Глава 16

Этот день, кажется, я не забуду никогда. Еще бы. Высокомерность Ларисы, угрозы в мой адрес, громкие слова и… новость о ее беременности.

В голове абсолютный хаос. Симбиоз чувств и эмоций, обрушившихся на меня за мгновение. Я даже не знала, как отреагировать, чтобы она не увидела, как мне плохо от сказанных ею слов. Потому что это очередной внезапный удар.

В спину. Со всего размаху.

Но я справилась и с гордо поднятой головой отошла от нее.

А может быть, Альпарслан из-за этого решил развестись со мной? Узнал, что у них с любовью всей его жизни скоро родится ребенок, которого не смогла за три года супружеской жизни дать ему я, и поэтому ушел? Выкинул меня из своей жизни, как ненужную вещь. Решил, что пора ему стать полноценным членом общества. Стать отцом, а не терять впустую время со мной? Вероятно, так оно и есть.

Все закономерно. Если судить с этой точки зрения, то я могу его понять. Человеку тридцать пять и он, естественно, хочет настоящую семью. С детьми, как у всех. Поэтому осуждать больше не получается.

Однако это не значит, что я забуду его предательство и прощу ему все на свете. Так или иначе, можно было сразу сказать о том, как он представляет себе нашу супружескую жизнь. Расставить точки над «i» и дать мне понять, что так продолжаться не может. Решить все сразу, а не откладывать проблему в долгий ящик и причинять боль, которая меня чуть не убила. Стоит вспомнить его жестокие слова, так холод сковывает все тело и не дает сдвинуться с места.

Интересно, что бы Альпарслан сделал, узнай он тогда, что под моим сердцем тоже растет его малыш? Я могу предполагать разные варианты, но, скорее всего победит тот, что ближе всего к истине.

Ребенок от любимой женщины. Первой любви. Или от той, что вынужденно стала его женой и так и осталась в тени Ларисы. Выбор очевиден. Не так ли?

Альпу не нужен ни мой ребенок, ни я. Поэтому цепляться за соломинку и искать то, чего нет… больше не имеет смысла. Но появление Ларисы в офисе дезориентировало меня, и нужно прийти в себя.

Выдохнув, я утыкаюсь носом в рабочие документы. Сегодня очень много дел, с которыми я обещала справиться до вечера. А раз так, то выполнить их необходимо в нужные сроки, как бы худо мне сейчас ни было. Мысли постоянно возвращаются к Альпарслану, к словам Ларисы. Снова и снова. Вновь погружая меня в какой-то бесконечный водоворот, из которого нет выхода. И я просто не могу сконцентрироваться на работе.

При всем моем желании, вырубить лишние эмоции не получается. И я просто задыхаюсь от того, как на меня давят стены. Кислорода в просторном помещении катастрофически не хватает. На миг мне даже кажется, что чьи-то невидимые руки сжимают мне горло, от чего я буквально начинаю задыхаться.

– Черт. – Отодвинув папку, я двумя пальцами массирую виски, а потом и переносицу. Тяжело думать, когда в голове полная каша. А сердце буквально разрывается на кусочки от мыслей, что теперь Альп и Лариса – полноценная семья…

Новая ячейка общества.

Альп, ее женщина и их будущий ребенок.

То, о чем когда-то мечтала я сама. Только вот на месте Ларисы должна была быть я.

Как же быстро поменялась моя жизнь… Месяца два назад я только и делала, что строила планы, мечтала о том, что вскоре у нас с Альпом появится малыш… Но реальность придавила, словно гранитной плитой. И вот она – правда. С которой так трудно смириться.

То, о чем грезила я, есть у Ларисы. Альп любит ее. У них скоро будет ребенок. Все счастливы… Одна я осталась у разбитого корыта. И никому уже не интересны мои мечты и надежды.

Парадокс, не иначе. Судьба знатно решила поиздеваться надо мной. И продолжает ударять под дых. Сколько можно?

Подхожу к огромному окну, открываю форточку. Ветер сразу бьет в лицо, немного отрезвляет. Становится чуть лучше, чем минуту назад.

А затем беру себя в руки и принимаюсь за работу.

– Ты сегодня какая-то бледная, – замечает Руслан, когда я приношу ему папку с документами, которые он просил рассмотреть до шести. И я, слава богу, успела.

Надеюсь, никаких косяков не оставила. По крайней мере, я старалась максимально погрузиться в дело, избегая посторонних мыслей, норовящих заполонить израненное сознание.

– Тебе так кажется. – Я решаю не вдаваться в детали.

Мне действительно плохо. Но Руслану незачем знать мои проблемы. Он и без того знает гораздо больше, чем следует. Его поддержка бесценна, но злоупотреблять ею не стоит.

– Если плохо себя чувствуешь, – он откладывает документы и устремляет на меня пристальный взгляд темных омутов, – можешь поехать домой немного раньше.

– Нет, ты что. Все в порядке, – отмахиваюсь я. Руслан и так многое для меня сделал. Не нужно наглеть и пользоваться его добротой каждый раз. – Еще час до конца рабочего дня.

– Ты обедала? – спрашивает вдруг шеф, чем сбивает меня с толку.

Я аж замираю, не зная, что ответить. Нет, я действительно не обедала. И это плохо, если учесть, что я в положении и мне нужен комплексный уход. В конце концов, беречь себя необходимо. Голод пагубно влияет на настроение человека, в чем я не раз убеждалась на собственном опыте. Честно, врать я не умею. Поэтому торможу, прикусывая губу и не зная, что ответить.

Руслан – удивительный человек. Да их семья в целом уникальна. То ли оттого, что мои «родные» далеки от таких ценностей, то ли я расчувствовалась на фоне беременности. Но я считаю, что Абрамовы – пример для многих поколений. Когда я их вижу, сразу понимаю, что эта та самая картинка из моих фантазий. Там есть любовь. Понимание. Забота и тепло. То, что каждому из нас так необходимо.

Но все же до жути непривычно вот такое внимание. Оно поражает меня настолько, что я в ступоре застываю. По сути ведь, чужой мужчина. Руслан не должен обо мне заботиться, но ведет себя так, будто является родным для меня человеком.

– Я…

Хочу придумать какой-нибудь повод, но Руслан меня перебивает:

– Понял я уже. – Он улыбается. – Играть ты не можешь, Дарина. Не умеешь. И притворяться тоже. Какой бы вопрос я ни задал, буквально через секунду читаю на твоем лице ответ. Ты как раскрытая книга для меня, ей-богу.

«Была бы я такой же для мужа…»

Эта мысль вихрем проносится в голове. Нервно сглотнув, я отвожу взгляд, не желая смотреть в глаза Руслана.

– Я, пожалуй, приму твое предложение и действительно поеду домой, – наконец отвечаю я, чувствуя, как по телу пробегает волна мурашек от его пристального взгляда.

– Конечно, – хмыкает он. – Без проблем. Напоминаю, что ты должна думать не только о себе, Дарина.

Поспешно кивнув несколько раз, я покидаю его кабинет и, забрав из своего кабинета сумочку и телефон, направляюсь к лифту.

Дома оказываюсь через двадцать минут. Даже в магазин успеваю зайти, так как кушать все же необходимо, а есть купленную в маркете готовую еду я не привыкла. Все же домашняя еда лучше. Да и мало ли… Реакция организма может быть разной.

Затем повторяю ежедневные ритуалы: переодеваюсь, мою руки, готовлю ужин, а потом бегу в душ, где провожу больше получаса. И только потом сажусь за стол.

Я никогда не любила одиночество. Оно казалось мне странным. Нереальным для представления. Я всю жизнь мечтала об огромной семье. И не просто огромной, а чтобы каждый любил и ценил другого. Уважал. Наверное, потому, что с детства в голове сложился некий образ и представления. Они казались мне константой. Без переменных. Сейчас же все повернулось на сто восемьдесят градусов… Новые ориентиры отгоняют прошлые и диктуют свои правила.

Что касается семейных представлений… Если не брать в расчет собственную семью и вновь говорить о том, с кем я могла общаться, когда мужа не было дома… У него есть брат и сестра. Но их я видела крайне редко. Альмира учится за рубежом, прилетала два или три раза в год и то всего лишь на несколько дней. Но, несмотря на это, у нас всегда были прекрасные отношения. Она доверяла мне, наверное, больше всех на свете. Делилась секретами, просила советов. И я, конечно же, постоянно ее поддерживала. Это было искренне и ценно, как мне кажется.

А Булат – брат Альпа… Он максимально закрытый человек. Работает отдельно. Они с женой любят путешествовать, поэтому увидеть их довольно сложно.

Сам Альпарслан… Он, бывало, не спал ночами. Сидел за компьютером до самого утра. Очень редко делился со мной проблемами. В дела компании не впутывал. А я старалась ему и не мешать. Поэтому, если бизнес крепко держится на плаву, то только благодаря Альпу.

«Долг мужчины – как следует обеспечивать свою женщину. Чтобы она никогда ни в чем не нуждалась. Поэтому… не забивай голову вопросами, которые тебя никак не касаются», – всегда отвечал он, когда я спрашивала о том, что его тревожит.

Именно в такие моменты я считала, что он самый лучший. Любимый мой, заботящийся. Идеальный любящий муж.

Но тогда я была другой. Внимала каждому его слову, в рот заглядывала. Любила до безумия. Что осталось сейчас? Ничего кроме сожаления и изнывающей боли в груди. Все оказалось игрой. Иллюзией. Я даже не знаю, как правильно назвать его поступки. Лицемерием, наверное… Да, скорее всего, это слово отражает правду по всем фронтам.

Поставив на стол салат и стакан сока, я забираю тарелку с котлетами и сажусь на стул. На самом деле аппетита нет, но, как сказал Руслан, думать я должна не только о себе. И Лейла неоднократно заявляла, что питание во время беременности очень важно для малыша. И я согласна с ними. Несмотря на то, что кусок в горло не лезет, я заставляю себя ужинать. А затем думаю посмотреть фильм, иначе умру от скуки. Да и мысли займу.

От подруг звонков нет. Рената предупреждала, что они семьей проведут вечер в ресторане за городом. А Лейла… Она должна была познакомиться с женихом своей сестры. Поэтому им сегодня не до меня, а навязываться я не хочу.

Убрав со стола, я привожу кухню в порядок. Мою посуду. Конечно, имеется посудомойка, но я не люблю ей пользоваться. Потом убираю все в шкаф, и едва успеваю сесть на диван и включить телевизор, как раздается дверной звонок.

Понятия не имею, кого могло бы принести в такой час. Но, открыв дверь, я очень удивляюсь, увидев перед собой Руслана. На его лице нет и тени улыбки. Хмурый. Кажется, он чем-то расстроен.

– Что-то не так? – вовсе негостеприимно, в лоб спрашиваю я.

– Впустишь? – холодно произносит он.

Прищурившись, я киваю и машу рукой, приглашая его зайти.

– Что случилось? – повторяю свой вопрос.

Руслан, сняв обувь и пройдя чуть вперед, встает прямо напротив меня. Затем и вовсе, взяв за подбородок, поднимает мою голову и заставляет смотреть ему в глаза.

– Ты почему не сказала, что та стерва приходила? Что она тебе наговорила, Дарина?

Я должна ответить ему, но застрявший поперек горла ком не дает этого сделать. Буквально лишает остатков кислорода от давления извне. Я моргаю несколько раз, полностью теряясь. То ли оттого, что мы с Русланом остались вдвоем без посторонних, то ли все еще не отошла от встречи с Ларисой. Потому что овладевшие мной сейчас чувства не сравнить ни с чем. Впервые я так близко ощущаю исходящий от мужчины аромат.

От чужого мужчины.

От Руслана приятно пахнет. Мало того: его ладонь ложится на мой затылок и фиксирует голову так, чтобы я не смогла отвернуться. Мы опасно близко друг к другу…

Его глаза опускаются на мои губы. Он шумно сглатывает, а я, вцепившись за его запястье, слегка отстраняюсь. В воздухе повисает напряженная пауза.

Руслан вдруг отпускает меня. А затем, не сказав ни слова, идет в кухню и садится за стол.

– Лариса угрожала мне. – Я нарушаю тишину, которая начинает выводить меня из себя. Каждое мое движение на грани рассудка. Каждое слово вызывает в грудной клетке болезненные спазмы. – Она сказала, что в первую очередь мне надо думать о родителях.

Я сажусь напротив.

– Так. – Руслан хмурится. – Дальше.

– Лариса просто нащупала мое самое больное место, Руслан, – выдыхаю я. – Или об этом ей сказал сам Альп. Не знаю, но факт остается фактом… Как бы я ни пыталась выглядеть сильной… Как бы я ей ни отвечала, мой страх настолько очевиден, что его не скрыть. Когда речь идет о моих родителях и о брате… Я теряюсь. И это не в моей власти.

– Не понимаю, почему ты волнуешься из-за семьи, которая вычеркнула тебя из жизни, как ненужную вещь, Дарина? Они бросили тебя на произвол судьбы и ни разу не подумали о том, как ты будешь жить. Это разве нормально? Как считаешь? Какие выводы можно здесь сделать, м? Мне же очевидно. Их нужно забыть. Так родные не поступают. – Потерев переносицу, Руслан удрученно качает головой. – И это при том, что ты всего лишь ушла от предателя. Развелась. Видите ли, это их не устраивает. Они хотят, чтобы было как раньше, и плевать на чувства родной дочери. Так что тем, что ты думаешь о них… только себе хуже делаешь. Если не ответишь людям той же монетой, кем бы они для тебя ни были, тебя растопчут, Дарина. Это я по собственному опыту знаю. Давид о тебе думает? Он хотя бы разок тебе звонил? А ведь родной брат, как-никак. Ну, есть что ответить?

Руслан вопросительно выгибает бровь. Смотрит прищуренными глазами, словно пытаясь достучаться до меня и заглянуть в душу. Я же понимаю, что он прав. Абсолютно.

Ни разу… Брат ни разу не выходил со мной на связь. Ни разу не спрашивал, есть ли у меня проблемы… что произошло в семье… в порядке ли я… Жива? Здорова? Где живу… Он мог бы найти меня, но не сделал этого на протяжении всего месяца. А значит, я ему тоже не нужна. Никому не нужна.

Новая лавина горечи растекается по груди, но я не позволяю ей пустить корни. Вовремя беру себя в руки и сжимаю пальцы до тех пор, пока они не становятся белыми. И так после встречи с Ларисой чувствую себя неважно.

– А откуда ты знаком с Давидом? – спрашиваю я, поднимаясь.

Не могу выдержать взгляд Абрамова. Он смотрит на меня оценивающе, буквально пожирает глазами. Раньше не замечала такой заинтересованности, но сейчас… Занимаю руки чем угодно. Наливаю в чашку чай, ставлю перед Русланом. Конфеты, печенье… И отхожу к окну. Подальше от него. Сажусь на подоконник.

– Спасибо, – благодарит он с усмешкой и, взяв шоколад с тарелки, отправляет его в рот. Руслан видит мою растерянность, но при этом не предпринимает попыток разрядить обстановку. Ему явно нравится меня смущать. – С Давидом я знаком больше двух лет, – отвечает он после короткой паузы. – Но именно вчера я специально сделал так, чтобы наши с ним пути пересеклись. Рустам рассказал мне о твоей просьбе, и я решил сам разобраться.

– И что ты разузнал? – интересуюсь тут же.

– Дарина, сколько можно повторять: волноваться нет причин, – устало отвечает он, будто все и так ясно. – С ним все в порядке, как и с твоими родителями. В компании тоже никаких проблем. Сейчас все пучком. А ты себя снова накручиваешь. Для чего? О ребенке думаешь? Перестань!

– Ты прав. Просто порой очень сложно смириться с реальностью и начать перестраивать себя заново. Но как бы мне ни было больно из-за равнодушия родных, я рада, что у них все в порядке. Эта мысль приносит мне покой. Для меня это важно, Руслан. Понимаешь?

Он кивает.

– Если хочешь, расскажу о том, какую информацию успел выудить у Давида.

– Не откажусь, – тихо отвечаю я, натянув улыбку.

Руслан начинает рассказывать мне о брате. О том, какие у него планы на будущее. Оказывается, Давид умеет общаться. Быть вполне себе открытым. Если есть на это желание. Видимо, я не вхожу в число привилегированных. Зато Руслан вполне подошел на эту роль. Абрамов – успешный бизнесмен. Он может пригодиться моему брату. А сестра для него – пустое место. Возможно, мама ему на мозги накапала. Не знаю. Не хотелось бы так думать, но в голову больше ничего не лезет.

Поблагодарив шефа, я снова сажусь напротив него. Руслан же вдруг молча встает и, улыбнувшись, спрашивает:

– Проводишь? Мне пора уходить.

Действительно пора. За всеми этими разговорами я не замечаю, как проходит полтора часа. И что странно и удивительно одновременно, моя напряженность и неловкость куда-то испаряются. Я успела расслабиться и поболтать с Русланом, как с близким человеком. Он действительно хорошо на меня влияет. Заряжает энергией, которой у него в избытке.

Поднявшись, я киваю Абрамову и выхожу в коридор. Останавливаюсь в прихожей, наблюдаю, как он обувается.

– Дарина, никогда не воспринимай всерьез слова врагов. А Лариса – это враг, – холодно чеканит он. – Не ты пришла к ней, а она к тебе. Значит, ты этой дряни нужна больше. Следовательно, ты ее обыграла. Поверь: раз у нее не осталось другого варианта кроме как угрожать тебе, все у нее идет коту под хвост. Ведь она тебя не только родителями шантажировала, верно?

– Не только, Руслан. – Я облокачиваюсь о дверной косяк. – Мне ведь ничего не нужно от Альпарслана. Однако мне кажется, Лариса думает иначе. Она считает, что я бегаю за ним. Полная чушь. Пусть лучше о своем малыше позаботится, чем ко мне лезет…

Руслан молчит, явно переваривая только что полученную информацию.

– Она тоже, что ли?.. – задумчиво интересуется он. – То есть… она беременна?

– Да. Если не врет, конечно, – горько усмехаюсь я. – Хотя, скорее всего, не обманывает. Какой смысл? Ладно, неважно. Надеюсь, что больше с ней не встречусь. Потому что после разговора с ней до сих пор раскалывается голова.

– Потому что ты все слишком близко к сердцу принимаешь, Дари. – Голос Руслана звучит совсем близко. И когда он только успел приблизиться? Абрамов снова наклоняет голову, пристально вглядывается в мои глаза. – Забей. Постарайся не думать ни о ком из прошлого. У тебя новая жизнь. У тебя все замечательно. Не позволяй лицемерам портить то, что ты начала самостоятельно. С чистого листа.

Руслан уходит, оставив меня наедине с моими мыслями. А ведь он прав. Во многом. Я начала все заново, а это означает, что о прошлом думать нет смысла. С родителями все отлично. Все наладилось. Альпарслану вообще не до меня. Первая любовь перед глазами. Скрываться, считай, больше не нужно. А Давиду важен бизнес – и только…

Пора окончательно это принять и идти дальше

Мне все-таки удается посмотреть первый попавшийся фильм. До часа ночи лежу на диване и ловлю себя на мысли, что никогда не смотрела американское кино. Да я вообще ничего толком не смотрела. Не любила. А сейчас… Это то, что действительно помогает отойти от реальности и проблем. Потому что потом я снова буду думать о том, о чем думать не следует. А за просмотром фильма фокус меняется и улучшает мне настроение.

Однако когда я собираюсь пойти спать и наконец расслабиться, раздается дверной звонок. Я внутренне напрягаюсь. Кого это принесло в столь поздний час?

С колотящимся сердцем шагаю по коридору и смотрю в глазок. От шока едва не подпрыгиваю, но открываю дверь.

– Лейла… – хмурюсь я. – Что случилось, родная?

Подруга стоит передо мной в слезах. Плачет она давно, судя по тому, как опухли ее глаза. Они красные. Сама она едва держится. Трясется вся, как при приступе тахикардии.

– У меня семья разбивается, Дарина! – начинает она, шмыгая носом. – Муж обвиняет в измене. Из дома выгнал, представляешь?! И сына отнять хочет!

Закрыв за нами дверь, я пытаюсь успокоить Лейлу. Но она плачет, не переставая.

Усаживаю ее на диване в гостиной, сама иду за стаканом воды. Господи, сумасшедший день!

– Сделай глоток. Легче станет, – прошу я, протягивая ей стакан.

– Не хочу, – мотает она головой, а затем дрожащими пальцами что-то ищет в своем телефоне. – Смотри.

Она поворачивает экран в мою сторону, а я замираю и просто перестаю дышать. Потому что вижу я не только Лейлу чуть ли не в обнимку с чужим мужчиной, но и себя с Русланом. Мы держимся за руки и прижимаемся друг к другу максимально близко, будто любящая пара.

Это было бы не так страшно, если бы это видели только мы. Однако судя по всему, новость уже успела облететь весь интернет. Раз напечатали ее в редакции крупного СМИ с кричащими заголовками:

«Сенсация! Раскрылись подробности по делу о разводе известного бизнесмена Альпарслана Чакырбейли. Всему виной – измена его любимой супруги. И это еще не все! Этот месяц полон новостей. Еще одна красивая пара нашей страны на грани развода. Чего же ждет Бурак Феррахоглу, жена которого ушла к его конкуренту?»

Мобильный подруги чуть не выскальзывает из моих рук, но я вовремя подхватываю его в воздухе. Перед глазами все размывается. Фокус перестает быть четким. Я будто бы на какое-то время теряю ориентиры. Автоматически отдаю телефон Лейле и тут же опустошаю стакан с водой, который сама же приносила для нее.

Эта новость ошарашивает. Подвергает в шок, из-за чего я некоторое время не могу прийти в себя. Меня одолевают противоречивые чувства. Они крутятся в унисон с напечатанным заголовком:

«Подробности по делу о разводе известного бизнесмена Альпарслана Чакырбейли. Всему виной – измена его любимой супруги…»

Виной, черт возьми! И любимой… То слово, которое ко мне вовсе не относится.

– Я сейчас приду, – произношу совсем сипло, обращаясь к подруге. На автомате дохожу до ванной и умываюсь, всматриваясь в свое отражение. Нужно немедленно взять себя в руки, хотя это чертовски сложно.

Меня трясет. Увиденная новость сбивает весь настрой на новую жизнь. Я больше не чувствую почву под ногами, а просто падаю вниз головой в пропасть, которой нет конца…

Никогда бы не подумала, что окажусь в центре скандала, который будет обсуждать весь интернет. В голове не укладывается. Получается, теперь и моя репутация летит в тартарары. В щепки разлетается.

Я обещала не разглашать причину нашего развода. Я молчала. А Альпарслан сдержал свое слово – помог моей семье… А что в итоге? Кто остался в выигрыше? Показан в выгодном свете? Настоящий изменщик теперь – обиженный мужчина с задетым эго. Ведь во всем виновата жена.

Я изменщица! Уму непостижимо. И самое главное… кому это надо? Кому есть дело до нашей семьи? Кто посмел так поступить?! Мы ведь и так развелись…

Зачем нужно было следить за мной? Для чего фотографировать нас с Русланом и выкладывать фото в сеть?

Я массирую виски, всматриваясь в расширенные зрачки, и наконец нахожу ответ. Догадка выстреливает в секунды, а имя зачинщика режет слух.

Лариса… Черт! Наверняка это ее рук дело. Вот уверена. Кому кроме нее нужно все это? Ведь не зря она бросалась угрозами… Не зря. Я полагала, что она навредит моей семье. Оказалось, все гораздо проще. Она нацелилась на меня, потому что знает: последствия такого рода новостей… это настоящий позор.

Но Лариса этого и хотела. Она добилась своего. Если это, конечно, сделала она. А если сам Альпарслан специально подлил масла в огонь? Чтобы еще больше запятнать меня в глазах матери, отца и брата?

Нет. Это было бы слишком жестоко с его стороны… Хотя и сие понятие размывается во всем том, что он уже сотворил со мной. Но я склоняюсь к версии, что это сделала Лариса.

Только вот в новостях упомянули не только меня, но и Лейлу… А значит, я все же могу ошибаться в своих предположениях. Черт голову сломит от догадок.

Пора возвращаться. У Лейлы сейчас нелегкие дни. Нужно поддержать ее, как когда-то сделала моя подруга – Рената. Теперь я сделаю все, что в моих силах, ведь совсем недавно была в такой же ситуации. Правда, у Лейлы все гораздо хуже. Если дело касается детей – это всегда сопровождается большими потрясениями и потерей нервов.

Умывшись в последний раз, я обещаю себе не поддаваться эмоциям и идти вперед, несмотря ни на что. Мне больно осознавать, что мое имя полощут в интернете. Но там… за стеной во мне нуждаются так же сильно, как и я в свое время. Поэтому я не могу позволить себе впасть в уныние и жаловаться на судьбу… прямо сейчас. Оставим это на потом.

Выйдя из ванной, я сразу впиваюсь взглядом в растерянное лицо подруги. Взгляд ее мечется из стороны в сторону. Места найти себе не может. При этом она постоянно стирает слезы, которые все катятся и катятся по щекам. Нескончаемым потоком.

– Расскажешь? – спрашиваю Лейлу, которая тут же кивает.

Облокотившись о небольшой комод, я складываю руки на груди, готовая слушать.

Оказалось, что Нихан – сестренка Лейлы – хотела познакомить ее со своим молодым человеком. Встреча прошла прекрасно. Все были довольны и пришли к выводу, что Эмре, кавалер Нихан, – достойный мужчина. Сразу видно, что она счастлива рядом с ним, а это главное.

В приподнятом настроении Лейла возвращалась домой, но, зайдя в гостиную, увидела родственников своего мужа. Они сидели на диванах и почему-то были очень хмурыми. А еще они будто ждали ее прихода. Сразу начали сыпать обвинениями, накаляя ситуацию до предела. И Лейла осталась совсем одна среди этих людей, которые то и дело унижали ее и оскорбляли словами. А затем показали фотографии, что стало ударом под дых… На ней Лейла была с другим мужчиной. Почти в обнимку. Это был тот самый Эмре – кавалер ее сестренки.

Но Бурак даже не стал слушать жену. Вместо этого прокричал, что больше не отдаст Лейле ребенка и, взяв под локоть, выставил из дома.

Так она оказалась у меня.

Господи… Если раньше я считала, что хуже моей ситуации с Альпарсланом быть не может, то теперь… Я понимаю, как глубоко ошибалась. Все познается в сравнении. Даже в самых страшных снах, увидев их на деловом ужине, я не могла вообразить, что между ними возникнут хоть какие-либо проблемы, а тут такое…

Я же их приводила в пример, как и Рустама с Ренатой. Восхищалась, все смотрела на них и смотрела. Глаз не могла отвести. А в будущем надеялась, что когда-нибудь встречу такого же мужчину, как Бурак, и буду счастлива рядом с ним…

Раз с Альпарсланом не сложилось.