговор.

– Глупо? – несколько рассеянно отозвался лорд Брайен. – Нет, мне так не кажется, – после некоторой заминки всё же ответил он.

– А мне кажется, – запальчиво бросил младший и дёрнулся вперёд, но всё же остался сидеть на месте. – Ты только подумай – никто из этих слабоумных даже не понимает, что догейры, когда закончат с нашими землями, примутся за них!

– И что ты предлагаешь? – раздражённо отозвался супруг. – Сидеть сложа руки и упиваться местью, которую за меня когда-то совершат догейры? Ты правильно заметил, КОГДА, – он особо выделил это слово, – они закончат с нашими землями. А наши земли мы должны защищать, и ради защиты я готов околачивать пороги и унижаться, хоть каждый день!

Мужчины уставились друг на друга разъярёнными взглядами, и я почувствовала, как обстановка в комнате накаляется. Нет, мне не стало жарко, в привычном понимании, но я с большим трудом удерживала себя на месте. Мне всё сильнее хотелось оказаться подальше от них.

– Я заключил договор с Вайнерами, – тут он бросил на меня довольно красноречивый взгляд. – Но этого недостаточно.

Зачем? Зачем он приказал мне остаться? Чтобы лишний раз услышать, каким неправильным и нежеланным стал для него наш союз? Или ему вдруг захотелось ввести меня в курс дела? Мол, смотри дорогая жёнушка, какой нехороший тебе достался муж – соседи мечтают сжить его со свету своим бездействием, а порождения Пустоши выжечь земли дотла.

Наверное, мне нужно было промолчать, но, раз уж я здесь, то почему бы не воспользоваться случаем?

– Почему они нападают на вас? – в воцарившейся тишине мой голос прозвучал слишком громко. И я сама вздрогнула, стоило закончить фразу.

Вопреки ожиданиям пауза не затянулась, её вовсе не было, потому что Талим, позабыв об уважении, которого от него с таким усердием добивался лорд Брайен, без всякого уважения и почтения простонал:

– Ещё одна! – он откинулся на спинку софы и закатил глаза, изображая то ли припадок, то ли высшую степень недовольства. – Догейры – безмозглые существа, разве им нужна причина?

Последнее он произнёс, резко подавшись вперёд, отчего мне жутко захотелось отшатнуться в сторону. Но я сдержалась, только крепче стиснула кулаки на подоле платья.

– Почему нет? – произнесла спокойно, обратившись, тем не менее, не к припадочному младшему брату, а к тому, кто казался чуточку разумнее. – Даже у безмозглых кровожадных тварей может существовать причина. Насколько я знаю, набеги начались не так давно, а до этого времени род Ленгро соседствовал с Пустошью без риска для своих богатых земель.

Я лгала. Приукрашивала. И пыталась сделать вид, что совершенно спокойна и вовсе не робею под внимательным, немного удивлённым взглядом супруга. На самом же деле, я понятия не имела, как раньше уживались Ленгро с порождениями Пустоши, не знаю, насколько часто догейры до этого совершали набеги на их земли. Но то единственное, в чём я была безоговорочно уверена – такого безобразия, которое творится сейчас, раньше не случалось. Иначе бы они не оказались в замке Вайнер, прося о помощи. Иначе бы я не оказалась здесь.

Лорд Брайен кривовато усмехнулся и покачал головой:

– Ты не первая, кто задаётся этим вопросом, – спустил меня с небес на землю, прямо указав, что я не единственная, и вовсе не уникальная. Что много кто до меня пытался разгадать тайну ожесточённых набегов.

Кажется, я смутилась, впрочем, выражение лица постаралась сохранить спокойное и безмятежное. Возможно, это у меня даже получилось.

– Но никому не удалось узнать ответ, – закончил он, и я едва не обмолвилась: «Почему же вы не спросите у них?»

Пожалуй, если бы я не сдержалась, то выдала бы себя с головой. Они считают догейр безмозглыми, неразумными, и то, что они умеют вполне связно изъясняться, наверняка, станет для них великим открытием. А мне придётся рассказать, откуда я знаю эту великую тайну. Заодно и о крови, что течёт в моих жилах, придётся поведать.

А к такому я, честное слово, пока совершенно не готова. Да и не уверена, что после признаний, не окажусь в соседней клетке с догейрой.

– Причина, – пренебрежительно фыркнул Талим и встал со своего места, разминая затекшую спину. – Нет никакой причины, потому никто до сих пор и не узнал о ней.

Я перевела на него взгляд и на мгновение, почти неуловимое движение времени, увидела в нём страх. Не тот, который существует в каждом живом человеке, а какой-то особенный, необъяснимый. Моргнула, и видение (было ли оно вообще?), исчезло, и в глазах младшего Ленгро осталось лишь привычное недовольство.

– Возможно, – лорд Брайен легко с ним согласился, и разговор принял совершенно неожиданный поворот. Даже куда неожиданнее, чем приказ остаться.

– Дженис, через три дня в замок приедут гости, проследи, чтобы всё было подготовлено должным образом.

Мужчина кивнул, подтверждая свои слова и спешным шагом пересёк комнату, оставив меня в растерянности смотреть на его удаляющуюся спину.

Мне? Проследить? Да он издевается надо мной? Меня же в замке все ненавидят – начиная от слуг и заканчивая дворовыми псами. Так о каком ещё «проследи» может идти речь?!

– Да что сегодня с тобой? – услышала из коридора недовольный голос Талима. – С чего ты вдруг проникся доверием к Вайнер?

Я бы тоже хотела знать ответ на этот вопрос. Очень-очень хотела. Даже больше, чем узнать причину участившихся набегов на земли Ленгро.

– Она моя жена, – в который раз повторил лорд Брайен. – Этого достаточно?

Возможно… Только отчего-то мне кажется, что дело вовсе не в моём статусе. Здесь есть что-то ещё. И мне страшно подумать о том, что могло побудить супруга так резко изменить своё мнение.

Не пропавшее ли письмо стало толчком?

Хотя… Тогда бы он не играл в доверие, а попросту сгноил бы меня пытками. Я же тоже, отчасти, кровожадное порождение Пустоши, пусть и с разбавленной родословной.

Боги… Не успеваю я подобраться к разгадке хотя бы одной тайны, как на меня, скалясь от удовольствия, падает другая. Не менее таинственная.

* * *

Я лично нашла Бриту на кухне, жестом приказала следовать за мной. С десяток человек, при моём появлении, застыли, став вдруг похожими на каменные изваяния. Только сменяющиеся эмоции выдавали в них живых людей.

И мне предстоит заставить их работать под моим руководством? Да уж… Чувство юмора у моего супруга, прямо сказать, отменное.

– Да, госпожа, – служанка поклонилась, застыв в дверях библиотеки, куда я её привела. – Что-то случилось? Я могу чем-то помочь?

– Случилось, – мрачно ответила я, опускаясь на стул, обитый мягкой бархатной тканью. К слову, бархат совершенно непрактичен для обивки мебели, но разве это сейчас столь важно? Вовсе нет. Просто, вспомнилось что-то.

Брита терпеливо ждала пояснений.

– Ты знаешь, что через три дня лорд Брайен ожидает приезда гостей?

Судя по тому, что девушка ничуть не удивилась, об этом знаменательном событии она была оповещена.

Кивнула и я продолжила:

– Господин приказал мне подготовить замок к их приезду.

А вот сейчас служанка удивилась, да так, что не удержалась от эмоционального:

– Вам?!

Мне бы оскорбиться, сыграть эдакую несчастную деву, в чьи способности никто не верит, но… На что тут оскорбляться? На правду?

– Угу, – пробурчала недовольно, не найдя более красноречивых слов для подтверждения столь неприятной вести.

– Но… как же… – несвязно пролепетала Брита, на что я лишь развела руками.

«Но», да «как же». Если бы я только знала как!

Помолчали. И молчание это было гнетущим и беспросветным. Как заставить слуг воспринимать меня хозяйкой, а не просто ненавистным отродьем из ненавистного же рода? Нет, что представляет из себя подготовка к приезду гостей я вполне себе понимала, и даже знала с чего начать, но вдвоём с Бритой нам не справиться, при всём желании.

Отказаться? Пойти к Ленгро и сознаться, что я не готова взять на себя такую ответственность? Заманчивая мысль, даже очень, но… Стыдно! До чего же стыдно ощущать себя беспомощной и никчёмной!

Или…

Внезапная мысль показалась до того сумасшедшей, что я так и застыла с открытым ртом. Потом рот я всё же закрыла, и посмотрела на Бриту с решимостью, которая граничила с беспросветной глупостью.

– Сколько гостей ожидается? – спросила твёрдо, не дав себе испугаться и сбежать с намеченного пути.

Девушка посмотрела на меня всё с тем же удивление, но спустя несколько мгновений пристального изучения хозяйского лица, она тоже подобралась, приосанилась и отчиталась:

– Все окрестные лорды – Кроур, Амильо, Мром, Драготти. Они прибудут со свитой, обычно это человека три-четыре на каждого. Отдельные комнаты требуются только лордам, остальные же будут довольствоваться сенником во дворе.

Пока служанка говорила, я старалась всё запомнить, но для надёжности взяла свёрток бумаги со стола и принялась записывать.

– Значит, нужно подготовить шесть, – зачеркнула и тут же поправила сама себя, – восемь комнат. Вдруг гости потребуют для кого-то из свиты отдельную комнату? Нужно быть готовыми.

Брита кивнула, и я успела заметить на её губах счастливую улыбку. Правда, она довольно быстро от неё избавилась и приняла вид серьёзный.

Помимо комнат стоит подумать о трапезе. А здесь куда сложнее. Нужно рассчитать припасы, для такой-то оравы, чтобы столы не пустовали, и чтобы никто не остался обиженным. А для того, чтобы эти расчёты произвести, необходимо наведаться к кухарке, а с ней – в кладовую.

Чего должно быть в достатке, так это мяса. Любого. Будь то птица, или молочный поросёнок – не важно. Как всегда говорила матушка – мужчины только мясо почитают за еду. Всё остальное, лишь небольшое дополнение. Эдакое приятное разнообразие, для запаха.

Подготовить в конюшне стойла – освежить подстилку, надёргать душистого сена и всыпать овса.

Да ещё не мешало бы озаботиться купальнями в личных покоях каждого лорда. Горячая вода должна быть там в то время, когда это понадобится.

– Что ж, – подвела итог собственного монолога. Рассуждала я вслух, обычно так думать легче, и больше надежды на то, что не упущу всякие мелочи. – Осталось найти общий язык со слугами и заставить всех выполнять мои указания.

Улыбнулась, и улыбка вышла кривой и безрадостной. Матушка учила меня управляться с замком, и мне это даже нравилось. Она часто отдавала слуг под мою ответственность, а я следила за выполнением поручений и поправляла, если что-то было сделано не так. Бывало даже такое, что я и сама перестилала кровати, накрывала столы и готовила. Последнее, к слову, мне нравилось больше всего. Но наша кухарка вечно ворчала, что негоже маленькой госпоже на кухне отираться, что не для моих рук эта работа и вообще…

Воспоминания нахлынули внезапно, и я оказалась не готова их принять вот так, с лёгкой грустью и пониманием, что то время было чудесным. Мне стало тоскливо и муторно. Захотелось скомкать исписанный лист бумаги и бросить в чёрное жерло камина.

– Не расстраивайтесь, госпожа, – произнесла Брита. А я и успела забыть, что девушка всё ещё здесь. – У вас всё получится.

Приятно, конечно, что она в меня верит, но… Жаль, что я сама в себе так не уверена.

– Я постараюсь, чтобы получилось, – пообещала не то ей, не то себе.

Поднялась со стула и направилась к выходу.

– Пойдём, три дня – это не так уж много.

Девушка кивнула, соглашаясь со мной, и мы поспешили выйти из библиотеки.

На кухне было многолюдно, и ещё громко, но так же, как и в прошлый раз, стоило мне ступить в помещение, стало тихо. Только скворчащие сковородки да попыхивающие чугунки продолжили предательски шуметь.

Пока мы шли сюда, я пыталась сочинить речь. Такую, чтобы проняло каждого, но отчего-то в голову лезла сущая ерунда, ничего общего с возвышенными чувствами не имеющая.

Поэтому начала я просто:

– Мне нужны слуги, чтобы подготовить комнаты к приезду гостей.

Мой голос звучал ровно, в меру строго, в меру расслабленно. Честно говоря, я сама обрадовалась, что горло не свело судорогой и мне удалось договорить без запинки. Конечно, до матушки мне далеко, но всё же…

Ответом мне стала тишина. Наполненная ароматами и пренебрежением, которое буквально сдавило воздух стальными щупальцами.

Обвела взглядом молчаливых слуг и равнодушно пожала плечами:

– Если вы ради ненависти готовы поставить под удар репутацию рода Ленгро, то я мешать вам не буду. Но очень сомневаюсь, что лорд Брайен обрадуется, когда его обсмеют все соседи.

Тактика – так себе. Только я понятия не имею, как ещё на них повлиять.

Должны же они понимать, что глупое противостояние до добра не доведёт?

– Я пойду, – вперёд вышла не молодая уже женщина, но крепко сложенная и настроенная решительно. Судя по упрямству, что блестело в зелёных, словно молодая листва, глазах.

Нас уже трое. Что же, это совсем не плохо.

Вслед за первой, подтянулись ещё две девушки. Они были молоденькими и невероятно похожими друг на друга. Хорошенькие. И пугливые, так и норовили взгляд опустить, лишь бы на меня не смотреть.

– Хорошо, – я позволила себе улыбнуться. – Пойдёмте.

Гостевое крыло замка ничем не отличалось от хозяйского, разве что комнаты были поменьше, да ковры в коридорах отсутствовали. Да, и ещё картин с вереницей предков на стенах не имелось. Но это я отметила бегло и запоминать не стала – не такие уж и нужные эти знания.

В спальнях царил полумрак, и пахло пылью и сыростью. В замках всегда так – стоит на несколько дней оставить помещение без уборки, как пыль тут же оседает на всём. Будто намекая, что теперь пришло её время властвовать.

Камины не топили, и настывшая прохлада заставила зябко поёжиться. Толстые каменные стены даже в знойные дни не прогревались настолько, чтобы можно было обойтись без живого огня.

– Пыль стереть, шторы сменить, постель и покрывало тоже, – неспешно перечисляла, шагами меряя комнату. – Полы вымоете после, когда всё закончите. Как вас зовут?

Последний вопрос был запоздавшим, нужно было бы начать с него, а не с указаний, но я решила себе простить эту оплошность. Я нервничаю, переживаю, и вообще – я госпожа, мне можно. Наверное.

Матушка бы поспорила с моими умозаключениями, ведь она никогда не позволяла себе обращаться к слугам не по именам. Она знала каждого в лицо, даже подноготную и ту помнила. За это её уважали, любили, но и боялись тоже. Вот такая странная смесь из чувств.

– Я Айли, госпожа, – ожидаемо, первой представилась женщина.

Девушки же, робко переглянувшись между собой, произнесли почти одновременно:

– Лили.

– Даяна.

Кивнула, запоминая.

– Окна откройте и хорошенько проветрите в комнате, и воду чаще меняйте, когда пыль протирать будете. Здесь не должно остаться этого затхлого запаха.

Теперь пришёл их черёд согласно кивать.

Я указала на выбранные комнаты и только собралась вернуться на кухню, чтобы переговорить с кухаркой, которая сверлила меня недовольным взглядом, когда я пришла позвать слуг, как столкнулась ещё с двумя женщинами в коридоре.

Они не выглядели смущёнными или испуганными, скорее уж донельзя оскорблёнными, словно им вовсе не хотелось здесь находиться.

– Какие комнаты убирать, госпожа? – спросила одна из них, гордо выпячивая двойной подбородок.

Я усмехнулась, мысленно, конечно, а на деле повернулась к Айли и попросила:

– Останешься за старшую. И объясни им, – кивнула себе за спину, – что нужно делать.

Женщина поклонилась, и я успела заметить довольную улыбку на её губах.

А вот те, что пришли, напротив, оскорбились ещё сильнее, но возражать не стали, что уже радует.

Фух… Не так уж это и страшно, управляться со слугами, а то, что ноги трясутся, да сердце бьётся в груди испуганной птицей, так это ничего, это пройдёт.

– Госпожа, мне остаться? – напомнила о своём присутствии Брита.

Я посмотрела на неё и отрицательно покачала головой:

– Нет, ты будешь моей личной помощницей.

Девушка буквально засветилась от удовольствия, а я беззвучно хмыкнула. Хорошая она, всё же, несмотря на не очень приятное начало нашего знакомства.

Без Бриты, в самом деле, мне бы далось всё куда сложнее. С ней я чувствовала себя чуточку спокойнее, хотя она для этого ничего особенного не делает. Просто стоит рядом и… Верит в меня? Да, именно так. А этого, как теперь мне известно, вполне достаточно.

На кухню мы вернулись и застали довольно интересную картину – женщины собрались в круг и усиленно обсуждали… Меня.

Не внешность и манеры, а приказ.

– Что она о себе возомнила?

– Ага, ещё Вайнер нами не командовала!

– Вот сама пусть комнаты и убирает.

Они переговаривались тихо, но возмущение то и дело прорывалось шумными вздохами и кривыми гримасами.

– А господин-то с чего её ответственной назначил? Справлялись же как-то без неё все эти годы… – это уже кухарка пробурчала, неистово натирая и без того блестящий чугунок.

– Небось в постели она хороша, – предположила одна из них и мерзко хихикнула, но тут же подняла взгляд, и улыбка на губах истончилась, а потом вовсе растаяла.

Для того, чтобы не покраснеть от последнего предположения, мне пришлось больно ущипнуть себя за ногу, прямо сквозь платье. А потом чинно пройти по кухне и остановиться у сбившейся плотнее стайки сплетниц:

– Кто из вас желает заняться подготовкой к приезду гостей?

Они промолчали, лишь взгляды потупили, при этом из-под ресниц посматривая на меня.

– Если желающие есть, то можно прямо сейчас пойти к лорду Брайену и предложить свою кандидатуру. Я не против.

Чистая правда. Я и не подумаю препятствовать эдакому благородному порыву, снять с моих плеч непосильную ношу. Но, почему-то, никто с места не шелохнулся. И звука не произнёс.

– Что же вы молчите? – собственный голос против воли налился ядом, и мне пришлось глубоко вздохнуть, чтобы продолжить несколько иным тоном. – По вашим словам, вы справлялись все эти годы, так отчего же молчите? Кто был за главную?

Опять тишина. На этот раз она меня не удовлетворила, лишь разозлила.

– Я не упрашивала супруга осчастливить меня столь ответственным заданием, лорд Брайен сам так решил. И если вы хотите с ним поспорить, то я не стану вам мешать.

Спорить с господином никто из них не желал, это было видно по побледневшим лицам, по страху, что отразился в глазах.

Пожалуй, на этом стоит завершить столь неприятную беседу.

Я посмотрела на кухарку и спросила:

– Что со съестными припасами? Покажите мне кладовую.

Женщина хоть и не стала выглядеть дружелюбнее, но, всё же, перестала взглядом молнии метать. Она поставила на стол чугунок, и прошла в сторону неприметной двери.