Глава 12. Ветер перемен

Дворец главы Багряного клана вампиров

Обеденный зал тонул в полутьме. Молчаливые гости соблюдали приличия, приглушенно стуча приборами по тарелкам и пробуя угощения. Никто из них не решался начать разговор с хозяином дома, что сидел во главе стола. Он же помогать и не думал, с неприличной ухмылкой разглядывая приглашенных и неспешно попивая из бокала тягучий тёмно-красный напиток.

— У вас превосходный повар, господин Кельн, — учтиво похвалила старшая госпожа Вернет, не выказывая волнения. — Есть ли особенный повод для этого чудесного ужина, кроме более близкого знакомства с семьёй невесты?

Взгляд Робена Вернета метнулся с жены на вампира. Тот растянул губы несколько шире, напоказ слизнув с губ бардовую каплю.

— Вы так проницательны, госпожа, — легко склонил он голову. — Особенный замысел действительно существует. И его сполна оценит ваша дочь. — Его глаза скользнули по четверым гостям и остановились на самопровозглашенной невесте. — Потому как с этого дня моя ненаглядная станет жить со мной.

Сердце Син сбилось с ритма. Пальцы замерли на столовых приборах.

— Но свадьбы ещё не было. Это неприлично! — возмущенно выпалил Надин, оскорблённый за чувства любимой сестры. — Что о ней…

— Подумают другие? — подхватил фразу вампир. — Неужели вам есть до того дело? Помнится, несколькими днями ранее вы самолично определили наказание сестре за замысел побега. Решили, что право решать подобное у вас есть?

Глаза Сентьона сверкнули угрозой. В наступившей тишине он отставил бокал, скрестил пальцы рук, и вся наигранная любезность слетела с его лица в мгновение ока. Гости замерли невольно.

— Поговорим же откровенно, дорогие гости. Всем вам известно, каков мой выбор был изначально. И говорю вам теперь — он всё тот же. Ваша замена не интересна мне, и как только я найду Корнелию, избавлюсь тут же. Однако, — пристально вгляделся он в лица семейства Вернетов, — так как все вы так или иначе подвели меня и мою настоящую невесту — Корнелию, решение о сохранении вашей репутации будет зависеть от неё. Точнее даже, от её желания стать моей. Как думаете, достаточным ли оно будет вначале?

Вампир ухмыльнулся, легко распознав замешательство и испуг на лицах приглашенных.

— Но не беспокойтесь, — милостиво успокоил он. — Существует вероятность, что её скромная замена превзойдёт мои ожидания и сумеет отыскать пути к благосклонности. Так ли, моя невинная? — с улыбкой обратился он к бледной невесте. — Будешь ли ты старательна в соблазнении? Хочешь ли ещё чужое место также бездумно?

— Да что вы себе позволяете?! — вскочил с места Надин, пылая гневом, однако отец в тот же миг ухватил его за руку и грубо дёрнул вниз.

— Молчи, сын! — глухо оборвал он и обернулся к имперскому следователю с горячей мольбой: — Прошу вас, господин Кельн, простите моего нерадивого отпрыска. Я позабочусь о его воспитании со всей строгостью самостоятельно.

Уголок губ вампира поднялся выше. Взгляд янтарных глаз засиял предупреждением.

— Но, отец…

— Сядь и не произноси больше ни слова! — яростно прорычал Робен, и звонкая пощечина, первая за всю недолгую жизнь сына, прервала его пыл.

И никто из Вернетов больше не выказывал недовольства.

— Кстати, Робен, — с приятельской улыбкой обратился к главе семейства Сентьон, — вы рассказали дочерям по какой в действительности причине отобрали у них свободу?

Робен Вернет вздрогнул и напряженно вонзил взгляд в вампира.

— Нет? — будто удивился тот. — Тогда позвольте, я раскрою истинную суть положения, — щедро предложил Сентьон, благодушно оглядев замершее семейство. — Чтобы более никто не пребывал в заблуждении. Итак, всё началось почти два десятка лет назад…

— Молю, господин Кельн! — порывисто оборвал рассказ старший Вернет, бледнея и потея, — разрешите мне самому объяснить всё. — Янтарные глаза сузились вызывающе недоверчиво. Имперский следователь умолк в ожидании, приподняв бровь. — Униженно прошу вас, господин…

Тонкие губы вампира сдвинулись в бок.

— Просьба одобрена.

Земли Бирейта. Портовый город Туманного моря

Пальцы касались земли. Влажная трава подлеска щекотала пальцы и пропускала беззвучный призыв на двадцать шагов в стороны. На границе подконтрольной территории неподвижно продавливали почву кожаные ботинки. Я следила за ними неустанно, не открывая глаз.

Куда теперь?

Связанные с сознанием растения под чужими ногами сильнее смялись вправо. Тут же, словно мгновенный отклик, из недр земли в том месте вырвались колючие кусты. Движение стоп прервалось.

Невольно улыбнулась.

Получается!

Короткий шаг, беспокойный импульс на границе сознания, и за миг до ожидаемых последствий непроизвольно распахнула глаза и выставила впереди руки. Холодная вода ударила в лицо и окатила тело, до последней нитки пропитав тёмное рабочее платье.

Тей вновь не отказал себе в удовольствие преподать дополнительный урок.

В недовольстве смахнула с оголённой кожи капли и уставилась на водника. Тот, как всегда, прилежно изображал почтенного мастера тайных знаний.

— Обязательно было посылать воду на весь наряд? — буркнула огорчённо, всё отчётливее ощущая подбирающиеся мурашки холода. — Высуши скорее.

Тейлан оглядел меня, такую нетерпеливую, назидательно покачал головой и, наконец, соизволил отозваться:

— Если обходиться лишь словами наставлений, разве станешь ты более старательно исполнять должное? Твоя главная задача, Корнелия, не отвлекаться и реагировать на вмешательства немедленно. Ты же вновь растратила драгоценное время на оценку происходящего, раскрыв глаза. А вместо того, чтобы хоть как-то защитить себя от водяного потока магией — положилась на физические способности тела. Ждёшь, когда угроза окажется прямо перед лицом или ударит первой?

Поморщилась и встала.

И откуда в нём столько этих учительских замашек?

— Это непроизвольно. Хотелось видеть и...

Водник глубоко вздохнул, снова покачал головой и так ловко избавился от маски наставника, что подивилась вновь.

— Ты не воспринимаешь меня как угрозу, Корне, — нахмурился Тей, пронзив задумчивым синим взглядом. — И я понятия не имею, что с этим делать. Особенно учитывая, насколько радикально ты отзываешься на истинную опасность. Как ещё тренировать тебя?

Неприятное воспоминание заставило поджать губы.

Как бы не хотелось признавать, но моя сила не поддавалась полностью. Стоило лишь испугаться на самом деле, как что-то внутри будто взрывалось и использовало смертельные трюки, обходя осознанность без мгновений раздумий. И я ничего не могла поделать с этим, лишь пытаясь заглушить порывы страха и учась контролировать скорость и ударную мощность дара в мирной обстановке.

Бесспорно, Тейлан ни в какое сравнение не шел с вампирами. Я не боялась и в душе не верила, что он способен причинить непоправимый вред. И в первые занятия, когда он выпустил ледяные колья, до последнего где-то на подсознании думала, что всё не всерьёз.

Не станет же он убивать меня?

И не стал. Кожу расцарапало льдом, а мои растения всколыхнулись лишь слабой стеной секундой позже. И так из раза в раз, пока не стало ясно, что заставить себя боятся его силы не выйдет.

Однако Тейлан нашел выход. И когда воображение под закрытыми веками исправно пририсовало его в сцену из детства, а он лишь шагнул ко мне — я почти убила снова. Почти, как и тогда, избавилась от кровососущего монстра за один удар перепуганного сердца.

Его спас лишь окрик Мэй, когда та решила подстраховать нас. Не его магический щит. Этого хватило, чтобы около недели водник пролежал в постели, а мы прекратили попытки разбора ужасов моего прошлого.

Быть может, это даже хорошо — уметь противостоять едва ни чему угодно в миг перед возможной смертью? Едва ли так уж часто мне будет грозить подобное. А если то угроза жизни или бывший жених — велика ли потеря? Разве это, к тому же, не значит, что применить такое к близким не получится, а значит и переживать столь мучительно от того не стоит?

Хотелось верить, что использовать тёмную сторону дара не придётся никогда. И всё же Тейлан настоял тренировать дар, чтобы однажды у меня был шанс увериться в собственной силе настолько, что даже в такие моменты я могла бы управлять даром разумно. Без внезапных вспышек паники, а уверенно и расчётливо.

И теперь каждое утро, пока не встало даже солнце, мы сбегали в прибрежный лес. Он оттачивал свою магию, а я училась контролировать свою при любых условиях.

— Давай будем продолжать в том же духе, — предложила воднику. — Обещаю, буду стараться быть всегда начеку и не отвлекаться.

Тей хмыкнул. Как-то недоверчиво. И при шаге в сторону дома петля зелёного стебля обхватила его лодыжку. Я заулыбалась и припустила вперёд. Мокрая одежда вдруг неожиданно высохла, но прежде, чем Тейлан успел окатить водой снова, закрыла спину и выстроила впереди плотный коридор из растений. Крупицы пробравшейся внутрь влаги увлажнили кожу. Я засмеялась и, легко определяя дорогу в темноте, побежала скорее, обрывая позади зелёную стену и прокладывая впереди новый путь.

Только когда всё же добрались до редкого подлеска у береговой пристани Туманного моря, запыхавшиеся, но довольные, мы остановились. Оранжево-лиловое небо наливалось красками и предвещало очередной солнечный день. Заполненный заботами новой жизни в портовом городке, где запоминать лица местным не было нужды — слишком часто те сменялись.

— Зайдешь поесть? — уточнила привычно, пока Тей придирчиво оглядывал почти безлюдный берег с десятками кораблей и лодок.

— Время моей работы настало, — ухмыльнулся водник, кивнув в сторону моря. — Займусь рыбалкой как истинный боевой маг.

Не уставая изумляться логике Тейлана, что даже в ловле рыбы видел особенную практику магии, хохотнула.

И откуда в нём столько рвения испробовать всё? Неужели в семье боевых магов настолько строгие правила?

Однако я не могла не признать, что какими бы не были исследовательские желания Тея, он не забывал об осторожности. И мы с Мэй прислушивались, также скрывая истинные способности и утаивая подробности прежней жизни ото всех. Правда, за неполные две недели не так уж много было желающих разузнать эти детали. Разве что хозяин гостиного дома, где мы остановились, да особенно мнительные наниматели, в глаза которым так бросалась наша бледность и различность в речи.

В остальном наши страхи не оправдались. Всем здесь, казалось, нет до нас дела. Даже безумный побег с каждым прошедшим днём казался не таким сумасшедшим и непоправимым поступком. Будто все несчастья остались позади. Слишком далеко, чтобы коснуться нас вновь.

И кому какое дело, что из пары деревень до нас едва ли не провожали вилами? В итоге мы нашли подходящее место, в котором можно не только выжить, но и жить. А ещё немного, и загорелая кожа с перенятым наречием сделает нас своими на многих просторах свободных Земель Бирейта. Кто тогда сумеет отыскать нас? Да и ищет ли кто вообще?

С тяжелыми думами о семье, о жизни Синдии с моим бывшим ненавистным женихом, от которого сбежала лишь чудом, добралась до гостиного дома.

Спит ли ещё Мэйлин? Много ли сегодня работы найдёт для нас торговец на своих фруктовых плантациях?

Тёплый ветер с моря коснулся щеки. Обернулась к поалевшему небу над спящими домами, с улыбкой пробежалась взглядом по пустынным кривым улочкам и вдохнула как можно глубже.

Если это и есть воздух, пропитавшийся свободой — он прекрасен!

Тихо засмеялась и шагнула к гостиному дому, как краем глаза заметила движение у соседнего дома. Элегантная женщина в чёрном дорожном костюме шла в мою сторону, и её пристальный, будто насмешливый взгляд горел кровавым янтарём.

Дрожь сковала тело, сердце забилось как сумасшедшее.

Нашёл. Он нашёл меня!

Внутри будто что-то кольнуло и теплом побежало ко венам.

Пусть только подойдёт поближе!

За спиной раздался тихий хлопок. Талию обвили крепкие руки.

— Попалась.

Миг тёмной воронки портала — и свободный город остался позади.