Глава 30

Денис

На парковке у фитнес-клуба непривычно пусто. В воскресенье вечером жители нашего элитного поселка предпочитают спорту другой вид досуга: делать барбекю и пить вино на террасах. На кроссфите нас было всего пятеро. Тренер загонял, но я рад — мне надо было спустить пар.

Забросив сумку на заднее сиденье, падаю в водительское кресло и достаю телефон. От отца пришло сообщение:

«Привет тебе от Киры».

Это означает, что он прилетел в Италию.

За последние три недели мы контактируем больше, чем за последние пять лет. Я даже побывал на его вилле в Форте-дей-Марми. С мачехой повидался, с сестрой в кои-то веки пообщался. Привет, собственно, от неё.

Недавно Кире анонимно прислали ссылки на старые статьи с раскладами по «браткам», где отец фигурирует не в лучшем виде. Она вообще не в курсе была — родилась и выросла в Европе, по-русски говорит, но не читает. Перевела гугл-переводчиком и давай рыдать: «Мой папа — мафиози и убийца». Голодовку в знак протеста объявила. Ей пятнадцать — тот самый сложный нежный возраст.

Отец был по делам в Латинской Америке, а я в Швейцарии — считай рядом. Пришлось ехать и объяснять сестре, что родителей не выбирают, их надо просто принять. Мы с ней в одной шкуре — оба дети Бори Береста, — так что коннект случился. Вроде успокоилась.

Пишу:

«Ей тоже передавай».

Отбросив телефон на пассажирское сиденье, медленно выезжаю с парковки. Жрать дома нечего, в ресторан не хочется. Торможу, открываю приложение доставки. Первое предлагаемое блюдо — рататуй.

Да ёб твою мать! Только думать о ней перестал. Два часа таскал мешки с песком и пинал шины, чтобы полегчало, и снова здорова.

Заказываю по классике: стейк и салат. Не успеваю заблокировать экран, как приходит ещё одно сообщение от отца:

«Понеслось дерьмо».

Ниже — ссылка на новостной ресурс. Прочитав название, решаю посмотреть позже. О чём речь — и так понятно.

На прошлой неделе прокуратура возобновила старое дело, в котором фигурирует наша фамилия. Убийство бизнес-партнера отца, по которому он проходил свидетелем. Слухи о том, что он был заказчиком, естественно, гуляли всегда. Так что новость хреновая со всех сторон.

Отец считает, что слив моего мальчишника и эта история — звенья одной цепи, но я сомневаюсь. В Цюрихе я встретился с владельцем яхты. Он провел собственное расследование и выяснил, что камеру в каюте поставила уборщица. Проследить её связи труда не составило.

Если раньше мысли о причастности Семака у меня мелькали, то теперь я точно знаю: он не при делах. Но искренне порадоваться этому факту не выходит. В последнее время я зол на него как никогда.

Я подозревал, что Ванька заартачится и будет и дальше обхаживать пиарщицу. Тот еще осёл. Обломал его вчера осознанно и не жалею об этом. Он ведь даже заморачиваться не стал, пошёл по отработанной схеме. Кого только он ни возил в этот гольф-клуб! Даже Диану в своё время. Но та его бортанула, а эта…

Я только из аэропорта вышел, и тут уведомление: «Алина Лаппо впервые за долгое время поделилась фото». Стало интересно, пошел смотреть и сразу понял, с кем у неё «невероятный уик-энд». В груди зажгло.

Ревность — сука. Конченое чувство. В моменте контролю почти не поддается. Я это знаю хорошо. Помню, как глаза заливает кровью, как нутро до боли скручивает. Дерьма этого мне в своё время хватило, больше не хочу. Но, кажется, не справляюсь.

Я думаю о ней. Постоянно. Вспоминаю нас.

Надо было съездить к ней в тот вечер и поговорить нормально. Да хотя бы цветы отправить, адрес у меня есть. Не знаю, почему этого не сделал. Ди тогда своим звонком всё перебила.

Она передумала отменять свадьбу, настроена мириться. Довольно решительно. Как-то узнала, что я в Италии, прилетела, позвала на ужин. Встретились, естественно, поговорили. Я озвучил свою позицию, она тут же расплакалась, стала доказывать, что измену придумала. В отеле, мол, была одна, напилась и хотела вызвонить кого-нибудь назло мне, но не смогла. Любит сильно. В её чувства я верю, остальное надо проверить.

— Здрасте! Доставка вашего заказа из ресторана «Купеческий двор»! — браво рапортует доставщик на громкой связи. — Вы дома?

— Подъезжаю. Стой где стоишь, — даю команду, сворачивая на свою улицу.

Настроение паршивое, не помог кроссфит.

Выхожу, хлопаю дверцей.

— Скидочный флаер на посещение нашего банного комплекса? — неуверенно предлагает парниша, вертя в руках цветную бумажку.

— Не надо. — Забираю пакет и иду к дому. — Сходил тут в баню недавно, хватило, — бубню себе под нос.

Ключи швыряю на комод, сумку на пол. Накатывает снова. Баню вспоминаю. Как хорошо было с ней. Губы её сладкие. Следом, как она Семаку улыбается, этими же губами. С ним она тоже целовалась — тут у меня сомнений нет. Ваню я знаю давно и хорошо. Представляю, как он учил её играть в гольф, пристраиваясь сзади…

Так ярко представляю, что челюсть сводит.

В спа вчера она одна пошла. Семака я отправил в офис, нагрузив новыми задачами, связанными с проблемами отца, но он ведь мог и вернуться. Они могли остаться в том отеле или поехать к нему.

Нет. Об этом лучше не думать.

Выкладываю еду на тарелку, откупориваю бутылку красного. В данный момент выпить — жизненная необходимость. Пару бокалов, чисто расслабиться. Дай бог, чтобы помогло.

Пока жую мясо, открываю свою «оживлённую» страницу. На кроссфите я снял небольшое видео для сторис, теперь проверяю реакции.

Огонёк от Дианы прилетел первым. Следом — поцелуйчик. Дальше вереница восторженных реакций от неизвестных барышень. От пиарщицы — ничего. Но она просмотрела — я проверил. Для неё же и постил. Ищу повод написать. Докатился.

Поговорить вчера у нас не вышло. Я даже попрощаться с ней нормально не смог. Подошел к столу, буркнул, чтобы трубку брала, когда звоню, и ушёл «гордо в закат». Идиот.

Открываю наш диалог. Она в сети. Пока думаю, как начать, она печатает мне. Смешно, но я волнуюсь. Как пацан, честное слово.

«Добрый вечер. Есть возможность поговорить?»

Зачем же так официально? Есть и возможность, и желание. И не только поговорить. Но отвечаю сухо:

«Добрый. Да».

Она снова что-то печатает, но перестаёт. Набирает. Сердце с разгона врезается в рёбра. Зашибись. Давно у меня такого не было.

Делаю большой глоток вина, собираюсь и свайпаю по экрану.

— Да.

— Ещё раз добрый вечер. Не отвлекаю?

— Говори.

Прямо вижу, как она сейчас подбирается. Сам тоже сажусь ровнее.

— Я увидела сторис…

— Зря выложил?

— Почему? Хорошо получилось. С поездок тоже желательно. Я знаю, что обычно не до этого. Могу напоминать… если это удобно.

— Думаю, это необходимо. Нам ведь нужен результат.

— Да, конечно. Тогда я бы хотела обсудить наши планы на ближайшую неделю. Накопилось много вопросов. Во-первых, есть несколько блогеров, которые хотели бы сделать совместные фото. Можно организовать для них…

— Аля, — торможу её.

За рёбрами сжимается. Вот нахрена я её так назвал?

— Да? — сопит она в трубку.

— Ситуация сейчас такая, что по телефону лучше ничего не обсуждать. В переписках тоже нежелательно. В идеале — при встрече.

Говорю, а сам лихорадочно соображаю: вызвать ей такси, чтобы сюда приехала, или гнать в офис? Первый вариант нравится мне в разы больше, но она вряд ли согласится.

— Я поняла. Могу завтра подъехать в офис. В какое время удобно?

— Завтра у меня сложный день.

— Послезавтра?

— Не уверен. Начало недели загружено. Можем сегодня, если для тебя не слишком поздно.

Смотрю на часы. Время, по сути, детское — восьми ещё нет.

— Смогу быть в офисе минут через сорок, — заявляет она деловито.

Прикинув, сколько мне самому добираться, подытоживаю в том же тоне:

— Встретимся там через час.