= 18 =

Дэвид вырос в семье с любящими родителями. Он не мог назвать свои отношения с отцом и матерью идеальными — не обошлось без подростковых бунтов, непонимания, юношеского максимализма. В конце концов, он не оправдал их надежд, в отличие Джеймса, и не стал наследником семейного бизнеса. Но даже в худшие времена с ним не обращались так жестоко, как с Кейт.

И вроде бы она сама виновата в том, что не захотела учиться и получить профессию и вела паразитический образ жизни, но ведь это произошло не в одночасье. Отец ее баловал, потакал капризам, откупался — то есть, сам же и испортил. Для того чтобы впоследствии использовать, преследуя собственные интересы? Мерзкий план.

Дэвид не собирался прятаться, но и вмешиваться в разговор не хотел. До тех пор, пока не понял, что Кейт на грани нервного срыва. Слишком много потрясений для малышки за один вечер! И даже если бы это было не так, он никому не позволил бы так ее ломать.

Правда, он помнил и то, что спасти можно только того, кто хочет быть спасенным.

После ухода отца Кейт еще долго вздрагивала в объятиях Дэвида и всхлипывала от обиды. Он успокаивал ее нежными прикосновениями и ласковыми словами, шептал на ухо, что она милая, хорошая, добрая, красивая — в общем, перебрал все ванильные глупости, что пришли ему на ум. А потом Кейт уснула у него на руках, и Дэвид уложил ее в спальне, укрыв одеялом.

Уйти он не смог. Сон Кейт неглубокий, вызванный усталостью и переживаниями. Скорее всего, проспит она не больше получаса, а потом всю ночь будет маяться бессонницей. Нельзя оставлять ее одну. Похозяйничав на кухне, Дэвид сделал себе кофе, а для Кейт заварил зеленый чай. Так как поужинать не получилось, печенье из вазочки на столе пришлось кстати.

Кажется, кухней хозяйка пользовалась редко. В холодильнике он обнаружил лишь молоко, масло и яйца, зато на полке лежала стопка рекламных проспектов: кафе, рестораны, доставка еды. Вообще, квартира Кейт напоминала уютное девичье гнездышко — куклы на полках, плюшевые мишки на диване, рюшечки, салфеточки, милые безделушки. Картину портили пепельницы, расставленные везде, и едва ощутимый запах табака. И как он сразу не заметил, что малышка курит?

Дэвид пил вторую чашку кофе и просматривал новостные сайты в интернете, когда Кейт появилась на кухне. Вид так себе: взъерошенная, бледная, с темными кругами под глазами. Она плюхнулась на свободный стул и уставилась на Дэвида, подперев голову рукой. Он налил ей чаю, поставил на стол кружку.

— Прости, пожалуйста, — вздохнула Кейт.

Он предполагал, что так и будет.

— Все в порядке, малыш, — ответил он. — Как ты?

— Лучше. — Кейт поежилась и отпила чаю.

— Я тут немного похозяйничал. — Дэвид прикидывал, можно ли начать серьезный разговор или подождать до утра.

— Да и правильно. — Кейт махнула рукой. — Тебе понравилось печенье?

— Вкусное. Кстати, хотел спросить, где покупала.

— Сама испекла. — Она довольно улыбнулась, превращаясь в ту малышку, которая ему нравилась, веселую и озорную.

— Правда? — удивился Дэвид.

— Должна же я хоть что-то уметь, — усмехнулась Кейт. — Кроме того, что…

Вероятно, она хотела сказать что-то о своем поведении, но он не стал слушать, перебил сразу.

— Не увлекайся самобичеванием. Ты любишь печь, и это замечательно. Что тебе еще интересно?

Кейт шумно вздохнула и опустила нос в кружку, почти буквально. Какое-то время она сосредоточенно пила чай, и Дэвид ее не торопил. Потом малышка поморщилась и отставила кружку.

— Дэв, я не буду тебя обманывать… Не хочу. Ты сказал, что любишь меня, но… я не могу ответить тебе тем же. Ты мне нравишься…

— Но ты ни в чем не уверена, — закончил Дэвид, так как она замолчала. — Как и я, малыш. Прости, что ввел тебя в заблуждение, но то было сказано для твоего отца.

— Зачем? — вспыхнула Кейт. — Ты мог вообще не…

— Нет, не мог. Мы как-то паршиво начали, и это моя вина. Я не пытаюсь оправдаться или реабилитироваться, но ты должна знать, я всегда буду тебя защищать.

— Потому что я твоя? — Она слегка улыбнулась.

— Именно.

— Это не решение проблемы, Дэв. — Кейт сцепила пальцы в замок, положив руки на стол. — Спасибо, что помог избавиться от отца, только это ненадолго. Я объясняла, у меня нет выбора.

— Есть. Теперь есть.

Она растерянно на него посмотрела.

— То есть?

— Что мешает тебе отказаться от замужества? Не торопись с ответом, подумай.

С минуту Кейт пялилась на Дэвида, сморщив лоб и сдвинув брови, а потом сорвалась с места, схватила пустые чашки, сунула их в посудомоечную машину. Дэвид терпеливо ждал, радуясь про себя, что Кейт не брякнула первое, что пришло ей в голову.

— Я боюсь! — выдала наконец она, застыв у окна. — Если я порву с отцом, то останусь одна. Может быть, справлюсь, а, может, и нет. И если нет, мне придется возвращаться… — Она глубоко вздохнула. — Побежденной. Он заставит меня умолять о прощении, и не факт, что простит.

— Ты не одна, — спокойно произнес Дэвид.

— Как ты будешь меня поддерживать? Содержать? Нет, я не хочу, чтобы меня содержали. Черт, Дэвид! Со мной и так обращаются, как с вещью. Не делай из меня проститутку!

— Эй, полегче, малышка! — возмутился он. — Во-первых, я запретил тебе ругаться. Во-вторых, хотелось бы уважения и доверия.

— Прости, — тут же смутилась она.

— С этого момента за каждое грубое слово будешь получать десять шлепков по попе.

— Да, сэр, — мгновенно отозвалась она, потупив взгляд.

— Я не собираюсь тебя содержать, Кейт. Я помогу тебе преодолеть лень, получить специальность и найти работу. Естественно, на моих условиях. Я не буду диктовать тебе, что выбрать, но не позволю бросить начатое. Тебе не придется умолять отца о прощении.

Губы у Кейт задрожали, но она быстро взяла себя в руки.

— Ты так… в меня веришь? — спросила она.

— Да, малыш. Ты умная и способная девочка, я это вижу.

Она молчала, и Дэвид добавил:

— У тебя есть выбор, Кейт. Выходи замуж, рожай детей, живи в роскоши, без проблем и забот. — Очень хотелось сказать, что и без любви, но он не имел на это права. — Или прими мое предложение и начни новую жизнь.

— А в чем разница? — Кейт отвернулась, уставившись в темное окно. — Я подчиняюсь отцу, который наказывает меня за неповиновение. Что изменится, если я подчинюсь тебе? Вместо того чтобы лишить денег, ты будешь пороть, вот и все.

— Разница в том, что я делаю это для тебя. — Дэвид подошел к ней, встал за спиной. Они оба отражались в оконном стекле.

— Отец тоже уверен, что заботится о моем благе.

— Может, ты и права, разницы никакой, — согласился Дэвид. Спорить с Кейт сейчас бесполезно, она поймет сама… или не поймет никогда. — И я всего лишь удовлетворяю собственное желание заполучить тебя в режиме 24/7. Тогда подумай, чего хочешь ты сама. Какой из воспитателей устраивает тебя больше. И хочешь ли ты как-то изменить свою жизнь. Я не настаиваю, я только даю тебе выбор.

— Я должна ответить сейчас?

— Нет, подумай. Только учти, что завтра тебя ждут. И, судя по всему, с покаянием.

— Я подумаю. — Кейт повернулась и обвила его руками за талию. — Ты можешь остаться до утра? Пожалуйста.