Глава 24. Последняя ночь

Дворец Сентьона Кельна

Приглушенное эхо шагов, словно отсчитывая ускользающие мгновения, отражалось в длинном коридоре. Магические светильники ровным желтоватым светом освещали пространство и множественные картины на стенах, а отбрасываемые тени неотступно ползли по полу следом за девушкой. Но Синдия не отрывала взгляда от обручального кольца. Тонкие пальцы медленно скользили по спине неподвижного дракона с изумрудными глазами как у Корнелии, точно напоминая об истинной хозяйке и прощаясь.

Ненужная, неинтересная…

Мысли в голове мага ветра кружились точно в бесконечном танце бури.

Замена. Всего лишь замена.

Син потянула кольцо с пальца, и то сползло без труда. Грудь магини сдавило от досады и горечи, глаза увлажнились, а губы оказались плотно сомкнуты.

Непризнанная. Ни капли не желанная!

Синди импульсивно вскинула руку, бесконтрольно пустив по коридору сильный порыв ветра, но так и замерла, только крепче сжав в ладони кольцо. Подбородок её задрожал от обиды и злости.

Почему не я? Что со мной не так?

Глубоко вздохнув, Син опустила руку и взглянула на дракона с сожалением и печалью. Слова жениха в который раз завертелись в памяти.

Безвольная… доступная и предсказуемая…

Но какой иначе быть, если рядом с ним хочется подчиняться и отдавать всё возможное, искренне того желая? Играть, постоянно меняя роли? Но… Корнелия завладела им, не прилагая никаких усилий!

Покрутив в пальцах кольцо, Син натянула его обратно.

Может, Сентьон действительно не тот, с кем стоит строить счастливое будущее? Может место рядом с ним лишь для Корнелии?

Стиснув зубы, Син нахмурилась. Сердце забилось торопливо. Допускать подобные мысли оказалось болезненно, и Синдия прикрыла глаза, ища гармонию и отказываясь терзать душу дальнейшими мечтами.

Даже если это не простая изменчивая влюблённость — разве есть шанс остаться с ним, когда вернётся Корнелия? Найдётся ли место для моих чувств тогда?

Глаза её защипало от подступивших слёз.

Он откажется… заберёт кольцо и отдаст другой. И отдаст без раздумий!

Убеждённость в предполагаемом исходе её отношений с вампиром словно растущие корни всё прочнее укреплялась в сознании.

Последняя ночь… Всемогущий, пусть же она пройдёт скорее!

Ветер завыл вокруг девушки, резкими волнами пускаясь по проходам дворца. Синдия, лишь бросив взгляд на рабочий кабинет жениха по пути, решительно прошла мимо.

Изменениям подвержено всё. И, как он и сказал, когда-нибудь чувства непременно остынут. Должны остыть, иначе… нет, никаких иначе больше не должно быть. Не должно…

Син импульсивно смахнула покатившиеся из глаз слёзы.

Эльфийские земли

Бледно-белые узоры скрывались под подушечкой пальца. Лёгкие прикосновения щекотали, будто пытаясь навсегда запечатлеть на коже плавные линии. Только вот я знала, что с рассветом от них не останется и следа.

Невеста эльфа… неоценённая им, нелюбимая, но…

Глупые надежды всё ещё царапали душу, не желая смиряться с фактами. Брачная татуировка за последние дни блекла стремительно и неумолимо. Но так хотелось верить в иллюзии, так страшно оказалось заглядывать в неизбежное будущее с другим!

Жена вампира. Лишь два слова, но как приговор. Рассадник фантазий, от которых бросает в дрожь, испуганно замирает сердце и перехватывает дыхание.

Как Сентьон Кельн намерен использовать после обручения полученную надо мной власть? Какие настроил планы?

Стоило лишь на миг представить лицо с выразительными скулами, жесткой линией подбородка, многозначительной улыбкой и насмешливым блеском янтарных глаз, как стон обречённости едва не вырывался наружу. Уверенность, что он не даст покоя, росла словно стремительно рвущиеся наружу весенние цветы в таяние снегов.

Синдия в последнюю встречу не выглядела убеждённой. Сентьон не казался потерявшим интерес. Но с тех пор у них был целый месяц! За это время…

Палец замер на витке едва заметной брачной татуировки.

… всё может стать лишь хуже.

Уронила руки на голову, прикрыв ладошками глаза. Кровать подо мной вновь показалась твёрдой и неудобной. Раздраженно ударила кулаками по покрывалу, резко приподнялась и села. Тонкая ткань балдахина шевельнулась, приоткрыв на мгновение вид на затемнённую просторную комнату. Тихую и мрачную, где каждая тень, казалось, глядела с безмолвным укором.

Заставь. Подчини. Обеспечь себе достойное будущее.

Наставления Элкари крутились в голове днями, рушились во снах кошмарами и не давали покоя. Способы, направленные на покорность вампира, будоражили внутренние разногласия. Почти всё изучаемое пусть и касалось целительства, однако направленность пугала жестокостью. Сотни раз заставляла раздумывать над верностью выбора и всё больше загоняла в глухое отчаяние.

Готова ли бороться до конца? Смогу ли исполнить задуманное? А может пора прервать обучение, несмотря на выгодное применение способностей в почётной среди всех народов сфере, и поддаться настойчивым велениям судьбы?

Однако стоило представить, как Сентьон Кельн подманивает пальчиком, требуя оголить шею для следующей порции крови, как содрогалась и боялась даже представлять дальнейшее.

Нет, ну почему обязательно нужно встречаться с ним? Как хорошо бы всё сложилось, не люби Алейрон другую…

Но винить эльфа не выходило. С самого начала он не был готов отпустить память о погибшей любви, не был готов к встрече со мной. Но всё же пытался, несмотря на причины. Как и я. Да только… разве можно полюбить кого-то по требованию?

Сожаление пополам с тоской по былым дням беззаботной жизни вырвали тяжелый вздох.

Но всё в прошлом. Встреча с вампиром неизбежна. Теперь я должна стать его женой. Как можно скорее, чтобы после заставить снять кольцо и отпустить. Любыми способами, иначе… нет, никаких иначе не должно быть.

Однако воображение отгоняло сон, и несмотря на убеждения Элкари, нервировало и волновало столь сильно, что в итоге воспользовалась сонной пыльцой выращенного растения.

Последняя ночь… Всемогущий, пусть она не заканчивается никогда!