2. Эрида

Эрида

В Аскитрее я была первый раз, несмотря на то, что город находился достаточно близко от Тиссена. На первый взгляд, довольно чистый, аккуратный, повсюду миленькие мосты через узкие каналы с темно-синими водами. Здесь бы, среди живописных мест, нашел вдохновение художник. Неудивительно, что картины с пейзажами Аскитреи здесь продавались на каждом шагу. Торговцы, легко определяющие неместных, активно зазывали в свои лавки и магазинчики, предлагая полюбоваться произведениями искусства. Даже я надолго остановилась перед одной картиной с изображением озера в лесу. Но вовремя опомнилась, к счастью.

Сейчас совсем не до картин. Может быть, на обратном пути… хотя когда это случится, неизвестно.

Я сняла самый захудалый номер на самом захудалом постоялом дворе. Здесь воняло гарью, дешевым пролитым пивом и почему-то рыбой. От подобной смеси слегка сжимало желудок, но я упорно гасила тошноту, запивая её соком.

Средств было достаточно, чтобы снять комнату в более лучшем месте. Но выбор был обоснован: я надеялась, что искать сбежавшую принцессу в вонючей гостинице не станут.

Маскировка маскировкой, однако съесть тот густой комок каши, сделанной неизвестно из чего, я не смогла. Подошла к угрюмому хозяину постоялого двора, подкинула с десяток золотых монет, и с этого момента мне приносили свежую и вкусную еду.

В последний вечер все повторилось: сегодня хозяин раздобыл где-то рябчиков, запеченных с медом и лимоном, а также весьма вкусный брусничный морс. Я попросила отложить немного, чтобы завтра утром можно было взять с собой и по пути перекусить.

Путь предстоял неблизкий. Минимум двое суток верхом, а если оставаться на ночь в гостинице или спать под открытым небом, все четверо. Дагомея — страна просторная, и расстояние между городами было очень большим.

Мысленно я перебирала свои вещи, пытаясь сообразить, все ли готово. Особое внимание уделила снаряжению лошади. Именно поэтому не сразу заметила появление незнакомца.

Высокий и худой, как жердь, с сальными зализанными волосами и тонкими редкими усиками. Молодой мужчина был похож на злодея из спектакля, который мы с семьей посетили месяц назад.

— Добгхый день, пгхелестная госпожа, — с сильными акцентом проговорил он, беспардонно усаживаясь рядом. — Позвольте пгхедставиться. Мое имя Гхамси. К вашим услугам.

Я заинтересованно посмотрела на неожиданного собеседника. Не потому что щуплый долговязый мужчина мог заинтересовать. Очевидно, кем являлся «Гхамси»… Собственно, он даже не пытался одурачить меня. Так, развлекся немного.

— Рамси, значит… — глубокомысленно кивнула я, сделав глоток морса. — Имя наоборот значит «Исмар». Как интересно.

Мужчина лукаво улыбнулся, и в миг иллюзия исчезла, как будто её смыли водой. Передо мной теперь сидел широкоплечий мужчина с темно-русыми волосами. Темная борода закрывала нижнюю половину лица, делая серые глаза еще глубже.

— Умная девочка, — похвалил он, лениво кивая.

Наверняка он ожидал поеживания или пораженного выражения лица, какое обычно бывало при использовании магии фейри. Морок, который невозможно определить, как классическую иллюзию, приводил в ужас многих.

Я же наблюдала за такими фокусами с детства, так что снятие морока меня не удивило вообще.

Я поймала взгляд подавальщицы и жестом попросила её принести еще одну порцию. В это время Исмар не сводил с меня внимательно взгляда, как будто опасался, что удастся убежать. Что, собственно, очень вероятно.

— Как дела в Тиссене? — будничным тоном спросила я, отрезав кусочек горячего мяса. Поддерживать беседу и оставаться спокойной было очень трудно, однако только так можно отвлечь Исмара. Точнее, только попробовать.

— Довольно хорошо, знаешь ли. Погода отменная, королева недавно открыла очередной приют для сирот… Правда, ходят слухи, что принцесса, слабая и глупая девчонка, решила сбежать из-под присмотра и найти приключений на свой очаровательный зад.

— Да, я слышала о чем-то таком, — согласилась я, криво улыбаясь. Пальцы с силой стиснули вилку и нож. — Но мы ведь оба знаем, что слухи часто ошибаются. Факты перевираются, преувеличиваются. Или наоборот. Уверена, принцесса не такая слабая, какой её представляют.

Исмар негромко рассмеялся, но веселья там прозвучало мало. Скорее, присутствовали раздражение и пренебрежение.

— То есть в глупости девчонки ты не сомневаешься?

Подавальщица принесла тарелку с изумительно пахнущим мясом и заторопилась к другим столикам.

Я проигнорировала насмешливый вопрос и удивилась:

— И неужели на поиски какой-то принцессы отправили такого опытного и опасного воина, как Исмар Кассияр?

Исмар даже не пытался показаться польщенным. Он не отрицал своего превосходства и не велся на лицемерные или искренние комплименты.

— Приказы не обсуждаются, — пожал плечами Исмар и ловко поменял наши тарелки местами. И это несмотря на то, что я уже наполовину съела свою порцию - точнее, делала вид.

— Ты думаешь, я хочу отравить тебя? — фыркнула я, сняв маску отчужденности.

— Тебя обучала Архелия Марибо, так что я ничему не удивлюсь, — не стал скрывать Исмар.

Я тяжело вздохнула и посмотрела на дампира. Исмар — приближенный отца, доверенное лицо. Практически член семьи. Он не участвовал в моем воспитании, но видел, как я росла, хорошо знал мои слабые и сильные стороны… и умело этим знанием воспользуется, чтобы вернуть меня в золотую клетку, неосознанно созданную отцом.

— Ты когда-нибудь нарушал приказы? — уныло спросила я, болтая вилкой по тарелке. Аппетит окончательно пропал.

— Бывали случаи, — кивнул Исмар и криво усмехнулся: — И почему-то всегда это связано с твоей матерью. Но даже не думай, что я буду нарушать приказ ради тебя, принцесса.

Я слабо улыбнулась и неохотно отрезала кусочек птицы. Исмару моя порция пришлась по душе, он активно опустошал тарелку.

— Больше ты не сбежишь, Эрида, — твердо произнес Исмар. — Еще до моего отъезда Эдгару был отдан приказ отобрать лучших воинов, которые постоянно будут следить за тобой.

От представившейся картины стало тошно. Золотая клетка с грохотом закроется, а замок переплавится, как только я вернусь в Тиссен. Никакой свободы. Под неусыпным контролем и жестким надзором я очень скоро задохнусь… Уже сейчас становится трудно дышать, грудь сдавило тисками.

— Я не хочу быть тепличным цветком… — призналась я.

Исмар на миг оторвался от еды и с прищуром посмотрел на меня. Прожевав мясо, он заметил:

— Тепличные цветы всегда находятся в безопасности и уюте.

— Но стоит только дунуть холодному ветру, как цветок вянет и погибает.

Некоторое время Исмар продолжал смотреть на меня, а потом вновь вернулся к еде.

— И что? Ты ничего не скажешь? — чувствуя отчаяние, выдавила я.

До этого добродушные глаза стали холодными, заставив сердце дрогнуть.

— Мне плевать, что ты думаешь, принцесса, — наконец, сказал он. — Я верну цветок в теплицу, а дальше пусть решает садовник.

О да, отец решит. Уже решает много лет подряд. Наказывает, сам того не понимая. Наказывает за то, что я не такая, как Рейн. Я не дампир, не обладаю бессмертием или регенерацией. Даже магия у меня хиленькая, слабая, но что самое главное — не поддающаяся контролю.

«Ты не сможешь защитить себя», «тебя легко ранить или убить», «ты не справишься» — это то малое, что я услышала за всю свою жизнь. Принцесса — фигура политическая, вред мне ударит по князю, правителю Дагомеи. Так мне всегда объясняла мама.

— Катрей боится, что тебе будет больно, — утешала она после очередной ссоры. — Он любит тебя, малышка.

Любит… Но не так, как Рейна. Старшему сыну отец доверял, позволял делать все, что хочется, а мне с трудом удалось добиться разрешения обучаться фехтованию. И то благодаря маме и Архелии.

— Я не вернусь, Исмар, — твердо произнесла я, отодвинув почти нетронутую тарелку. — И ты меня не заставишь.

— Вот как, — криво усмехнулся он, ничуть не веря в мои силы. Ничего удивительного. — И как же ты сбежишь от меня? Магия твоя импульсивна, заколдовать не получится, яд или снотворное ты мне не могла подсыпать.

Я довольно улыбнулась, услышав низкий звук, как будто рычание, доносящееся из живота Исмара. Удалось!

— Как ты сказал, меня обучала Архелия Марибо.

По лицу стало понятно, что Исмар ощутил дискомфорт. Он исподлобья посмотрел на меня, немного приподняв верхнюю губу, как будто скалясь.

— Я знала, что ты сегодня найдешь меня, и отравила свою еду. Правда, не снотворным… ты бы распознал его. Рябчик запечен с чудесными травами: корень ревеня, александрийский лист… там вообще целый букет: для усиления эффекта, для закрепления и продления…

— Ах ты… дрянь, — процедил Ингвар, отбросив вилку.

Поздно, голубчик, поздно. Действие началось, и ни один маг его не отменит.

— Прости, Исмар, — не сдерживая веселья, усмехнулась я. — Это единственное, что пришло мне на ум за короткое время.

Исмар дернулся ко мне, однако я успела отскочить. Его скрючило, он схватился за живот и простонал.

— Обещаю, никто не узнает, что мне удалось накормить Исмара Кассияра слабительным, — негромко проговорила я, склонившись и приблизившись на безопасное расстояние. — А сейчас советую найти туалет… на ближайшие сутки он станет тебе лучшим другом.

Я надела плащ и торопливо пошла к выходу.

— Я тебя все равно найду, маленькая мерзавка! — рявкнул Исмар мне в спину. Посетители таверны недоуменно переглянулись, но ничего делать не стали.

Отсчет пошел. У меня есть сутки, чтобы сбежать как можно дальше, пока Исмар не пришел в себя и не отправился по следу. И на этот раз он будет зол, как тысяча демонов.

Уже почти двенадцать часов я убегала, останавливаясь лишь для того, чтобы поменять уставшую лошадь на новую. Гнала, не жалея ни себя, ни лошадей, потому что знала, кто идет по моему следу.

Мой отец — Катрей Аминтор, правитель Дагомеи, Старейший вампир и так далее, и так далее. Он был и остается жестким, требовательным мужчиной. Приближенных выбрал под стать. В числе самых доверенных лиц — Исмар Кассияр. Дампир, но не такой, как мой брат.

Все дампиры разные, это давно известно. Есть лишь небольшая общая часть особенностей, доставшаяся от папы-вампира. Обостренный слух, усиленная регенерация. А еще дампирам давался выбор: как только они начинали пить кровь, то приобретали бессмертие и скорость вампира, а вместе с тем и их главную беду — непреодолимую жажду.

А в остальном силы дампиров зависят от их матерей. Зачать от вампиров могут только женщины с двойственной сущностью: например, наша с Рейном мама была и оборотнем, и магом. Мать Исмара была полукровкой: наполовину фейри, наполовину маг. Она отдала сыну часть своих способностей, и теперь он обладал повышенной интуицией и умением навести на себя морок — особую иллюзию, меняющую его внешность так, что обычной магией не засечь.

Свои способности Исмар использовал умело. Он стал одним из самых опасных и изворотливых шпионов, когда-то давным-давно, за сотню лет до моего рождения поклявшись в верности Катрею. В тяжелые времена его таланты повлияли на победу моего отца, в мирное же время, между поимкой иностранных шпионов и поисков заговорщиков, приходилось преследовать нерадивых принцесс, которые не желают оставаться под крылом заботливого папочки.

Он найдет меня. Это я понимала. Моя знания и навыки не идут ни в какое сравнение с его многовековым опытом. Но я не могла не попытаться. Мама всегда убеждала, что за свою жизнь я ответственна сама. Я свободна — от насильственного брака, от политических интриг. Выбор остается за мной.

Родители часто и долго спорили о моем будущем, и в итоге мама не выдержала. Именно с её помощью я беспрепятственно покинула Тиссен, она же, давая мне фору, несколько дней отвлекала внимание отца.

Маленький, совсем крохотный шанс заставлял меня упрямо двигаться вперед, доводя очередную лошадь до изнеможения. Нужно как можно скорее оказаться в Салеме, там ведьмы помогут мне укрыться. Но даже если нет, просто сидеть на месте и ждать, пока ищейка отца меня найдет и вернет в Тиссен… Даже мысли такой не было.

Исмар появился неожиданно. Я скакала напрямую через лес, игнорируя основную дорогу. Деревья росли в отдалении друг от друга, поэтому ветви в лицо не били. Увы, хлестал ветер с ледяными каплями: дождь пошел час назад, но землю развезло так, как будто он длился несколько дней. Слякоть под копытами противно хлюпала, лошадь недовольно ржала, но послушно скакала.

Щеки горели от холода и ветра, губы, несмотря на влагу, пересохли, как бы я ни облизывала их. Ничего дальше трех метров видно не было. Такому тепличному цветку, как я, очень сложно ориентироваться на открытой местности, несмотря на то, что в теории я хорошо разбираюсь в картах.

Эдгар, мой дядя, научил.

Я уже почти сдалась и начала взглядом искать удобное место для привала. Может, найдется широкое ветвистое дерево, способное укрыть если не от ветра, то хотя бы от проливного дождя.

Именно в этот момент навстречу из-за стены дождя вылетел гнедой конь с наездником. Моя лошадь от неожиданности испугалась и резко встала на дыбы.

Усталость взяла свое. Руки сами разжались, и под испуганное ржание я рухнула на мокрую землю.

Спину прострелило болью, отдавшись в пояснице. Стон сам собой вырвался из груди.

— Живая? — поинтересовался Исмар.

Я открыла глаза и, игнорируя холодные капли на лице, посмотрела на разъяренного мужчину.

— Мертвая, — съязвила я, медленно присаживаясь.

Исмар присел на корточки и уверенными движениями ощупал спину, проверяя на наличие травм. Видимо, никаких признаков перелома не было, потому что в тот же момент он схватил меня за локоть и резко поднял вверх.

— Ты отправишься домой, Эрида, — процедил Исмар, подталкивая меня к ели, под которой можно было укрыться. — Только теперь не как принцесса. Без почестей, будь уверена.

— Не очень-то и хотелось, — выплюнула я, пытаясь пнуть Исмара в колено. Естественно, он легко увернулся и с силой прижал меня лицом к мощному стволу дерева. Неровная поверхность коры оцарапала щеку, но из-за того, что щеки замерзли, боль ощущалась слабо.

— Капризная маленькая дрянь, — выговаривал Исмар. Повернув спиной к дереву, он схватил меня за руки и связал их, несмотря на сопротивление. — Тебе сказали сидеть в замке, ты должна там сидеть! Читать любовные романы и мечтать о своем сраном принце!

Я отчаянно пыталась вырваться, извиваясь всем телом, пинаясь ногами и руками.

— Иди ты к демонам! — заорала я прямо ему в лицо. Все тело дрожало, но уже не от холода. Душевная боль, которую я сдерживала годами, прорвалась наружу. — Сам сиди в своей башне и жди принца! Можешь даже платье мое надеть, тебе пойдет!

Исмар игнорировал мою истерику. Он ловко связал руки, потом торс вокруг ствола. Заботливо подложил попону своего коня и надавил на плечи, заставив меня сесть. А потом молча ушел, скрывшись за завесой дождя.

— Ненавижу тебя! — закричала ему вслед, пиная ногами сырую землю. — И отца тоже! Ненавижу!

Он ушел, я это чувствовала. Вместе с ним ушла и ярость, оставив из себя опустошающую боль. Из-за редких капель дождя, которые с трудом прорывались через пушистые ветки, не сразу стало понятно, что по щекам капают слезы. Когда пришло осознание, то нервы окончательно сдали, и я позорно разревелась. Унизительно, как маленькая девчонка.

Просто достали. Мне двадцать один, в этом возрасте мама уже правила Агенорией и даже стала королевой. Рейн в двадцать один взял на себя часть обязанностей отца, и тот с удовольствием и гордостью доверился своему сыну. А меня все еще считают несмышленым ребенком, неспособным на собственные решения.

Вскоре дождь кончился, но серые тучи низко нависли над землей, грозясь в любой момент вновь разразиться ливнем. Я немного успокоилась и даже попыталась развязать веревки, но ничего не получилось. Мысленно отругала себя за то, что оставила кинжал в седельной сумке.

Исмар вернулся, ведя под уздцы мою лошадь. Видимо, далеко убежала, раз ему пришлось так долго её искать. Он молча привязал её к соседней осине, рядом с его конем. Потом занялся костром: из своего плаща сделал навес, поискал тонкие деревья, которые разломал без топора и сделал из них настил. Все это время я с отчаянием смотрела на Исмара в поисках хоть какой-либо человеческой эмоции на лице. Хотелось верить, что я могу разбудить в нем сочувствие. И когда он, собрав хворост, начал разводить костер, я рискнула.

— Исмар… — имя вышло хриплым звуком, как будто ворона каркнула. Прокашлявшись, я снова позвала: — Исмар. Пожалуйста, услышь меня. Отец не желает понимать. Я задыхаюсь в стенах Тиссена. Долго я не протяну, Исмар. Сломаюсь, возненавижу… себя, отца. Весь мир.

— Катрей боится за тебя, — отозвался Исмар. Я немного воспряла духом: отвечает, значит, готов говорить.

— Каждый родитель боится за своего ребенка. Но это не значит, что его нужно запирать на всю жизнь, — всхлипнув, я продолжила: — Мне не хватает свободы. Я хочу ездить верхом по лесам, хочу путешествовать, хочу жить.

— И поэтому ты поехала в Салем, — криво усмехнулся Исмар, — в город ведьм.

Хворост начал дымиться, и через пару секунд появился огонек. Разгорался он неохотно, преодолевая окружающую его сырость.

— Потому что помимо свободы я мечтаю о том, чтобы понять себя! — воскликнула я, от переизбытка эмоций пнув траву. — Кто я такая? Зачем я здесь? Может, ты знаешь? А? Скажи мне, Исмар, кто я? Кто я?! Исмар!

Мужчина посмотрел на меня тяжелым взглядом, от которого сердце в пятки ушло. Он считался не просто приближенным, Исмар был членом семьи. Но иногда, когда он смотрел вот так, я пугалась.

— Ты — принцесса Дагомеи, вторая в очереди на престол, самая завидная невеста на континенте.

Я резко рассмеялась и откинулась головой на ель, больно ударившись затылком.

— Не надо заговаривать зубы! Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду. Рейн дампир, а я кто? Во мне нет ничего дампирского.

С детства я слышала шепоток, легким ветерком разносившийся по замку, Тиссену и даже дальше. Эрида Аминтор — особенный ребенок, божественный дар. Буквально.

Во время войны со Стаабом, уже после рождения Рейна, маме пришлось отказаться от своей волчьей стороны, чтобы усилить эрибейскую магию. Она перестала иметь двойственную сущность, соответственно, зачать дампира стало нереально. Мое рождение — якобы подарок богов за сохранение божественных артефактов. Настоящее чудо, и какое-то время я даже гордилась своим происхождением… пока не начала задумываться, кем являюсь.

Дочь мага и вампира, но не дампир. Во мне нет ничего от вампира: ни быстрого исцеления, ни сверхъестественной скорости, ни слуха. Обычный слабый человек, подверженный болезням и старению. Хорошо хоть от матери досталась магия, но и она оказалась слабой, импульсивной. Действовала через раз и то лишь при сильных эмоциях.

Никто не мог сказать, почему я такая. Даже Архелия, много лет изучавшая теорию магии и происхождение видов, разводила руками. Долгие тренировки и попытки взять магию под контроль с треском провалились.

Именно в Салеме я и надеялась найти ответы. Ведьмы с особым трепетом относились к древним знаниям, библиотеки хранили много тайн в старых книгах. Возможно, там я найду схожий с моим случай. Или хотя бы намек на ответ.

— Зачем боги послали меня? Неужели лишь для того, чтобы порадовать какую-то пару? Им ведь нет до нас никакого дела, а тут снизошли. Сама богиня Метакса спустилась на землю, чтобы сообщить о радостной вести. Для чего? Чтобы я сидела взаперти, а из комнаты выходила лишь на балы?

Исмар молчал, подбрасывая полусырые ветки в костер. Огонь их пожирал с нежеланием, но не противился. Видимо, и он был напуган большим страшным дампиром.

Тишина, уверена, могла бы продолжаться очень долго. Вот уж кто точно выиграл бы в молчанку, если бы играл с нами в детстве.

Но что-то насторожило Исмара. Он внезапно замер, весь обратившись в слух, и цепким взглядом всмотрелся в деревья. Гнедой конь недовольно заржал, как бы предупреждая. А в следующее мгновение на нас напали.

Наемники (это были именно они, а не обыкновенные разбойники, если судить по экипировке) напали со всех сторон, окружив Исмара. Он умело отбивался, ловко орудуя мечом. Но даже самый искусный воин не способен мгновенно одолеть дюжину соперников.

Я задергалась, пытаясь освободиться от веревок. Тщетно, Исмар знал, как нужно завязывать узлы.

Мое барахтанье заметили, и два наемника, верзилы средних лет, быстрым шагом направились ко мне. Впервые я видела в чужих глазах такое безжалостное выражение и испугалась.

— Нет-нет-нет… — пробормотала я, прижимаясь к стволу так, как будто могла слиться с ним и стать невидимой.

Наемник, что был ближе ко мне, замахнулся, поднимая тяжеленный меч, и с размаху ударил. Я вскрикнула, с ужасом наблюдая, как острие летит прямиком к шее. Удар сердца, односекундная пульсирующая боль, и острая сталь, описав широкую дугу, вонзилась в живот другого наемника. Меч вошел в кольчугу, словно в расплавленное масло, и мужчина, издав низкий хрип, рухнул на землю.

Убийца, прижав тело окровавленной ногой, вытащил меч, вытер кровь о штаны и посмотрел на меня. В темных глазах ничего не отразилось, но наемник развернулся и быстро пошел в сторону Исмара.

Дампира повалили на землю четверо человек, еще один занес меч над его грудью. Удар вряд ли убил бы Исмара, но неприятностей доставил бы много. Так что неожиданная помощь от наемника-предателя оказалась весьма своевременной: он быстрым движением снес голову одному нападавшему.

Вскрикнув, я шокировано наблюдала за тем, как голова, подобно игрушке, откатилась в сторону. Лицо, еще недавно живое, исказилось, напоминая фрагмент страшного сна. На казни, которые отцу приходилось устраивать, я никогда не ходила, поэтому такая картина оказалась в новинку.

За время, что я пялилась на отрубленную голову, Исмар и его странный помощник расправились с остальными наемниками.

— Эй, может, кто-нибудь развяжет меня? — дрожащим голосом воскликнула я.

Исмар, конечно, вновь проигнорировал, а вот черноволосый наемник отозвался и, приблизившись, одним движением перерезал веревки. Он молча подал руку и помог мне встать.

Каждое его действие Исмар сопровождал тяжелым взглядом. Он все понял и вложил меч в ножны.: опасности больше нет, наемник не причинит вреда.

Исмар посмотрел на валявшиеся трупы и сплюнул грязь. Он победил, но извалялся в грязи с ног до головы, сейчас больше напоминая нелепо сделанного голема, чем живого человека.

На коричневые и красные пятна на одежде и лице он не обратил внимания. Подошел ко мне, придирчиво осмотрел наемника и спросил:

— И как долго продержится влияние?

— Не знаю, — честно призналась я, потирая запястья. — Я даже не знаю, какую эмоцию ему внушила. Любовь? Забота? Ненависть к своим спутникам?

— Больше напоминает зомбирование, — хмыкнул Исмар, ладонью стирая влажную грязь с лица.

— Эй! — возмутилась я. — Я же не могу этим управлять!

Исмар еще раз хмыкнул, но на меня перестал обращать внимание. Его заинтересовал наемник.

— Кто вас послал? — спросил у него.

Наемник сначала посмотрел на меня, ответил лишь после моего кивка.

— Он не представился. Мужчина лет сорока, русый, голубые глаза. Особых примет нет, одет был просто. Мое мнение — это не заказчик, ему заплатили, чтобы еще больше запутать следы.

Говорил он сухо, по делу.

— Что вы должны были сделать? — прищурился Исмар. — Убить девчонку?

— Девчонку? — удивился он, почесав покрытый щетиной подбородок. — Нет, нам нужен был ты. Твоя голова, желательно.

Исмар криво усмехнулся. Заказчик определенно знал, как нужно убивать дампира.

Он задал еще много уточняющих вопросов, но никакой полезной информации не получил. Под конец, когда наемник стал уже хмуриться, оглядываться по сторонам как бы в недоумении, Исмар схватил его за шею и впился в горло.

Дампир должен питаться тем же и так же, как вампир, чтобы поддерживать бессмертие. Исмар — не исключение. Но одно дело понимать, другое — видеть.

Отец, Архелия, Эдгар, вампиры высшего света — все они вели себя цивилизованно и имитировали кровь вином. Пили из бокалов, делали запасы, платили желающим донорам. В такие моменты можно было забыть, кем являются эти существа. Кровожадные хищники, для которых убийство является нормой.

Я отвернулась, чтобы не смотреть, как Исмар выпивает жизнь наемника, но живот все равно скрутило. За спиной грузное тело тяжело упало на землю, заставив вздрогнуть.

— Если тебя это смутило, неженка, то тогда тебе точно место под крылом Катрея, — насмешливо заметил Исмар, проходя мимо и садясь на корточки около потухшего костра.

— Зачем было его убивать? Он ведь находился под воздействием моей магии и был совершенно безобиден! — воскликнула я, сделав шаг вперед.

Мужчина пошевелил сырой хворостинкой потухшую золу и смиренно вздохнул, сдаваясь. В такую погоду развести костер второй раз будет очень сложно.

— Ты сама сказала, что твоя магия нестабильна, — напомнил он, поднимаясь и отряхивая руки. — Этот идиот мог прийти в себя и вновь попытаться убить нас в любой момент. Проще было сразу устранить проблему.

Да, страх перед смертью помог произойти выбросу магии. Моя особенность заключалась в том, что я могла воздействовать на других людей, создавая в них эмоции. Ненастоящие, но очень сильные, способные затмить разум. Заставить действовать так, как нужно мне. Например, защитить от смерти.

Фокус действовал очень редко, поэтому я сама удивилась, когда наемник начал рубить своих же. А вот Исмар сориентировался гораздо быстрее.

Пребывая в шоке от случившегося, осознавая близкую погибель, я не стала противиться и отправилась вместе с Исмаром. Он знал, где находился ближайший постоялый двор и направил своего коня в нужном направлении. На мое предложение закопать трупы Исмар съязвил и уже через минуту забыл об оставленных телах.

«Постоялый двор» — слишком вычурное название для той двухэтажной хибары, куда мы приехали. Здание и его хозяина спасало лишь то, что между Салемом и Аскитреей постоянно ездили путешественники, торговцы и другие, и им приходилось где-то переводить дух, менять лошадей.

Невысокий лысый мужичок, встретивший нас, чуть из штанов не выпрыгнул, увидев Исмара. Конечно, внешний вид его оставлял желать лучшего: кровь и грязь на одежде и теле засохли, представив страшную картину. И только мой более или менее приличный вид его немного успокоил.

— Два номера, плотный ужин и две горячих ванны! — рыкнул Исмар, кидая небольшой мешочек с монетами в руки хозяина.

— Как пожелаете, господин! — закивал мужчина, спешно убирая мешочек. Он не считал, но понимал, что там очень приличная сумма даже медными монетами. — Что-нибудь еще?

— Найдите прачку, вещи должны быть чистыми и сухими к утру. И позаботься о наших лошадях. Им еще нужно выдержать путь до Салема.

Я застыла, не веря в услышанное. Исмар встретил мой ошарашенный взгляд спокойно, даже равнодушно.

— До Салема? — с удивлением переспросила я, когда мужчина побежал на второй этаж проверять состояние комнат.

Исмар недовольно скривился и кивнул.

— Под мою ответственность. Катрею напишу.

Я открыла рот, чтобы задать кучу вопросов или хотя бы поблагодарить, но Исмар резко развернулся и ушел следом за хозяином.