Глава Шестнадцатая. Неожиданности
Люди любят повторять, что перемены — это всегда к лучшему... на самом деле это означает — что с тобой произошло нечто, чего ты вовсе не желал..
Вам письмо (You've Got Mail)
В большом кресле у открытого окна сидел мужчина, он смотрел в открытое окно и с присущей ему ленивой формой вел беседу по десзрети:
- Я прошу тебя заменить меня на первом курсе.
- Не поверю, что ты не успеваешь, - отвечала ему голограмма.
- Успеваю, друг, но у старших курсов с этого года добавилось больше часов моего предмета.
- Понял, не хочешь говорить. Уже любопытно....- мужчина на голограмме задумчиво посмотрел на друга и добавил: - Я согласен.
- Благодарю, друг. Когда сможешь приехать?
- Завтра буду, введешь в курс дела.
- Только прошу, оставь своего питомца дома, - по ту сторону связи громко рассмеялись.
- Между прочим, он все слышит. Ладно, оставлю, - в этот момент в кабинет постучались. - Тебе спокойно отдохнуть не дают.
- Подожди, - попросил он друга. - Входите.
- Даромир, у нас проблемы, - сказал вошедший.
- Что случилось, Орислав?
- На первом курсе только что был поединок.
- Пострадавшие есть?
- Оба, но главное, один из пострадавших сын десницы* Великого князя Добрянского.
- Второй кто?
- Властимир Воинов, - Даромир на миг прикрыл глаза, только крепко сжатые кулаки выдавали его волнение.
- Что с ним?
- Достали его, был закопан по шею в землю. А так синяки, не сильно пострадал.
- А с Касимиром?
- Так я про Касимира и говорил, а вот Властимир... переломаны пара ребер и левая рука, сейчас в лечебнице.
- Как? - забыв, что на связи друг, Даромир накинул поверх белой рубашки корзно * и скомандовав: - Пошли, - быстро покинул кабинет.
И только едва прозрачная фигура темноволосого мужчины, молчаливо и заинтересовано, смотрела вслед уходящему другу.
- Не успеваешь, говоришь. Занятно… - голограмма погасла, оставив только едва светящийся десзрети.
Сложно сказать, какие чувства переполняли Даромира: волнение, злость. И только в лечебнице, когда он увидел в кровати бледного, щупленького паренька, злость прошла, оставив только беспокойство.
- С ним все будет хорошо, - только сейчас он заметил у окна волхва Огнедара и своего брата Дарослава.
- Что с ним?
- Перелом руки и пары ребер. Но ничего, уже идет на поправку, - ответил Волхв.
- Ты куда смотрел? - этот вопрос адресован был брату.
- Он не мог отказаться, иначе бы покинул Академию.
- Ты думаешь, он согласится остаться и перевестись на другой факультет? - скептически поинтересовался Дарослав у брата.
- А кто тебе сказал, Даромир, что мальчик перейдет на другой факультет? - спросил Огнедар.
- Но как же?
- А вот так, у мальчика проснулась стихия земли во время поединка, и он победил. А вот с Касимира и Борица придется спросить: во время поединка первый пользовался защитными амулетами, а второй не доглядел или знал и промолчал.
- Даже так? - во время разговора Даромир смотрел на бледного мальчишку, а внутри все переворачивалось. Было жуткое желание забрать его отсюда и самому ухаживать за этим худеньким тельцем. А лучше забрать куда подальше. Было неимоверное желание провести кончиками пальцев по линии его бровей, дотронуться дрожащими пальцами до его губ, провести по нежной чувствительной коже. Дрожь желания прошла по телу. Мужчина прикрыл глаза, стараясь взять себя в руки, и охрипшим голосом едва произнес:
- Я разберусь, волхв Огнедар.
- Прекрасно, буду ждать результат. Мы с Дарославом будем здесь.
- Хорошо, благодарю, - последней мыслью уходящего мужчины было: ”Надо держаться подальше от этого мальчишки. Как хорошо, что я пригласил друга преподавать вместо себя. Боги, за что такое наказание?”.
****
Ужасное состояние: ребра болят, рука болит, голова болит, такое ощущение, что по мне стадо мамонтов прошло. ”Нет, если б они прошли, вряд ли бы я чувствовала боль. Хотя, кто его знает, как там после смерти, чувствуем мы что-то или нет. Блин, да что ж так плохо-то, даже не знаю, что больше всего болит. Лучше бы я умерла”.
- Рано тебе умирать, - раздался рядом громкий голос Огнедара. - Открывай не спеша глаза, - я постаралась, но свет резал по глазам. - Дарослав, прикрой шторы.
“Да, что ж ты, как слоняра, топаешь”, - набатом ударили по ушам шаги друга. С горем пополам, но мне удалось открыть глаза. И первое, что я увидела - это морщинистая рука с чашкой.
- Пей, только небольшими глотками, - предупредил меня волхв, от напитка стало легче, боль немного притупилась.
- Что это? - я испугалась своего карканья, попыталась прочистить голос.
- Это обезболивающее, - попыталась приподняться, но у меня ничего не вышло, только руку зря потревожила.
- Не двигайся, тебе нельзя, - перевела взгляд на свою забинтованную левую руку и грудь. И тут до меня стало доходить: если ребра болят, значит, все уже в курсе. Кажется, Огнедар понял мой немой вопрос.
- Не переживай, лекарь Милорад никому ничего не скажет.
- Благодарю. Что со мной теперь будет? - мой друг громко прошел к креслу и звучно присел.
- Учиться будешь, вот что.
Чуть набравшись сил, решила выяснить:
- Во время сражения произошло странное - у меня подсознание как бы разделилось.
- У тебя уже было такое?
- Да, когда-то в детстве меня очень сильно ударили, я не помню как, но смогла не только дать сдачи мальчику старше меня. Бабушка сказала, что мне нужно уметь держать себя в руках. Потому что я ничего не помню.
- Будешь находить общий язык со своим вторым я. И здесь, девонька, все просто: в твоей крови течет кровь чистокровного демона. И теперь понятно, почему тебе не дается оборотничество.
- У меня тоже будут такие крылья, как и у Дарослава? - вот это здорово, я смогу летать.
- Нет, это говорит только о том, что в твоей крови есть кровь демона. У тебя не будет крыльев, - с сожалением добавил Огнедар.
- А что с обороничеством?
- А тут просто - для того, чтобы ты могла оборачиваться, ты должна примириться сама с собой.
- Я поняла. Что с Касимиром? - было сложно говорить, раздавшийся смех друга со стороны кресла ударил по голове новым набатом.
- Тише, - сделал замечание Дарославу волхв.
- Кир, прости, - и уже тише добавил: - прикопала ты его.
- Как?
- Меня вовремя вызвал Дарослав, на помощь Касимиру.
- Ага, ты бы видела рожицы.
”Ух, у кого-то мои словечки стали проскальзывать”, - а друг продолжал:
- Когда поднялся вихрь земли, он полностью закрыл вас с Касимиром, пробиться не мог даже Бориц. Я принял решение вызвать волхва Огнедара, и только он смог пройти, а когда вихрь спал… Ты лежала на земле без чувств, а у вампиреныша только голова торчала из земли. Ой, а как испугалась за тебя Звенислава, кстати, она несколько раз к тебе приходила. Ты теперь герой, - я вспомнила лукавую улыбку себя, а чувство юмора у нее есть, значит, договоримся. Поневоле глаза стали прикрываться.
- Отдыхай, девонька. Дарослав, ты будь рядом.
- Хорошо, - это последнее, что я услышала.
Снился мне странный сон, как будто рядом был он, мой единственный, от его присутствия сердце сжималось, и боль уходила. Его рука гладила меня по волосам, успокаивая, он дарит защищенность, нежность и любовь, которая ощущалась в движении, во взаимном отдавании и получении, той, которую я никогда не ведала. ”Не уходи, нет, прошу!!!”Тоска в душе словно волной накатила, сердце тянется к нему, но он уходит….
Проснулась с чувством глубокой потери, сердце ныло. Странно, никогда ранее за собой такого не замечала. Боль немного прошла, стало легче, приподнялась на здоровой руке, ребра еще болели. В комнате я была одна, не могу разобрать: либо раннее утро, либо вечер. Стального цвета серые шторы на окне были плотно задернуты, кресло возле окна, столик из темного дерева, шкаф, возле кровати прикроватная тумба и стул. Прислушалась к себе, старалась понять, где сейчас Ян: в прошлый раз, когда приходила в себя, не спросила про малыша. Блин, как же стыдно. В кресле что-то завертелось, и я, наконец, смогла лицезреть белую тушку.
- Ты здесь, я тебя разбудила, - обратилась к Яну. - Прости свою дурную хозяйку, - малыш приподнял свою умную мордашку, спрыгнул с кресла, подошел ко мне и лизнул в щеку горячим, шершавым языком. По эмоциональной связи почувствовала сожаление. - Да брось, ты ни в чем не виноват. Я и отказаться не могла, - облокотилась об подушку и попробовала здоровой рукой погладить по мягкой шерсти друга, было очень неудобно и немного больно. - Если б я не согласилась, нам с тобой пришлось бы покинуть Академию. А нам учиться надо. Да и идти нам с тобой некуда, разве что к Ядвиге возвращаться. Но мне стыдно и неудобно, она и так многое для нас сделала. Так что не вини себя, есть и положительный момент — я, наконец-то, познакомилась со своим «Я», у меня открылась стихия земли. Теперь будем учиться. А так смотри, - я продолжала гладить здоровой рукой щенка, в его голубых глазках читалось понимание. - У нас есть возможность доучиться и стать сильными волхвами. А значит что? Без работы мы с тобой не останемся, и нам будет на что жить. Так что, как говорил, ах, не помню кто: ”Учиться и еще раз учиться, и тогда у тебя будет много, много денежек”, - ушки моего собеседника заходили. - Кто-то идет? - на месте моего друга уже не было. Секунда и дверь в мою палату открыли: на пороге стоял высокий, статный мужчина, широкоскулый, с большими бездонными лазурными глазами, в них светился интерес; светлые волосы зачесаны назад и собраны в хвост, одет в зеленую мантию. “Зеленая мантия, лекарь?” - ответ я услышала сразу.
- Доброе утро, сударыня, -”ой, ее…..!”
- Доброе утро, а можно без сударыни, ученик Властимир Воинов, - на этот раз на меня оценивающе посмотрели.
- Думал, тебе будет приятно. Я - наказник Милорад, тебе наверное обо мне говорил волхв Огнедар. Давай тебя посмотрим, - было неловко перед посторонним мужчиной раздеваться. - И да, двигаться тебе запрещено дня три или ты решил продлить свое пребывание здесь?
- Нет, я не знал.
- Вот и отлично. Итак, приступим, - меня осмотрели, чтобы были хорошо зафиксированы ребра и рука, для этого пришлось все же расстегнуть серую пижаму. Спросили: “болит - не болит”, - и строго-настрого приказали не двигаться и не вставать. А если захочу в туалет, мне указали на неприметную дверь возле шкафа, звать на помощь.”Вот только этого мне и не хватает, сами с усами, доберемся”.
- Очень надеюсь, что пациент у меня понятливый, - улыбнулась самой понятливой улыбкой.
- Конечно, наказник Милорад, - “Ага держи карман шире, сама справлюсь. Возможно, глупо с моей стороны, но кому понравится, когда на вас смотрят, когда вы, пардон, в туалет ходите. Забыла, еще и помогают”.
- Тебе скоро принесут завтрак, и друзья к тебе скоро пожалуют, постарайся не двигаться.
- Я понял.
- Вот и отлично, если что — зови. Вон тот камушек над кроватью нажмешь, я приду, - еще раз пообещав, что всенепременно так и поступлю и глупости я совершать не буду, меня, наконец, покинули, оставив отдыхать. Откинулась на подушку и прикрыла глаза, сил не было, а вот от еды я, пожалуй, не откажусь. Да и от туалета тоже, сколько не уговаривай организм, а нужда берет свое. Поэтому, оперевшись на здоровую руку, приподнялась; сказать, что было больно - это ничего не сказать. Правой рукой держалась о быльце кровати, смогла приподнять туловище, дальше было сложнее, нужно пройти почти полкомнаты до заветной двери. А меня штормило, как матроса в разгар бури. Так, видим цель, не знаем препятствий. Мелкими шажками, качаясь, добралась до заветной двери. Белая, под цвет стен, дверь поддалась легко, я попала в светлую комнату: душ, раковина и он, самый дорогой на данный момент. Вот, говорят, нет в жизни счастья, а счастье есть, и оно в элементарных вещах. Как хорошо, что на мне пижамные штаны, и очень боюсь интересоваться, кто меня переодевал. Думаю, пусть это останется для меня секретом. Туловище болело при каждом движении, что злило и раздражало. У умывальника облокотилась одной рукой. В зеркало на себя было страшно смотреть: грязные, слипшиеся от пота волосы, ссадина на левой скуле: ”Да, не плохо меня приложило”, - умылась холодной водой, сил идти обратно практически не осталось, еще и ребра, как на зло, разболелись. Мелкими шажками направилась к выходу.
-Тебе что сказали? Не вставать! - практически на ухо гаркнул Дарослав.
- Совсем больной, решил контузить, - меня молча подхватили аккуратно на руки и отнесли в постель. Поправляя одеяло, он продолжал причитать:
- Вот зачем ты поднялась, сказали лежать и не вставать.
- Я в туалет хотела.
- Могла меня подождать
- Так, все, - остановила это кудахтанье. - У меня всего-навсего сломана рука, ушибленные ребра и небольшой переломчик. С этим не умирают. А в это место я буду ходить сама. Кстати, а чем это так вкусно пахнет? - резко перевела разговор.
- Это завтрак.
- Вот за это отдельное спасибо. Давай, куда мне пересесть, - будет, конечно, сложно есть правой рукой, так как я левша.
- Лежи, я тебя кормить буду.
- Спасибо, конечно, за заботу, но я и сама могу, - говорить стало больно.
- На, выпей, сама она может, небольшими глотками, - сделав пару глотков чудодейственного напитка, через пару минут боль стала проходить, и дышать стало легче.
- Спасибо. Что это?
- Обезболивающее и противовоспалительное, а теперь лежи и не двигайся, - он молча набрал ложку с жидкой кашей. - Открывай ротик.
” Ужас, меня кормит страшный и ужасный демон”.
Непривычно, обычно я переживала за других и ухаживала за друзьями. Мне редко кто помогал, я старалась сама справляться со своими проблемами. А тут мы так быстро сблизились, и это пугает и одновременно дает надежду на долгую дружбу. В дверь постучали, за меня ответил Дарослав:
- Войдите, - на пороге моей палаты стоял Вадим. - Чего застыл? Проходи.
- Я зашел узнать, как ты?
- Чтоб своим дружкам потом рассказать? - я постаралась успокоить Дарослава, на бывшего друга было жалко смотреть: он, словно блудливый пес, стоял с поникшей головой.
- Дарослав, пусть скажет…
- Кира, он знал, что планировали его друзья, и молчал. И ты сейчас ему даешь шанс еще и оправдаться?
- Даю.
- Не знаю, глупая ты или добрая, - вот и я не знаю, говорят, доброта от глупости не далеко ушла. - Говори, - и уже мне: -А ты ешь. После уроков приду, будем заниматься.
Немного помолчав, Вадим все же решился:
- Прости, Дарослав прав, я знал, что Касимир хотел вызвать тебя на поединок, и не предупредил. Я не думал, что он на это решится, и отговаривал его. Я очень сильно испугался за тебя. И мое поведение, оно… ему нет оправдания, друзья так не поступают. Я пойму, если ты со мной больше не захочешь общаться, - все его слова были, как набор предложений из дешевого фильма. Сложно простить человека, когда он наплевал в душу. А еще знал о намерениях вампира и ничего не сказал, да он, блин, даже записку не удосужился написать. И сейчас я не знала, как поступить: с одной стороны предательство, а с другой… Немного подумав, вспомнила слова Огнедара, решила:
- Вадим, я не смогу тебе доверять, как прежде, - слова давались с трудом, старалась тщательно их подбирать. - Но и сказать, что не прощаю, не могу… Мы давно дружим и общаемся. И сейчас разрушить прошлое я не могу, наверное, мы должны были через это пройти. Предлагаю начать заново и узнавать друг друга.
- Спасибо, всегда знал, Кирка, что ты настоящий друг. Ты как?
- Нормально.
- Нормально она, - Дарослав убрал поднос с едой. - Я на столик ставлю чашку с отваром, через каждые два часа пьешь. После занятий придем и будем заниматься. Пошли, несчастный, - это он уже Вадиму. - И забудьте вы уже свои настоящие имена, а то ваше переодевание не будет иметь смысла.
- Ты прав.
- Я всегда прав. Пошли уже, - за друзьями закрылась дверь, а меня потянуло в сон.
Неделю я валялась в лазарете, пока мне, наконец, не разрешили вставать, разрешили посещать занятия, кроме тренировок. За это время ничего особо и не произошло. Влад и Дарослав стали теснее общаться, как я поняла, после того случая Влад полностью отказался от общения со своей бывшей компанией, но это и к лучшему. Зато за мной стала ухаживать Звенислава, мне жуть как неудобно. Друзья ржут: покоритель женских сердец. Как-то она пришла во время наших занятий с Огнедаром, мы как раз медитировали, пытались примирить меня и мое второе я. Не скажу, что это было просто, после можно сказать долгих заточений, это было сложно. Обида и непонимание, почему ее все эти годы игнорировали, пришлось самой себе объяснять и рассказывать, как нам будет вместе хорошо, чувствовала себя при этом шизофреничкой. Не верите? А вы попробуйте сами с собой поговорить. Примирение вышло знатным, мне казалось, что я видела золотистое свечение, меня переполняла энергия, я ощущала себя сильнее, мощнее. Я чувствовала себя счастливой, наполненной новыми силами и вдохновением. Как раз в это время пришла Звенислава.
- Добрый день, я не вовремя, - поздоровалась девушка.
- Добрый день, Звенислава, у нас занятия, - ответил за меня Огнедар, так как я, боюсь, не могла сказать и слова. От переполняющих эмоций чувствовала себя пьяной.
- Простите, я пойду, только вот, - она прошла положила фрукты на стол. - Я позже зайду.
Что-то очень часто я себя стала неловко чувствовать.
- Не хочешь девушке объяснить, чтоб не имела надежд?
Заплетающимся языком я все же ответила:
- Объясняла, не понимает. Как еще сказать, не знаю. Хоть личину снимай. Может, само у нее это пройдет.
- Ты сейчас герой в Академии, перспективный молодой человек с тремя стихиями. А она - одна из перспективных невест. Думаю, здесь и отец ее поспособствовал, что она стала за тобой ухаживать.
- А кто у нас папа?
- При наместнике Великого князя, его десница.
Ясно, еще одна шишка, а девочку отправили сюда, скорей всего, не только учиться, но и найти перспективного жениха.
- Услышала вас, постараюсь поговорить с ней еще раз.
С этого дня мое здоровье пошло на улучшение, вот что значит найти общий язык с демонической стороной. Сама заметила, как стал спадать отек и проходить синяки, а дышать стало намного легче.
Был еще один случай: в первый день, когда от меня ушли Влад и Дарослав, в этот день к нам пришел новый преподаватель по Волховнику. И как описывал свое состояние Влад, у него сердце в пятки ушло, когда он увидел этого наказателя. Им оказался Богдан. Он попросил Влада остаться после урока и спрашивал обо мне; и тот, как в лучших фильмах про шпионов, рассказал ему сказочку. Что он не знает, где я, и сам меня разыскивает. Когда он бросился за мной, его выкинуло возле леса, его подобрали местные и выходили. О девушке сколько он, бедный, ни спрашивал, никто не знал. У него открылась магия, и Ивор предложил ему отправиться учиться в Академию вместе со своим младшим братом. Вот такая история. Посовещавшись, втроем мы решили, что я так и буду продолжать сидеть с Дарославом и, главное, держаться подальше от вампира.
Внутри было обидно от того, что Даромир отказался от нашей группы. Сказали, что у него много работы со старшими курсами. Но я воспринимала это, как предательство: обида и эта долбанная тоска по нему, было невыносимо. Только иногда ночью мне казалось, что рядом со мной кто-то есть, меня гладят по голове, отчего мои чувства успокоились. На душе становилось спокойно и умиротворенно, как будто тот, единственный, был рядом. А утром снова тоска, которую я заглушаю. Не думала, что он настолько мне нравится. Даромир - симпатичный, видный мужчина, и понравился мне с первого взгляда, но не настолько же... Или настолько… Я запуталась.
Сегодня я, наконец, смогла уговорить Милорада отпустить меня на занятия. Пообещала, что не буду нагружать руки и втирать мазь в ушибленные места, после этого меня отпустили. Пока все были на завтраке, поднялась в в свою комнату в общежитии и наконец-то нормально вымылась, переоделась, собрала одной рукой учебники и со спокойной душой пошла на урок. Мысленно я готовилась к встрече с Богданом, но никак не была готова к встрече с Радимом. Стараясь держать на лице маску безразличия, ровной походкой прошла мимо него. А внутри все переворачивалось от страха. Он всегда наводил на меня жуткое чувство страха. Я быстро скрылась за поворотом и только тут, прислонившись спиной к стене, почувствовала себя в безопасности. Попыталась привести эмоции в порядок, а ведь впереди еще встреча с Богданом. Какой умный человек его пригласил? Сказала бы ему пару ласковых «спасибо» на французском.
- Властимир, а ты что тут делаешь? - рядом со мной стояли мои друзья.
- На урок иду.
- Тебя отпустили? - продолжал допытываться Дарослав.
- Да, обещала выполнять все указания наказателя Милорада.
- Ты? - скептически спросил Влад, он помнит, как я соблюдала постельный режим. Температура - не температура, а я на работе.
- Я, пошли или будем продолжать меня обсуждать?
- Пошли. Давай сюда свою рюкзак, - предложил Дарослав.
- Э, нет, сам понесу, - морально я не была готова к встрече с Богданом.
- Кир, - тихонечко позвал Дарослав. - Мы рядом, не переживай.
- Спасибо Вам, я знаю. Но все равно, как-то не по себе.
В кабинете за темным столом у окна сидел он….
___________________________________
десница*- правая рука
корзно -мантия