Глава 14

Ночью я так и не смогла уснуть, а к утру напряжение достигло апогея. Тимур, которому я позвонила, божился, что ничего не знает. Сохранять лицо и присутствие духа, чтобы не волновать детей, становилось сложнее с каждой минутой.

А что, если я уже опоздала? Что, если Раис уже добрался до Руслана?

Я прождала сутки, бесполезно пытаясь дозвониться на отключённый телефон. Позвонила Нике — та ожидаемо ничего не знала. Пока дети были в садике, а Ваня — первый день в школе, я просто слонялась из угла в угол, не в силах занять себя хоть чем-то.

Но хозяина дома все не было.

На следующий день, после того, как развезла детей, я попросила Тимура закинуть меня в клуб. Может быть, помощник Руслана Вениамин что-то знал?

Еще в машине, до того, как мы подъехали к зданию, отправила Нике СМС с вопросом, не удалось ли что выяснить.

— Ох, да не переживайте вы так. Руслан Раисович, конечно, не из тех, кто внезапно исчезает, но всякое может случиться…

— Вот именно. Всякое. Это меня и пугает.

Слишком уж много вариаций могло быть в этом мире у «всякого».

В клубе о владельце тоже никто ничего не слышал. По крайней мере, так мне показалось вначале. Вот только, стоило начать расспрашивать чуть подробнее, и я поняла, что со мной просто не хотят разговаривать. Официантки опускали глаза и бормотали что-то насчет «пора проверить клиентов», и это при практически пустом зале. Администратор молол какую-то чушь про «срочный приход сантехника». В кухне и вовсе попросили выйти, потому что «посторонним не положено, тут санитарная зона, простите, вас плохо слышно». И эти же люди позавчера искренне улыбались мне, здоровались и показывали все тонкости своей работы в любых «зонах». Ну да, просто тогда Руслан был со мной.

В конце концов, мне удалось подловить в одной из подсобок сновавшего туда-сюда помощника Руслана — того самого, что имел чрезмерно юный вид:

— Если Руслан Раисович не доложил вам, где его искать, — поджимая губы, ответил Вениамин, — может быть, и искать его не следует?

— То есть, ты знаешь, где он? — не сдавалась я.

— Нет. Не знаю, — Вениамин пожал плечами. — Но отсутствие владельца работу не отменяет.

Его холодный и надменный тон если и задевал, то не сильно. В конце концов, я не могла судить о профессиональных навыках этого человека. Может быть, он сейчас тоже переживал из-за пропажи работодателя и потому вёл себя так.

— Может быть, я помогу? — это было лучше, чем ходить из угла в угол в маленьком домике у кладбища, в ожидании, когда хозяин этого дома вернется.

Я была готова к тому, что Вениамин согласится не сразу, вот только сильно недооценила размах его недовольства:

— Думаете, один раз повезло, удачно наврали с три короба, и теперь незаменимый сотрудник? Уж не знаю, что нашел в вас Руслан Раисович, но я бы вам даже тарелки мыть не доверил, не то что чем-то серьезнее этого здесь заниматься. Мы тут вообще-то деньги зарабатываем, а не в игры играем.

Вдох. Выдох. Спокойно. Он сейчас не обо мне говорит. О Люсе. Я и сама была о ней не самого высокого мнения. Хотя позавчера это не мешало спрашивать у меня подробности сделки о рекламной кампании алкоголя, когда надо было прикрыть его же косяк с поставками.

За дверью кто-то шушукался. Должно быть, наш разговор подслушивали.

Что делать?

Спорить с такой категоричностью — бесполезно. Грубая сила в любом случае не на моей стороне. Выставлять себя истеричкой и начинать орать прямо сейчас?

Повисла тишина, на фоне которой несмелый стук в дверь прозвучал громом.

— Вениамин Альбертович, — в подсобку осторожно просунула белокурую голову одна из официанток. — Там, кажется, из какой-то службы пришли…

— Кто-то из наших? — нахмурился мужчина, тут же забывая обо мне.

Девушка отрицательно затрясла головой. Форменный передник у нее сбился набок, блузка взмокла. Кажется, сюда она бежала.

Помощник Руслана пошел за работницей клуба, а я тенью отправилась следом. На первом этаже в зале действительно стояли трое. Двое из них высокие, широкоплечие. Вроде не братья и далеко не близнецы, но удивительно похожие, еще и форма одинаковая. Кажется, поменяй их местами — и не заметишь разницы.

Пожарники, что ли?

А вот третий — низкорослый и тучный. С огромной залысиной и маленькими бегающими глазками.

— Кубарев… — едва слышно простонал Вениамин, как только увидел толстяка. — Да что ж ты… Всего-то чуть больше ста тысяч проиграл.

Мужчина тихо выругался, что было не очень хорошим знаком.

— Кто он? — я и не ждала, что управляющий ответит на мой вопрос, в конце концов, он ясно дал понять, что не желает меня здесь видеть, но, видимо, волнение все-таки развязало ему язык.

— Чиновник средней руки. Проигрался позавчера здесь.

Я понимающе кивнула. Интересно, против таких случаев у них есть приемы? Зачем вообще допускать к играм тех, кто может потом устроить проблемы в случае проигрыша?

Когда подошли к мужчинам, первыми представились двое в форме:

— Старший инспектор пожарной безопасности Кравцов, — представился левый, тыкая в нос красной корочкой.

— Юрьев, — второй показал свой документ так быстро, что разглядеть что-либо было невозможно.

— Мы хотели бы побеседовать с владельцем, — а вот это был уже толстяк. Он представляться не стал.

— Дмитрий Сергеевич, рад вас видеть в добром здравии, — обратился к нему Вениамин. — Руслана Раисовича сейчас нет. Но вы скажите, по какому вопросу приходили, и я ему передам.

— Внеплановая проверка пожарной безопасности, — отрапортовал один из тех, что в форме. — Мы хотели бы осмотреть здание.

Он протянул документы Вениамину, но тот на них даже не взглянул, схватившись за телефон.

— Подержи, Маша, — не глядя, сунул бумаги и без того бледной официантке. — Позаботься о гостях. Я сделаю пару звонков и приду.

«Он что, серьезно? Вот так спихивает все на бедную девочку? Она же только что в обморок не падает!»

Официантка выглядела действительно жалко. Причем это была та самая девушка, что строила глазки Руслану, когда мы с ним здесь обедали. Мне бы

порадоваться тому, как все для нее оборачивается, но на самом деле было ее жаль.

Вениамин поспешно ретировался, пытаясь дозвониться до кого-то. Минуты не прошло, как мы остались впятером. Я, несчастная, взмокшая от волнения работница клуба и трое проверяющих.

Я прищурилась. Если бы действительно куда-то просочилась информация о казино, тут были бы не эти трое, а ОМОН, СОБР, или что тут у них вместо этого. Крупную добычу предпочитают не вспугивать, а ловить на горячем. И вряд ли Руслан с его «оборотнями» в полиции, с которыми я уже сталкивалась, не подстраховался от подобных вариантов. А тут говорят прямо и хотят увидеть владельца.

Намекают на взятку? На списание долга? Или толстяк надеется, что сможет сам «перехватить» прибыльный бизнес?

— Эм… что мне… что я… — начала мямлить официантка, тем временем, комкая в руках заветные бумаги.

«Ну вот о чем думал Вениамин? Ей же сейчас «Скорая» понадобится!»

— Спасибо, Маша. Дальше я сама, — я выступила вперед, чуть задвигая официантку за себя. — Итак, господа. Вы утверждаете, что на нас была подана жалоба?

— С чего вы взяли? — подозрительно прищурился Дмитрий Сергеевич, оглядывая меня с головы до пят. — И вы кто вообще? Я вас тут впервые вижу.

— Я помощница управляющего, Людмила, приятно познакомиться. Каким образом, вы говорите, было отправлено уведомление?

Я лично на работе никогда не вела дела с госпроверками, но кое-какой опыт работы с чиновниками имела.

— Какое еще уведомление? — снова переспросил мужчина.

— Ну как же, о внеплановой проверке необходимо сообщить не позднее чем за двадцать четыре часа до ее начала, и она может быть организована или при вводе объекта в эксплуатацию, или по результатам предыдущей проверки, или по жалобе частного или юридического лица, — выпалила в порыве вдохновения. — Или проверка не сейчас, а вы пришли нам только сообщить, что она начнется завтра?

— Эм… — одинаковые мужчины в форме покосились на толстяка.

— Мы уведомляли, — не сдался тот. — Звонили по городскому телефону.

— Хорошо. — я кивнула заметно приободрившейся официантке. — Маша, запиши, пожалуйста, взять распечатки всех телефонных звонков.

Одно я знала точно: спорить в таких случаях на месте бесполезно. Проще собирать все их косяки и потом с ними идти в суд. Но тут до суда и дойти не должно было. В конце концов, не зря же Вениамин бросил все на официантку и сбежал.

— Да-да, конечно, — закивала та.

— Что ж, господа. Раз все формальности у вас соблюдены, пойдемте, покажу вам подсобные помещения.

Атмосфера в клубе каким-то чудесным образом изменилась. Если еще час назад со мной никто не хотел разговаривать, отвечали через губу и вообще вели себя так, словно я пустое место, то сейчас все каким-то чудесным образом поменялось на сто восемьдесят градусов. Больше всего на свете я опасалась, что персонал начнет противиться тому, что я взяла на себя «чужие» обязанности, будет ставить палки в колеса или вообще не пустит меня, например, в кухню.

Но нет, все прошло так, словно я действительно разговаривала с инспекторами на законных правах. И на законных же правах записывала все озвучиваемые ими нарушения.

— Что-то не вижу у вас заключения о рисках возникновения пожара, а расстояние до запасного выхода… Ох, придется вам капитальный ремонт делать. А вот тут плита слишком близко. А тут слишком далеко от сигнализации… — перечислял один из тех, что в форме.

— Да-да… сейчас выдадим вам предписания, выпишем штраф, а потом… — продолжал второй.

— А потом придём, снова проверим и снова выпишем. Если, конечно, не придётся совсем вас закрыть. Нарушения-то серьезные, — опять подхватывал первый. — Нам даже идти далеко не надо — наше здание через дорогу.

Мужчины засмеялись. Толстый Дмитрий Сергеевич потирал ручки.

«Ну и где Вениамин? Где его спасительные телефонные звонки нужным людям?» — тем временем, думала я. Прошло уже с полчаса, как я сопровождала проверку, а настоящего управляющего не было даже слышно.

И, тем не менее, на словосочетании «здание через дорогу» у меня в голове что-то щелкнуло.

— Скажите, а обедаете вы где? — улыбнулась я мужчинам. В голове медленно, но верно созревал план.

Я предложила проверяющим пообедать — отказываться они не стали. По крайней мере, те двое, что сопровождали Дмитрия Сергеевича. Отдав на кухню соответствующее распоряжение, я предложила толстяку поговорить наедине:

— Хотелось бы обсудить с вами по пунктам выявленные нарушения, — сообщила ему, а он, кажется, только того и ждал.

Кроме как кабинет Руслана, других подходящих помещений я не знала и, идя туда, боялась, что оно занято Вениамином. Но нет. Того нигде не было.

«Пешком, что ли, он пошел договариваться, чтобы от нас проверки отстали?»

— Ну вы же понимаете, что в случае, если вы не исправите это в течение десяти дней, ваш клуб придется закрыть? — доверительно сообщил мне проверяющий, удобно устраиваясь на стуле для посетителей.

Ох, как же меня бесят такие!

Закатила глаза, изо всех сил стараясь держать себя в руках. Такие люди понимают только язык денег и силы.

— Дмитрий Сергеевич. Я не в курсе, сколько денег вы оставили тут день назад. Но, должно быть, сумма для вас значительная, раз устраиваете такие фокусы.

Я старалась говорить как можно жестче, хотя внутри все замирало от собственной наглости. Неужели это и вправду я сейчас говорю? Смело, хлестко, жестко.

— Да что вы себе позволяете?! — толстяк словно только и ждал возможности поругаться.

— Это что вы себе позволяете?! Даже без учета того, что наш клуб имеет влиятельных покровителей, — это было пальцем в небо, но я надеялась, что выглядит внушительно, — вы с вашим актом проверки можете разве что сходить в туалет. Ни один суд не признает проверку законной.

— Я вам такой суд устрою! — шипел рассерженной змеей чиновник. — У меня все судьи в городе знакомые! Так что посмотрим еще, кто кого!

«Ну да, ну да. Хорош не тот адвокат, что знает закон, а тот, что знает судью», — скривилась я.

Мне претило сотрудничать с таким человеком, не хотелось с ним даже разговаривать. Да и вообще, то, что я собиралась ему предложить, заставляло меня внутренне морщиться от брезгливости. Но, похоже, без Руслана, дело дальше не сдвинется.

— Очень жаль, что вы выбрали путь войны, а не путь мира… — я вздохнула. — Но раз вы так не хотите вернуть проигранные деньги, а стремитесь понести еще большие расходы…

— Вернуть? — толстяк моментально заглотил наживку, вытягивая шею вперёд. — «Вернуть», вы сказали?

«Попался».

Я снисходительно кивнула ему, а сама незаметно ущипнула себя, чтобы не выкинуть какую-нибудь глупость:

— Как насчет контракта на поставку комплексных обедов для пожарной части?

— Что вы имеете в виду? — нахмурился он.

— Мы с вами заключаем контракт, наш бар получает за него деньги. А вы получаете определенный процент, который в противном случае и так бы пришлось вложить в рекламу, чтобы продать эквивалентное количество бизнес-ланчей.

Это называется «откат». Ох, до чего я докатилась! А ведь еще недавно считала коррупцией то, что полицейский отпустил Руслана с непристёгнутыми пассажирами без штрафа.

Улыбка на моих губах висела как приклеенная, но мне было совсем не до веселья. Я просто не знала, как еще решить эту проблему здесь и сейчас. Да, не самое лучшее решение, но что-то Вениамин других вариантов не предложил.

Толстяк, тем временем, задумался, а затем, чуть придвинувшись, осторожно спросил:

— А если мы заключим не один контракт?

— Что вы имеете в виду? — вернула ему вопрос.

— Бюджетных учреждений много… — он оскалился, как шакал, учуявший падаль. — Какое количество обедов вы способны выдавать в день?

Уже через полчаса мы обсуждали в кухне возможные объемы. Пришлось позвать даже бухгалтеров, которые прикидывали затраты и необходимые закупки. Точные цифры обещали предоставить уже к завтрашнему дню.

Протокол внеплановой проверки был порван и всеми забыт. Уходил Дмитрий Сергеевич Кубарев весьма довольный собой, сердечно пожимал всем руки, а двое его подчиненных к концу пребывания в клубе уже начали вовсю флиртовать с официантками.

И только спустя минут пять после того, как незваные гости ушли, вниз спустился Вениамин. В этот момент мы как раз стояли в кухне, обсуждая с поварами, надо ли будет нанять для них помощников.

— У Руслана Раисовича есть помещения недалеко отсюда. Можно будет оборудовать кухню там и для доставки готовить отдельно, — вдруг предложил один из работников.

Все остальные с воодушевлением включились в обсуждение этой идеи.

— Она все еще здесь? — подошедший к нам управляющий недовольно покосился в мою сторону. — В общем, без Руслана Раисовича было трудно решать подобные вопросы… но я обо всем договорился.

Он самодовольно улыбнулся, отчего стал похож на школьника, которого похвалили у доски.

— О чем это — обо всем? — обернувшись, спросила я.

— Обо всем, чтобы у нас не было проблем, — он закатил глаза, говоря со мной словно с маленькой. — А теперь покиньте, пожалуйста, кухню.

— Вениамин, ты бы это… — неожиданно возразил ему один из поваров, широкоплечий и усатый, в белой бандане.

— Людмила Владимировна, не уходите… — попросила официантка Маша.

— Да, Веня, с новым заказом ты сам будешь разбираться? — а это уже кто-то из барменов.

— Нам еще объемы считать! — влезла тучная женщина-бухгалтер.

— Каким еще новым заказом? — ужаснулся управляющий.

— Людмила Владимировна, — вдруг перебила его официантка, — у нас никто не знает, куда Руслан Раисович пропал. Вениамин поэтому так долго и прятался — все силы на поиски брошены, кто ему сейчас будет проблемы с законом решать? Вы только нас не бросайте…

— Это кто это прятался?! — взвизгнул Веня, но его тут же оттеснили в сторону.

— Ты это… сходи проветрись. А то перенервничал, небось, — хмыкнул усатый повар, грозя сковородкой. — Не мешай нам серьезные дела обсуждать.

— Да она… да вы… — от негодования управляющий начал задыхаться. — Она же человек! Женщина!

В его устах оба этих слова были страшным оскорблением. Но его уже никто не слушал, все снова с интересом включились в обсуждение грядущего контракта.