Глава 22. Грань отчаяния

Удовлетворённая и спокойная, я сидела подле жениха, прислоняя голову к его плечу. Алейрон придерживал за талию, и его тёплые пальцы, словно очаг в зимнюю стужу, дарили покой. Улыбка умиротворения и не думала покидать губы.

Если так и должно было случиться, если к таким ощущениям и было суждено прийти в итоге, то встреча с Сентьоном Кельном — лишь неприятная череда ступеней, которую стоило пройти без сожалений.

Улыбка стала чуть шире. Мысли о том, что мужчина из заветных мечтаний без десяти дней — законный муж, грели сердце и дарили уверенность.

Так всё и должно быть. Только с ним у меня и должна существовать связь брачных уз. Ни с кем иным.

Невольно взглянула на запястье с чуть позолотившейся вязью. Желание узнать насколько «ярки» чувства жениха смешалось с интересом.

Кто в ком заинтересован больше? Что Алейрон ко мне чувствует на самом деле?

Прикусив от волнующего нетерпения губу, подняла взгляд на эльфа.

Но уместно ли…? Впрочем, к чему скрывать?

— Алейрон, не покажешь татуировку?

Глаза его, цвета расплавленного серебра, едва заметно сменили оттенок на более светлый. Алейрон улыбнулся несколько насмешливо.

— Не терпится сравнить? — И я смутилась, словно в желании узнать было что-то неприлично откровенное. — Или считаешь, я недостаточно красноречив?

Его пальцы ловко прошлись по линии подбородка и замерли у губ. Взгляд остановился на них же, и весьма однозначное намерение, плескающееся в глубине глаз, не оставило сомнений. Не ожидая настолько бурной реакции, невольно умолкла и позабыла о только что запрошенном.

Поцелует?

Он, будто нарочно дразня, неторопливо склонился, удерживая и приподнимая моё лицо за подбородок. Мне не хотелось противиться, но, когда его губы почти коснулись моих, отвела голову. Взгляд скользнул на руку жениха, на которой под белым рукавом скрывалась брачная татуировка.

— Покажи, — шепнула смущенно, но настойчиво, осторожно дотрагиваясь до его ладони и поднимая глаза. — Я хочу быть уверенной.

Невинная просьба, однако, будто ударила Алейрона в самое сердце. Меж бровей образовалась складка. Его рука, так нежно касавшаяся лица ещё мгновение назад, точно отброшенная мной, упала ему на колено.

— Не веришь? — обронил он. — Мне жаль, что я так и не смог доказать искренность намерений. Пусть у нас не заладились отношения вначале, но, — он заглянул в глаза, и сердце сжалось, — сейчас ты в самом деле не безразлична мне. И совсем не от того, что твой дар важен народу. Совсем не потому так хочется, чтобы мы стали друг другу ближе. Однако, если считаешь, что оттенок метки на данный момент более значимый показатель, — он доверчиво протянул руку.

Я уставилась на неё, снедаемая противоречивыми чувствами. Казалось, отодвинь я ткань с его запястья — и хрупкое доверие между нами рассыплется навечно. Но…

Если не узнаю, не смогу избавиться от сомнений. А если так, что станет, если из-за недомолвок связь поблекнет окончательно?

Нерешительно скользнула по ладони Алейрона к рукаву, не в силах поднять на жениха глаз и прервать напряженное молчание.

Только вот он же не отказывается… значит ли это, что в чувствах он уверен, а я как глупая девчонка лишь цепляюсь за страхи, отбирая у будущего моменты совместного счастья? Но… но!

До боли прикусив губу и ощутив вдруг привкус предательства, оголила запястье. Сердце ухнуло вниз. Белая ткань выскользнула из задрожавших пальцев.

О нет, пусть это не то, о чём думаю!

Боль, казалось, в одно мгновение смяла доверчивую душу и с мстительным пренебрежением разбросала частицы под чужими ногами.

Не стоило… Лучше бы не знать!

Я отпрянула от безмолвного жениха, раздираемая желаниями исчезнуть, разрыдаться и разрушить всё вокруг.

Неужели он… а все эти ухаживания… Вездесущий! Мне же… придётся вернуться? Вернуться к нему?!

Непрошеные слёзы затуманили взгляд. Непроизвольно сжала в кулаки пальцы и поджала губы, боясь сорваться.

— Понимаю, как выглядит, — глухо произнёс Алейрон. — Но позволь объяснить.

Стон из гнева и страха едва не сорвался с губ.

Да разве помогут тут объяснения?!

Захотелось вскочить и сбежать от проблем без оглядки, но… разве мне есть куда бежать? Переборов порыв, но всё ещё мелко дрожа, взглянула на эльфа. Он глядел с бездной сожаления и вины в глазах.

Сердце тяжким камнем забилось в груди. Вопрос, ответ на который так отчётливо проступал на его коже блекло-белым плетением, горечью оседал на языке. Голос не хотел повиноваться, и я выдавила едва слышно:

— Я тебе… совсем не нравлюсь?

Алейрон поджал губы, смотря так, будто намеревался озвучить тысячу слов в разъяснение.

Но кому после подобного нужны пояснения?!

Желания разрывали изнутри.

— Вовсе нет, — твёрдо заверил он. — Проблема совсем не в тебе, а в том, что…

Мне не хотелось слушать, не хотелось сидеть рядом, однако не сдвинулась с места и продолжила упрямо всматриваться в лицо жениха. Да и какие бы чувства не бушевали внутри, как никогда отчётливо я осознала, насколько отчаянно нуждаюсь в нём.

Ещё есть время. У него может быть достойная причина. Мы ещё можем начать сначала. Ещё не поздно поддержать сияние брачной метки до женитьбы. Он — единственно приемлемый вариант. Куда желанней, чем…

Я отбросила пугающие мысли прочь.

— В чём? В чём тогда проблема?

Алейрон опустил взгляд и тихо вздохнул, будто потонув в далёких воспоминаниях.

— У меня была жена, — чуть слышно проронил он и, словно по давней привычке, коснулся запястья. У меня перехватило дыхание.

Жена?!

Догадка о причине бледности татуировки сдавила грудь.

— Мы любили друг друга, — коротко вставил он после, подтверждая и явно не желая вдаваться в подробности. — Но… она погибла, а я отправился в ваши земли. Смириться с потерей, — отрывисто и сухо проговорил он, смешивая мои чувства точно краски неподходящих тонов. — Это было несколько лет назад, но я всё ещё, — он поднял серебристые глаза, будто прося прощения. И ожившие чувства к прошлому в них, как бушующее море, потопили последнюю надежду.

Он по-прежнему не забыл. По-прежнему любил, горевал и скучал по ней так отчётливо ясно, что не оставлял выбора. Захотелось заткнуть уши, закрыть глаза и представить всё иначе, но... Мечты растаяли от его слов, будто первый снег под жарким солнцем.

— Я не был готов к встрече с тобой. Не готов был строить отношения так скоро, однако, — он аккуратно коснулся пальцев и чуть сжал в ладонях, не отводя взгляда. Я не нашла в себе сил противиться. — Ты понравилась мне. С тобой приятно и легко, как ни с кем иным, да только, — на мгновение замолк жених, — не так просто оказалось построить новые отношения после всего. Прошу, прости, что не смог раскрыться сразу. Это останавливало меня, но теперь… давай попробуем ещё раз?

Я не знала что и сказать. Эмоции от признания сплелись в нераспутываемый клубок, и мне думалось, будто я стою на краю пропасти с обманчивым дном, а позади высятся стены мрачного дворца, из которого с клыкастым оскалом не спеша, но всё более неотвратимо приближается хозяин.

Бороться за крупицы внимания с недавно погибшей возлюбленной? Возможно ли, если даже воспоминания о ней порождают столько грусти и разжигают едва тлеющий костёр любви вновь и вновь? Да и…

Сердце застучало с болезненным отчаянием. Почти ощутимым показалось присутствие вампира за спиной.

— Разве у нас есть время, Алейрон? Остался лишь десяток дней… Сможешь полюбить так скоро? — На глаза против воли наворачивались слезы. Голос срывался. — Сможешь забыть любимую и заменить её мной? Сможешь?

— Не забыть — создать новые. И да, я верю, что мы сможем.

Его уверенность сбила с толку. Я уставилась на жениха в недоумении, однако догадка, а после и робкая надежда пробралась в сознание.

— Предлагаешь выпить любовное зелье?

Идея показалась чрезвычайно привлекательной. Как последний глоток воздуха.

После же можно убрать эффект! Действительно, разве не лучший выход, если на скорую любовь едва ли стоит надеяться?

— Со связью они действуют иначе. Ими можно либо создать лишь временное увлечение, проходящее через несколько минут, — пояснил Алейрон задумчиво и будто нехотя. — Либо влюбить до обожания, от которого не избавиться. — Он посмотрел несколько сурово. — Я предлагал иное, но если хочешь…

Представила лишь на миг, как непрошенные воспоминания замелькали перед глазами. Непроизвольно вздрогнула. Мурашки поползли по спине от поясницы.

Всемогущий огради! Только не снова! Но как тогда?!

— Дай нам время, — мягко предложил Алейрон, и взглянув в серебристые глаза, вдруг с непередаваемой ясностью осознала, что не смогу. Не смогу как Синдия броситься в омут чувств, отрекаясь от любых препятствий. Не смогу полюбить по-настоящему. Слишком мало времени, слишком много условий, слишком очевидный мотив!

В горле встал ком.

Да и… так ли я влюблена? Не временно ли очарована внезапным вниманием мужчины из загадочной расы?

Ошеломлённая выводами, осторожно вынула ладонь из рук Алейрона и поднялась.

— Позволь подумать.

Он кивнул, я же, словно во сне, вышла из комнаты.

Небо усыпали звёзды. Холодный свет луны разливался по глухо гудящему саду, а слабый ветер играл тенями, завораживая и приглашая. Я шагнула навстречу, погруженная в раздумья. И чем детальнее обдумывала ситуацию, тем неспокойнее билось сердце.

В чём бы не уверял Алейрон — его связь со мной не крепче симпатии. И как бы я ни старалась, как бы ни пыталась отгородиться от принуждающих к отношениям обстоятельств, от притворства на грани подлинности — совершенно ясной теперь казалась наигранность положения.

Да, забота и внимание Алейрона очень приятны, но насколько он искренен? Насколько атмосфера увлечения между нами правдива? Стоит ли верить, что в таких условиях есть шанс на любовь или хотя бы на взаимную влюблённость?

Вспоминая почти белую вязь жениха, ответ напрашивался с пугающей честностью.

Хватит ли нам силы чувств на закрепление брака?

Сомнения тугим обручем сдавили грудь. Я замерла среди тонущей в тенях поляны, не в силах сделать более ни шага. Вероятность, которую так отчаянно я пыталась избежать, вдруг проявилась неизбежной реальностью.

Или мужем станет… Сентьон Кельн?

Ощущение, словно позади остановился он, готовый вот-вот коснуться и заставить быть своей, отобрало оставшиеся крупинки воли. Ноги подогнулись, точно ватные, и я рухнула в траву. Мысли в беспокойстве разбежались по опустошенному сознанию.

Первая встреча промелькнула перед взором: холодная усмешка тонких губ, обманчиво ленивые повадки хищника, властность черт и небрежно брошенное обещание насыщенной жизни, от которого бросало в дрожь и в панике металось запуганное воображение.

Я обхватила лицо руками, зажмурив глаза.

— Нет, только не он…

Моменты встречи в саду проскользнули в охваченное ужасом сознание. Протянутая рука, непрошенное прикосновение к коже, обжигающий, заинтригованный взгляд янтарных глаз, решительность губ, касания пальцев…

Вымученный стон сорвался с губ.

— Проклятое зелье! Зачем эта Фэй только дала его?! Почему отец отдал именно меня?! Проделки Вездесущего! Как с этим жить?

Разлад в чувствах выбивал из колеи, разжигал поглощающий гнев и порождал неведомую ранее смесь страха. Потерявшись в ощущениях и поисках выхода, уткнулась головой в колени и обхватила их руками. Судорожный вздох вырвался против воли, а мгновение позже грудь затряслась от глухих рыданий. Слёзы покатились из глаз.

Всё напрасно… всё бесполезно! Возвращения не избежать!

Отчаяние разрывало сердце.

— Не хочу! — прокричала сквозь зубы и едва не задохнулась от разбушевавшейся злости. — Не хочу. Не хочу… Нет!

Безысходность душила. Безвыходность приводила в глухое бешенство.

Ни за что не смирюсь. Ни за что не стану послушной куколкой! Не позволю ему играть со мной. Сделаю всё вопреки! Заставлю разочароваться или пожалеть. Заставлю!

— Могу помочь, — раздалось мягкое сбоку, и резко подняв голову, столкнулась с Элкари. В развевающемся белом платье, словно спустившаяся с небес Богиня, она стояла среди шипастых цветов и трав, в тон настроению окрасившихся в непроглядно чёрный, и протягивала ладонь. — Если в самом деле не намерена принадлежать вампиру.

Пальцы дрогнули.

Ещё есть возможность?

Наши руки соприкоснулись.