Глава 4

Несколько дней напряженных наблюдений и повторный осмотр леса очень помогли мне. Сомневаюсь, что без Риссет и ее идеи отправиться в поход у меня получилось бы что-то найти. Благодаря некоторым деталям, в том числе и увеличению мелкой нежити, мне удалось выйти на группу сектантов, которые проводили в пригороде ритуалы призыва. Мы со стражами КСБР провели несколько допросов, в ходе которых выяснилось, что руководитель этой секты и есть– предполагаемый преступник. Сектанты оказались в основном студентами, помимо прочего они сознались в убийстве девушки.

Конечно, в допросе не обошлось без некоторых ментальных хитростей, но результат того стоил.

Все это наводило на интересные мысли. Серийный маньяк всегда действовал в одиночку, а тут нарисовалась какая-то секта. Да и не мог бы тот тип собрать стольких последователей за тот короткий срок, что находился в городке. Я чуял, что эта секта не связана с моим делом, но сбрасывать любые идеи со счетов не стоило.

Я продолжал присматриваться к местным жителям и работать в пекарне по несколько часов в день. К сожалению, чего-то слишком уж привлекательного я в этой работе не находил – клиентами чаще всего были одни и те же люди.

Единственное, что радовало, так это уменьшение обязанностей, ведь Тартис наконец-то поправился. Моему счастью не было пределов, когда ранним утром я увидел его на пороге своего дома без пятен на теле. Но еще больше выздоровлению Тартиса радовалась Дель, которая продолжала подкармливать меня выпечкой. Наблюдать за тем, как она флиртует с моим другом, было забавно.

Я продолжал общаться с Риссет и близнецами, которые немного расстроились из-за того, что я больше не буду их нянем. Но, несмотря на официальное расставание, мы продолжали видеться. При встрече мальчишки не упускали возможности попросить меня продолжить их учить, как они говорили: «шпионским фокусам». Это было очень забавно. Теперь я не беспокоился о детях, ведь знал, что они в надёжных руках Тартиса, у которого большой стаж работы нянем.

– Молодой человек, – кашлянула вошедшая в пекарню госпожа Шейресса, оглядывая меня с ног до головы и отвлекая от мыслей. Она вновь наведалась в пекарню, чтобы проверить, как идут наши дела. – Где вы работали ранее?

– Не думаю, что вам будет это интересно, – уклончиво мотнул я головой, не желая болтать с этой дамой, хотя явно был ей интересен. – Что хотите? – любезно уточнил я, указывая на обновленное меню, висевшее позади меня. – Могу порекомендовать вам диетические кексы со смородиной. На мой взгляд, это лучшее, что мы можем вам предложить.

– Хм, – поджала губы критик и, кивнув, добавила: – И яблочный чай, будьте так любезны. Вы не подумали о том, что к съестному следует предлагать напиток? Очень непрофессионально с вашей стороны.

– Разумеется, – кивнул я, принявшись готовить заказ. Мне, кончено, стоило быть повежливее с этой женщиной, но это все-таки не мой бизнес, да и какой спрос с того, кто стоит на раздаче?

Госпожа Шейресса поправила зимнюю шляпу, с которой не рассталась даже в помещении, и оценивающе оглядела убранство зала, который претерпел некоторые изменения. И хоть я сам помогал Риссет собирать некоторую мебель, однако я специалист в шпионаже, а не в сборке столов, так что не мог ручаться за стопроцентный результат.

Я не помнил, чтобы в мои обязанности входило подносить заказ к тем немногочисленным столикам, что стояли внутри, но сегодня сделал исключение. Поставив все на поднос, вырвал из стоявшего рядом букета какой-то цветок, дабы задобрить критика. Вдруг поможет?

– Добрый день. – Дверь заведения распахнулась, когда я отнес госпоже Шейрессе ее заказ, от которого зависела судьба этого заведения. Хотя «судьба» громко сказано – лишь небольшой приток посетителей, да и кто в наше время ориентируется на каких-то критиков, которые ходят по пекарням?

– Я могу чем-то помочь? – радушно улыбнулся я новой посетительнице. К счастью, под иллюзией Тартиса это было не так трудно.

Я питал интерес лишь к некоторым посетителям, и сейчас вошла как раз одна из тех женщин, что меня интересовали – обладательница темного дара. Однако я сомневался, что преступник, желающий скрыться от стражей, будет захаживать по утрам в пекарни и кондитерские, чтобы побаловать себя чем-то вкусным. Или же преступники с годами становятся избирательнее и привередливее?

– Вас давно не было видно, – подметил я, собирая в пакет несколько кексов и немного «волшебного» печенья. Без сомнений, мои предсказания понравятся жителям этого тихого городка. – Я слышал, вы работаете в мэрии? – Я осторожно ковырял её иллюзию, пытаясь что-нибудь вызнать.

– Вы правы. – Посетительница сдержанно и с легким опасением поглядывала то на меня, то на госпожу Шейрессу. – Скажите… – Она немного замялась и все-таки спросила: – теперь вы всегда будете работать здесь?

– Госпожа Дель и госпожа Риссет сейчас немного заняты, так что да, я некоторое время буду их заменять, – вздохнул я, пытаясь не сболтнуть лишнего в присутствии критика. Я пытался показать ей, какой я расчудесный сотрудник и как обслуживаю клиентов.

Она явно была довольна.

– Вот как, – вздохнула посетительница. – Спасибо, – рассчиталась она за свой заказ и поспешила выйти из кондитерской.

Иллюзия была крепкой, но это не отменяло того факта, что я все равно узнаю истинную внешность и личность этой женщины. Вместе с заказом я отдал ей небольшой кристаллик слежения, который приведет меня либо к ее дому, либо к месту работы. Такой трюк я собирался провернуть со всеми интересующими меня людьми в этом городе. К счастью, их было не так много.

Госпожа Шейресса, осталась очень и очень довольна проверкой – как изменениями в интерьере, так и ассортиментом продукции. В чем-чем, но в готовке Дель хороша, хоть и болтушка. Моя работа не была исключением, главное в деле – приветливая улыбка. Так или иначе, но госпожа Шейресса пообещала рассказать о пекарне в завтрашних выпусках газет. И что бы я ни говорил и ни думал по этому поводу, но был рад, что бизнес Дель и Риссет идет в гору, пусть и не так быстро, как хотелось бы. Может, мне тоже стоит открыть свое дело в столице?

А еще за эти несколько дней случилось то, чего я никак не ожидал – Риссет уволилась из компании драконьих грузоперевозок. Девушка решила не посвящать меня в детали, но не прошло и дня, как мы устроили в пекарне праздник в честь ее нового места работы. Мне всегда казалось, что в нынешнее время сложно так быстро сменить род деятельности, но Риссет это удалось с блеском. Оказалось, что у нее есть какое-то там образование и теперь она будет работать не то в музее, не то в картинной галерее. В искусстве я разбираюсь не так хорошо, как хотел бы, а потому не понял большую часть ее рассказа. Но главное, чтобы эти изменения были по душе самой девушке.

Из-за этого Риссет некогда было заниматься пекарней – она отправилась в музей, чтобы обсудить детали своей работы. Мы с Дель остались одни, и каждый занимался своим делом. Она не выходила из кухни, что-то выпекая и иногда проклиная все на свете, когда не могла разобраться с режимами новой плиты. Я же пил чай и отслеживал кристаллы записи. Я вроде бы что-то делал, чтобы найти преступника, но не мог отвязаться от мысли, что теряю время даром в этой пекарне. Это чувство съедало меня, заставляя шевелить мозгами, чтобы выяснить новые подробности. Мне нужно было ждать, когда преступник сам себя поймает, но пока я «скучал» в пекарне, то вспоминал о других вопросах, которые требовалось решить. Например, о моих коллегах, с которыми я уже дважды столкнулся.

– Дель, – зашел я на кухню, поглядывая на часы. – Я отлучусь, если ты не против, – предупредил я девушку, желая провести свой законный перерыв за пределами пекарни.

– Иди, но вернись ровно через час, – отстранённо попросила Дель, даже не повернувшись в мою сторону и продолжая увлеченно замешивать тесто.

Я кивнул и, сняв фартук и иллюзию, открыл портал в свой дом в Буршесте, а уже оттуда шагнул в квартиру в столице. Там мне вновь пришлось применить немного магии и создать очередной портал, правда, теперь уже на свое настоящее место работы. По нему я еще не успел соскучиться, ибо с того момента, как я был здесь последний раз, прошло не так много времени.

Пройдя пропускную систему, я вдохнул прохладный воздух. Кажется, у кого-то проблемы с отоплением.

– Вердис? – удивленно спросил один мой знакомый, который, судя по всему, без дела бродил в главном холле. – Какими судьбами? Ты же в Буршесте, – обличительно подметил он, – указывая на гигантскую стену, на которой висели все активные сейчас задания.

Отпираться было глупо, однако я поразился, что посторонние члены КСБР, не из моей команды, интересуются моими заданиями. Впрочем, я сейчас ничем не лучше.

– Верно, пришел за некоторыми данными, – согласился я, крепко пожимая ладонь коллеги. – А ты? Прохлаждаешься?

– Пришел за чем-нибудь новеньким. Только вчера вернулся из Эльфийских Долин, но сидеть дома нет никакого смысла, – и он с некоторой завистью вздохнул. – Немного завидую тем агентам, которых дома ждут любимая женщина и дети. Может, мне пора жениться, как думаешь? – непринужденно рассмеялся он. – На самом деле у меня есть девушка, но я не уверен, что она согласится выйти за меня замуж – ей не нравится моя работа и то, что я вечно в разъездах. Понимаешь, я как бы люблю ее, но не уверен в правильности своего выбора. Что ты мне посоветуешь? Расстаться с ней или сделать предложение?

Я с приподнятой бровью смотрел на малознакомого мне эльфа, пытаясь понять, чем заслужил такое доверие, чтобы выслушивать подобное. Я коллега, а не друг, чтобы со мной обсуждать столь личные вещи. Не люблю навязчивых личностей, готовых при любом удобном случае рассказать историю всей своей жизни.

– Не думаю, что могу помочь тебе, – сухо кивнул я и зашагал к висевшему в воздухе кристаллу, позволяющему отследить нахождение каждого из агентов. Напарник не отступал от меня, двигаясь следом.

– Вердис, ты же главный холостяк, ты должен мне что-нибудь посоветовать, – не сдавался эльф, а я решил воспользоваться этим.

– Без проблем, – резко сменил я отстраненность на участливость. – Готов предложить тебе несколько советов. Скажи, Нэрт, какого уровня твоя карта доступа? – Я заинтересованно покосился на красные значки на его униформе.

– У меня четвертый доступ, – послушно ответил эльф, доставая пропуск-карту из нагрудного кармана.

– Не одолжишь? – любезно приподнял я брови и, получив кивок, выхватил ее из рук сослуживца. – Свою дома забыл, – состроил я наичестнейшее лицо, прикладывая карту к кристаллу.

– Всякое бывает, – равнодушно пожал эльф плечами, купившись и вновь заведя свою песнь. – Что посоветуешь, Вердис? Жениться мне на ней или нет? Если да, то как сделать предложение? А если нет, то, может, дать обет безбрачия?

Я слушал эту бессмысленную болтовню одним ухом, внимательно следя, чтобы к нам не подошел кто-нибудь из моих знакомых или организаторов. Пользоваться чужими картами запрещено, но так как все мои действия имеют определённую ценность для работы, то это простительно. Ничего не случится.

– И возникает вопрос: как быть? Возможно, я готов расстаться с Энерсией, но её отец прекрасный вампир. Я могу порвать с ней, а не с её отцом. Я был бы очень счастлив, если бы именно он стал моим тестем. – Нэрт тяжко вздохнул, привалившись к стене, а я ввел код доступа, позволяющий просмотреть местонахождения других агентов и узнать подробности их заданий. Такими привилегиями мало кто обладает, и даже я могу просмотреть лишь частичную информацию. Возможно, сегодняшняя встреча с Нэртом, у которого расширенный доступ, далеко не наказание, как показалось в первые секунды нашего общения.

– Правда? Ты хочешь жениться на вампирше? – задал я очевиднейший вопрос, чтобы хоть как-то поучаствовать в нашей «беседе».

– Именно, она из древнего клана, – мечтательно вздохнул коллега, а кристалл, закончив проверку введенных данных, громко пикнул, позволяя мне проникнуть в самое сердце этого хранилища информации. – Её глаза, её чуть островатые зубки, её красные губы, её малахитовые глаза, остро очерченный носик, певучий голос, нежные ладони и длинные пальцы, у неё даже подушечки пальцев красивые, – перечислял он с придыханием все достоинства своей возлюбленной, а у меня дернулся глаз.

Слушая полное описание внешности незнакомки, я перебирал агентов и пытался найти в базе тех, кто были мне нужны. Несколько минут спустя мои поиски увенчались успехом. По тем данным, что мне удалось получить, вся компания сейчас должна находиться в Шаганефсе на задании, от которого я отказался из-за работы «нянем». Не буду врать, что обидно упустить такую крупную рыбу, как поимка химика, но и у меня работенка день ото дня становится все интересней. Задание было в статусе активного, однако местоположение агентов отличалось от того, где они должны находиться. Согласно карте, они действительно были в Буршесте, а если еще точнее, то у Мейра. Занятно.

– Понимаешь, она прекрасна аки лебедь, но в тоже время… – Нэрт не успел договорить, потому что я, закончив все свои дела в столичном отделении, перебил его:

– Вам стоит пожениться и завести детей, – брякнул я наобум, отдавая карту. – Спасибо за сотрудничество, – признательно склонил я голову и щелчком пальцев открыл телепорт, перемещаясь домой.

Если моя группа сейчас в Буршесте, да еще у Мейра, то мне сейчас там делать нечего. Мейру, конечно, я доверяю, но мы больше коллеги, нежели близкие друзья, которые могут пропустить по стаканчику. Он не обязан скрывать от агентов информацию обо мне. Почему-то я не сомневался в том, что они хотят узнать мое местоположение, иначе зачем им связной в Буршесте, учитывая, что я – единственный официальный агент в городе?

Я прибыл домой, но прежде, чем открыл следующий портал, получил от Тартиса магическое уведомление. Он просил зайти в его съемный дом и взять оттуда несколько книг для обучения юных некромантов и некоторые предметы первой необходимости. Он начинал потихоньку обживаться у семьи Форс и заставлять его собственным хламом, хотя там и без Тартиса порядка не было.

Я не стал пренебрегать просьбой друга и все тем же телепортом переместился в его дом. Бардак и слой пыли намекали, что уборки это место не видело несколько месяцев, а хозяину всё равно. Прикрыв глаза, я нашел в каком-то шкафу синий фартук с зайцами. Зачем он понабился другу в Буршесте, загадка. В какой-то момент меня одолело непреодолимое желание хотя бы щелкнуть пальцами, чтобы при помощи бытовой магии привести помещение в приличный вид, но я вовремя себя остановил. Меня не просили об этом. Может, так и задумано? К некоторым приходит вдохновение, когда они живут в грязи, а в грязи на полу можно сажать цветы. Зачем нарушать чужой уют?

Выйдя из дома, я решил сделать еще одно дело, раз уж оказался в столице. Я направился на кладбище животных, желая найти там какую-нибудь симпатичную собачку. Хотелось какую-нибудь охотничью породу с крепкими костями. Увы, но по кличкам мне было трудно определить обладателя могилы, и сканирование почвы мало чем помогло. В конце концов, я остановился у могилы с гордым именем: «Неуловимый Рэльден». Я ожидал многого, но уж точно не того, что Рэльден окажется морской свинкой. Упокоил обратно. Ради интереса поднял дух «Милой Кэллиэссы». Это была змея. Интереснее, но все-таки не то. Мне нужен кто-то посолиднее.

В конце концов я нашел, что искал – под скромным именем Гэрс скрывался прекрасный не то волк, не то вурдалак. Соединив кости воедино и установив с ним магическую связь, я отправил свое творение в дом семьи Форс. Я же обещал домашнего питомца? Обещал. Но я не уточнял того, что питомец будет обязательно живым. На этот вечер у меня были еще кое-какие планы, весьма далекие от работы.

…Риссет Форс…

После увольнения из Драконьих грузоперевозок я чувствовала себя окрыленной. Не знаю, почему я не сделала этого раньше. Потому что это была стабильная работа, которая приносила фиксированный доход? Потому что это соответствует моему магическому дару? Не знаю точной причины, но я рада тому решению, что мне удалось принять.

Сегодня должно было состояться мое собеседование на должность, и если все пройдет гладко, то я получу работу.

Пятиэтажное здание на главной улице города с ажурными колоннами и статуями кошек всегда привлекало взгляды – как случайных гостей города, так и местных жителей. Столичные музеи могли похвастаться самыми редкими предметами искусства и проводили регулярные выставки, посвященные актуальным историческим темам. Тот музей, в который меня пригласили, не имел конкретной направленности и был общеисторическим. Как и картинная галерея на втором этаже.

Толкнув двухстворчатую дверь, я оказалась внутри большого зала. Из источников освещения были только те кристаллы, что располагались возле выставленных экспонатов. Внутри было достаточно тихо, лишь откуда-то из глубины доносились приглушенные голоса. Сегодня музей закрыли, чтобы принять новые экспонаты и сделать перестановку в одном из залов. Но администрация, судя по всему, решила, что это и весьма подходящий день для оформления новых сотрудников. Хоть я и получила письмо с приглашением, но не была уверена в исходе собеседования.

Я хоть и оптимистка, но всегда здраво оценивала ситуацию, и сейчас недоумевала – зачем столичному музею нужен специалист из Буршеста? Хоть это направление и близко мне по духу, но у меня есть диплом и нет опыта. Да, я помогаю небольшому музею нашего городка организовывать небольшие выставки и мероприятия в период праздников, но разве это можно назвать работой?

В голове крутилось много мыслей, и на собеседование я шла с четким желанием не только ответить на заданные мне вопросы, но и задать свои приёмной компании.

Доброжелательная женщина указала мне дорогу к кабинету на третьем этаже. Это был этаж для сотрудников, но еще там располагались различные складские помещения. Коридорчики были узенькими и тускло освещенными. Возле нужного мне помещения сидело несколько человек, которые, как оказалось, также пришли на собеседование. Однако в процессе беседы выяснилось, что мы не являемся конкурентами, ведь хотим пройти собеседования на совершенно разные должности. А еще все присутствующие получили точно такое же письмо, что и я. Это меня удивило – неужели здесь такой недобор кадров? Или это мы такие профессионалы, что музей так желает заполучить наши кандидатуры? Я, конечно, неплохой специалист, но не могу назвать себя лучшим реставратором в Ромарине. Также я подметила, что все приглашенные – девушки примерно моего возраста.

В кабинет главного управляющего вызывали по очереди. Никто не задерживался внутри больше пяти минут – все выходили с радостными улыбками и фразой, что его приняли. Так как я потратила некоторое время, чтобы сориентироваться в столице и добраться до музея, то была последней в очереди. Когда крайняя девушка удалилась, то из кабинета вышла худощавая женщина-секретарь со строгим и слегка укоризненным взглядом и пригласила меня внутрь.

Я почему-то ожидала, что мне предложат присесть на стул в центре помещения, а напротив меня будет приемная комиссия из пяти-шести человек. По крайней мере, все было именно так, когда я пыталась получить работу в драконьих грузоперевозках. Но музеи явно устроены иначе – но, в конце концов, это не частное предприятие, а государственное учреждение.

– Здравствуйте, – поздоровалась я, проходя в небольшой кабинет, который был заполнен мебелью из темного дерева.

– Оу, еще одна? – удивился низкорослый и приземистый мужчина, который стоял у подоконника и поливал какие-то растения в маленьких горшочках. – Представьтесь, пожалуйста, – попросил он, откладывая леечку в сторону, присаживаясь за массивный стол и указывая мне на стульчик напротив.

– Меня зовут Риссет Форс. Я получила пригласительное письмо от вашего музея, – положила я его на стол вместе со своими документами. – Я бы хотела получить работу реставратора предметов искусств, – уверенно заявила я.

– Правда? – Главный управляющий взял мое письмо и пригляделся к нему. – Хм, действительно, – покивал он каким-то своим мыслям и пробормотал: – Странно, очень странно…

– Что-то не так? – тут же напряглась я. Почему-то тон мужчины мне совершенно не понравился.

– Нет-нет, госпожа Форс, – тут же закачал он головой, но все же решил объясниться. – Видите ли, в чем дело: я отвечаю за подбор персонала, но не припомню того, что отправлял письма вам и остальным соискательницам. Это действительно моя печать и подпись, – указал на письмо управляющий. – И поскольку не могу раскидываться подобным и прогонять вас, то вы, конечно же, приняты, раз я «пригласил» вас, – вздохнул мужчина и, осмотрев меня, уточнил: – Я не знаю, как так получилось, но хочу дать вам совет: вы должны проявить свой профессионализм, чтобы остаться в этом музее. Сюда попадают лишь лучшие. Если это чья-то шутка, то шутник здесь надолго не задержится, – пообещал он, резко помрачнев, но уже в следующую секунду вновь заулыбался, как тогда, когда я только вошла в кабинет. – Оставим разговоры, госпожа Форс – вы приняты. Документы мой секретарь оформит сегодня же.

Господин Феншер вздохнул и пролистал бумаги, которые я принесла. Уделил большое внимание диплому об образовании, но не спрашивал меня, хочу ли работать здесь или почему ушла с предыдущего места, и у меня создалось ощущение, что ему все равно. Неужели эти письма – ненастоящие?

И когда управляющий отдал помощнице мои документы, он неожиданно предложил провести мне экскурсию по музею. Я не отказалась, однако удивилась: эта привилегия только для меня? Как же все те новые сотрудницы, которые уже ушли? Господин Феншер лишь пожал плечами и подметил, что не подумал об этом ранее и тоже проведет для них осмотр нового места работы, но позже. Почему-то ситуация меня настораживала. Может, прийти сюда было ошибкой?

Господин Феншер повел меня на последний этаж, попутно рассказывая, какие экспонаты выставлены в залах, а также о будущих планах и выставках, о том, где я буду работать. Это оказалось достаточно интересно, и я с удовольствием слушала управляющего.

Я чувствовала, что готова к переменам и к новым обязанностям, которые должны были вот-вот лечь на мои плечи.

Смена работы чем-то напоминает переезд. Если теперь я буду здесь работать, то все-таки пришел час нанять мага, чтобы он установил портальную систему в наш дом. И если мне придется ходить порталом в столицу на работу, то, может, мне стоит попробовать отдать мальчишек в какую-нибудь школу поблизости? Стоит обсудить это с Тартисом. Возможно, если дети проводят все время с ним, и он занимается магией в индивидуальном порядке, то в этом нет никакого смысла.

Рассматривая предметы искусства, летая в облаках и слушая господина Феншер, я покосилась на громадные часы, висевшие на одной из стен. Собеседование запланировали на вечер, но очередь, прием документов экскурсия отняли немало времени, и уже было почти восемь часов, на улице темнело.

– Большое вам спасибо за то, что уделили мне время, но боюсь, сейчас мне пора идти, – красноречиво посмотрела я на часы. Так или иначе, но наш осмотр подошел к логическому завершению.

– Вы уже уходите, госпожа Форс? – встрепенулся управляющий и удрученно покачал головой. – Но мы не успели взглянуть на цокольный этаж, где представлены наши самые редкие вещицы. Уверены, что хотите уйти? – спросил он с некоторым напором, словно что-то могло зависеть от моего ответа.

– Извините, – виновато улыбнулась я и пояснила: – Я живу в другом городе, и семья ждет моего возвращения. Боюсь, если я задержусь, то они будут волноваться за меня и…

– Вы замужем? – перебил меня господин Феншер, а лампочка, освещающая зал, в котором мы находились, замигала, словно готова была погаснуть.

– У меня есть дети, – перевернула я ситуацию с ног на голову. Почему-то этот мужчина мне не нравился.

– Вот как, – потер господин Феншер подбородок. – Раз так, то вам действительно стоит поспешить. Жду вас завтра равно в восемь. Вы должны помочь другим реставраторам с некоторыми ценными находками.

– Разумеется. Постараюсь оправдать ваши ожидания, – кивнула я, а мой монофон завибрировал. Мне пришло магическое уведомление от Миана. Он сообщал о том, что оказался по личным делам в столице и предлагал встретить меня у музея. Не пойму, что именно не давало мне покоя, но от подобного предложения стало спокойнее на душе.

– Спасибо за экскурсию, которую вы провели специально для меня, – вновь кивнула я, чтобы сгладить неловкую паузу.

– Чувствуйте себя как дома, – также любезно ответил управляющий и, поглядев в окно, усмехнулся. – Кажется, кто-то уже ждет вас.

Я тоже оглянулась и увидела за пределами музея Миана, который ходил из стороны в сторону, то и дело поглядывая на часы.

– Может, у вас остались какие-то вопросы? – спросил мой будущий начальник, прежде чем я успела направиться к выходу.

Я покачала головой – я уже получила все ответы.

– Может, вы все же хотите еще что-то осмотреть?

– Нет-нет, благодарю вас. Хорошего вам вечера, – окончательно распрощалась я, выходя на улицу, где смогла вдохнуть полной грудью.

Так или иначе, но любые перемены всегда к лучшему. Даже такие. Возможно, я просто накрутила себя из-за собеседования, которое прошло очень уж скомкано.

– Риссет? – Миан махнул мне рукой, подходя ближе. – Я оказался в столице по делам и решил встретить тебя, – кратко объяснился он и спросил, указывая в какую-то ему одному известную сторону. – У тебя же нет планов на вечер? Не хочешь где-нибудь поужинать, раз мы оказались здесь?

– Не думаю, что это хорошая мысль, – уклончиво ответила я, улыбнувшись. – Мне нужно дойти до центра телепортации, чтобы вернуться домой не слишком поздно. Не люблю ходить по темноте, – честно призналась я и подметила: – Да и Дель с братьями ждут меня дома.

– Это весомые поводы для беспокойства, но я могу уверить тебя в совершенно противоположном, – усмехнулся Миан и жестом предложил немного пройтись. – Можешь не опасаться темноты, как и оказаться поблизости плохой компании, я решу любую проблему, которая может возникнуть. – Мужчина загнул один палец и перешел ко второму пункту. – Что насчет братьев, то ты платишь Тартису за то, чтобы он развлекал их и занимался. Поверь, им совершенно не скучно. Ты можешь выделить немного времени на себя.

– Прости Миан, но я правда не настроена на прогулки. – Я постаралась сдержать зевок, а мужчина осведомился:

– Что-то прошло не так на собеседовании? Не получила работу? Маленькая зарплата?

– Нет, все хорошо, просто я немного вымоталась, – решила я придержать свои опасения при себе.

– Тогда это отличный повод для того, чтобы устроить праздник. – Некромант явно был в хорошем расположении духа.

– Может быть, мы с Дель действительно приготовим что-нибудь вкусненькое по такому поводу. Хочешь присоединиться? – улыбнулась я, отгоняя посторонние мысли.

– Присоединиться? – Стротомиан замялся. – Это хорошая идея, но в Буршесте у меня одно срочное дело. Мне нужно решить вопрос сразу же, как окажусь там, поэтому пока не могу ничего сказать. Но если вы что-то приготовите, то я буду признателен, если вы оставите мне кусочек для дегустации.

– Хорошо, но знай, что мы будем рады видеть тебя. Кстати, почему ты так неожиданно решил меня встретить? Разве я говорила, что сегодня будет собеседование?

– Нет, не говорила, – честно ответил Миан, а я заинтересованно приподняла брови. – Но твоя подруга настолько болтлива, что я знаю абсолютно все, что происходит в вашей жизни. О собеседовании я тоже узнал от Дель. Надеюсь, ты не возражаешь.

– Я уже привыкла, – улыбнулась я и спросила: – Миан, можно вновь попросить тебя о помощи?

– Зависит от того, что ты хочешь, – тут же ответил некромант.

– Я бы хотела попросить тебя установить мне в дом телепортационную систему. Мне кажется, это было бы достаточно удобно, раз мне придется работать здесь.

– Хм… – Стротомиан призадумался и, когда мы подошли к зданию телепортации, галантно открыл мне дверь, пропуская вперед. – Я могу попробовать, но сегодня не получится. Могу завтра. Если дело срочное, то попроси об этом Тартиса или каких-то других своих знакомых.

В голове у меня что-то не укладывалось: он сказал, что сегодня занят и у него не получится прийти на ужин, что не сможет установить мне систему, но перед этим приглашал на ужин.

– Конечно, – не подала я и виду, что расстроена. – Я действительно попрошу об этом Тартиса, – решила я не утруждать члена КСБР своими заботами. Кажется, я немного забылась, раз сама попросила Стротомиана о чем-то.

– Хорошего тебе вечера, Риссет, – учтиво кивнул мне мужчина, когда мы подошли к одному из телепортационных переходов. – Как я уже говорил, у меня дела, однако… – Миан начал рыться в карманах, словно что-то искал.

– Все хорошо? – приподняла я брови, когда молчание затянулось, а Стротомиан так ничего и не сказал. Он вытряхнул все карманы и сейчас рылся в кожаной сумке, которую всегда носил с собой.

– Нет, все плохо, – констатировал Стротомиан, недовольно глядя на пустой карман. – Я где-то потерял его… – вздохнул он и, немного неловко взъерошив волосы, объяснил. – У меня был план подарить тебе цветок на прощанье, но, кажется, я выронил его на кладбище. Давай сделаем вид, что ты получила от меня цветок? – Стротомиан сунул мне в руку какой-то камень. – Пусть это будет вместо цветка. Позже поменяю.

– Ладно, – чуть опешив, кивнула я, сжимая маленький камушек в ладони. – Спасибо, Миан, это самый необычный и милый цветок, который я только получала, – невольно рассмеялась я.

– Неловко вышло, – пробормотал он и вновь повторил: – Я заменю камень на цветок, как только он у меня появится. Надеюсь, это не проблема? – решил на всякий случай уточнить мужчина, приподняв брови, а я покачала головой.

– Нет-нет, спасибо, – вновь улыбнулась я и, кивнув, шагнула в открывшийся портал.

Я в последнее время стала подмечать, что Стротомиан ведет себя несколько иначе, чем в первые дни нашего знакомства. Неужели он пытается таким образом ухаживать за мной? Он мне симпатичен, но взаимно ли это? Встретил возле музея, подарил «цветок». Или это такой дружеский жест? К счастью, Стротомиан не эльф, у которых с цветами связана куча обрядов и ритуалов.

Сжимая камушек в руке, я оказалась в Буршесте. Здесь мне предстояло идти пешком около получаса для того, чтобы оказаться дома. На улице уже окончательно стемнело – все-таки разговоры со Стротомианом отняли время. Не люблю я темные безлюдные улочки, однако таких в нашем городке почти нет – администрация всегда удаляла большое внимание подобным мелочам.

Идя по главной улице города, я поняла, что снова забыла шарф. Пришлось поднять воротник, чтобы не замерзнуть. Проходя мимо пекарни, я с удовольствием отметила, что новая вывеска смотрится отлично и намного привлекательнее предыдущей. Сегодня сюда должна была прийти критик, и было очень интересно, какую оценку она дала нашему с Дель заведению.

Дома горел свет, и это означало, что мои домочадцы ещё не спят. За день, полный хлопот я, конечно же, соскучилась по братьям. Как только зашла внутрь, то сразу почувствовала запах чего-то съестного. И это были не сладости и не выпечка, это аромат какого-то мяса, что очень меня порадовало. Сладким не насытиться.

– Госпожа Форс, как мы рады вас видеть, – радушно встретил меня Тартис, который держал в руках какую-то книгу. Видимо, у детей было занятие, так как они сидели в гостиной и даже не сдвинулись с места, когда я пришла. – Не возражаете, если мы закончим урок? – Нянь поправил и так идеально сидящие очки и не удержался от комплимента. – Госпожа Экзенэльс, – указал он на кухню, где хозяйничала Дель, – почти закончила с ужином. Пахнет прекрасно, вы не находите?

– Верно. Запах чудесен. Хорошо, спасибо вам за вашу работу. – Я признательно кивнула мужчине, раздеваясь и проходя на кухню. Однако не удержалась и заглянула в гостиную, отправив братьям воздушный поцелуй.

– Не отвлекаемся, – строго сказал Тартис, когда братья хотели подбежать ко мне, чтобы стиснуть в объятиях. Они послушно остались на своих местах, а нянь кашлянул и вновь указал на магическую схему с математическими формулами, висевшую в воздухе. – Лучшая альтернатива магии – математика. Запомните эту фразу. Итак, кто из вас смог решить пример с двумя переменными?

– Это слишком сложно, – надулся Даскен.

– У нас было слишком мало времени, чтобы решить это, – поддакнул Тревис, но Тартиса такие ответы не устроили.

– Знаете, в чем заключается источник плохой учебы? Это не из-за нехватки времени, а из-за недостаточного упорства, – изрек Тартис, а братья переглянулись между собой. – Попробуйте снова. Если у вас не получится, то я помогу вам. Приложите все усилия, которые только можете, вы – умные дети и эта задача лишь ступень к более высоким знаниям. Что вы будете делать, если не справитесь с таким пустяком? – Тартис указал на пример.

Я не стала больше подслушивать и поспешила на кухню. Я уже неоднократно могла наблюдать за уроками и лекциями Тартиса, оставшись довольна тем, что видела и слышала. Его методы, конечно, отличались от способов воспитания Миана, но были мне по душе.

Войдя на кухню, я поздоровалась с подругой и рассказала о том, как прошло собеседование и с какими странностями я столкнулась.

– Уверена, что тебе стоит там оставаться? Еще не поздно вернуться в грузоперевозки, – подметила Дель, приправляя почти готовое блюдо специями.

– Поработаю пару недель, а дальше посмотрим. У меня все равно сейчас будет нечто вроде испытательного срока, – неопределенно махнула я рукой, откусывая от спелого яблока.

– Сами пригласили, а теперь еще и испытательный срок устанавливают? – фыркнула подруга. – Совсем обнаглели, – вынесла она вердикт. – Может, ну его, этот музей? Работай в пекарне и следи за тем, как идут дела. Найди какую-нибудь работу поближе к дому. Ромарин огромен, и робота для тебя найдётся не только в столице, – обличительно подметила она.

Если быть честной, то в словах Дель было разумное зерно, но мне так резко захотелось перемен, что уже глупо отступать. Тот музей, где я буду работать, действительно надежное место, и я могу ни о чем не переживать.

– Время покажет, – загадочно улыбнулась я и решила переменить тему. – Почему бы нам не поговорить о чем-нибудь другом? Как прошел день? Было что-нибудь интересненькое? Как пекарня?

– Миан отлично справляется со своей работой. Правда, я подметила, что с некоторыми посетителями он ведет себя любезнее. Может, это его знакомые? – смело предположила Дель, а я неопределенно пожала плечами.

– Я пригласила его к нам гости сегодня, но он отказался, – обмолвилась я, а Дель чуть не выронила прихватку.

– Ты пригласила его в гости? – Она вытаращила глаза так, словно я только что съела ежа.

– А что? Нельзя? – приподняла я брови и улыбнулась, положив камень на стол. – Он подарил мне это.

– Камень? Оригинально. Это был подарок или оскорбление? – скривилась Дель, рассматривая мой потенциальный цветок. – Хотя, знаешь, это лучше, чем ничего. Вы встречаетесь? – практично осведомилась она. – Если вы поженитесь, то Тартис может сделать вам скидку на услуги, они друзья все-таки. А если я выйду замуж за Тартиса, то… – Она не успела договорить.

– Дель, – шикнула я и кашлянула, глядя на внезапно появившегося на кухне няня. Все-таки жить с кем-то в одном доме непросто. Судя по лицу мужчины, он все слышал.

– Госпожа Экзенэльс, – учтиво кивнул Тартис, – если мы с вами сыграем свадьбу, то можете не сомневаться в том, что за воспитание наших с вами детей я не возьму ни одного лиственного. Для братьев госпожи Форс будет действовать скидка сорок пять процентов. Довольно неплохой вариант. Неужели я нравлюсь вам? – приподнял мужчина брови, с очаровательной улыбкой посмотрев на подругу.

Ситуация была немного неловкой, но Дель не растерялась и уточнила:

– Правда дадите скидку? А мне нравится, знаете ли. Есть ли у вас какие-нибудь накопительные предложения? – осведомилась она, сложив руки на груди и пропустив провокационный вопрос няня мимо ушей.

– Сейчас нет, но если вы можете мне что-нибудь предложить, то они могут появиться, – непринужденно рассмеялся Тартис и позвал детей. – Ужин готов. Приходите на кухню.

Я закусила губу, стараясь не рассмеяться. Тартису все-таки удалось немного смутить Дель, но виду она не подала. Это было забавно.

– Господин Лирент, – обратилась я к няню, когда мы приступили к еде. – Можно попросить вас об услуге? Вы не могли бы установить в доме портальную систему с выходом в столице? Я не сильна в магии телепортации и не уверена, что могу справиться с чем-то подобным самостоятельно. Я, конечно же, оплачу всю вашу работу.

– Хм, – призадумался нянь, осматривая кухню. – Я не могу обещать стопроцентного результата, как и того, что портал не занесет вас в какой-нибудь лес. Почему бы вам не попросить о помощи Стротомиана? Я полагаю, что он не откажет вам в подобной просьбе. – Тартис тут же с загадочной полуулыбкой на лице перевел стрелки на своего друга.

– На самом деле именно он посоветовал обратиться к вам, – вздохнула я, понимая, что нанимать все-таки нужно профессионала, да и в том, чтобы тратить время на дорогу, нет ничего плохого.

– Правда? – Тартис удивился, поправив ворот водолазки, которую любил так, что носил почти каждый день. – Ну… – замялся он, – я посмотрю, что с этим можно сделать.

Сказано это была таким тоном, что я точно поняла – лучше сделать дело самостоятельно, так как ни одному из мужчин не хочется заниматься подобной работой. Однако их позиция была мне понятна – не стоит браться за дело, если не являешься в нем профессионалом.

После ужина все разошлись по комнатам. Я хотела уложить братьев самостоятельно, но Тартис убедил меня в том, что время, когда нужно было читать им книги на ночь, давно позади. Если они захотят узнать содержимое книги, то должны прочесть её самостоятельно. Было сложно нарушить привычный за столько времени режим, но я согласилась. Однако у братьев было ко мне кое-какое дельце, которое они хотели обсудить, прежде чем лечь спать.

– Риса, ты можешь передать это? – Малютки протянули мне два самодельных и запечатанных конверта из цветного картона.

– Что это? – Я присела на кроватку Даскена и приподняла брови. – Письмо?

– Это приглашение на наш день рождения, – заулыбались мальчики и напомнили мне. – Ты же хотела устроить вечеринку, верно?

– Это вы хотели устроить вечеринку, а я согласилась, – поправила я братьев, пытаясь понять, к чему они клонят. – Я думала, мы уже обсудили с вами список гостей. Вы хотите позвать кого-то еще?

– Да, – они кивнули. – Мы хотели бы позвать господина Лирента, нашего настоящего няня, и дядю Рота.

– Правда? – всерьез удивилась я и тепло улыбнулась мальчикам. – Это отличная мысль. Я почему-то совсем не задумывалась об этом.

Мне было приятно знать, что у братьев сложились такие хорошие отношения с Тартисом и Мианом, раз они хотят позвать их на день рождения. Думаю, им тоже будет приятно получить приглашение от мальчиков. Когда дети только успели сделать открытки?

– Значит, вы хотите, чтобы я передала эти приглашения Стротомиану и господину Лиренту? – решила я уточнить на всякий случай, а братья покачали головами.

– Нет, господину Лиренту мы уже вручили приглашение, – смущённо улыбнулись они и попросили: – Передай эти два приглашения дяде Роту. Мы хотим, чтобы его друг из лавки с мороженым тоже пришел на наш праздник. Ты же не против? – Братья посмотрели на меня так, как ангелочки, спустившиеся с небес. Противостоять их обаянию было сложно. Правда, о друге Миана я слышала впервые. Неужели это тот Мейр, о котором мужчина как-то обмолвился?

– Хорошо, – кивнула я, решив уточнить детали уже у самого Миана при ближайшей встрече. – Я обязательно передам их, – пообещала, пряча конвертики в карман.

– Даскен, Тревис, вы уже почистили зубы? Вам нужно быть в кроватях через пять минут, – постучавшись, в комнату близнецов вошел господин Лирент, а мальчики тут же побежали в ванную.

– Я только что узнала, что вы получили приглашение от братьев на их праздник, – заговорила я, когда мы остались одни. – Я просто хотела сказать, что буду рада не меньше них, если бы вы смогли пойти.

– Я ваш нянь, так что не думаю, что у меня будут какие-то дела, – дружелюбно кивнул мне мужчина и поспешил в ванную вслед за детьми, чтобы проконтролировать процесс чистки зубов.

Я лишь покачала головой. Мне казалось, что Даскен и Тревис буквально росли на моих глазах, становясь взрослее с каждым днем. Еще вчера они были малютками, а теперь спешат чистить зубки. Также я заметила, что совместные занятия и тренировки сделали их дружнее, и ссор между ними стало меньше, чем раньше.

Отогнав лишние мысли и оставив близнецов Тартису, я, пользуясь свободным временем, прибралась в своей комнате и в других помещениях, где никого не было. После этого просмотрела документы, связанные с пекарней, и отправилась читать книгу, посвященную реставрации памятников культуры. Очень познавательно. Уснула я уже за полночь с улыбкой на губах.

Проснувшись в пять утра и старясь не шуметь, я привела себя в порядок, вышла на короткую пробежку, а уже после поспешила к отделу телепортации. Невольно отметила, что возле дома Стротомиана появился снеговик недружелюбной наружности – с поломанными ветками и острыми даже на вид сосульками. Глядя на него, сразу возникала мысль, что хозяин дома вряд ли рад гостям. В какой-то момент даже показалось, что снеговик шелохнулся. Кажется, мне нужно больше спать. Но снеговик был слеплен из двух шаров. Неужели Стротомиан сделал его, вдохновившись нашим недавним походом?

Пройдя через портал в общем зале, я оказалась в точно таком же холле, но уже в центре столицы. Добираться отсюда до музея нужно было не менее часа пешком, однако я не видела в этом никакой проблемы. Пешие прогулки очень полезны. Правда, я не уверена, действительно так думала после пробежки или же пыталась успокоить саму себя подобными мыслями.

Одернув черную юбку и поправив ворот нежно-фиолетовой блузки с пышными рукавами, я вошла в музей. Рабочий день еще не начался, но для сотрудников была отдельная дверь с другой стороны здания.

Повсюду сновали различные специалисты и уборщики, которые должны были подготовить выставочный зал к посещениям. Я намеревалась построить хорошие отношения с коллективом, а потому здоровалась со всеми сотрудниками, узнавая их имена и представляясь в ответ. Благодаря этому я уже в первые полчаса была в курсе всех тех подробностей, которые вчера упустил главный управляющий. Помещения, где работали реставраторы и переводчики, находились на третьем этаже. Так как я была новенькой, то неравнодушные коллеги выдали мне карту музея, предназначенную больше для посетителей, чем для сотрудников, но на первое время это был отличный путеводитель.

…Стротомиан Вердис…

План поужинать с Риссет в столице провалился, но меня это не особо расстроило. Я все-таки был занят. Не буду кривить душой – поужинать в компании девушки хотелось, но не так сильно, как узнать, что именно делали мои напарники в Буршесте.

Щелкнув пальцами, я открыл в доме портал, перемещаясь в свой «штаб» в маленьком городке. Здесь уже начинало темнеть. Поднявшись на второй этаж, я выглянул в окно, рассматривая своих соседей. Риссет нужно идти до дома около получаса, а потому я наложил на её маршрут парочку заклинаний, которые отгонят мелкую нежить.

С мыслью, что девушка беспрепятственно доберется до своего дома, я поспешил к Мейру. Если мои напарники ушли, то я расспрошу Мейра о них, а если же нет, то придется столкнуться с ними лицом к лицу. Впрочем, нам есть что обсудить.

Парк и аллеи были как обычно оживлены, но не так сильно, как в прошлые выходные. Лавка с мороженым уже закрылась, что заставляло задуматься.

– Кто вообще продает мороженое зимой? – бурчала какая-то женщина, чей ребенок начал выпрашивать сладости возле закрытого ларька. – Мужчина! – Она окликнула меня, когда я подошел к задней двери этой не то лавки, не то фургончика. – Вы продавец? Сколько стоит мороженое? Вы делаете скидку многодетным семьям?

– Мы закрыты, – сухо отрезал я, стучась в железную дверь.

– Вы не можете так просто прогнать своих потенциальных клиентов, – возмутилась мамочка.

– Женщина, я же сказал, мы закрыты. – Я устало закатил глаза и уже хотел посоветовать ей уйти, как железная дверь распахнулась и показалось лицо Мейра. Он тут же взял ситуацию в свои руки.

– Извините, госпожа. – Он учтиво склонил голову и открыл прилавок. – Мой ученик неопытен и не умеет общаться с клиентами. – Мейр с осуждением покосился на меня и уточнил: – Какое мороженое вы хотели бы купить? Я сам его делаю исключительно из натуральных ингредиентов.

Пока Мейр продавал свой товар, я зашел внутрь лавки, сразу же накидывая на себя тепловой купол. Повсюду были разбросаны какие-то бумаги и царил беспорядок. Не похоже на Мейра. Неужто мои коллеги постарались?

Я присел на кресло, ожидая, когда Мейр освободится и сможет уделить мне несколько минут своего драгоценного времени. От него сейчас зависело многое.

– В следующий раз будь помягче с клиентами, – улыбнулся мне Мейр, проходя внутрь и закрывая железную дверь на все замки.

Я был рад, что друг спокойно отнесся к этому. Обожаю его спокойствие.

– Может быть, холодный чай? – предложил Мейр, магией прибирая документы по ящикам и шкафам.

– Нет, спасибо, – отказался я и, прищурившись, спросил у слишком уж спокойного друга: – Не хочешь мне ничего рассказать?

– Рассказать? – неподдельно удивился тот и весело хмыкнул. – Раз ты так говоришь, то всё знаешь. Ты весьма осведомлён. С чего начать?

– С самого начала. – Я подался вперед, желая не пустить не малейшей детали.

– История на самом деле не так интересна, как тебе кажется, – отмахнулся Мейр, присаживаясь напротив. – Всё довольно просто. Приходили трое твоих коллег по группе. Они интересовались твоей персоной, а точнее, где находишься и над каким заданием работаешь. Я не имею права давать информацию про агентов даже самим агентам, а потому оставил их ни с чем.

– Они сказали, зачем искали меня?

– Сказали, – вмиг нахмурился Мейр. – И здесь начинаются первые странности и несостыковки. Однако я не могу тебе этого рассказать, – невинно улыбнулся мужчина, делая глоток лимонного чая со льдом. – Правило связного агента номер один – не распространять информацию о работе, семье, друзьях, знакомых. Правило связного агента номер два – не распространять конфиденциальную информацию о делах агентов никому.

– Мейр, я всё это знаю, – поморщился я, понимая, что Мейр не только прекрасный друг, но и верный сотрудник, который не нарушает устав. – Но мне правда нужно знать, зачем они ищут меня и где сейчас находятся.

– Понимаю. – Мейр кивнул и протянул мне пульт управления от внутреннего оборудования данного помещения. – Я не могу рассказать тебе, но мы можем сделать вид, что ты воспользовался системой и случайно увидел записи кристаллов, узнав все подробности.

– За мной должок, – признательно кивнул я Мейру, понимая, что он действительно нашел такой способ обойти систему, который не повлечет за собой никаких санкций со стороны администрации.

Мейр отдал пульт управления и, красноречиво посмотрев на меня, вышел из лавки, оставляя одного. Я тут же подсел к магическому экрану, набирая нужные пароли и активируя необходимые кристаллы. На самом деле я даже не знал о том, что здесь находятся записи – приятное открытие.

Отмотав запись на сегодняшнее утро, я обнаружил нужное время. Мейр, надев очки, сидел за столом и неторопливо что-то писал в своем ежедневнике – их он вел с дня нашего знакомства. Он покупал каждый год новый, как две капли воды похожий на старый. Непонятно, что он там пишет каждый день…

В один момент в дверь настойчиво забарабанили. Поза Мейра была расслабленной, и он неспешно приблизился к двери, рассматривая в глазок гостей. Мейр не мешкал и, прибрав какие-то листы и документы, лежавшие на виду, позволил мужчинам войти. Мои коллеги – три худощавых некроманта – прошли внутрь. Они не выглядели дружелюбными – в официальных костюмах, при оружии. К счастью, кристаллы записывали и звук, а потому я слышал все, что они говорили.

– Может, холодного чаю? – уточнил Мейр с дежурной улыбкой на лице подходя к шкафчику для гостей. – Не припоминаю, что в Буршест были отправлены дополнительные агенты. Проездом или что-то иное привело вас сюда?

Мой напарник, который играл роль негласного руководителя в команде, пожевал губами, пытаясь подобрать нужные слова.

– Мы ищем Стротомиана Вердиса. Он приехал в Буршест по заданию не так давно.

– Правда? Неожиданно, – покачал Мейр головой, усмехнувшись. – Раньше мы хорошо общались с ним, – задумчиво протянул он, рассматривая моих коллег. – Сколько лет прошло с нашей последней встречи?

– Порядка пяти, – ответил мужчина, несколько потеряв бдительность из-за внезапного вопроса.

– Время летит незаметно. По крайне мере, для меня. – Мейр мечтательно покачал головой и все же ответил агентам: – Если вы помните, то как связной я не могу ничего рассказывать вам о ваших товарищах или о других агентах. Вы можете обратиться в центр управления в столице, если это срочное дело, – дал он совет.

– Пока мы не можем этого сделать, – замялись некроманты, явно в чём-то сомневаясь.

– Не в силах обещать вам, но если вы расскажете мне, что случилось, то я могу попытаться поспособствовать в вашем деле, – предложил Мейр и вновь спросил: – Чаю?

– Если можно, – согласились парни и принялись за рассказ. – Мы не можем обратиться к администрации, так как это в какой-то степени исключительно наша ошибка, которую мы должны исправить в кратчайшие сроки. Как только мы получили задания, то решили изучить лишь известные факты, за бумагами по делу мы отправились несколько дней спустя, но их не было в хранилище. Все материалы по делу взял Стротомиан Вердис, он всегда работал с нами, а потому ему отдали документы без задней мысли. Его дело не имеет отношения к нашему, а потому мы пытаемся найти его, чтобы разобраться в ситуации. Либо же это недоразумение, либо же он пытается перейти нам дорогу. Дело химика непростое, но это совсем не похоже на Вердиса.

Всё сказанное дальше меня мало интересовало, так как я услышал самое главное. Я забрал документы по делу химика из архива? Неплохо.

Перемотав кристаллы далее, я увидел, что беспорядок устроили не мои коллеги, а… кошка? Откуда у Мейра этот комок шерсти, я не знал, но точно помнил, что у мага льда аллергия на шерсть. Когда я подумал об этом, что-то мяукнуло в углу комнаты. Выключив систему наблюдения, я подошел к небольшому проему между диваном и стеллажу с коробками. Там сидело маленькое зеленоглазое создание.

– Мило, не правда ли? – с нескрываемой теплотой в голосе спросил Мейр, который то ли как-то узнал, то ли почувствовал, что я закончил с просмотром кристаллов.

– Откуда он? У тебя же аллергия на животных, – спросил я.

– Да, поэтому я пью таблетки. – Мейр шмыгнул носом и приоткрыл мне занавесу тайны. – Вчера я гулял по парку и увидел его под одной из скамеек, он был голоден и дрожал от холода. Разве я мог пройти мимо? – Мейр мягко улыбнулся, беря котенка на руки.

– Это не пойдет тебе на пользу. –Я посоветовал другу: – Отдай его в приют или в добрые руки, когда поймешь, что аллергия усилилась. В прошлый раз, когда ты погладил собаку на улице, ты чуть не умер.

– У меня прекрасные таблетки, – уверил меня Мейр и поторопил: – Разве тебе не пора идти?

Тут не поспорить, мне действительно было пора. Ничего странного в том, что я дважды наведаюсь в столичный офис. Прежде чем предпринимать какие-то действия, стоит все выяснить. Сейчас нужно проявить бдительность. Однако прежде, чем уйти, я спросил у друга:

– Мейр, ты не знаешь, где у нас в городе есть цветочные магазины?

– Риссет? – безошибочно догадался маг.

Он сразу вспомнил имя девушки. Я не помнил, чтобы упоминал его ранее. Впрочем, неважно.

– Знаю. Хочешь купить букет?

– Верно, но у меня сейчас дела, – покосился я на наручные часы. – Ты не мог бы позаботиться об этом? Нужно купить букет белоснежных роз.

– Тебе так понравилась эта магиня, что ты хочешь подарить ей цветы. Обычно ты никогда не увлекался подарками. – Мейр с улыбкой прикрыл глаза и сказал, словно был старцем. – Приятно знать, что ты взрослеешь. У меня как раз не было желания работать, потому я с удовольствием куплю цветы. Сам подаришь или мне занести их?

– Я подарю их сам, как только всё улажу. Я хотел подарить ей цветок, но потерял его, – ответил я, доставая из кошелька деньги. Цветы стоят дорого, особенно зимой, но красивый подарок и улыбка женщины, стоят этого. Я бы сказал, что это не такая уж и большая плата.

Мейр помог отрыть мне портал в столицу, так как я уже совершил слишком много перемещений за один день. Оказавшись в своей квартире, я вновь поспешил на работу. Охранники при входе даже не обратили на меня внимания, как и пропускная система.

Миновав общий холл и поднявшись в архивную башню, я подошел к деревянной двери и постучался. Нашими архивами управляли души умерших агентов. На самом деле быть членом КСБР очень здорово, у тебя есть не только постоянная работа, но и перспективы карьерного роста после смерти – что весьма удобно. Не думаю, что чем-то подобным пользуются в других сферах.

– Добрый день. Можете выдать мою карту учета? – попросил я, протягивая женщине-призраку документы, удостоверяющие личность.

– Одну минутку, – проговорила она, удалившись вглубь наших архивов.

Через несколько минут у меня на руках была карточка, которая отражала все бумаги и документы, которые я взял с того дня, как стал агентом. Список был внушительным, но последним пунктом, к моему огромному изумлению, стали документы задания В-54, то есть дело о сбежавшем сумасшедшем химике. Мой сон бывает беспокойным, но даже учитывая такую возможность, я все равно не мог взять бумаги. Раз так, то кто-то взял эту информацию и копии документов. Также можно сделать вывод, что это кто-то из моих коллег, никто другой не смог бы сюда попасть.

Выйдя из башни с архивами и покинув отделение, я, воспользовавшись монофоном, связался с коллегами. Наши коды доступа меняются каждое задание, чтобы не произошло утечки данных, но я смог найти в базе Мейра и эти данные. Зря я избегал напарников, нам с самого начала стоило действовать сообща. Возможно, не будь я излишне осторожным, избежал бы многих проблем.

– Грост Рейнер на связи. Кто говорит? – бодро уточнил коллега, и мне пришлось представиться:

– Это Вердис. Есть время поболтать? Мне нужно кое-о-чём поговорить с вами. Где вам удобно встретиться? – Я посмотрел на часы, прекрасно понимая, что уже точно не успею зайти к Риссет на ужин – слишком много времени потратил на поиск информации.

– Встретимся в Буршесте, в заведении под названием «Гортензия». – Голос Рейнера казался слегка удивленным. Немудрено, – они искали меня и никак не могли найти, а тут я сам предлагаю встретиться. – Удобно?

– Еще как. До встречи, – кивнул я и прервал связь.

Спешно дойдя до дома, я взял парочку накопительных кристаллов, так как мне опять предстояло совершить перенос. Чувствую, сегодня я буду голоднее, чем обычно.

Где находится указанное заведение, я не знал, а потому спросил у случайного прохожего, как мне пройти к нему. Местные были достаточно отзывчивыми, так что дорогу мне указали сразу. Следуя инструкциям, я некоторое время спустя оказался в нужном мне круглосуточном кафе. Внутри горел свет, и панорамные окна позволяли разглядеть поздних посетителей. Не узнать троих мужчин в черных плащах было сложно. Я, в отличие от них, вне отдела предпочитал что-то более практичное и не привлекающее внимание.

Коллеги сразу же заметили меня и махнули, привлекая внимание к себе. Ни одна иллюзия не смогла бы подделать ауру агентов, а потому я без опасений плюхнулся на стул.

– Как ты смог связаться с нами? – вместо приветствия спросил Рейнер, а я загадочно ответил, пожав плечами:

– У всех свои источники. Давайте перейдем к сути. Невольно мы ввели друг друга в заблуждение. Я наведался в архив отдела и узнал, что якобы забрал ваши документы по делу, – положил я на столик свою учетную запись и подытожил: – Но я этого не делал. Мое дело никак не связанно с вашим, и у меня нет причин брать эти документы. К тому же, – к документам добавился кристалл записи, который я раздобыл в местном центре телепортации. – Я прибыл в этот город до того, как под моим именем были взяты документы. Записи это подтверждают. Нам стоит объединиться и подумать, что происходит.

Я замолчал и без спроса взял один из стоявших на столе стаканов с нетронутым какао. Коллеги все равно были заняты изучением доказательств, а у меня минутка, чтобы передохнуть. Они несколько раз отсмотрели кристалл, проверяя его на подлинность и склейки.

– Кажется, мы ошибались, подозревая тебя, – признали они свою ошибку.

Впрочем, я был не лучше.

– Что будем делать? – практично осведомился я, не желая тратить время на пустые разговоры. – Сейчас наша ситуация не то чтобы плачевная, но и радостной её не назвать – у вас нет ни документов, ни преступника, а время идет, – пробарабанил я пальцами по столу, а товарищи тут же наложили полог тишины на наш столик.

– Есть идея, – пробормотал специалист по темным ритуалам, но прежде он уточнил у меня: – Какое у тебя дело?

– Нужно поймать маньяка, который сейчас скрывается в Буршесте, – кратко охарактеризовал я свое задание, уже подозревая, к чему он клонит.

– Маньяк? Ты уже близок к поимке? – приподнял брови глава команды.

– Маячки и ловушки расставлены, я просто жду, когда преступник сам себя поймает, – пожал я плечами и смело предположил: – Хотите помочь?

– Да. – Рейнер подался вперед, скрестив руки на груди. – Как тебе такая идея: мы помогаем тебе поймать этого маньяка, а ты присоединяешься к нам, и мы вместе ловим сумасшедшего химика? К тому же я помню твой взгляд – тебя с самого начала заинтересовало это преступление.

Насчет взгляда Рейнер преувеличил, но это действительно было крупное и интересное дельце, против которого я, кончено же, ничего не имел против. Помощь? Раскрытие сразу двух дел? Отказываться было попросту глупо. Я согласился, особо не раздумывая.

– Кстати, Вердис, – нахмурился один из некромантов, – ты так и не объяснил, что тебя заставило отделиться и поехать в Буршест.

– Личные обстоятельства, – неопределенно махнул я рукой, понимая, что факт о подработке «нянем» унесу с собой в могилу.

Мы с коллегами направились в мой съёмный дом, где я должен был посвятить их в детали дела. В доме напротив свет в каких-то комнатах уже был приглушен. Неудивительно, уже поздно.

Пропустив товарищей внутрь, я проводил их на второй этаж. В доме я использовал лишь его, а потому кухня и гостиная выглядели, словно здесь никто не живет. Поднявшись в спальню, я выдал Рейнеру информацию, а Нейру с Кельтом показал системы слежения по всему городу. Они оценили проделанную мной работу.

Наш план был прост – общими усилиями ловим маньяка, а потом отправляемся в Шаганефс и разбираемся с химиком. С первым пунктом мы хотели разобраться в ближайший день или два.

Пока я объяснял и демонстрировал свои наработки, один из маячков на карте города, словно по заказу, завибрировал, привлекая к себе всеобщее внимание. Красный огонек пульсировал на том месте, где, судя по всему, должны находиться старые склады. Не лучший район города.

Мы переглянулись и молча открыли портал, используя координаты, указанные на карте. Сложно сказать, что именно вызвало сигнал. Я сделал так, чтобы мои маячки реагировали на любой сильный выброс магии. Особенно – темной, которая используется при ритуалах.

Портал выбросил нашу компанию на улицу возле двухэтажного заброшенного здания. Но, несмотря на то что конструкция была весьма хлипкой, дверь и замок казались новыми, словно кто-то совсем недавно произвёл замену. Даже стоя на улице, мы чувствовали, как из-под двери просачивались магические нити и жизненные силы. Бережным отношением к чужому имуществу мы не страдали, ибо нам, как агентам, все позволено. Сломав замок с применением магии и грубой физической силы, мы ворвались внутрь. Запаха трупа или какой-то гнили не почувствовали, что уже было хорошим знаком. На дом тут же были наложены всевозможные щиты, а дверь заблокирована. Золотое правило некроманта – если ты открыл дверь, то войдя, обязательно закрой её. Чаще всего это применимо к восстаниям нежити, но штука все равно рабочая.

– Есть оружие? – на всякий случай уточнили коллеги, а я закатил глаза, доставая из-под теплой куртки набор метательных кинжалов. За кого они меня держат, чтобы я вышел на улицу без средств обороны? Все-таки магия не везде применима.

Осмотр первого этажа нам ничего не дал, а потому двое некромантов двинулись на второй этаж, а мы с Рейнером направились в подвал. Выломав замок, который висел и там, мы спустились внутрь, и тут же нам пришлось увернуться от железного стула, который полетел в нашу сторону. Неужели он хотел остановить нас этим?

Мы с Рейнером тут же кинули в мужчину в маске сеть, которая не позволила ему двигаться. Это сработало. Да, это не остановит его, но задержать точно сможет. Ситуация в подвале была простая – этот тип убил какую-то девушку и сейчас проводил темный ритуал. Он только начал и явно не успел закончить – это радовало.

Мы с Рейнром переглянулись и разделились: он направился к девушке, а я к мужчине, накладывая на него ворох необходимых заклинаний. Блокировка магии, путы, связывающие конечности, сразу же – сканирование ауры. И тут я обнаружил удивительное совпадение. Детали решил проверить чуть позже, не до этого было.

– Как успехи? Пять минут прошло? – Я посмотрел на часы, наблюдая за тем, как Рейнер проводил вливание сил в мертвую девушку и готовил её к ритуалу.

– Около четырех минут. Шанс есть.

Я кивнул, отходя в сторону, чтобы не мешать коллеге работать. Я сталкивался с разными магами, но всё равно был убежден, что нет ничего лучше, чем быть некромантом. Обыватели думают, что некроманты только и делают, что призывают нежить ради веселья, но это совсем не так. Мы – маги смерти, как бы это ни звучало, и мы еще много не знаем, но уже сейчас у нас есть знания, которые позволяют вернуть умершего к жизни. Правда, с момента смерти должно пройти не более пяти минут. Если всё получится, то у этой девушки будут проблемы с использованием магической энергии, но это незначительная плата за продолжение жизни.

Я вернулся к мужчине. Двое моих коллег, осмотрев второй этаж, присоединились к нам. Мы вызвали членов КСБР, понимая, что стражи и фиксация событий и места преступления не будет лишней. Но в задержании не было ничего сверхъестественного. По крайне мере, сегодня не возникло сложностей, так как преступник не обладал особо сильным магическим потенциалом.

Сняв с мужчины маску, я понял, что не ошибся в своих подозрениях – тот, кого мы задержали, оказался одним из постоянных клиентов пекарни Риссет и Дель. Он был в списке тех, к кому стоило присмотреться – инженер на одном из пригородных заводов, приехал в город около полугода назад. В городе не так много темных магов, но то, что злоумышленник будет чувствовать себя так расслабленно, чтобы покупать булочки, поражало.

Рейнер и Нейр смогли оживить девушку, и, резко открыв глаза, она пронзительно закричала. Такая бурная реакция была хорошим знаком – жить сможет. Я привел её в чувства и объяснил ситуацию, паника сменилась слабостью и облегчением. Её допрос – уже не наше дело.

Стражи КСБР прибыли через семь минут после вызова. Показав удостоверения личности и жетоны агентов, они арестовали мужчину, чтобы провести экстренный допрос, и отвезли девушку в больницу, так как ей могла потребоваться помощь специалистов.

Как только мы прибыли в участок, то на основаниях стражей порядка высшего звена запросили допрос с применением ментальной магии, чтобы вывести преступника на чистую воду. Обычно вмешательство в чужое сознание запрещается, но это совсем иной случай. Допрос дело не быстрое. Стражи предлагали нам прийти завтра, но мы хотели дождаться результатов и проследить за процессом допроса. Разбираться с мотивами и всем остальными не наша забота, но если это действительно тот самый маньяком, которого мы искали, то дело закрыто.

***

Пойманный нами мужчина действительно оказался тем, кого я искал. Он был помешан на призыве нежити и темных ритуалах. Стражи порядка также выдвинули предположение, что он мог быть как-то связан с той сектой, которую я недавно обнаружил. Допрос был завершен в три часа ночи, а потому мы с коллегами разошлись, договорившись встретиться завтра – нам было нужно многое обсудить. Мы хорошо сработались.

Купив еды в круглосуточной лавке на углу улицы и перекусив, я отправился восстанавливать силы. Завтра придется паковать вещи и подчищать следы своего пребывания в этом городе. Я был готов провести в Буршесте еще пару недель, терпеливо ожидая поимки злоумышленника, а тут все произошло в один день. Впрочем, оно и к лучшему.

…Риссет Форс…

Я сидела в своей небольшой комнатке, которую здесь гордо именовали кабинетом. Почему-то мне казалось, что такой большой музей, как этот, может выделить своим сотрудникам больше места. Однако было глупо жаловаться, ведь я новичок в коллективе. Зато у меня нет соседей, в отличие от компании грузоперевозок – во всем нужно искать плюсы.

Спустя час с того момента, как я пришла на работу, главный управляющий дал мне задание. Сегодня я не видела в нем ничего подозрительного и не могла понять, что заставило меня нервничать при нашей последней встрече. Возможно, я просто переволновалась из-за собеседования и того, как странно оно прошло. Мне казалось, что никто не даст мне сложных и требующих ответственности заданий, но все оказалось совсем иначе. На склад должны были привезти несколько ваз – главный управляющий купил их у музея в Шаганефсе. Мне нужно перепроверить их и подготовить к выставке в главном зале. Эта работа была по силам, а потому я с нетерпением ждала двенадцати часов, времени доставки, чтобы проявить свои способности и показать себя с лучшей стороны.

Сидеть без дела было утомительно, а потому я попросила у начальника все квитанции о перевозке и документы на вазы. Перевозка предметов искусств была утомительным и сложным занятием, так как многие старые и хрупкие вещи могли пострадать даже при использовании телепорта. А перемещать те предметы, в которых ранее была заключена магическая энергия, строго запрещено, чтобы не нарушить их магический фон и плетения. По той же причине в некоторых залах музеев запрещается применение любой магии и стоят глушители. Даже посетитель, проходивший мимо экспоната под иллюзией, может всё испортить. Именно по этой причине все доставки осуществлялись без использования телепортов.

Я изучала различные квитанции и документы, выписывая необходимые цифры и информацию и собираясь провести полноценный осмотр. Около двадцати лет назад музей фарфора в Шаганефсе купил пять ваз у какого-то коллекционера. Тот мужчина, у которого их приобрели, объяснил, что это наследство его прадеда, обнаруженное в потайной комнате подвала.

Экспертиза музея Шаганефса показала, что эти вазы – подлинники и были сделаны у известного мастера Некстера, который как раз работал в Шаганефсе около тысячелетия назад. Изделие сохранилось на удивление хорошо, и за это нужно было поблагодарить именно мастера. Также этот прекрасный вампир на донышке каждого сосуда писал, для кого тот сделан, что позволяло определить потенциального владельца. Эти пять ваз были изготовлены для графа, жившего в Ромарине. Именно по этой причине наш музей решил купить их – чтобы забрать на родину. Но так как вазы сделал мастер из Шаганефса, то музеи договорились оставить две вазы там, а три отправить к нам в Ромарин. Это была честная сделка, но вот бюджету музея это приобретение обошлось недешево. Зато в качестве подарка к международному празднику музеев, музей фарфора отправил нам в подарок куклу из редкого вида фарфора, которая была частью большой коллекции.

Я изучила всю необходимую информацию и уже собиралась взяться за дело. Вот-вот посылка должна была прийти в музей, а потому я поспешила к запасному выходу, где другие сотрудники уже ожидали прибытия новых экспонатов.

Ровно в двенадцать, как и говорил главный управляющий, в проулке показался грузовик. Сотрудники начали бережно доставать коробки, сразу же распределяя их по специалистам. Мои вазы относились к категории «очень хрупкие», а потому я получила коробку в числе первых. Прижимая ее к себе и поддерживая левитацией, я направилась в кабинет. В одном из коридоров мне довелось повстречать главного управляющего, который отчитывал группу уборщиков по неизвестной мне причине. Он резко замолчал при виде меня и расплылся в улыбке, заинтересованно глядя на деревянный ящик, который я несла.

– Госпожа Форс, вы уже получили вазы? – Он улыбнулся так широко, что его глаза стали слишком уж узкими.

– Верно. Я немедленно приступлю к работе, – учтиво склонила я голову, а мужчина небрежно махнул рукой:

– Не стоит утруждать себя, дорогуша, там не над чем работать. Вазы прошли экспертизу еще в Шаганефсе перед отправкой, так что просто осмотрите на наличие повреждений и отнесите их в новый зал, который готовят к выставке. Сообщите мне, как закончите.

– Разумеется. – Я послушно кивнула, все-таки намереваясь сделать по-своему.

Мало ли, что случилось в поездке? Стоит все проверить, ведь в случае проблем спрос будет именно с меня. Не хотелось бы сесть в лужу в первый день только из-за того, что «управляющий сказал мне не уделять этому внимания».

– Всё будет в лучшем виде, – пообещала я, направившись дальше по коридору.

Войдя в тесную комнатку, я поставила на стол достаточно тяжелую коробку. Осторожно вскрыв упаковку, а после и крышку, я пару секунд любовалась хрупкими и красивыми изделиями. Я очень люблю вазы, а прямо передо мной – натуральный фарфор с росписью, позолотой, глазурью и другими необыкновенными декоративными элементами. Прадед коллекционера явно хорошо заботился о них, но даже мне без детального осмотра заметны следы неаккуратной реставрации, которую совершал непрофессионал. Вопреки случайностям, я достала из коробки лишь одну вазу, поставив её на небольшой поднос. Внешний вид ее совпадал с теми снимками, что были в документах, и осмотр мне ничего не дал.

Надев очки с магическим сканированием, выделенные музеем – они были новинкой магических технологий, – я приступила к более детальному осмотру. Эти очки приближали каждую деталь вазы, словно под микроскопом. Но я не столько проверяла ее подлинность, сколько наслаждалась увиденным. Аккуратные изображения и ровные линия поражали, ведь этому изделию не менее тысячи лет. Маги живут дольше, нежели обычные люди, но ценность предметов никак не изменяется от долготы нашей жизни.

Осматривая каждую деталь и не переставая восхищаться, я неожиданно решила сравнить эту вазу с той, что хранилась в музее. Их сделал один и тот же мастер примерно в одинаковое время. По моим смелым предположениям, вазы не должны были отличаться в материалах. Материалы совпадали, и все было безукоризненно. Ровно до того момента, пока мой взгляд не зацепился за подпись автора на донышке сосуда.

Подписи отличались.

Если на привезенной вазе она была достаточно бледной и неровной, словно отражая на себе все пережитые годы, то на той, что я одолжила в выставочном зале, подпись была яркой и аккуратной. Это было странно. Сняв очки, я поспешила в архив, чтобы просмотреть документы той вазы, что уже стояла в выставочном зале. Судя по всему, её привезли сюда всё из того же музея в Шаганефсе, но она относилась совершенно к другой выставке. Она и выглядела как-то… новее? Это меня немного насторожило – и моллюску понятно, что подпись не могла сохраниться настолько хорошо. Неужто реставрация?

– Извините, а кто принимал эту вазу? – уточнила я у заведующей архива, указывая на взятые мной документы.

– Хм, – надела очки женщина и стала листать журнал. – Эту вазу принимал сам управляющий. Он проверил её, и в тот же день она была выставлена в зал.

Я признательно кивнула женщине и поспешила к кабинету начальника, чтобы задать пару вопросов.

– Что? Вам снятся сказки, госпожа Форс, – рассмеялся мужчина, когда я пришла к нему со своим самоуверенным заявлением. – Никакие стойкие чернила этим мастером не использовались. Подпись за эти долгие годы стёрлась, и наш музей ни в кое случае не будет освежать ее – ничто не должно прикасаться к изделию этого прекрасного творца.

– Извините, видимо, я ошиблась, – виновато кивнула я и, решив не ходить вокруг да около, спросила: – Но тогда почему одна из ваз, что стоит в выставочном зале, отличается от тех, что пришли сегодня?

– Не пишите роман, их делал один и тот же мастер, подписи не могут выглядеть иначе. Почему вы спрашиваете это у меня? – почему-то встрепенулся управляющий, немного вспотев.

– Потому что вы говорили обращаться к вам по любым вопросам и потому что именно вы принимали ту вазу, что находится на выставке, – ответила я, сохраняя спокойствие.

Тут он не мог поспорить.

– Верно, но я дал вам работу. – Он немного замялся и промокнул лоб белым платочком. – Вы же специалист, так решите сами свои проблемы. Та ваза, что я принял – настоящий подлинник и никак иначе! Может быть, это у вас проблемы? – категорично заявил он и попытался выпроводить меня из кабинета. – Я же сказал вам осмотреть их и выставить в зал, в чём ваша проблема? Идите, госпожа Форс, у меня срочные дела.

Я послушно вышла из кабинета, пребывая в смешанных чувствах. Вазы делал один и тот же мастер, но почему подписи выглядят по-разному? Я знакома с работами этого вампира и ни на одной из них нет ничего подобного, а согласно документам, ваза была найдена при раскопках и все эти годы хранилась в музее в Шаганефсе. Странно, что управляющему это совсем не интересно... Неужели я правда зациклилась на какой-то мелочи, когда нужно просто работать?

Немного расстроившись, я вернулась в кабинет, оставив свои мысли при себе. От переживаний даже немного заболела голова. Я решила не откладывать дело в долгий ящик и, сделав несколько снимков каждой из ваз, приложила их к письму в музей в Шаганефсе. Раз мое любопытство не могут удовлетворить здесь, то, может быть, ответят на парочку вопросов об экспонатах второго музея? По крайней мере, мне хотелось хочу верить, что они пришлют мне свой ответ так быстро, как это только возможно.

Отложив осмотренную вазу в сторону, я начала работать над двумя оставшимися. Они были более маленькими и аккуратными. Ничего интересного я не обнаружила, лишь подметила, что подпись выглядит ровно так, как и должна.

В шесть часов, когда мой рабочий день подходил к концу, а я уже начала собирать вещи, чтобы пойти домой, в мой кабинетик кто-то настойчиво постучался. Это была женщина с пункта музейной телепортации – музей фарфора из Шаганефса прислал ответ. Я тут же бросила свои вещи и, поблагодарив женщину, приняла письмо. Неужели за то время, что я работала в грузоперевозках, я растеряла все свои навыки и знания, полученные в университете, и действительно ошиблась?

Присев за стол, я вскрыла конверт канцелярским ножом. Я писала письмо на всеобщем языке, но музей приложил два экземпляра – на вампирском и на всеобщем. На обоих были проставлены печати и подписи. Также внутри лежали маленькие фото-кристаллики, которые были похожи на те, что отправила я. Взяв письмо на всеобщем, я углубилась в чтение.

«Дорогая госпожа Форс!

Благодарим вас за то, что при возникновении спорной ситуации вы обратились за помощью к нашему музею. Для нас очень важно ваше доверие. Мы попросили нашего эксперта по фарфору и искусству двухтысячного тысячелетия дать вам свою оценку. Мы прилагаем к письму то, что он ответил:

“Господин Некстер славится своими изделиями, которые, благодаря своему мастерству, он продавал по всему миру. Он мог использовать разный фарфор или краски, он учился и всегда совершенствовал свои работы. Но в каждой вы найдёте неизменную черту – подпись. Подпись не менялась никогда, и я могу сказать вам больше – её очень непросто подделать. Господин Некстер, став популярным специалистом по фарфору, всерьез обеспокоился тем, что кто-то может присвоить его работы, а потому изобрел свой собственный способ подписи изделий. Он выцарапывал на фарфоре свои инициалы и в букве “Н” оставлял небольшое углубление, в которое помещал золотую пыль, что оставалась после работы. После этого он смазывал углубление специальным раствором, скрывающем “тайник”. Затем господин Некстер обводил подпись тушью, но спустя годы она, кончено же, смывалась. Подпись не может получиться ровной, ведь выцарапана на фарфоре, это также можно считать отличительной особенностью. Даже если та ваза была подвергнута реставрации, то вы можете попробовать стереть подпись с донышка, чтобы проверить наверняка: если вы увидите следы на фарфоре и найдете частицы золота на букве “Н”, то все в порядке, но в противном случае… Это подделка и никак иначе. Проверьте подлинность вазы и напишите нам, пожалуйста, результат – все эти предметы были отправлены из нашего музея и для нас это очень важно. Также я хочу сказать вам, что у нас сохранились снимки той вазы, о которой вы говорите. Но на ней, кончено же, нет яркой подписи. Напишите нам как можно скорее, госпожа Форс”.

С уважением,

Музей фарфора имени Реймона».

Я была и рада, что мои подозрения имели место быть, но и обеспокоена, что делать теперь. Я не могу так просто стереть надпись с вазы и рассказать всем о свои результатах – для таких спорных случаев вызывается городская комиссия, в присутствии которой производится проверка. Так или иначе, но мне стоит передать это письмо главному управляющему.

Я подхватила сумку и, закрыв свой кабинет, поспешила к мужчине, надеясь, что он ещё не ушел. Но, вопреки всем моим надеждам, дверь уже была закрыта. Его секретарша посоветовала прийти завтра. Может, оно и к лучшему? Будет время обдумать и изучить информацию.

Готова пухла от обилия мыслей, которые преследовали меня после первого рабочего дня. Я совсем не ожидала столкнуться с трудностями в самом начале своего пребывания здесь. Но любые трудности можно преодолеть, так что всё впереди.

Настроившись на хороший лад и улыбнувшись, я вышла из музея. Меня ждут мальчики, Тартис и Дель, поэтому я не могу позволить себе нести домой свои проблемы и переживания.

Несмотря на то, что сотрудники пользовались отдельным входом, все покидали музей через парадные двери. Распахнув тяжелые створки, я вышла на улицу, вдохнув морозный воздух. Зима в столице совсем не была похожа на нашу.

– Риссет! – Кто-то окликнул меня, стоило выйти из музея.

Обернувшись, увидела спешащего ко мне Миана и широко улыбнулась ему. Было неожиданно и очень приятно встретить его.

– Я ждал тебя, – признался Миан и непринужденно спросил: – Как прошел день?

– Все хорошо, спасибо, – поблагодарила я и, приподняв брови, уточнила. – Ты меня ждешь? – Неуверенно оглянулась, не зная, есть ли рядом кто-то еще, кого некромант может встречать.

– Верно. Хотел проводить тебя до дома, – признался мужчина и кивнул в сторону зала телепортации, предлагая пройтись.

Я, кончено же, не отказалась.

– Спасибо, мне очень приятно.

Мы сошли со ступеней и неспешно зашагали вперед. Неожиданно мне захотелось поделиться с Мианом последними событиями.

– Сегодня был непростой день. Представляешь, мне поручили принять три вазы из музея Шаганефса, но я обнаружила некоторые несостыковки с одним из экспонатов, который уже показывался на выставке. Возможно, мы имеем дело с подделкой. Или же это просто мои подозрения.

– Правда? – Казалось, Миан не был специалистом в этой области, однако он весьма заинтересованно спросил у меня: – И что ты собираешься делать?

– Завтра я поговорю с главным управляющим и, вероятнее всего, мы соберем городскую комиссию экспертов и проведем проверку подлинности экспериментальным путем. Надеюсь, все пройдет гладко, – выдохнула я, и на душе сразу стало как-то легче. Порой поделиться мелочами из своей жизни бывает крайне необходимо.

– Рад, что ты смогла решить это недоразумение, – покивал Миан и на какое-то время замолчал. Затем огорошил меня: – Я был в Буршесте на задании, этой ночью мы поймали преступника. Это один из постоянных клиентов твоей пекарни.

– Что? – замерла я на месте, словно вкопанная. – Это тот, кто убил девушку? – встрепенулась, не веря своим ушам и не представляя, кто бы мог совершить такие чудовищные вещи.

– Долго рассказывать детали. Об этом еще не известно, но совсем скоро все газеты напишут об этом, – отстраненно пробормотал Миан. – Это был господин Жейрс, если тебе это о чём-то говорит.

– Какой ужас, – невольно прикрыла я ладонью рот, не понимая, как же такое могло произойти в нашем тихом и спокойном городе. – Ты молодец, я восхищаюсь тобой и всеми членами КСБР, которые участвовали в этом деле, – честно сказала я, посмотрев на мужчину.

– Так или иначе, все позади. Я уезжаю через четыре дня в Шаганефс со своими коллегами, а потому хотел попросить тебя: могу ли я как-нибудь до своего отъезда прийти к вам на ужин? Я не уверен, что мы встретимся вновь, а потому хотел бы попрощаться с твоими братьями и Дель.

– Разумеется, – без промедлений закивала я и, остановившись, начала рыться в карманах сумки. – Миан, ты всегда желанный гость в нашем доме, и мы будем очень рады видеть тебя, а также… – Я нашла заветные конвертики в сумочке. – Братья души в тебе не чают, а потому они приглашают тебе на свой день рождения. Они написали для тебя эти приглашения, – протянула я самодельные письма.

– Правда? Праздник будет через три дня, так что я успею на него, – на лице Миана проскользнула достаточно теплая, но мимолетная улыбка. – Но конверта два, – заметил он и заинтересованно приподнял брови, – кому второй?

– Мне это интересно не меньше. Даскен и Тревис сказали, что приглашение предназначается какому-то дяденьке, что продает мороженое. Я не знаю, о ком они говорят, но они называют его твои другом. Кажется, я чего-то не знаю о вашем совместном времяпрепровождении, – загадочно улыбнулась я, намекая, что была бы не против услышать подробности.

– Кто бы мог подумать, что Мейр так им понравится, – тихо усмехнулся мужчина, осторожно пряча пригласительные во внутренний карман куртки, чтобы не помять их. – Мейр мой хороший друг, как и Тартис. Когда мне было нужно выехать на место преступления, то я попросил Мейра посидеть с детьми. Он тоже член КСБР, так что тебе не о чем беспокоиться.

– Я и не думала переживать, – отмахнулась я и сочла нужным добавить: – Кем бы ни был Мейр, я очень рада, что он, как и ты, смог построить с близнецами такие теплые отношения. Я буду очень рада видеть вас на празднике.

– Я не люблю давать обещания по мелочам, но сейчас могу с уверенностью сказать – мы обязательно придем, – кивнул Миан и с неподдельным недовольством воскликнул. – Риссет, где опять твой шарф?

– Может быть, я немного рассеяна в последние дни? – рассмеялась я, понимая, что вновь позабыла о немаловажном аксессуаре. – Я не вспоминаю о нем, когда иду на работу, потому что утром не так холодно, как вечером.

– В твоей сумке всегда должен лежать шарф, – твердо сказал Миан и жестом вынудил меня остановиться. Раскрыв кожаный портфель, он принялся что-то искать. В конце концов, достал темно-серый шарфик, который осторожно повязал вокруг моей шеи, чтобы рот и нос также оказались прикрыты. – Никому не нужно, чтобы ты заболела, – напомнил мне мужчина, а я расплылась в широкой улыбке, закусив губу. Под шарфом этого все равно не было видно. – Знаешь, Риссет, маленьким детям привязывают варежки к курточкам, чтобы они их не потеряли, но ты уже не ребенок, никто не привяжет шарф к твоей одежде, так что постарайся сама заботиться о себе.

– Хорошо, я постараюсь, – рассмеялась я. – Спасибо, ты вновь меня выручаешь.

– Ничего особенного, – кивнул он.

– Может, ты хочешь поужинать у нас сегодня? – вновь рискнула я, озвучивая это предложение. В какой-то мере я была готова к отказу, однако...

– С радостью, – кивнул Миан и сделал уточнение. – Мне нужно сразу же отдать приглашение Мейру и кое-что забрать у него. Я приду к вам, как только сделаю это. Никто не будет возражать? – уточнил он на всякий случай, видимо, боясь поставить домочадцев в неловкое положение.

– О чем ты? Близнецы не дадут тебе прохода, Тартис твой друг, а Дель попытается узнать от тебя что-нибудь о господине Лиренте. Для неё информация важна как воздух. Это уже к тебе вопрос: готов ли ты прийти на ужин и выдержать всё это?

– Конечно, готов, – хмыкнул мужчина. – Буду считать это издержками дела, которое я раскрыл лишь из-за того, что познакомился с вами. Не думаю, что судьба вообще когда-нибудь завела бы меня в Буршест, если бы Тартис не поехал к оркам.

– Тоже верно, – покивала я и решила озвучить сегодняшнее меню. – Господин Лирент и Дель должны приготовить тушёную говядину на ужин. А я, как приду, сразу же поставлю в духовку черничный пирог. Сегодня я взяла десерт на себя.

– Звучит впечатляюще, – протянул Миан. – Но если вы все заняты готовкой, то кто присматривает за некромантиками?

Это был актуальный вопрос, а потому пришлось внести ясность:

– Господин Лирент за счет средств компании, в которой он работает, записал близнецов на вечерний кружок в библиотеке, где проводятся открытые чтения и обсуждения литературы. Мальчики сами захотели пойти туда, и я очень этому рада. Он отводит и забирает их, а в свободное время помогает с готовкой. Господин Лирент вернется с братьями к тому моменту, как ужин будет готов, а это уже совсем скоро. – Я посмотрела на главные городские часы.

– Хорошо. – Мой ответ удовлетворил все вопросы некроманта, а потому он сменил тему. – Что нужно подарить близнецам через три дня? Есть что-то такое, что они хотели бы получить?

– До твоего прихода они хотели собачку, но ты привел им умертвие, которое они безумно любят. Тогда они захотели сделать дома домашний аквариум, но господин Лирент проявил чудеса фантазии, и они слепили рыбок из пластилина, отпустив их плавать в глубокой миске. Больше они не хотят заводить живых существ, и нет чего-то такого, о чем они могли бы мечтать. Да и подарок совсем не обязателен, – махнула я рукой и напомнила: – Самое главное, чтобы ты и Мейр пришли, а остальное совсем не важно.

– Я понял. Спасибо, – сдержанно улыбнулся Миан, уже явно что-то придумав.

За неспешной беседой о каких-то мелочах и пустяках, мы дошли до зала телепортации. Оплатив перемещение, прошли к нежно-фиолетовой арке. Выбрав нужный город из перечня, шагнули в сияние, перенесясь домой. Там нам пришлось разделиться, так как Миану нужно было в противоположную сторону. Он пообещал прийти примерно через час. Я была не против, мне тоже было нужно время, чтобы переодеться и испечь пирог.

Дома пахло чем-то очень и очень вкусным, отчего в животе вновь заурчало. Не знаю почему, но я не захотела воспользоваться обеденным перерывом и перекусить в столовой, а потому сейчас была весьма и весьма голодна.

Сняв шарф Миана и положив его на тумбочку, чтобы потом не забыть отдать, я направилась прямиком в гостиную. Тартис и Дель молча занимались каждый своим делом, но на кухне чувствовалось такое напряжение, словно они поссорились или произошло что-то неладное. Однако я не могла не подметить, что они мило смотрятся, когда заняты одним делом.

– Я дома, – оповестила я их, проходя на кухню и наливая себе стакан теплой воды. – Примерно через час к нам на ужин придёт Миан.

– Это хорошая новость, – тут же просияла Дель, обрадовавшись не меньше Тартиса. Правда, мужчина ничего не сказал – на лице и так все было написано. Он без лишних вопросов поставил на стол, который уже начал сервировать, ещё одну тарелку.

Я поспешила в комнату, чтобы сменить одежду. Надев домашнее вязаное платье, спустилась вниз и, повязав фартук, принялась за готовку. Я еще утром, перед уходом на работу, замешала тесто, которое успело настояться. Обычному тесту не нужно столько времени, но это был особый рецепт Дель, девиз которого был весьма прост: тот, кто умеет ждать, получит самый вкусный пирог.

Добавив чернику в тесто и вылив его в специальную формочку, я отправила будущий десерт в духовку. Полчаса, и всё будет готово. Так как Тартис отправился забирать братьев с кружка, то я заканчивала сервировку стола. Я невольно обмолвилась, что Миан скоро уедет и вряд ли нам ещё удастся собраться вместе, кроме дня рождения, но эта новость совсем не огорчила Дель. Она рассудила, что до тех пор, пока в Буршесте находятся два хороших друга Миана, а я работаю в столице, общение не будет прервано. В какой-то степени она была права, но тут уж не нам решать.

Когда пирог был почти готов, раздалась трель уличного звонка. У Тартиса были ключи, а значит, это Миан. Я несла мамин сервиз к столу и никак не могла отвлечься. Видя это, Дель тут же бросила поварешку и поспешила к двери, чтобы впустить гостя.

…Стротомиан Вердис…

Я крепко держал в руках букет цветов, которые забрал у Мейра. В его прохладном помещении они не замерзли, но в то же время хорошо сохранились. Букет был несколько больше, чем планировалось, и я испытывал сомнения: уместны ли эти цветы? Понравятся ли?

Так или иначе, а Риссет не из тех девушек, которые устроят скандал, если с цветами что-то не так. Её спокойствие меня подкупает.

Последний раз оценив свой облик, я вышел из дома, направившись к соседям напротив. Нажав на звонок, принялся ждать. Пару мгновений спустя дверь распахнулась, и на пороге появилась несколько взъерошенная Дель в фартуке. Видимо, готовка была в самом разгаре.

– Добрый вечер, – поздоровался я с ней, проходя внутрь. Она не отрывала заинтересованный и хитрый взгляд от моих цветов. – Это для Риссет, – решил я сделать уточнение, понимая, что она как-то уж слишком пристально их разглядывает.

– Да и так понятно, для кого они, – фыркнула она и поторопила меня. – Раздевайся и проходи на кухню.

– Постой, – приостановил я её и протянул один из бумажных пакетов, что принес. – Это для тебя.

– Что это? – Дель явно не ожидала и, не стесняясь моего присутствия, заглянула внутрь. – Шкатулка?

– Да. Не думаю, что еще зайду в ваш дом, чтобы поужинать, поэтому решил купить пару подарков на память, – кратко описал я ситуацию, все-таки чувствуя с этой семьей некую близость.

Ума не приложу, как так вышло, что даже меня проняло этой семейной атмосферой. Когда жил с родителями, то терпеть не мог застолья с родственниками. Только в том году я первый раз приехал справлять с ними новогодние праздники и юбилей матушки. Может быть, Мейр прав и я правда начинаю взрослеть?

– Вау, – восхищенно выдохнула Дель и склонила голову. – Спасибо, Миан. Очень приятно. Сам решил подарить или надоумил кто? – тут же хитро прищурила глаза девушка, но, не дожидаясь моего ответа, побежала на кухню – оттуда донесся странный звук.

Прошло не больше двух минут с моего прихода, как где-то снаружи дома послышались звонкие голоса мальчиков. Я ещё не успел пройти на кухню, а потому остался в коридоре, чтобы встретить братьев и Тартиса.

– Привет, малявки, – с улыбкой поздоровался я, а они тут же бросились ко мне обниматься с громкими возгласами:

– Дядя Рот? Мы так скучали по вам!

– Вы получили наши приглашения?

– Мы хотим поиграть с вами! Давайте поиграем в тайных агентов?

– А знаете, господин Лирент столько рассказал нам о вас!

– Вы правда в одиночку спасли город от восстания нежити? Правда?

– У вас дома стоят скелеты?

– Дядя Рот, мы хотим поиграть с тобой, – не дожидаясь какого-либо ответа на вопросы, закончили близнецы, а я выгнул бровь.

– С чего бы это? Да вы в дом зайти не успели, – хмыкнул я.

– Мы же тебя любим, поэтому поиграй с нами, – нашли некромантики безапелляционный аргумент.

– Мне бы хотелось посмотреть на ваши успехи в плане учебы, – сменил я тему, а Даскен и Тревис закусили губы, словно думая, что можно мне показать. Пока думали, принялись снимать теплую одежду. – Готов поспорить, что вы слушались своего няня и прилежно учились. Правда ведь? – Я покосился на Тартиса, который умиленно смотрел на нас. – Ты чего так застыл? – тут же шикнул я на него, понимая, что сам немного расслабился.

– Со стороны это было очаровательно, – фыркнул Тартис и, прогнав детей мыть руки после улицы, подметил: – Рад, что ты зашел на ужин, девушки были воодушевлены этой новостью. Кстати, Стротомиан, как ты узнал, что для зелья бодрости мне были нужны белые розы? Ты чтец мыслей? – Наглые ручонки Тартиса потянулись к моему букету, а я стукнул его нитями магии, не допустив прикосновения к цветам.

– Это не тебе, – отрезал я, а у Тартиса сделалось такое лицо, словно у него отняли конфетку.

– Ладно, а кому это? Госпоже Форс? – Друг наклонил голову набок и, понизив голос до полушепота, попросил: – Миан, если она тебе и нравится, то отложи свадьбу и предложение, мне нужно платить кредит за дом в столице, и я не могу работать по скидке.

– Ни о какой свадьбе нет и речи, – осадил я друга, а он закатил глаза:

– Разумеется. Вначале она тебе вообще не нравилась, потом стал шарфики ей одалживать, а теперь пришел с букетом, и…

– Хватит. Ты слишком много болтаешь, – поморщился я и неспешно направился в сторону кухни, в центр которой был выдвинут стол, чтобы всех вместить. Кухня, и так небольшая, от этой перестановки показалась ещё меньше.

– Привет, Риссет, – вновь поздоровался я с хлопочущей девушкой. – Могу помочь чем-нибудь? – Я взял стоявшую на виду вазу и без лишних слов поставил в неё букет. Ни к чему сопли и романтику разводить.

– Нет-нет, мы справляемся, – отказалась Риссет, а Дель вопреки словам подруги тут же вручила мне розовые салфеточки, дав указание:

– Разложи их красиво. Если умеешь, то сделай лебедя.

Я без вопросов взялся за задние, хотя понятия не имел, о каком лебеде идет речь. Я почему-то думал, что меня попросят помочь пожарить мясо или принести тарелки, а не заниматься творчеством из салфеток. Тартис играл с близнецами в гостиной, а мы должны были закончить со всеми приготовлениями. Атмосфера в доме была приятная, и даже небольшие перепалки между Дель и Тартисом её не портили.

– У меня золотые руки, – самодовольно улыбнулся Тартис, доставая утку из духовки.

Дель закатала глаза, указывая на подгоревший край:

– Золотые руки, жаль, что не из того места растут.

– Эй, любое мясо может подгореть, в этом нет моей вины, – тут же вздернул нос Тартис, а Дель покачала головой, оставшись при своем мнении.

Я кое-как слепил из салфеток и магии какое-то подобие птицы и направился в гостиную, чтобы вручить близнецам небольшие подарочки. Ничего масштабного я не планировал покупать, решив оставить те немногие идеи, что у меня были, до их праздника.

– Что это? – Они заинтересовано потрясли коробку, которую я им дал, но в коробке ничего не звенело и не шуршало. – Можно открыть? – полюбопытствовали близнецы, а я кивнул.

– Разумеется, это же ваше.

Две коробки были вскрыты в считаные секунды, и юные некроманты любовались плакатами на желтоватой бумаге. На одном показывалась анатомия и строение человека, а на втором было нарисовано собрание трав, что растут на землях Буршеста, и расписаны их полезные свойства. Очень полезный подарок, на мой взгляд. Может, сейчас мальчишки ещё малы, чтобы понять его подарка, но они ещё столько лет будут этим пользоваться, что неоднократно скажут мне спасибо.

– Написаны плакаты на темном наклонении. Пусть это будет стимулом для вас выучить язык ещё быстрее, – проговорил я и предложил: – Может, попробуем прочитать вместе?

– Господин Лирент сказал, что первым изучать нужно мертвое склонение, – нахмурился Даскен, глядя на уже знакомые символы.

– Хорошо. Тогда давайте не будем нарушать учебный план вашего няня. Оставьте это до тех пор, пока не научитесь читать, – покладисто согласился я, а Тревис, рассматривая травы, воскликнул:

– А я знаю, что это! Когда мы ходили летом в поход, то Риса рассказывала о травах. Это пижма, тимьян и… – Мальчик, нахмурился, глядя на растение, а мне пришлось подсказать:

– Котовник.

– Да, точно. – Тревис широко улыбнулся и поблагодарил: – Спасибо, дядя Рот. Это чудесный подарок.

– Да, большое спасибо, – кивнул Даскен, который рассматривал другой плакат. – А для чего нам нужно это знать? Мы же не лекари. – Он задумчиво наклонил голову набок.

– Некромантов можно назвать универсальными магами, – пришлось мне удовлетворить детское любопытство, – они должны разбираться в каждой сфере: целительство, боевая и стихийная магия, темные ритуалы. Некроманты хороши во всем, поэтому и учить нужно все.

– Хорошо. – Даскен вздохнул и внезапно предложил: – Дядя Рот, может, поиграем? У нас есть новая игра: «Темная рыбалка». Нужно ловить нежить в болоте, и побеждает тот, кто выловит больше. Хотите?

– Несите уж, – разрешил я, понимая, что разговоры о вечном и великом придется оставить. Они пока всего лишь маленькие дети, которые совсем недавно говорить выучились.

Я только прочитал правила к «Темной рыбалке», и мы раздали карточки, как раздался голос Риссет:

– Мальчики, Миан, ужин готов.

– Доиграем после еды, – тут же пресек я недовольство со стороны детей. Поднявшись с ковра, мы поспешили на кухню, занимая указанные места.

Так как на всех стульев не хватало, из кладовки была принесена табуретка. Я бы сел на неё, чтобы проявить галантность и учтивость, но она опасно захрустела, словно хотела сломаться, едва я предпринял такую попытку. В конце концов, на табуретке устроилась Дель, вызвавшись поменяться со мной местами. Я был благодарен. С одной стороны от меня сидел Тревис, а с другой – Даскен. Они объясняли это тем, что очень соскучились. Я не стал противиться, но намекнул малявкам, что в следующий раз они будут сидеть со своим нянем, а я в компании Риссет. По хитрым глазкам я пришел к выводу, что мой намёк они поняли.

Так как я сегодня был в этом доме в роле гостя, а девушкам заниматься хлопотами как-то не солидно, за наполненностью бокалов и тарелок следил Тартис, без устали подкладывая мяса и подливая сок. Так как это была дружеская встреча, да еще и в компании детей, то мы обошлись без вина и других провокационных напитков.

– Утка и говядина очень вкусные, – поблагодарил я всех за ужин.

– Мы рады, что тебе понравилось, – мягко улыбнулась Риссет и решила нужным добавить: – За это стоит благодарить Дель и господина Лирента, я лишь приготовила пирог, – указала она на остывающий ароматный десерт.

Но пока я все равно отдавал предпочтение мясу.

– Если бы кто-то был порасторопнее, то утка бы не подгорела, – поджала губы Дель, красноречиво взглянув на Тартиса.

– Я забирал Даскена и Тревиса из библиотеки, не мог же я разорваться. Раз на то пошло, то ты могла присмотреть за моей уткой, – извернулся Тартис и дал указание братьям: – Куда вы нож взяли? Вилка в правой руке, а нож в левой. Не дразнись, Тревис, то, что ты левша, ничего не значит.

Я по большей части молчал, присматриваясь к детям, чтобы они ничего не натворили. Разговоры были ни о чём и какой-либо особой ценности не несли, но еда, приправленная беседой, намного вкуснее. Изредка я давал какие-то свои комментарии на тот или иной счет.

Так как все наелись досыта и места на пирог Риссет ни у кого не осталось, было приняло решение всем вместе сыграть в «Темную рыбалку», а потом выпить чаю с пирогом.

– Нужно ловить нежить из болота, игра закончится тогда, когда кто-то поймает нежить каждого вида, – озвучила правила Дель, которая хоть и не была некромантом, но любила эту забаву не меньше близнецов. По крайне мере, её глаза горели энтузиазмом и желанием одержать победу. – Играть просто так не интересно, вы так не считаете? – Она широко улыбнулась нам:

– На желание? – предположила Риссет.

– Хорошая идея, мне нравится, – одобрительно закивал Тартис, в разогревающем жесте потирая ладони. – Миан, ты в деле?

– Не люблю играть на желания, – пробормотал я, понимая, что шанс честной победы в новой игре у меня невысок.

– Дядя Рот, соглашайся, – заканючили братья, но я сомневался.

– Хочу оговорить, что желание должно быть в рамках разумного, ведь это всего лишь игра, – внесла уточнение Риссет, улыбнувшись мне.

– Миан, соглашайся, будет весело. Если хочешь, я помогу тебе выиграть, – прошептала Дель, как-то странно поглядывая.

– Это ни к чему, – отстранился я от неё и спросил: – Кто сдаёт карты?

– Я, – вмиг засияла Риссет и начала раздавать карточки нежити на платформе, которая играла роль болота. – Дель ходит первая. Она должна кинуть пять кубиков, и если ей выпадет одна из тех комбинаций, что указана на карточке, она ловит «рыбу». Мы не знаем, что скрывается в болоте, так как всегда существует три варианта. У каждой нежити свои условия поимки, – напомнила она для меня.

Я кивнул, давая понять, что все понял. Правила были довольно примитивны, но идея игры хорошая.

Сыграли партию, победителем которой оказалась Дель, и она предложила попробовать еще раз. Её жажда победы не только поражала, но и заставляла задуматься над тем, что у неё уже есть желание. Во второй раз вновь победила она. В этот миг я понял, что играть было нужно парами и в команду брать именно эту девушку. Однако сожалеть было уже поздно.

– Я хочу, чтобы вы, господин Лирент, – с вызовом она посмотрела на няня. – Вышли на улицу и трижды громко прокукарекали. Это моё первое желание. А второе… – Дель прикрыла глаза, что-то обдумывая.

Моя интуиция подсказывала, что она вновь сморозит какую-нибудь глупость.

– Я хочу, чтобы вы, господин Вердис, и ты, Риссет, пошли на кухню и приготовили всё к чаю.

Не знаю, чем именно руководствовалась Дель, делая подобный запрос, но я облегченно выдохнул. Однако спешить на кухню мы с Риссет не собирались, так как первым исполнить желание должен был Тартис. Даскен и Тревис обхохатывались, уже представляя эту картину.

– Это же настоящее безумие, – сопротивлялся Тартис, когда Дель подталкивала его к двери. – А что обо мне подумают соседи? Мой авторитет будет подорван.

– Ты сам согласился играть на желания, так что не жалуйся, – отрезал я и поторопил его. – Это не так уж и сложно, так что пойди и сделай.

Тартис недовольно посмотрел на меня, так как не нашел в моём лице той поддержки, которую ожидал. Я был непреклонен, сказал – выполняй. Тяжко вздохнув и накинув куртку, Тартис вышел на улицу и начал кукарекать так, словно был петухом, которого почти поместили в кастрюлю с кипятком. Он явно перестарался.

Так как одна часть была выполнена, то мы с Риссет направились на кухню, чтобы приготовить чай и нарезать пирог. К слову, как я подметил, Риссет так была увлечена семейными посиделками, что все еще не заметила цветы, стоявшие в углу кухни. Оно и к лучшему, все равно её болтливая подруга не даст упустить этого.

– Спасибо тебе за этот вечер и хорошую игру, – проговорила Риссет, доставая заварку, пока я намечал линии разреза пирога. Куски должны быть одинаковых размеров, а линии ровными.

– Взаимно, – односложно ответил я, делая первый надрез. Я был сосредоточен, а потому продолжил лишь тогда, когда дорезал пирог до конца. – Ближайший месяц или больше, что я проведу в Шаганефсе, мне не удастся насладиться домашней едой и такой компанией, поэтому я рад, что вы пригласили меня.

– На само деле я только сейчас осознала, что ты уезжаешь. Ты появился в нашей жизни так неожиданно, но так же неожиданно и покидаешь Буршест. – Риссет удрученно покачала головой, а я не знал, чего она ждет от меня в ответ.

Сожалений? Обещаний навещать их? Не уверен.

Разговор закончился сам собой ровно тогда, когда на кухню забежали близнецы, которые были уже готовы отведать первый кусок пирога. Пришлось приструнить их и попросить позвать на кухню Дель и Тартиса. И когда мы все вновь собрались за одном столом, пирог был разложен по красивым тарелочкам. Он оказался по-настоящему вкусным. Он не был слишком сладким, каким бывают торты или конфеты, но и с хлебом нельзя было сравнить. Золотая середина – красиво, сытно и вкусно. Не стесняясь присутствующих, я съел три куска. Риссет явно было приятно от этого, а потому она пообещала положить мне пару кусочков с собой. Также Риссет дала мне еще два кусочка от второго, брусничного пирога, прося передать их Мейру. Я не стал сопротивляться.

Ужин подошел к своему логическому завершению, да и время близилось к тому, что пора укладывать детей спать. Я решил, что это идеальный момент, чтобы уйти домой. Тепло со всеми попрощавшись и держа в руках контейнер с пирогом, я направился к дому напротив. Вечер прошел отлично.

Спать было еще рано, а потому я почти сразу решил передать Мейру пирог и обсудить идеи подарка для юных некромантов. Мой друг не был уверен, что пойдет, так как не знаком с самой Риссет, но думаю, этот пирог его убедит. Да и я буду рад пойти на это мероприятие с ним.

В парке было немноголюдно, но я точно знал, что Мейр у себя. Стоило мне постучать, как дверь распахнулась, но первым, кто вышел из лавки, был не маг, а котенок, который с интересом рассматривал позднего гостя. Этот комок шерсти не внушал мне доверия, а потому гладить я его не собирался – вдруг он больной какой-то? Нет желания, как Тартис совсем недавно, лежать в кровати с пятнами.

– Ужин уже закончился? – спросил Мейр вместо приветствия, подхватывая котенка на руки и пропуская меня внутрь.

– Да, все прошло отлично. Риссет испекла пирог и попросила передать тебе, – поставил я контейнер на обеденный столик, не забыв предупредить: – Банка не моя, так что верни, когда съешь. Риссет совсем недавно испекла его, так что он еще тёплый.

– Мне по душе похолоднее, – улыбнулся Мейр и, взяв контейнер, поставил его в холодильник экстренной заморозки. Еда с кусочками льдинок нравилась ему куда больше обычной – у стихийных магов свои странности и слабости. – Подарил цветы?

– Да, – кивнул я и спросил: – Есть идеи насчет подарка детям?

– У меня есть племянники и на прошлый день рождения я подарил им ледяные кристаллы погоды. Очень красивая и полезная вещица.

– Кристалл погоды? – заинтересовался я и нахмурился. – Впервые слышу.

– В этих кристаллах установлен непростой механизм, который предсказывает погоду. В нём будут отражаться погодные условия: в кристалле пойдет дождь, если он есть на улице, или снег, когда наступит пора снегопада. Красивая и полезна вещь, – доходчиво объяснил Мейр, без устали поглаживая котенка.

– Сам делаешь или покупаешь где-то?

– Сам. Эта идея пришла мне в голову пару лет назад, – ответил мужчина, доставая застывший пирог из шкафа экстренной заморозки.

Я почему-то думал, что мы с Мейром придумаем идеи для сюрприза, а тут выясняется, что агент КСБР не только успевает продавать мороженое, но и делает подарки ручной работы. Это прекрасно, только вот моя проблема от этого не решилась – у друга подарок есть, а у меня нет даже идеи.

– Весьма вкусно, – заключил мужчина, попробовав пирог и дав котенку кусок.

Я тут же возмутился:

– Риссет приготовила пирог не для того, чтобы ты кормил им всяких кошек.

– Не волнуйся, я просто дал попробовать, – рассмеялся Мейр и попросил: – Передай Риссет спасибо от меня. Если ты думаешь о подарке, – сменил маг тему, безошибочно угадав мои мысли, – то в этом у тебя не должно быть сложностей – ты знаешь этих детей намного лучше, чем я. Подари им что-нибудь полезное.

– Может быть, книгу? – Я попытался вспомнить свое детство и то, что мне дарили на праздники. – Мне всегда дарили книги, считая, что это лучший подарок.

– Ты тоже так считал, будучи маленьким? – приподнял брови Мейр со смешинками в глазах.

– Нет. Из всех книг, что мне подарили тогда, я прочел только одну, – и я сам отмел эту идею, понимая, что в возрасте некромантов желал играть во что-то, а не учиться. Но то был я. – Может быть, набор костей нежити?

– Я не сомневался в тебе, – хмыкнул он. – Какой именно?

– У них уже есть разумная нежить собаки, но тут стоит подумать над чем-то более масштабным. Завтра схожу в музей нежити, может, и придет какая-нибудь идея, – решил я, закрывая эту тему.

Дождавшись, чтобы друг съел пирог, я засобирался обратно домой. Оставив контейнер в почтовом ящике дома семьи Форс, я вернулся в своё съёмное жилище. Мне стоило закончить сбор вещей, чтобы покинуть это место ровно тогда, когда Рейнер даст указание отправляться в Шаганефс.

Утром я, не теряя времени даром, пошел в столичный музей нежити. Он находился, словно специально, рядом с тем, в котором работала Риссет. Из-за этого меня посетила мысль о том, что можно позвать её в какое-нибудь ближайшее заведение в обеденный перерыв. Если она не будет против, конечно.

В музее нежити, где как раз был подготовлен новый зал для выставки, я действительно смог найти идеи для подарка. Я собирался заточить нежить в кристалл, чтобы семье не пришлось делить и так не слишком просторный дом с ещё одним жильцом. Пусть дети призывают нежить, когда им захочется поиграть с ней или потренироваться с заклинаниями. Я решил не отставать от моды и веяний современной некромантии и воскресить для них тёмного прислужника. С ним и в игры поиграть можно, и беседу поддержать, и пару баек он расскажет. Хорошая идея, на мой взгляд. Подрастут и, может быть, подчинят его себе – посмотрим.

Когда время подошло к обеденному перерыву, я достал монофон и настроил на тот магический поток, по которому мог связаться с Риссет. Надеюсь, ей не запрещено пользоваться средствами связи внутри музея. Ответила она уже тогда, когда я был готов отмести идею о совместной трапезе.

– Миан? Что-то случилось? – Голос показался мне уставшим, несмотря на то что сейчас лишь час дня.

– Хотел пригласить тебя на обед. Не занята? – спросил я будничным тоном, предчувствуя, что девушка уже успела во что-то вляпаться во второй день на работе.

– Только что закончилось собрание проверки подлинности. Я буду свободна через десять минут, – ответила Риссет.

– Без проблем, я не тороплюсь, – прервал я связь, присаживаясь на скамеечку напротив входа в музей.

Я достал из портфеля кожаный блокнот. Редко пользовался этой штукой, но порой нужно сделать пометки. Я начал чертить эскиз будущего прислужника, ибо если я просто соединю кости с помощью ритуала, то ничего путного не получится. Пока я был занят набросками конструкции кристалла и облика прислужника, то заметил на главной улице стражей КСБР. Это были не патрульные, а потому я заинтересованно посмотрел на них. Они не торопились, но выглядели так, словно что-то стряслось. Столицу даже с большой натяжкой нельзя назвать тихим городком. Я уже хотел продолжить своё дело, как подметил, что стражи остановились возле того же музея, у которого сидел я. Они что-то сверили и вошли внутрь. Совпадение или Риссет постаралась? По крайне мере, она не похожа на девушку, которая доставляет проблемы.

Примерно десять минут спустя из музея вывели пухленького мужичка в костюме. Он был в наручниках, и стражи что-то тихо говорили ему, стараясь не привлекать внимания прохожих. Его лицо показалось знакомым. Кажется, я видел его, когда встречал Риссет в день её собеседования. Управляющий? Вроде бы он.

Примерно через пять минут после задержания из музея вышла немного рассеянная Риссет, увидев меня, она улыбнулась. Спустившись со ступеней, поспешила ко мне.

– Расскажешь, что случилось, или детали я узнаю в новостях? – приподнял я брови, прекрасно понимая, что у неё припасена интересная история.

– Из-за меня главного управляющего могут уволить, – выдохнула Риссет и постаралась объяснить. – Помнишь, я говорила о том, что хочу провести экспертизу? Утром главного управляющего не было на месте, а потому я пошла к главному реставратору и он, прочитав письмо, без промедлений согласился с моим предложением. Мы вызвали специалистов, которые должны были присутствовать при экспериментальной проверке подлинности. Я осуществила проверку, и оказалось, что ваза, представленная на выставке – подделка, пусть и весьма качественная. Были подняты все документы управляющего и те места, в которых совершались остановки при перевозке. Он сам купил вазу и сам проверял на подлинность, а потому ни у кого не возникло сомнений или подозрений на его счёт – он пользовался хорошей репутацией у сотрудников. Управляющего вызвали в музей, не сообщая деталей, и увели на допрос. Не знаю, что будет дальше. А что, если он ни в чём не виноват, но ему выдвинут обвинение и уволят? У меня голова кругом, – призналась Риссет.

– Ты молодец, что разрешила вопрос с подлинностью, – подметил я. Не зря в твоём доме так много предметов искусств. Ваз в особенности. Видно, что ты специалист. Из-за таких мелочей не нужно переживать. Я считаю, что музей должен принести тебе свою благодарность в виде утроенной премии и повышения, – попытался я разрядить обстановку, а Риссет вновь улыбнулась.

– Спасибо, что выслушал. Главный реставратор и правда принёс мне свою благодарность, но от этого не легче, – вновь вздохнула она, а я попытался сменить тему разговора.

Мне совсем не хотелось, чтобы Риссет грустила, пока я рядом.

– Где хочешь поесть? Или ты ещё не успела осмотреться? Если нет, то я могу порекомендовать тебе пару мест. Близко и не так уж и дорого.

– Правда? Буду очень рада, – согласилась девушка, а я на долю секунды почувствовал себя экскурсоводом.

– В центре довольно много интересных мест. Я люблю поесть, поэтому знаю почти все: если тебе захочется полакомиться остреньким, то, пройдя через переулок, выйдешь к заведению с иноземным названием. Кислую еду подают в драконьем ресторане, но там всегда оживленно в обеденное время. В том районе есть кофейня, но там большая наценка. Это всё, что есть рядом с музеем. Куда хочешь пойти? – Я посмотрел на Риссет, предлагая ей самой выбрать место.

– В нашем городе нет драконьего ресторана, а потому я хотела бы пойти туда, – дала она свой ответ, а я тут же указал на улочку между несколькими зданиями, чтобы срезать путь.

Зайдя внутрь и сделав заказ, Риссет посмотрела на меня так, словно что-то хотела спросить, но сомневалась.

– Тебя что-то беспокоит? – уточнил я, поглядывая на часы, и разрешил. – Спрашивай, если любопытно.

– Это ты принес вчера цветы? – Риссет чуть наклонила голову набок и объяснила: – Я увидела их сегодня утром.

– Верно. Ты была занята готовкой, так что я просто поставил их в вазу. Они должны долго продержаться, так как были подвергнуты долговременной заморозке.

– Спасибо. – Она странно заулыбалась, отведя взгляд в сторону. – Мне очень приятно.

– Не стоит благодарности, это просто цветы, – вздохнул я, обдумывая, что уместно сказать после того, как девушка благодарит за подарок. – Надеюсь, я не прогадал с ними? Нет аллергии на пыльцу?

– Нет, всё в порядке. У меня нет аллергии, – рассмеялась Риссет и достала из сумочки коробочку, обвязанную желтой лентой. – Вчера я забыла отдать тебе шарф, так что возьми, – протянула она мне коробочку.

– Спасибо. Я не подумал об этом, – кивнул я, открывая коробочку. Внутри действительно лежал шарф, но поверх него было кое-что ещё. – Фотография? – Я приподнял брови и перевернул плотную бумагу, рассматривая изображение.

Это была заснеженная поляна со снеговиками. Я помнил – Риссет и близнецы решили сделать семейное фото и позвали меня. Мы выглядели там достаточно веселыми.

– У меня ещё где-то были кристаллы со случайно сделанными снимками, но сегодня нашла только это фото. Пусть оно напоминает тебе о раскрытом в Буршесте деле, – нежно улыбнулась Риссет.

– Хорошо. Спасибо, – вновь поблагодарил я девушку и, достав из портфеля ежедневник, вложил фото туда, чтобы оно не помялось.

После этого нам принесли заказ. Поблагодарив официанта, мы приступили к трапезе. Драконья кухня кислая, но Риссет понравилось, как и мне. Несмотря на то, что девушка была не знакома со вкусом этих блюд, она сделала хороший выбор. Времени на долгую и непринужденную беседу у нас не было, а потому сразу после обеда я проводил Риссет обратно в музей, пожелав ей хорошего дня.

Когда двери музея закрылись за Риссет, я поспешил на кладбище. Что может быть лучше похода на кладбище после хорошей беседы и еды? Только нападение высшей нежити на том самом кладбище.