16. Очередной поворот

Утром Джин ждала новая записка на столе и завтрак из каши с фруктами и чашки кофе. Меха дотронулась до чашки – горячая. И снова магия. И снова приятная ненавязчивая забота…

Она не стала открывать вдвое свернутую бумагу с посланием – не хотела узнавать, что там. Смысл? Только душу рвать лишними сожалениями и мечтами о несбыточном.

Она и без того будет жалеть, что все так быстро закончилось. Но Джин точно знала, что пора делать ноги, потому что начала крепко сомневаться в том, что через неделю вообще сумеет уйти.

Уже сейчас в голове нашлось с десяток причин задержаться. И девушка прекрасно отдавала себе отчет, что дело не в вещах, которыми можно разжиться где угодно. Не в отдыхе, который и без того слишком затянулся. Не в попытке отсидеться – сколько она собирается скрываться и прятаться в стенах уютной квартиры с заботливой хозяйкой?

Решившись, Джинджер залпом выпила кофе, проигнорировав кашу – потом где-нибудь поест. Собрала свои вещи в найденную объемную сумку, оделась в платье и пальто, на голову шляпка – так ее в квартале не узнают, а светиться она не собиралась.

План был предельно прост: вернуться в квартиру, забрать оттуда накопленные деньги и самое необходимое, заглянуть в банк и получить причитающееся ей. Чувства чувствами, но никаких сантиментов Джин себе позволить не могла. Ту пятерку она честно – ладно, не очень – заработала, едва не подставившись и не попавшись шестеркам, так что имела на них полное право. А после порталом на юг, там она разберется, куда дальше податься. Главное сейчас – уехать из Диграйна, оставив позади и Нокса с его недоделанным дружком-эмпатом, и Аля, при мысли о котором уже сейчас болезненно сжималось сердце.

И тем не менее меха уверенно шла в квартал, не давая себе раскисать. Тот редкий случай, когда заходила она через центральный вход – по тайным ходам в такой одежде не полазишь. У центральных дверей привычно собралась толпа народа, и на Джин никто внимания не обратил.

Меха же двинулась вперед, игнорируя мальчишек-зазывал, приглашающих в очередной магазин с уникальными товарами. Девушка отлично знала, что по-настоящему уникальные товары не нуждались в рекламе. Их штучно делали лучшие мастера, и очередь на покупку была расписана едва ли не на годы вперед. Такие мастерские располагались вдали от суеты, у входа же продавались кустарные поделки и подделки по дико завышенным ценам.

Чем глубже в квартал она заходила, тем меньше людей встречалось. Зеваки так далеко обычно не совались, а местные в разгар рабочего дня были кто на работе, кто на учебе. Правда, имелись те, кто работал на улицах.

Мальчишки носились небольшой стайкой, один, лет десяти, очень ловко неловко налетел на Джин.

– Простите, леди, – извинился он и вознамерился сбежать.

С ее деньгами.

– Слышь! – меха поймала его за руку, в которой был зажат кошелек.

Паренек задергался, пытаясь вырваться, но и Джин умела хватать сильно и больно.

Когда-то именно так ей сломали руку. Но меха ничего никому ломать не собиралась.

– Почему не в школе?

– А ты моя мамочка, что ли? – тут же ощерился он.

Остальные напряженно наблюдали. Джин точно знала: если она сейчас не отпустит их дружка – набросятся всей кучей. А с десятком детей ей не справиться. В уличных драках в ход пускалось все: ноги в тяжелых башмаках, ногти, зубы, а то и перочинные ножи или самодельные заточки, которые наверняка имелись у каждого из пацанят.

Это была бы слишком бездарная смерть.

– Я та, которая сегодня не сдаст тебя шестеркам. А ты или учись ремеслу мехов, или не попадайся.

Она выхватила кошелек и отвесила звонкий щелбан.

– Сучка! – бросил ей мальчишка и, потирая лоб, рванул с места.

Остальные понеслись за ним в поисках жертвы попроще.

Джин посмотрела им вслед, прекрасно понимая, что большинство не сумеет свернуть с этой дороги и однажды или попадется стражам, или окажется с перерезанным горлом в канализации. Тут и розги вряд ли помогут, не то что какой-то щелбан.

Вопрос: сумеет ли свернуть она?

Пока что меха поворачивала только по узким извилистым улочкам, дойдя до нужного блока. Привычно, как и всегда, открыла дверь, зашла внутрь, закрывая за собой замок, кинула сумку с вещами…

Все как обычно, замок выглядел нетронутым, обстановка не потревоженной…

– Привет.

Риэд валялся на ее диване, и неторопливо встал, приветствуя хозяйку.

А ведь было заперто…

Джин уперлась спиной в дверь, безошибочно найдя замочную скважину. Два поворота ключа…

– Не спеши, Джин, я жду тебя вторые сутки. Невежливо уходить так сразу.

Припадая на левую ногу, Риэд приблизился к ней.

Надо валить.

Два поворота – и отлаженный механизм, за которым она всегда следила, не подвел: ни скрипа, ни шороха.

– Джин, не заставляй меня напоминать о клятве, – попросил Риэд, и меха схватилась за горло, резко потеряв возможность дышать.

Из груди вырывались сдавленные хрипы, перед глазами потемнело…

– Достаточно, – произнес мужчина, опускаясь рядом.

Меха и не заметила, как сползла на пол.

– Я ведь хотел по-хорошему…

– По-хорошему? – поразилась Джин, обретя возможность дышать и говорить, хотя слова давались с трудом. – По-хорошему заставил принести две клятвы? По-хорошему вломился в мою квартиру?

– Я очень хотел быть хорошим, – Риэд смотрел на нее своими разноцветными глазами. – Но сначала отец, сделавший из меня урода. Потом брат захотел власти и попался… Потом идиоты-помощники, неспособные выполнить элементарные поручения. Я так надеялся на тебя, Джинджер… давай хоть ты не будешь толкать меня к тьме.

– Ты столкнул себя туда сам!

– Ты не понимаешь меня, Джин, – Риэд тяжело вздохнул и поднялся. – Но все равно сделаешь, как я скажу.

– Пошел ты!

– Не беспокойся, я уйду. И тебя не собираюсь слишком задерживать. Просто выполнишь для меня одно дело. С тобой в «Рапсодии» был мужчина…

– А ты откуда знаешь? – удивилась меха, но тут же все поняла: – Крупье! Это был ты!

Ведь чувствовалось в нем что-то знакомое при первой встрече!

– Неважно. Просто слушай, – Риэд оперся о стену, стоять ему было тяжело. – У него есть два артефакта, мне нужны оба. Как выглядит один – я не знаю. Второй, скорее всего, как волкодав тайных стражей.

Риэд достал круг, в котором красовалась оскаленная морда арнаудского волкодава. Поскольку Джин только недавно их видела, то сходство оценила сразу.

– Откуда у тебя артефакт тайных?

– Поверь, ты не хочешь этого знать.

И Джин поверила, потому что, кажется, догадалась…

Кто в городе не слышал об убийстве целого отряда тайных? У них тогда весь квартал прошерстили, но преступника так и не нашли. А жаль…

– С чего ты вообще взял, что у него есть эти артефакты?

– Потому что этот артефакт, – Риэд продемонстрировал оскаленную морду, – связан с остальными артефактами тайных. На нем один такой.

– Тайных? – удивилась меха.

Аль не просто шестерка? Чего еще Джин о нем не знает?

– Да, но у него что-то нестандартное. А второй висит в районе груди под одеждой, точнее не знаю.

Зато меха знала. Она видела небольшую пластину с черным камнем на цепочке. О том, при каких обстоятельствах видела, лучше сейчас не вспоминать. Как и то, что ничего другого на Але тогда не было.

– Принеси мне их, и я сниму с тебя клятву.

Обокрасть Аля…

– Нет.

Она просто не сможет.

– Хочешь сдохнуть? Вместе со своим тупым дружком?

– Нокс? – Джин не поняла, как оказалась на ногах. – Ты что-то ему сделал?

– Пока нет. Но и его жизнь сейчас зависит от твоего решения. Ну же, Джин, это же обычное для тебя дело. Ты же воровка – вот и выкради артефакты.

– Как ты себе это представляешь? Тот, что на шее, он вообще не снимает!

– Прошу, избавь меня от ненужных подробностей, – поморщился Риэд. – Просто достань. До завтрашнего утра – именно столько времени есть у твоего дружка. И учти, Джин, – мужчина подошел к ней, и от его темного глаза по лицу расползлась черная татуировка. – Я найду тебя везде.

– Будешь гоняться за мной по всему миру? – хмыкнула меха, больше желая показать, что ей не страшно.

Хотя было очень, очень страшно.

– Я просто убью тебя, где бы ты ни была.

И то, как буднично произнес это Риэд, не оставило сомнений – он действительно ее убьет. И Нокса. И того, кого еще потребуется, чтобы получить те ржавые артефакты.

– Будь умницей, Джин. Ведь ушедшие не велят нам убивать. А я буду ждать тебя в их храме.

От такого напоминания девушка едва не рассмеялась, хотя это был бы нервный смех. Живет при храме, верит в ушедших и идет за ними по трупам! Ржавая шестерня, да как так-то?

Риэд проковылял мимо нее, толкнул дверь и вышел, оставив Джин в полном раздрае. Она потерла горло, пытаясь стереть ощущение удавки. Ощущение пропало, зато удавка никуда не делась.

Она ведь хотела уйти от Аля, завязать с прежней жизнью, встать на путь истинный. Но судьба распорядилась иначе. Вот и пытайся от нее сбежать после этого.

Хоть возвращаться обратно недалеко.