= 42 =

В том, что произошло в Альберт-холле, Дэвид винил себя. Злость, гнев — все это было, однако эмоции быстро схлынули, оставив после себя горечь и разочарование. Не в Кейт, в себе. Он знал, что малышка избалована и эгоистична, она нуждается в воспитании и твердой руке. Однако Дэвид делал то же самое, что ее отец — баловал, потакал любым желаниям. Да о чем речь! Если бы Кейт попросила об экскурсии за кулисы, он организовал бы ей поход в любой лондонский театр.

Кейт поступила так, как привыкла: получила то, что хотела, наплевав на других. Он не справился, не выполнил обещанного. Поддался обаянию, поверил, что она изменилась. Кейт не нужно ни притворяться, ни обманывать, ни манипулировать. Она вела себя, как обычно, искренне и естественно.

И так же естественна и ее обида.

Дэвид не обращал внимания на надутые, чуть дрожащие губы малышки, на немой укор во взгляде. Кейт пыталась найти поддержку у Джеймса, но и он замкнулся в себе.

Зря они едут к Кайлу, вечер безнадежно испорчен.

Однако, едва переступив порог дома, Кейт изменилась. Она перестала дуться, вела себя мило и очень вежливо, даже чопорно. Если бы Дэвид не знал ее, то решил бы, что перед ним послушная и вышколенная подчиненная. Ни он, ни Джеймс по-прежнему не обращались к ней, но и без их участия ее поведение можно назвать идеальным.

Только Дэвида подташнивало от этого притворства.

Кейт беседовала с Евой, отвечала на вопросы Кайла, что-то объясняла Мире. Отказалась от вина, пила воду и сок. Прежде, чем сделать что-то, спрашивала разрешения у Джеймса, сознательно избегая общения с Дэвидом.

Он старался не выглядеть мрачным, шутил и участвовал в общей беседе по мере сил. И все же больше отмалчивался, погруженный в невеселые мысли.

— Сэр, вы позволите?

Энрике подошел, когда рядом никого не было. Дэвид отставил бокал, который едва пригубил, и вымученно улыбнулся.

— Спасибо за приглашение, Энрике. Ты превосходно выступил…

— Не надо, — поспешно перебил он. — То есть, спасибо. Но… Простите, сэр. Кейт хотела вернуться до начала концерта, это я предложил ей остаться. Пожалуйста, не сердитесь на нее. Это моя вина.

— Черта с два! — не выдержал Дэвид. — Виноват кто угодно, но только не ты. Прекрати. И…

Он осекся, поймав на себе встревоженный взгляд Миры.

— Спасибо, — добавил Дэвид уже тише. — Ты не дал нам с братом сойти с ума от беспокойства.

— Но Кейт, она…

— Кейт не нуждается в защите. — Дэвид покачал головой. — Спасибо, Энрике.

Больше никто не вспоминал об инциденте, произошедшем в театре. Говорили о концерте и выступлении Энрике, об общих знакомых, о клубе. Главные новости вечера расстроили Дэвида больше, чем выходка Кейт.

Правда, и обрадовали тоже.

После ужина, когда все собрались у камина в гостиной, слово взял Кайл.

— Я ухожу из клуба, — произнес он без лишних предисловий. — Мы с Евой ждем ребенка и уезжаем из Лондона.

Кайл всегда умел произвести эффект. Когда смолкли поздравления и пожелания счастья, он добавил:

— Думаю, будет справедливо, если клуб перейдет во владение Миры и Дэвида, поровну.

Дэвид ничего не успел сказать.

— Дэвиду, — поправила Кайла Мира. — Я тоже ухожу. Энрике предлагают стажировку в Италии, мы поедем туда вместе.

— Вы сговорились?! — Дэвид не скрывал своего изумления. — Но как же…

— Дэв, мы тоже хотим детей. — Мира мягко коснулась его руки. — Зачем мне клуб, если у меня есть семья?

Это было горько, но Дэвид понимал обоих. И он потерял интерес к клубу, встретив Кейт, а она всего лишь нравилась ему больше, чем остальные. Он хотел так думать, хотя умом понимал, все гораздо серьезнее.

— Отлично! — Дэвид широко улыбнулся. — Теперь клуб мой. Дела обсудим позже, договорились?

Кого он хотел обмануть? Даже Джеймс не поверил, что он рад переменам. И почему все разочарования в один день? Дэвид с трудом держал лицо, чтобы не заставлять друзей чувствовать вину. Все правильно, так и надо. Они создали клуб, потому что были одиноки. Теперь все изменилось. Он выхватил взглядом Кейт и Джеймса, склонившихся друг к другу. Малышка выберет брата, это очевидно. А Дэвид будет управлять клубом.

Пожизненно.

Джеймс оглянулся и кивнул Дэвиду, подзывая.

— Что? — спросил он, подойдя ближе.

— Кейт…

Дальше Дэвид не слушал. Хватило быстрого взгляда, чтобы понять, — малышке плохо. Она все еще старательно улыбалась, но макияж не скрывал бледность, а в глазах плескалась боль.

— Ты взяла лекарство? — спросил Дэвид.

Кейт отрицательно покачала головой.

— Что случилось? — К ним подошел Кайл.

— Нам надо домой. — Дэвид достал телефон. — Я вызову такси.

— Кейт лучше прилечь. — В разговор вступила и Ева. — Я дам ей лекарство, поедете, когда закончится приступ.

— Я доеду. — Кейт смущенно опустила голову. — Не стоит беспокоиться.

— Пойдем! — Ева решительно схватила ее за руку. — В конце концов, я врач!

Дэвид зашел к Кейт чуть позже, вместе с Джеймсом. Малышка лежала на диване, укрытая пледом. Джеймс присел рядом, взял ее за руку.

— Как ты? — поинтересовался Дэвид, когда Кейт открыла глаза.

— Лучше. — Она попыталась встать, но Джеймс не позволил. — Я могу ехать.

— Поедем, когда Ева разрешит. Джей, побудешь здесь?

— Конечно, — ответил брат.

— А ты…

— Дэв…

Глаза малышки заблестели от слез, но Дэвид развернулся и вышел из комнаты. Пусть Джеймс ее утешает.

В доме Кайла вполне можно заблудиться, но Дэвид часто тут бывал и, с разрешения хозяина, имел право посещать любые комнаты. Поэтому он не вернулся в гостиную, а свернул в небольшую оранжерею на первом этаже. Хотел побыть один, однако Джеймс увязался следом.

— Дэвид!

— Отстань…

Он не собирался ругаться с братом, тем более, в доме друга. Да и повода нет.

— Дэв, не убегай.

— Ты зря оставил Кейт, ты ей нужен.

— И ты тоже.

— Не сейчас. Ей вполне хватит одного из нас.

— Дэв… — Джеймс не спешил уходить. — Прости, это я виноват.

— А ты в чем?! — разозлился Дэвид. — В том, что Кейт непослушная и неуправляемая эгоистка? В том, что я не был достаточно строг с ней?

— Это же из-за меня. — Джеймс повел плечом. — Я с ней нежничаю, и ты тоже. Мы оба боимся ее потерять.

— Джей, умоляю… — почти простонал Дэвид. — Я не готов к этому разговору. Не сейчас. Пожалуйста.

— Но…

— И нет! Ты не виноват.

— Как ты хочешь ее наказать? — спросил Джеймс, помолчав.

Дэвид взглянул на него из-за роскошного куста, усыпанного белыми бутонами.

— Никак, — произнес он, тяжело роняя слова. — Пока не успокоюсь и не приду в себя, никак. Можешь сделать это сам.

Джеймс быстро подошел к нему, огибая куст, и обнял, похлопав по спине.

— Мы вместе, Дэв, — напомнил он. — Ты не один.

— Как жаль, что это ненадолго… — горько прошептал Дэвид, в свою очередь, обнимая брата.