Глава 15. Магические струны

Я спускаюсь в холл и неуверенно оглядываюсь по сторонам. Эдгара нигде не видно, но стоит мне сделать шаг в сторону улицы, как Ставинский появляется из ниоткуда, подхватывает меня под руку и уверено ведет в сторону западного крыла замка. Я уже даже не вздрагиваю от неожиданности, только коротко выдыхаю:

— Пожалуйста, перестань так делать, — ворчу, едва поспевая за Эдгаром.

— Что именно?

— Возникать бесшумно из воздуха. Меня это бесит!

— Прекрасно. Я рад, что овладел искусством бесшумного передвижения по магическим струнам настолько хорошо, что даже ты, бывший агент разведки, не можешь меня засечь.

Мне много чего хочется сказать по этому поводу, но жажда информации во мне намного больше жажды спорить и пререкаться. И сейчас любопытный зверек внутри меня встал на цыпочки и навострил уши.

— Что за магические струны? Не слышала о таких.

— Все пространство в мире пронизано паутиной, своего рода "струнами", по которым льётся магия, — охотно поясняет Эдгар. — Такие невидимые нити, которыми усыпано все вокруг. Струны дарят магические искры всему живому, но по ним также можно передвигаться, если овладеть специальными навыками. Если научиться ускорять магические процессы в себе настолько, что начинаешь видеть эти нити. А дальше все просто: шагнул на такую нить, и мигом оказался на другом ее конце в нужной точке пространства. Это настолько легко, что у меня получается уже на автопилоте. Мне даже приходится прилагать усилия, чтобы замедлиться для привычно темпа.

— Ты для этого пил эту свою… сыворотку? Для, так сказать, ускорения сознания?

Эдгар кивает, а я хмуро качаю головой.

— Разве это стоит того, чтобы мучиться побочными эффектами типа лютых ночных кошмаров?

— Разумеется. Это дает мне абсолютное превосходство над всеми верховными магами сейчас.

— Франкур же тоже вроде тестирует эту твою дрянь.

— Франкур не верховный маг и никогда им не станет. Но среди воздушных драконов ему нынче нет равных, да. Я сделал его таким. И он это прекрасно понимает.

Мы идем по извилистым пустым коридорам, залитых солнечным светом из распахнутых настежь окон. Я вообще заметила, что Эдгар любит воздух и как можно больше свежести. Обычно в замках подобного рода сыро, темно и уныло, но вынуждена признать, что поместье Ставинского, несмотря на безлюдность, довольно уютное. Удивительное ощущение, особенно учитывая то, что обычно моя огненная магия гневалась в подобной обстановке, где не было ни капли огня, но здесь и сейчас мне относительно спокойно на душе. Во всяком случае, магия во мне не бунтует, и это вызывает ряд вопросов, на которых у меня пока нет ответов.

— Понимаешь, Арина, — продолжает Эдгар, сворачивая на очередной развилке направо. — За все в мире нужно платить. Это такой закон равновесия. Где-то убыло — где-то прибыло. Что-то получаешь — что-то отдаешь. Верховная власть и высокие ступени магии отнимают очень многое, но эта равносильная цена. Взамен я получаю намного больше, чем отдаю.

- И что ты получаешь? — усмехаюсь я. — Страх всех вокруг перед твоей великолепной персоной? Вечное одиночество? Гигантский пустой замок для тебя одного?

— Я получаю открытые нараспашку двери в мир такой магии, о какой ты даже помыслить не можешь, — усмехается Эдгар. — Магические струны, знаешь ли, весьма щедры. Стоит только научиться видеть их, как понимаешь, что мир намного шире, глубже, богаче, чем мы думаем. И он готов щедро делиться самым ценным, что у него есть, с теми, кто готов принять.

— И чем же?

— Своей бесконечностью и непрерывным движением. Иначе говоря — бессмертием.

Я останавливаюсь как вкопанная и таращусь на Эдгара так, будто впервые вижу.

— Ты шутишь. Издеваешься надо мной, да? Невозможно такое в природе. Ты не можешь быть бессмертным.

— Могу. И я на верном пути к этой цели.

— Не верю! Ты просто… Пудришь мне мозги, не более того!

Эдгар ухмыляется еще шире, щелкает пальцами, и на его ладони тут же возникает небольшой нож. Я даже ойкнуть не успеваю, как Эдгар взмахивает лезвием и резко проводит по собственной ладони.

— Ты что творишь! — невольно восклицаю я, глядя на Ставинского, как на сумасшедшего.

Но тот лишь улыбается еще шире и кивает на ладонь.

— Смотри!

Я перевожу взгляд на глубокий порез и… не верю тому, что вижу. Рана заживает прямо на глазах, затягивается моментально, и уже через несколько секунд ладонь чиста, будто ее не полосовали только что ножом. Я не знаю заклинаний, способных настолько быстро затянуть рану. И лечебных снадобий таких тоже не знаю, даже среди тех, что предназначены специально для бойцов в полевых условиях. Но особенно интересно то, что я не чувствую сейчас вообще никакого волшебного воздействия. Словно бы не происходит ничего сверхъестественного, как будто это нормально для человеческого организма — самому по себе заживлять такие глубокие порезы.

— Почти мгновенная регенерация, — поясняет Эдгар, гордо помахивая абсолютно здоровой рукой. — Работает на ранениях любой степени тяжести, я проверял. Убить меня все еще можно, но уже весьма сложно, так как все раны заживают с невероятной скоростью. А знаешь, что самое невероятное? Я ничего для этого не делаю. Просто когда тренируешься разгоняться до магических струн, тело само по себе учится ускоряться, в том числе в плане регенерации тканей.

— Поразительно, — качаю я головой.

Никогда не видела ничего подобного. Искренне восхищена магией столь высоких ступеней. Восхищена и порядком огорошена, потому что понимаю, насколько бесполезно сражаться против Ставинского. У него слабые места есть вообще? Об этом решаю спросить прямо.

— Слушай, у тебя слабые места есть вообще? Нельзя же быть абсолютно неуязвимым.

— Конечно, есть. Ты, — коротко отвечает Эдгар и вновь увлекает меня дальше по коридорам.

А меня настолько смущает услышанное, что я умолкаю и иду, глядя себе под ноги, искоса поглядывая на бесстрастного Эдгара. Шутит он так со мной, или что?

Некоторое время мы идем молча, а потом резко останавливаемся перед невзрачной дверью. Эдгар тянется к дверной ручке, но вдруг поворачивается ко мне с вопросом:

— Интересно, а ты сможешь открыть эту дверь?

Смотрю на него удивлённо. А что сложного может быть в открытии двери? Или он имеет в виду?..

Присматриваюсь хорошенько таким особым зрением, которое позволяет видеть скрытые вещи. Мне приходится воззвать к самым глубинам внутреннего источника магии, прежде чем я замечаю брешь в пространстве как раз на месте двери. Особое такое, лилового цвета, ритмично мерцающее. А это может значить только то, что…

— Это не просто обычная дверь, верно? Это портал?

— Тщательно скрытый от посторонних глаз, — кивает Эдгар.

Выглядит он при этом чрезвычайно самодовольным.

— И куда он ведет?

— Прямиком в новый район Лакора, в Ленон.

Неверяще смотрю на Эдгара. Лакора? Мне не послышалось? Это же…

— Да, этот портал ведет в соседнюю реальность.

— Ты и это умеешь? Передвигаться между мирами и устанавливать межпространственные порталы? — восхищенно выдыхаю я.

— Это не сложнее передвижения по магическим струнам.

Я только качаю головой и смотрю на мерцающее пространство перед собой, пытаясь представить, осознать, что там, за лиловой дымкой таится совсем другая реальность.

Лакор… Надо же. Сколько я слышала о нем из сказочных историй, которые мама рассказывала мне на ночь! Удивительный мир вечной зимы, где всем правит ледяная и водная магия. В Шаренхоле редко бывали снежные зимы, климат здесь довольно мягкий, и мне всегда было интересно, каково это — жить среди вечных снегов? Но чтобы уметь передвигаться между мирами, надо обладать недюжей магической силой или иметь при себе нужный артефакт. Но они очень редкие и безумно дорогие, заиметь такую штуку — большая удача. А с силой у меня все хоть и было хорошо, но куда мне до верховных магов…

— Погоди, но в Лакор же запрещен доступ огневикам. Разве не так?

— Это так, свободное перемещение запрещено, нужно получение специальных разрешений. А некоторым видам огневиков доступ туда закрыт вообще навсегда. Например, драконам, так как они способны нарушить равновесие их царства вечной мерзлоты. Но мною получено разрешение от местного императора на освоение некоторых удаленных территорий. Места там безлюдные и, в общем-то, непригодные для обитания, но я нашел способ укрыться и от лютых морозов, и от возможных недоброжелателей. Этот портал ведет напрямую в скрытый павильон, где проживают те контрактники, которые не пожелали возвращаться в пограничье и остались работать на меня.

— Как это? — недоумеваю я. — У них же в заграничье остались дома, семьи. Как они могут взять и не захотеть вернуться домой? Чушь какая! Полная несусветная чушь! Ты просто промыл беднягам мозги! Или мне их сейчас промываешь. Или…

— У тебя будет возможность поговорить прямо сейчас с этими "беднягами", — нетерпеливо перебивает Эдгар. — Я хочу показать тебе это славное место. Откроешь дверь? Справишься сама?

Вот интересно, почему он так жаждет, чтобы портал открыла именно я? Что-то тут не так…