Глава 12

Спать легла вместе с детьми в гостиной. Ваня лег на один диван с Мишей, а я лежала рядом с Машей, дожидаясь, пока они заснут.

Когда дети сладко засопели, посидела рядом с ними еще немного и лишь потом поднялась на второй этаж. Сквозь закрытую дверь слышался голос Руслана.

Он с кем-то разговаривает? Он не один?

Учитывая, что уже происходило со мной в этом мире, ожидать можно было чего угодно. Сделала несколько осторожных шагов, прислушиваясь к разговору за дверью. Не хотелось помешать, какой-нибудь важной встрече. Но, судя по всему, это был телефонный разговор:

— Да… Ага… Хорошо, ты успеешь подготовить с утра документы? — спрашивал Руслан собеседника. И я уже хотела было войти, как услышала то,

что заставило замереть на месте: — Да, Клеева Людмила Владимировна. Дарственная на ее имя. Да, на все имущество.

Что?!

Потерла виски указательными пальцами.

Может быть, я устала? Может быть, Руслан сейчас совсем о другом говорит? Я ведь не слышу второго собеседника. Может быть, мое имя, слова «дарственная» и «все имущество» относились совсем к разным вещам и имелись в виду не вместе?

Вот только червячок сомнений уже зародился.

«Его отец действительно может быть смертельно опасен… и сейчас он…»

Не додумав, толкнула дверь. Руслан, увидев меня, отложил телефон в сторону. Интересно, если я начну допрос с пристрастием, стану выпытывать, кто звонил — это будет перебор?

Данных было катастрофически мало, а Руслан в силу того, что хотел меня защитить и оградить от переживаний, не выглядел сейчас достоверным источником. Может быть, стоило поговорить с его сестрой?

— Как они? — с интересом спросил хозяин дома, и я, к своему стыду, не сразу сообразила, что речь идет о детях.

Детях! Господи, еще недавно у меня не было ни одного, а теперь я беременна, мне надо как-то заботиться сразу о троих, причем один из них — маленький оборотень.

— Уснули, — зарылась рукой в волосы, до боли сжимая, чтобы хоть как-то прийти в себя. — Черт, я, должно быть, отвратительная мать. Надо заниматься с детьми, на кружки их какие-нибудь возить, заставлять что-нибудь делать, а я…

Я хотела сейчас продолжить начатый еще недавно разговор об оборотнях и их законах, о том, что еще может быть в этом мире, но вместо этого вдруг незаметно для себя начала жаловаться.

— Маша с Мишей даже в пределах десяти считают плохо!

— Тшш… — Руслан приблизился и положил указательный палец мне на губы, призывая к молчанию.

В какой момент его глаза стали желтыми? Сейчас в них плясали смешинки, а в глубине таилось тепло.

— Поверь, сейчас им не нужны кружки. Пусть просто почувствуют себя в безопасности. И ты тоже…

— Что я тоже? — рассеянно переспросила, слегка прикусив его палец. Это вышло само собой, на одних инстинктах, но по тому, как потемнели глаза оборотня, как углубилось его дыхание, стало понятно, что ему понравилось.

— И ты тоже в безопасности, — шепнул мне он. — Я готов защищать тебя от всего мира.

«А кто защитит тебя?» — мелькнула грустная, полная боли и отчаяния мысль.

Руслан нежно провел пальцем от скулы вниз по шее, к груди, и остановился на сердце.

Пульс учащался, а нить разговора безнадежно терялась — слишком уж большое искушение стояло рядом. Он прижал меня к себе и поцеловал, сметая все сомнения.

Ласка, доводящая до исступления. Поцелуи и руки, которые становились все настойчивее.

И разделенное на двоих понимание, что все идет так, как должно. Ощущение счастья, правильности происходящего, радости, что звенела в сердце золотыми струнами.

И, уже засыпая с ним в обнимку на кровати, я поняла, что ни за что на свете не хочу возвращаться обратно в свой мир. Да, я скучаю по родителям, но у них есть старшие дети — мои брат и сестра, и я знаю, что с ними всеми все будет хорошо.

* * *

На следующее утро, после того, как отвезли Машу и Мишу в садик, мы с Русланом и Ваней отправились в кафе. Посетителей еще не было, поэтому для мальчика включили мультики на одном из многочисленных экранов в зале, принесли ему завтрак и попросили одну из официанток за ним присмотреть.

А я вместе с хозяином заведения отправилась на экскурсию в подсобные помещения.

Внутри навязчиво звенел тревожный звоночек.

«Почему он решил все показать сейчас? Не потому ли, что я все правильно услышала и он решил переписать имущество на меня?».

Работники были дружелюбны, вежливы, но смотрели на меня с подозрением.

— А это управляющий. Можно сказать, моя правая рука, — представил он мне тощего лопоухого мальчишку, и только когда тот бойко протянул руку для рукопожатия, я увидела сеточку морщин вокруг его глаз и поняла, что этот человек минимум лет на десять старше, чем кажется на первый взгляд.

— Вениамин, — представился он. — Очень приятно.

— Людмила, — кивнула я ему, стараясь быть вежливой. Чем-то этот Вениамин меня настораживал, но чем точно, я понять не могла.

Возможно, дело и было в том, что выглядел он намного младше меня, а обращался при этом с легким снисхождением, какое бывает у умудренных возвратом и опытом людей.

Когда мы уже были в кабинете Руслана, где он показывал мне свое рабочее место, где лежат папки с отчетностью, а где спрятаны документы по подпольному казино, я не выдержала:

— Почему ты вдруг решил мне все показать?

— Ну, тебе вроде было интересно, — пожал он плечами как ни в чем не бывало, — сама же все время спраши…

Он замолчал на полуслове.

— Что ты говоришь? — переспросила, но мужчина не отвечал.

Его лицо странно осунулось, по коже прошла судорога. Глаза остекленели, а выражение стало отсутствующим.

— Руслан? Эй… — тихонько позвала и, не дождавшись никакой реакции, осторожно подошла к замершему на месте мужчине.

У него даже рука до сих пор была приподнята, будто он продолжал ей указывать на какую-то папку.

— Руслан? — по спине прокатился холодок.

Что с ним? Куда бежать? Как помочь? И стоит ли помогать? Может, для оборотней такие «замирания» — признак слабости, и сообщи я его подчиненным об этом, поставлю его место альфы под сомнение?

«Неужели я всерьез так рассуждаю? — пронеслась отстранённая мысль. — Признак слабости… место альфы… дичь».

Но не успела я решить, как конкретно надо спасать этого самого альфу, как его глаза вдруг из карих стали желтыми, брови сдвинулись к переносице, а из приоткрытого рта раздалось низкое рычание.

— Руслан? — мой едва слышный шепот сработал как триггер.

Мужчина резко повернул голову в мою сторону. Словно дикий зверь, учуявший добычу.

Он схватил меня, грубо толкнув к стене, перехватил рукой горло, так что дыхание сперло.

— Что ты делаешь? — я не сразу поняла, что он по-прежнему меня не слышит.

Маленькая комнатка, заваленная кипами документов, сжалась до его ладони на моей шее. Я бесполезно царапала по его футболке ногтями. Его дыхание опалило мою кожу будто жидким огнем.

Вторую руку Руслан запустил мне в волосы, растрепав их. Сердце стучало так сильно, что, казалось, сейчас остановится. Но откуда-то при этом я знала, что его собственное стучит сейчас не менее громко.

— Пусти… — едва выдавила я, но Руслан лишь склонил голову вбок, рассматривая меня как редкое незнакомое насекомое. Вроде и раздавить не жалко, а вроде и любопытно.

Да что с ним такое?!

«А ты думала, оборотни это такие милые зверушки, которых можно держать вместо комнатных собачек?»

В голове начало шуметь от нехватки кислорода, перед глазами плясали звёздочки.

Мужчина наклонился, скользнув носом по моей щеке, а затем вдруг лизнул. Смачно, по-звериному, словно действительно хотел откусить кусок побольше.

— Пусти… — я снова попыталась оттолкнуть его, но это было все равно что стучать кулаками в бетонную стену.

Он снова лизнул меня, на этот раз куда-то в шею, чуть прикусил кожу, сжал, и в ответ на это тело будто прострелила острая горячая волна. Это было похоже на предательство самой себя. Рот сам собой стал наполняться слюной, тело начало обмякать.

«Вот так… останешься здесь, станешь похожа на Люсю. Только твоим палачом будет не пьяный Вася, а куда более злой и опасный нечеловек».

— Руслан… — я всхлипнула, дрожа всем телом, то ли от липкого ужаса, поселившегося во мне, то ли от предвкушения, которое было самой мне противно.

«Нужно бежать отсюда прочь… от этого зверя, из этого мира…»

Вот только вместо ответа я услышала пронизывающий самые потаенные уголки души рык.

Оборотень разжал хватку, но лишь для того, чтобы развернуть меня спиной и попытаться задрать платье.

— Вот хрен тебе! У меня там штаны с начесом! — разозлившись, выпалила я и забилась из последних сил.

Каким-то чудом мне удалось выскользнуть, и, схватив первую попавшуюся под руку табуретку, я что было силы кинула ее в оборотня.

Она попала ему в голову и отлетела к стеллажу, с грохотом роняя толстые папки.

Руслан потряс ушибленной головой и принялся потирать ее:

— Что тут?.. Ты что-то говорила? — смотря на упавшие бумаги, он выглядел искреннее недоумевающим.

— Ты только что чуть не придушил меня, придурок! — я закусила до боли губу, чтобы хоть как-то сдержаться.

О том, что он еще чуть не сделал, я промолчала. Хотя всю трясло от произошедшего.

— Я… Что?

В этот момент в дверь постучали.

— Руслан Раисович, можно? — помощник вошел и лишь потом спросил.

Скользнул безразличным взглядом по валяющимся на полу папкам, по растрепанной и взъерошенной мне.

Я залилась краской при мысли о том, что было бы, войди он на минуту раньше.

— У нас тут проблема. Большая проблема! — трагическим голосом произнес Вениамин.

«Вот именно. Тут одни сплошные проблемы. Нужно валить!» — внутренний голос не желал сдаваться.

Я не могла до конца выровнять дыхание. Что это вообще было? В него демоны вселились? Одержимость? От этого проклятого мира уже всего можно ожидать.

— Какая проблема? — рассеянно переспросил Руслан. Он пытался прийти в себя.

Интересно, а часто с ним вообще бывает такое?

— Алкоголь! — голос Вениамина был полон суеверного ужаса.

— А что с ним? — Руслан облизнулся и посмотрел в мою сторону.

Кажется, он уже тоже начал понимать, что к чему, и проблемы с алкоголем в баре были последним, что он сейчас хотел обсуждать.

— У нас его нет! А вечером будет покер. Большой турнир. Куча народу. И… все закончилось. Сегодня должны были поставить, но что-то сорвалось, машина сломалась, там… короче, у нас проблема.

— Нашли проблему… — буркнула я, закатив глаза.

— Что, простите? — помощник Руслана смерил меня таким взглядом, словно бы я сейчас оскорбила не только лично его, но и весь его род до седьмого колена.

Я же на это только пожала плечами. Мне срочно нужно было на что-то отвлечься. На что-то, что я умею, понимаю, что просто и логично. А не думать о том, что моя жизнь теперь похожа на мистический фильм ужасов.

— Обзвоните других поставщиков, — иногда людям приходится объяснять элементарные вещи.

— Всех дистрибьюторов обзвонил, обещают минимум через два-три дня привезти, — задрав нос, надменно отрапортовал Вениамин, тут же теряя ко мне всякий интерес. — Руслан Раисович, что делать будем? Мы ж в розничных магазинах закупать не можем. Нас же проверяющие убьют.

Его реакция задела. Это было все то же снисходительное отношение, совсем как когда я обедала здесь в первый раз и предлагала Руслану разные идеи. И сейчас я терпеть такое не собиралась. Тем более это была отличная возможность переключиться и просто не сойти с ума.

— Где список поставщиков? — потребовала я.

— Вот.

Он передал мне бумагу, где были указаны номера городских телефонов и какие-то номера складов.

— А контакты менеджеров где? С кем вы там разговаривали?

— Так при чем тут менеджеры, мне ж уже готовое забрать надо. Они там начнут втюхивать, я и так все сорта знаю.

— Менеджмент, — вырвалось у меня против воли, — это не только про «втюхивать». Это еще про логистику, про счета, про умение правильно организовать процесс и сжать любые сроки. Про логическое мышление, в конце концов, и умение видеть выгоду.

Видимо, это были последствия стресса, потому что меня ощутимо несло в этом словесном потоке восхваления собственной профессии.

— Люда, я разберусь… — начал было Руслан, но я его перебила.

— Нет. Это я разберусь, — отрезала, и, видимо, что-то было в моем лице такое, что он не рискнул спорить. — Через пару часов, я гарантирую, они передерутся за право доставить вам товар.

Все, что мне было нужно — это телефон и интернет. Ну еще ручка с бумагой, так как записи я привыкла вести вручную.

Выйдя в зал, я уселась рядом с Ваней, который с интересом смотрел какую-то детскую передачу.

— Люда… — увидев меня, он воровато огляделся. — А можно мне еще тех сырников, которые мне приносили?

— Да, конечно, — улыбнулась ему, — я сейчас попрошу.

За то время, что он был у нас, Люсина мама ни разу не позвонила и не побеспокоилась о ребенке. Я мельком взглянула на телефон — симку Люси я пока не выключала, но звонков на нее не поступало.

«И это хорошо… еще не хватало очередных новых старых знакомых».

Пока Ваня уплетал вторую порцию сырников, я проводила краткий анализ рынка. В общем, просто вбила в поисковик названия тех компаний, которыми был испещрен лист Вениамина. Собрав краткую информацию, позвонила в приемные и, в некоторых случаях легче, в некоторых сложнее, добилась того, что мне дали номера отделов менеджмента. С предвкушением потерев ладони, набрала первый номер.

Самой большой проблемой рекламных отделов подобных компаний было то, что у них огромные бюджеты, которые надо осваивать, но очень мало способов сделать это законно.

— Отдел рекламы, — заученно ответил мне на том конце связи усталый мужской голос.

Чуть кашлянув, я слегка поменяла тон, постаралась говорить выше и тоньше — на всякий случай, чтобы голос потом не узнали.

— Здравствуйте! Это беспокоят из клуба «Алиса», по поводу запланированной на сегодня вечер BTL-акции на закрытом мероприятии… — я назвала адрес клуба и, не давая времени возразить, бойко продолжила: — Дело в том, что у вас было оплачено размещение только одного стенда с продукцией, плюс верхняя полка в баре, но мне доставили аж четыре коробки.

— Эм… — похоже, парень на том конце провода соображал туго. — Подождите, я дам трубку начальнику. Какой у вас адрес, вы сказали?

Я послушно повторила. Меньше чем через минуту собеседник сменился. На этот раз голос был куда более заинтересованным.

— Здравствуйте. Меня зовут Роман Потапов, с кем я разговариваю?

— Катя, — наугад ляпнула я, не выходя из роли, — то есть, Екатерина, да. Роман, подскажите, вы заберете свои коробки? Или что мне начальству сказать? Осталось меньше девяти часов до мероприятия, премиум-вечеринка для людей с верхним диапазоном зарплат, сами понимаете. А еще дегустацию готовить и проект освещения мероприятия в соцсетях, для большего охвата целевой аудитории… Мне за любые косяки премию снимут…

— Я был бы рад выручить вас, Екатерина, — по нетерпению и интересу в голосе менеджера было слышно, что наживу он заглотил, — но дело в том, что я не нашел ни одного контракта с вашим клубом…

— Как?.. — я очень надеялась, что мой «шок» выглядит натурально. — Подождите… А кому я звоню?! — добавила в голос истеричных ноток.

Роман с готовностью назвал мне свою компанию.

«Теперь выждать три секунды», — мысленно скомандовала я себе.

— О, Боже! Простите, пожалуйста! Я перепутала. Вот черт! Простите, никакой вечеринки не планируется, рекламных акций мы не проводим. Извините за беспокойство. Всего доброго. До свидания.

И положила трубку.

В этот же момент из подсобных помещений в зал вышли Руслан со своим помощником.

— Люда, вот ты где… — от его виноватого вида я невольно вспомнила пережитое в кабинете пару минут назад. Тяжело сглотнула.

— Она утащила мои бумаги! — возмущенно пожаловался Вениамин, с таким видом забирая лежащие на столе записи, словно уличил меня в краже. — Руслан Раисович, ну хоть вы скажите!

— Люда, я… давай поговорим, хорошо?

— Руслан Раисович! А с алкоголем-то что делать?

— Просто ждать, — усмехнулась я, отвечая вместо хозяина заведения.

— Руслан Ра… — в этот момент телефон Вениамина вдруг зазвонил. Из-за взвинченного состояния он даже не посмотрел, кто звонит, и, вымещая всю свою злость на оппоненте, громко гаркнул. — Алло!.. В смысле, не звонил?.. Из какой вы компании?

Лицо помощника вытянулось, глаза широко распахнулись.

— По поводу поставок мы вам звонили, нам нужно… Извините, я не понял насчет оплаты, сколько мы… Что? Сколько нам нужно заплатить за поставку?

Рот мужчины открывался и закрывался, будто он рыба, выброшенная на берег. Я же мысленно усмехнулась. Кажется, его мир больше никогда не будет прежним.

— Дай мне трубку, — я протянула руку.

Руслан, наблюдавший за этой сценой, заторможенно кивнул…

…Надо ли говорить, что к вечеру весь бар был заполнен? Причем не только одним дистрибьютером. Слухи расползаются быстро, особенно в таких сетях, так что предоставить свою продукцию на вечер желающих было хоть отбавляй.

Да, нам придется поставить бутылки с определёнными марками на каждый стол, устроить дегустацию. А еще как-то умудриться отфотографировать мероприятие так, чтобы лиц присутствующих не было видно, как и того, чем они все занимаются. Но оно того стоило. Судя по загоревшимся глазам Вениамина, деньги, которые им предложили бренды за участие в акции, были неплохими.

— Кто ты и что сделала с Людой? — восхищенно прошептал Руслан, когда понял, что я провернула.

«Вот он! Лучший момент для того, чтобы все ему рассказать!»

— А что ты сделал с тем, кто в тебя вселился утром? — вместо этого тихо спросила я.

Руслан тут же потемнел лицом, отстраняясь.

— Я сам не уверен, что это было. Но этого больше не случится.

— Твой отец… может быть, как-то с этим связан?

Перед глазами все еще стоял Раис, вытянувший с видом победителя руку с клоком волос сына. Мало ли какая еще магия есть в этом мире…

— Этого больше не случится, — упрямо мотнул головой Руслан вместо ответа…

…День прошел быстро. Ваня с любопытством исследовал клуб, помогал в кухне, в подсобках, когда нужно было принести что-нибудь легкое или позвать кого-нибудь из работников.

Вениамин, смотревший на меня теперь совершенно другими глазами, слушал советы по поводу того, где и что ему нужно будет размещать вечером.

В итоге уехали из клуба мы с Ваней только под вечер, по пути забрав Машу и Мишу из садика.

Руслан остался, чтобы проконтролировать, как пройдет вечер. Но перед тем, как уехать, я взяла у него под видом «не с кем пройтись по магазинам» номер телефона его сестры. Мне нужен был хоть кто-то, кому можно рассказать о случившемся и у кого спросить совета. И если Руслан доверял Нике настолько, что отпустил меня с ней в логово Барса, значит, и тут я могла ей довериться. По крайней мере, в том, что касалось безопасности ее брата.

Я уже взялась за телефон, когда на него пришло сообщение. Наверное, мать вспомнила о Ване. Вот только отправитель оказался совсем другим человеком:

«Если хочешь спасти своего ненаглядного оборотня, приходи через два дня в мой офис. В противном случае, то, что случилось сегодня — повторится. Барс».

— Так это он сделал?! — не удержалась я, но спустя минуту получила новое сообщение.

«Если ты думаешь, что это я — глубоко ошибаешься. Я всего лишь хочу помочь предотвратить непоправимое. Расскажешь волку об этом — сделке конец».

Вот теперь точно пора было звонить Нике.

* * *

Когда Руслан решил показать Людмиле клуб, он был искренне польщен ее воодушевлением. Кто бы мог подумать, что ей так понравится?! Безусловно, он сам гордился своим детищем. Когда-то тут был настоящий притон, закрывшийся в одно время из-за произошедшего убийства.

Тогда его отец умудрился в одночасье переругаться со всей нечистью в городе, развалить клан, довести до того, что они оба стали беглецами, вынужденными прятаться в собственном доме.

— Мы проиграли битву, но не войну, — шипел отец.

А вот Руслан действительно не понимал, зачем нужно продолжать все это.

— Тебе не кажется, что нужно остановиться?

— Пока последняя погань из тех, кто посмел напасть на нас, не подохнет, мы не сдадимся. Нужно вернуть былое величие.

— Величие? Это ты о том, как в образе волка нападал на женщин в парках и потом насиловал их?

— Я смотрю, ты переобщался с вампирской подстилкой, — брезгливо морщился отец.

Но Вероника Руслану нравилась. Даже несмотря на то, что та вышла за муж за их врага.

— Она твоя дочь. И моя сестра. Не называй ее так.

— Смеешь спорить со мной, щенок? Забыл, на чьей стороне ты должен быть?

Ему действительно уже очень скоро пришлось решать, на чьей он стороне. Либо примкнуть к отцу в очередном самоубийственном плане по очищению города от «погани», либо восстать против него, сразиться, победить и самому встать во главе того, что осталось от некогда самого многочисленного клана Старославля.

С тех пор прошло около трех лет. Ему удалось не только восстановить свою репутацию, вновь собрать готовых примкнуть к нему нелюдей, но и создать «модное» место притяжения городской жизни и зарабатывать на этом.

Первое время на то, чтобы вывести бюджет клуба в плюс, уходило практически все время и вся энергия. С открытием нелегальных покерных турниров и казино дела пошли куда веселее. Вся выручка уходила на поддержание жизни клана. У кого-то заболел ребенок, у кого-то случались проблемы с законом, кому-то необходимо было помочь с жильем… Руслан много вкладывался в то, чтобы помочь деятельности школы, расположенной в пригороде, со специальными классами для «особенных» детей.

Впрочем, школу спонсировал не он один. Муж сестры, Виктор Алмазов, с рождением сына так же начал интересоваться тем, как обучаются дети нелюдей в их городе и что можно сделать, чтобы улучшить условия, не привлекая при этом лишнего внимания.

И, в общем-то, жизнь Руслана была вполне устоявшейся и стабильной. Ему нравилось то, чем он занимался, он пользовался уважением среди чужих и своих. В городе наступил относительный мир, никто ни с кем не воевал, и в этом он видел и свою заслугу.

Единственной проблемой молодого альфы оставался его отец.

Тогда, три года назад, Руслан не смог убить его, несмотря на то, что знал — будь такой шанс у отца, он бы не сомневался ни секунды и перекусил глотку посмевшему замахнуться на место вожака волку, кем бы тот ему ни приходился.

После проигранной битвы отец был изгнан в мир людей, нелюди его чурались и сторонились. Если бы Раис попробовал что-нибудь снова выкинуть — ему бы это стоило жизни. За него взялись бы Арбитры — нечто вроде верховного суда для нечисти и службы исполнения наказания в одном лице.

Но до тех пор, пока у Руслана не было наследника, отец, в теории, все еще мог оспорить его власть. Сразиться с ним и в случае выигрыша потребовать клан присягнуть ему вновь.

Все это подводило к тому, что Руслану нужен был ребенок. Ребенок, взять которого было неоткуда. В его клане все женщины уже имели пару. А человеческие очень редко беременели от таких, как он.

Да и просто оборотнем мог стать далеко не каждый. Это все байки, что достаточно быть укушенным в полнолуние, и покроешься шерстью. Нужно было уже быть рожденным родителями-оборотнями или иметь хотя бы рецессивный ген.

Его отец в своей жизни насиловал многих, но сестра у Руслана была всего одна.

И вот тогда-то Виктор Алмазов и сделал ему предложение, от которого было очень сложно отказаться.

Они сидели в кабинете вампира, в его медицинском центре, Руслан пытался вчитаться в бесконечные формулы и расчеты.

— Если ты позвал меня за тем, чтобы показать это — вынужден тебя разочаровать. Я понимаю тут только предлоги, и то не все, — оборотень захлопнул папку и вернул ее на стол.

— Ты ведь знаешь, что я давно увлекаюсь генетикой. Пытаюсь разобраться, что к чему, пока мы все окончательно не вымерли, — пожал плечами Виктор и нажал какую-то кнопку на столе. — Лена, принесите кофе, пожалуйста. Ты будешь?

Руслан отрицательно мотнул головой. Подобные «семейные» посиделки его не вдохновляли.

— Ну, как хочешь… Так о чем я? О, да. Выживание.

— Такие, как ты, живут сотни лет. Тебе ли говорить о выживании?

— Длинная бессмысленная жизнь, которая все равно рано или поздно закончится. Но теперь у меня есть жена и сын. Мое наследие. И я не хочу, чтобы он был так же одинок в будущем, как я когда-то.

— Ты позвал меня, чтобы так витиевато сообщить о том, что вы ждете еще одного ребенка? Что ж, поздравляю, очень рад, — хмыкнул оборотень.

Виктор досадливо поцокал:

— Нет. Второго, если и планируем, то не сейчас. Но у меня есть двенадцать холостых братьев. И я был бы рад осчастливить их так же, как и себя.

«Осчастливить» в его устах звучало слишком ехидно, впрочем, зная от Ники, каким проблемным был племянник в младенчестве, в этом не было ничего удивительного. Оба родителя спали буквально по паре часов в сутки. Это сейчас малыш уже подрос и все более или менее вошло в норму.

— Это все, конечно, хорошо и здорово, — кивнул Руслан. — Только я-то здесь при чем?

— За много лет исследований женщин с геном вампиризма я не обнаружил. Были только мужчины, — охотно пояснил Виктор. — Так что если и пробовать, то искать тех, кто, как и Ника, имеет связь с оборотнями…

Руслан нахмурился. Это был намек, чтобы он отдал кого-нибудь из своего клана?

Не дождавшись ответа, Виктор шумно выдохнул и наконец сказал прямо:

— Слышал что-нибудь про экстракорпоральное оплодотворение?

— Это что-то из лечения бесплодия, — Руслан вскинул брови, удивленный вопросом.

— У нас в клинике организован пункт сбора крови…

На этих словах оборотень едва сдержал усмешку, но Виктор не обратил на нее внимания:

— И я уже год как провожу дополнительные исследования, когда кровь сдают женщины детородного возраста. Всем, кто подходит, мы предлагаем дополнительно стать донорами яйцеклеток. И затем проверяем уже непосредственно сами яйцеклетки.

— Подожди… — до Руслана наконец дошло. — Ты хочешь искусственно вывести маленьких вампиренышей?

На первый взгляд, в этом не было ничего ужасного, все-таки он мог понять естественное для многих желание иметь ребенка. С другой стороны, вся его природа оборотня буквально вопила о том, что и один вампир — это слишком много, а уж когда он сможет размножаться с неограниченной скоростью…

— Я был бы рад, если бы у моего сына появился кузен или кузина, — как ни в чем не бывало пожал плечами Виктор. — Не все из моих братьев готовы стать отцами, но кое-кому это могло бы действительно помочь. Обрести почву под ногами, так сказать.

— И я все еще не понимаю, при чем тут я.

Руслан сказал это слишком резко. Он почувствовал, как волк внутри него начинает подавать голос, выпускать когти, защищая хозяина.

Вампир досадливо поморщился, видя его реакцию. В этот момент в комнату вошла секретарша с кофе.

— Спасибо, Лена! — с чувством произнес Виктор.

Леночка, женщина лет пятидесяти в брючном костюме ярко-красного цвета и с такой же яркой помадой, заулыбалась начальнику:

— Еще что-нибудь нужно, Виктор Альбертович?

— Нет, спасибо. Я позову, если что.

— Жена к секретарше не ревнует? — хмыкнул оборотень, стараясь сгладить момент, успокоить внутреннего зверя.

— Если только к тому, какой она делает кофе, — пошутил Виктор. — Так вот, касательно моих экспериментов. Я пробовал уже раз пять, если не больше. Эмбрионы не выживают. В общем-то, поэтому я тебя сюда и позвал. Тебе ведь нужен наследник, чтобы упрочить власть и место в собственном клане? А мне нужен удачный эксперимент, чтобы понять, что я делаю не так. Ты оборотень, так что в твоем случае в результате можно быть уверенным.

— Ты предлагаешь мне завести ребенка путем ЭКО?

Еще никогда прежде он не понимал выражения «выпасть в осадок» так буквально.

— Ну сам подумай, наш общий знакомый Нагицкий перепробовал в своем театре не одну сотню женщин, прежде чем одна из них забеременела. Ни в коем случае не осуждаю, но если ты планируешь когда-либо завести семью, тебе придется очень долго искать пару.

Руслан невольно кивнул. Да, девочки в семьях оборотней не такая уж и редкость, но обычно родители сватают их еще с младенчества. Чтобы найти подходящую невесту, ему пришлось бы ездить по другим кланам в соседние города, затем либо выкупать ее, либо родниться с ее семьей и подчиняться ее отцу.

Он передернулся, вспоминая ближайший от них клан. Тот располагался в маленькой деревушке Песье, километрах в ста от Старославля.

Члены этого клана вели довольно затворническую жизнь, ни сотовой связи, ни интернета. Разве что электричество признавали, и то постольку-поскольку.

«Старообрядцы мира нечисти», — как говорил про них отец когда-то. Связаться с подобными им — все равно что добровольно согласиться жить в Средневековье.

Или действовать как Герман: чем больше партнёрш — тем выше шансы. Несмотря на уважение к рогатому, мысли о таком способе решения проблемы вызывали внутреннюю брезгливость из-за того, что это могло сделать Руслана похожим на отца.

— У меня есть отличная кандидатка. У нее уже есть муж, дети, и им очень нужны деньги. Так что проблем не будет.

Виктор достал из шкафа тоненький файл со вложенными в него листками. Открыв, Руслан обнаружил в нем всего пару бумаг, одной из которых была заполненная от руки автобиография с криво наклеенным фото.

«Людмила Владимировна Клеева. 23 года».