Глава 21. Замкнутый круг

Брачная татуировка поблекла. Снова.

Водя по тусклым узорам пальцем, я не могла избавиться от тревожных сомнений. Несколькими днями ранее, когда от помолвки прошло чуть более десяти дней и золотистое сияние стало спадать, Алейрон сказал, что всё в порядке — ведь мы не любили друг друга изначально. Он сказал, что нужно лишь немного подождать, но…

Вздох вновь сорвался с губ. В неясном ожидании поглядела в сторону заходящего солнца, где под последними лучами исчезал в тенях Дворец Цветущей Айвэй, как ещё называли летнюю резиденцию Алейрона, и вздохнула вновь. Непрошеные воспоминания о доме, точно давно поджидая, нахлынули и тяжестью осели в сердце.

Как поживает мама? Чем занят отец, почти распрощавшись с большей частью семейного дела и любимой, но непослушной дочерью? Думает ли и обо мне? Беспокоится, быть может?

Горько ухмыльнулась.

Едва ли. Должно быть рад, что избавился, наконец, от бестолковой дочери. Если я действительно его. А уж Надин…

Его издевательская и самодовольная улыбка на краткий миг встала перед глазами.

Нет, совсем не жаль, что я не там. Нисколько ни грустно, что магическая школа стихийников так и не будет окончена. И пусть вся прежняя жизнь остаётся там. Мне ничего не нужно, только бы… лишь бы ни единым мгновением не пересекаться более с императорским следопытом. Никогда больше не ощутить тяжесть его кольца и непреклонную волю. Не стать игрушкой кровопийцы…

Пальцы мелко задрожали. Я прикрыла ими лицо.

Но как там Син? Что он творит с ней? Она справляется? Всё также его любит и добивается? Если так, то… быть может, он… ответил взаимностью?

Болезненный смех вырвался непроизвольно.

Как же! Этот вампир, должно быть, только насмехается над ней из-за этого!

Стиснув пальцы, глубоко вздохнула и выпрямилась.

Син хотела этого. Сама так решила. И, Всемогущий, как здорово бы было, исполнись её мечты!

Сердце затрепетало в едва тлеющей надежде. Невыносимо захотелось, чтобы прежняя беззаботная жизнь магов-недоучек вернулась в прежнее русло. Никаких забот, никаких женихов, только невинные развлечения на пару с Мэй и светлые мечты о счастливом будущем. О браке по любви…

Взгляд вновь скользнул на запястье.

Этим утром ещё недавно золотистая вязь стала ещё бледнее. Беспокойство медленно, но неотвратимо пробиралось в сознание, подавляя радость. И Алейрон, ставший после помолвки удивительно внимательным и чутким, едва увидев меня, мягко уверил в дурном влиянии напрасного беспокойства. С по-прежнему нежной улыбкой, всё ещё несколько смущающей меня, он предложил отвлечься и отбросить сомнения. Отказать под заботливым взглядом серебристых глаз было совсем непросто. Впрочем, мне нравилось проводить с ним дни.

Алейрон оставался рядом, когда просила или лишь хотела, с видимым удовольствием и безобидными остротами учил настольным играм, играл для меня на необычных музыкальных инструментах и даже с готовностью помогал с советами по управлению дара. Так, узнав о страхе перед вампирами, немедля связался с Элкари. Пусть та и не смогла прийти, передав извинения через служанок подарками с украшениями, Алейрон и не подумал оставить это без внимания. И его рекомендации по контролю над качеством и скоростью воспроизведения защитных растений были очень кстати.

Алейрон знал, как вернуть покой. Но всё же… всё же я не могла избавиться от предательских мыслей! И чем больше дней оказывалось позади, чем меньше времени оставалось до истечения месячного испытания помолвленных, тем сложнее становилось удерживать контроль. Предположения худшего проскальзывали в непринуждённость отношений, мрачные предчувствия всё чаще сжимали в волнениях сердце.

Золотое сияние на запястье неумолимо меркло. Страх против воли проникал в сознание, отравляя зарождающие чувства.

На самом ли деле Алейрон так ласков со мной не из-за дара? Он нужен им и почитаем, в этом нет сомнений, а потому… не от того ли горделивый народ так добр и приветлив? Впрочем, разве многих я встречала? Да и стоит ли думать о подобном притворстве, если разрыв помолвки не выгоден ни им, ни мне? К тому же, только искренние чувства могут стать достоверным залогом, нет так ли?

Противоречивые домыслы не давали покоя. Вероятность отказа в заключении брака пугала и тревожила сверх меры. Сердце бешено стучало, стоило лишь вспомнить о клятве, что невозможно нарушить.

Если взаимные чувства окажутся недостаточно крепки, если связь татуировки исчезнет…

Образ Сентьона Кельна вспыхивал в сознании всё неотвратимее. От его горящих кровавым янтарём глаз бросало в дрожь, от неопределённой усмешки тонких губ перехватывало дыхание, а стоило лишь вообразить, как удлиняющиеся клыки разрывают кожу…

Ничего более пугающего я не могла и представить. Будущее во власти вампира неизменно окунало в бездну отчаяния, невообразимым образом смешиваясь с безумно нежеланными, но неискоренимыми и неподконтрольными ощущениями под эффектом любовного зелья в прошлом. И становилось хуже.

Во что бы то ни стало я намеревалась не допустить подобного исхода, и прилагала все силы. И чем больше старалась, тем отчётливее и ужаснее виделся контраст возможного будущего.

Беззаботная жизнь в тёплых эльфийских землях, где уважение и почёт стали бы повседневными спутниками. Развитие дара под наблюдением знающего наставника. Место, где нет нужды стыдиться и сдерживать способности. Надежный мужчина из детских мечтаний, чья нежность и забота покоряют сердце и волнуют душу.

И клетка вампира, для которого чужие судьбы едва ли имеют значение, их чувства — лишь способ развлечься, а жена… игрушка без воли и желаний? Сосуд с доступной кровью? Безликий держатель желанного наследства? Или всё жуткое в едином варианте?

Жизнь с кровопийцей представлялась кошмарным сном даже в лучшем из возможного. И сколько бы ни пыталась унять страх и продолжить развивать отношения с Алейроном, не представляя худшее, всё оказывалось бесполезно. Дурные мысли порождали неуверенность, неуверенность вплеталась в чувства, и связь гасла на глазах, лишь укрепляя страхи.

Замкнутый круг. Возможно ли его разрушить?

В одиночестве сидя среди цветущего сада, глухо застонала и откинулась на спину. Растения тихо шевелись над головой под лёгким ветром, разнося удивительные ароматы по округе, а крохотные обитатели мерно и независимо двигались в пределах раскинутой сети. И чем дольше я глядела в темнеющее небо, тем отчётливее казалось, будто приглушенные звуки природы что-то шептали мне. Неразборчиво, невнятно, однако что-то неуловимое менялось в сознании. Мир словно преображался, скверные мысли бесследно исчезали, даря успокоение, надежда и неясные желания рождались в сердце, а странная энергия переполняло тело.

Порывисто поднялась.

Почему бы не развеять все сомнения раз и навсегда?

Ведомая воодушевлением, подхватила подолы едва весомого эльфийского платья и в лёгком беге устремилась к зданию летней резиденции жениха. Трава охлаждала стопы и щекотала голени, волосы от бега каштановыми волнами слетали с плеч и развивались позади. Предвкушение замерло в улыбке, а приятное волнение ускорило стук сердца.

Всё решится сегодня.

Мельком уловив в тенях веранды две склонившиеся фигуры служанок, махнула рукой, освобождая, и быстрым шагом преодолела расстояние до двери с тонкими рейками и плотным полотном с цветными узорами, чей порог я ещё не переступала.

Он же там?

Успокаивая дыхание и унимая волнение, не слишком решительно подняла руку и, замявшись лишь на миг, тихо постучала. Лёгкий шорох за дверью, приглушенные шаги, и я прикусила губу.

Всемогущий, придай смелости!

Дверь бесшумно сдвинулась в сторону, являя хозяина.

— Корнелия?

Распущенные тёмные волосы бывшего телохранителя ровными прядями спускались до талии по спине, плечам, по оголённому участку груди под недостаточно запахнутыми белыми одеждами с широким серебристым поясом и просторными рукавами. Спешно подняла глаза, но и лицо с удивительной, точно мраморной кожей, в тенях заходящего солнца показалось особенно поразительным. Отточенные черты, как произведение искусства, притягивали взгляд и завораживали.

Я смотрела на эльфа, будто впервые повстречав представителя его загадочной и прекрасной расы. Словно после детских мечтаний только сейчас раскрыла глаза и заметила, насколько преуменьшала.

— Алейрон… я…

Оказавшись под впечатлением от довольно откровенного вида жениха, готового отойти ко сну, заготовленные слова вдруг разбежались по просторам ошеломлённого сознания. Взгляд соскользнул с его глаз и задержался на губах. Волна жара прокатилась по телу.

Резко посмотрела вниз, но наткнулась на гладкую кожу приоткрытой груди.

— Проходи, — произнёс Алейрон, приглашающе отступая. — Ни к чему стоять на пороге.

Мягкий тон его голоса заставил вновь поглядеть в омут серебристых глаз. Он улыбнулся. Так естественно и непринуждённо, будто это совершенно нормально — заходить незамужней девушке в покои мужчины с заходом солнца. Будто ничего предосудительного и не могло там случится. Замерев на миг и едва ли придя в себя от потрясения, шагнула в комнату.

Светлые стены с узорчатыми перегородками в другие комнаты из плотной материи, необходимая мебель на эльфийский манер — ниже привычного, облегчённая даже на вид, со вкусом, но без излишеств. И тусклый желтоватый свет магических ламп, говорящий об очевидных намерениях хозяина.

Он уже был в постели?

С приглушенным стуком дверь закрылась. Невольно вздрогнула. Сердце, одурманенное неясным предчувствием, пропустило удар и пустилось вскачь. Алейрон подошел ближе, останавливаясь за спиной. Не обошел и не развернул, будто намеревался дразнить незримым присутствием.

— Для чего искала меня?

Голос его, точно ласкающий кожу шелк, заставил дыхание сбиться. Мурашки побежали по спине, щекоткой рассеиваясь на пояснице.

Ох, для чего же?

В голове царила путаница. Чувства туманили разум, не давая сосредоточиться.

Так не пойдёт!

Сдвинув брови и припомнив причину, резко обернулась. Готовая расставить всё по местам, растеряла настрой за единый миг. Заготовленный вопрос рассыпался словами и, будто пыльца под беспечным ветром, разлетелся набором бесполезных букв. Потому как взгляд, едва брошенный на жениха, оказался прикован. Мыслям не осталось места, безотчётное желание, будто до этого дремавшее в глубинах души, вспыхнуло жгучей потребностью. Губы Алейрона, непостижимым образом завоевавшие за мгновение беспредельное внимание, заставили возжелать их до дрожи.

Мягкие ли? Нежные?

Безотчётно потянулась навстречу, но, словно вспышка молнии, в голове мелькнули воспоминания о поцелуе в саду. О поцелуе с вампиром!

Я отшатнулась так рьяно, как если бы передо мной был вовсе не Алейрон. Однако же, не завершив и шаг, сильные руки обхватили талию, а ласковый и убедительный шепот в губы вернул в настоящее.

— Не бойся.

Осторожный поцелуй коснулся чувственной кожи губ. Одолеваемая противоречиями, лишь застыла в неопределённости. Алейрон, не напирая и не требуя, отстранился, внимательно поглядел в глаза и притянул чуть ближе, удерживая столь бережно, что не усомнилась и на миг, что тот отпустит, пожелай я того, и будет также трепетно заботлив, пожелай остаться.

Желание бежать погасло, напряжение прошло, и я расслабилась, безмолвно позволяя. Алейрон, будто растягивая наслаждение, прикоснулся к щеке, нежно провёл пальцем по скуле и, мягко скользнув по волосам, оставил ладонь на затылке.

— Кай-ар, — прошептал он едва слышно, наклоняясь к лицу. Я прикрыла глаза. Мгновением позже мягкие губы и ласковые прикосновения рук жениха заставили позабыть жгучие поцелуи вампира окончательно.