Глава 13

— Ничего, милая, поправим и эту беду, — Туве прикладывала пропитанную отваром ткань к груди, а я сцепив зубы терпела чудовищную боль. — К утру как новенькая будешь.

Я кивнула и зажмурилась, даже родные стены не помогали успокоиться. И вкусный ужин. Злость, обида и отчаянье вытесняли боль, но ненадолго.

— Туве, я просто не понимаю…

— Тшш, тут не понимать, а тебя спасать надо. Ну ничего, ничего, — к губам прикоснулась чашка с отваром. — Ещё пару глоточков и полегчает.

Этот отвар настолько терпкий, что с трудом проглатываю его. Радует, что выпила больше половины, осталось чуть-чуть. И наконец, я чувствую облегчение. Совсем немного, но хватает и этого, чтобы разжать кулаки, и открыть глаза.

Туве слабо улыбается, приговаривает, что всё будет хорошо, заставляет выпить всё до капли и я проваливаюсь в сон. Это даже хорошо, потому что тяжёлые мысли к физической боли добавляли и душевную.

Утром температуры уже не было, молоко лилось, а грудь не болела. Что ещё нужно для счастья? Знать, что мой сын в безопасности, но пока рядом Гардар это вряд ли возможно. Повернула голову и встретилась с синими пытливыми глазами, улыбка тут же растянула мои губы и вся боль забылась: он рядом, счастлив и тянет ко мне ручки с маленькими пальчиками.

Хорошо, что есть Туве с котом и за сыночком присмотрели и меня вылечили. Покормив ребёнка, спустилась ожидая увидеть Туве, но её не было, да и кот сегодня вялый какой-то. Пожала плечами и принялась за работу: приготовить, прибраться в доме, постирать детское. Но Туве всё не спускалась… Заподозрив неладное я сама пошла к ней, хоть она и не любит гостей.

— Туве, — приоткрыв дверь осторожно заглянула, и уже забыв об осторожности быстро подбежала к кровати. Женщина была белее снега, прерывистое дыхание, под глазами чернота. — Туве…

Температуры нет, пульс слабый и глаза не открывает. Только не это. Быстро побежала вниз заварила свой чай, влила магию и вернулась к женщине. Кое-как влила в неё запрещая себе даже думать о плохом. Это нечестно. Только не она и не сейчас.

Из комнаты послышался недовольный плач сына. И как быть в двух местах одновременно? Погладила Туве и прошептала:

— Ну же, родная, возвращайся ты нужна нам, — погладила холодную руку и поспешила к сыну.

Малыш раскраснелся, бил ручками, недовольно морщил маленький носик, но стоило мне его взять тут же успокоился. Я приложила сыночка к груди оглянулась в поисках кота.

— А Ярл куда запропастился? — я же помню как он входил.

И сегодня сыночек решил порадовать меня «гуляньем» после кормления, а мне же надо к Туве, да и кота найти. Дурное предчувствие сдавило сердце. Я улыбалась Адаиру, а самой хотелось расплакаться. Прошлась с ребёнком по дому, но кота так и не нашла. На мой зов не прибежал, да и рыба осталась нетронутой.

— Всё будет хорошо.

Не знаю в который раз я повторяю это, словно молитву, только сердце упрямо твердит об обратном.

— Сейчас пойдём тётушку Туве чаем напоим, — я сделала глубокий вдох в попытке спрятаться в сладком запахе ребёнка.

Поднимаясь по лестнице заметила, что дом вновь скрипеть начал, словно живой и чувствует беду. В комнате Туве всё так же лежала с закрытыми глазами, но стоило мне подойти чуть приоткрыла глаза и прошептала:

— Улица Лесная, дом три, иллан Ричер, — Туве вновь закрыла глаза.

— Туве… — взяв ребёнка поспешила по названному адресу.

На улице решила нанять коляску, всё же это будет быстрее, чем пешком, да ещё и с ребёнком на руках. Мы подъехали к обычному дому. Ни вывески, ни таблички, чтобы можно было понять почему меня сюда прислала Туве.

Поднявшись на крыльцо, постучала и обернулась увидев Гардара через дорогу. Он прислонился к стене дома и пристально смотрел. У меня от его взгляда мороз прошёл по коже, но к счастью, мне быстро открыли.

— Я от иллы Туве.

Дверь открылась шире, я вошла с облегчением выдохнула. Мельком кинула взгляд на вполне приличную и добротную обстановку дома, посмотрела на полноватую женщину, с седой полоской в русых волосах. Она грустно улыбнулась, показала на стул у стены, сказала:

— Присядьте, а сейчас позову Ричера.

Но и внутри дом не подсказал род деятельности этого Ричера. Обычный дом: белоснежные занавески на окнах, овальный обеденный стол из тёмного дерева накрыт ажурной скатертью, в вазе цветы. Шкафы закрыты и что внутри знают только хозяева. На стенах картины с пейзажами. Небольшой камин, а рядом кресло и низкий столик с книгой.

— Светлого дня, илла, — сухонький пожилой мужчина удивительно быстро спустился прижимая к боку синюю папку. — Поедемте, вы же не отпустили коляску?

Я покраснела, потому что совсем не подумала об этом, на что иллан Ричер улыбнулся и по-доброму сказал:

— Ничего страшного, вы растеряны.

— Вы поможете Туве? — он как-то странно на меня посмотрел и пошёл на улицу. Я попрощавшись с женщиной поспешила догнать мужчину. — Иллан Ричер, а почему вы ничего не взяли с собой? Вы знаете Туве такая бледная.

Я чуть не споткнулась встретившись с прищуренным взглядом Гардара. Неужели он следит за мной? Но тут подъехала коляска и мы уехали домой, оставив Гардара в тени дома.

— Иллан Ричер, почему вы молчите?

— Мы обязательно побеседуем илла. Позже.

— Меня зовут Эмелисса, — я высвободила из цепкой ручки сына прядь волос и поцеловала его, заставляя себя думать о хорошем. — И у нас есть деньги.

— Мне уже заплатили, — он улыбнулся и тут же отвернулся рассматривая город. Впрочем, пусть что хочет делает, лишь бы помог моей Туве.

Неожиданно мы свернули в другую сторону.

— Но нам не туда.

— Не волнуйтесь Эмелисса, мы заберём почтенного иллана Лейва и сразу же к Туве.

Иллан Лейв оказался лекарем, мы его забрали из небольшой городской лекарни и нехорошие подозрения начали пробиваться сквозь страх и отчаянную надежду, что всё будет хорошо.

В доме я взбежала по лестнице подгоняемая страхом. Распахнув дверь прислонилась к косяку понимая, что всё зря. Опоздали. Туве ушла и верный Ярл вместе с ней.

Иллан Ричер осторожно отодвинул меня, встал возле кровати, внимательно смотрел что делает иллан Лейв и дождавшись подтверждения смерти женщины повернулся ко мне:

— Илла Эмелисса, теперь мы можем поговорить.

Он может и мог, а я слушала его словно сквозь вату отказываясь верить, что моей Туве больше нет, и Ярл… Я часто моргала пытаясь скрыть слёзы, но они стекали крупными каплями по щекам.

— Илла Туве обо всём позаботилась, — иллан Ричер помог мне сесть за стол внизу, принёс чашку с водой. Только я не могла разжать руки удерживающие сына и меня от истерики.

Дверь резко распахнулась и вошли четверо мужчин и молча поднялись наверх. Мне было всё равно. А вот когда они спустились с телом Туве, без Ярла, я подскочила, требуя забрать и кота.

— Они всегда были вместе, и он ушёл вслед за хозяйкой, значит и обряд должен пройти с ней!

— Как скажете, просто подобного распоряжения илла Туве не оставляла.

Не оставляла… Неужели она думала, что кот останется без неё? Я рада, что она ошиблась, даже не представляю, чтобы с ним было. Ярл гордый и преданный. Он очень быстро «сгорел» бы без неё.

В конце концов, все ушли и дом погрузился в тишину. Я ухаживала за сыном, но мысли были далеко. Уложив сына спать вошла в комнату Туве.

Смерть я видела много раз, но это была смерть чужих людей, а сегодня впервые потеряла близкого и родного, пусть не по крови, а всё равно родного человека и кота. Хотя Ярла простым котом язык не поворачивался назвать.

Опустилась на колени перед кроватью и расплакалась. Не знаю сколько я так просидела, когда услышала настойчивый стук внизу. Колин? Да нет, рано ему ещё, пока весточку получит, пока доедет. Как раз к обряду на рассвете и поспеет. За окном стемнело, я, пошатываясь, спустилась, открыла дверь и уставилась на жёсткое лицо нежеланного гостя.

— Вам-то что здесь понадобилось сегодня?

— Всё тоже, Эмелисса, всё тоже, — Гардар отодвинул меня от двери и вошёл. Сел за стол и немного помолчав продолжил: — У тебя нет образования, нет работы, никто ничего у тебя не купит. А за дом платить надо. Я в курсе, что бывшая хозяйка оставила дом тебе в наследство, но толку, если его заберут за долги. И ещё неизвестно как племянник с семьёй отреагируют на это, что — то мне подсказывает они очень рассчитывают на домик в городе. И скажу сразу, если они захотят выставить тебя на улицу, я им помогу.

— Убирайтесь! — я открыла дверь и зло посмотрела на Гардара.

— Моё щедрое предложение недолго будет в силе. Подумай об этом, — довольно улыбаясь он остановился в дверях и небрежно бросил прежде чем уйти: — Твой любовник, граф, тебе не поможет. Я об этом позаботился.

Стоило ему сделать шаг за дверь, я со всей силы её захлопнула и обняв себя за плечи спустилась на пол. Что же делать? Деньги я смогу получать только с деревенских и то, при условии, что Колин и его семья мне помогут. Но даже тех денег надолго не хватит. Заставила себя выпить восстанавливающий чай и ушла спать. Завтра прощание с Туве, тяжёлый разговор с Колином и отсутствие помощи с сыночком.

Проснулась задолго до рассвета, привела себя в порядок, надела серые одежды, волосы спрятала под платок. Долго пыталась понять как же завязать ткань, чтобы руки освободить, но ничего не вышло, пришлось так идти. Рассвет близко.

За городом среди поля уже было всё подготовлено для погребального обряда. Иллан Ричер стоял в серой одежде и с синей папкой в руках. Некоторые из жителей пришли попрощаться с Туве. Её тело было закрыто белой тканью, в ногах лежал Ярл.

Я обещала, что буду сильной, но слёзы упрямо скатывались по щекам. Служитель храма, стоило первым лучам коснуться горизонта, начал обряд. У меня перед глазами всё плыло, хотелось на кого-нибудь опереться и словно, подслушав мои мысли, сильная рука прижала меня, обнимая.

— Иллан Колин, мне…

— Я знаю, — глаза мужчины также были на мокром месте. Он больше ничего не стал говорить, смотрел на служителя и тётушку.

А потом был костёр, ветер подхватывающий пепел и уносящий его ввысь — Создатель простил её и дарует перерождение. Люди медленно разбредались, а мы стояли и смотрели на выжженную землю.

Понимаю, что надо что-то сказать, как-то поддержать Колина, а слова все не те и не о том. Да и могут ли они облегчить боль и одиночество?

В дом мы вернулись вдвоём, как оказалось, Колин приехал один.

— Жена с Туве никогда не ладила, так что делать ей здесь нечего.

— Иллан Колин, — я поставила перед мужчиной миску с кашей и мясом. — Я… Дело в том, что Туве оставила дом мне, но…

— Я знаю, ребёнок, она мне об этом сразу сказала. И совсем не против. Мне в деревне хорошо, да и жене тоже. Так что живи и хозяйничай.

Признаться от такого я опешила. Неужели вот так просто отдадут дом в городе? Невероятно. А я поверила (опять!) Гардару, что меня захотят выставить на улицу.

— Но ты должна знать кое-что… Прости, я не против тебе помогать, но… В общем, приезжал к нам один из знатных, взглядом замораживать может. Страху на всех навёл… В общем, не купят у тебя больше ничего.

— Я поняла, — прикусила щёку, чтобы не расплакаться. Гардар и туда успел!

— Вот, это тебе, — Колин положил на стол мешочек с монетами.

— Спасибо, но не надо, — я отодвинула мешочек.

— Это твои, бери. Кое-что успели забрать до приезда мужика того.

— Спасибо, — не знаю насколько правда, что он говорит, но ясно одно: мне здесь делать нечего. Надо бежать.

Доедали мы в тишине, а после Колин быстро собрался и уехал, мол, хочет домой вернуться до заката. Я по привычке навела в доме порядок, перемыла посуду и поднялась собирать вещи.

Если обойти гору на которой стоит замок, то в дне пути есть город, а там школа травников. Нет у меня нескольких лет, пока сын окрепнет, надо сейчас проситься и умолять позволить работать и завершить образование.

А если нет, тогда… тогда я не знаю что ещё сделать. И к королю не поеду, ведь Гардар у него на особом счету.

Дождавшись темноты я крепко привязала сумку к талии, чтобы не мешалась. Оставила на столе записку для Колина, он обещал в конце недели приехать проведать нас с сыном, рядом положила папку с документами.

Конечно, мне было тяжело уходить из дома, но выбора у меня нет. Ночное кормление и закутав сыночка в одеяло, погасила везде свет и вышла на улицу, закрыла дверь. Луна спряталась за облаками, и я порадовалась такой удаче: не привлеку лишнее внимание. И быстро завернув за дом быстрым шагом зашагала по узким улочкам из города.

Я днём подумала и решила, что если сократить дорогу и пойти прямо через лес, то к нужному городу я выйду к вечеру завтрашнего дня. А значит есть шанс ночь провести под тёплой крышей школы.

О том, что я заблудилась догадалась не сразу, а когда убедилась, совсем пригорюнилась. Плохая была идея сократить путь, лучше бы шла вдоль дороги. А теперь я продиралась сквозь густую листву, ругаясь на непроглядную ночь и упрямство Гардара.

Сын заворочался, недовольно покряхтел.

— Спи, мой хороший, спи, — поправила сползшее с головки одеяло, крепче прижала к себе, легонько поцеловав. — Я тебя никому не отдам.

Сколько я иду? Посмотрела наверх, но густые ветви надёжно скрывали луну. Неожиданно ветви расступились выпуская меня на широкую поляну. Здесь можно дождаться утра и по светлому найти нужную дорогу. Больше бежать не могу. Мне надо отдохнуть, да и луна наконец выглянула и стало не так жутко среди огромных деревьев и пугающих кустов.

Стоя в центре освещённой поляны успокаивала сбившееся дыхание. Вздрогнула услышав хруст за деревьями. И ещё один. Оглянулась, но никого не увидела. Вновь ломается сухая ветка, низкий, утробный рык дополняет его.

Ой, мамочки.

Я знаю кто это и всё равно не могу поверить, что сбежав от одного зверя угодила в лапы к другим.

Крепче прижимаю сына к груди, медленно отступаю. Ищу куда бы спрятать сына, но ничего подходящего не вижу. Волки осторожно выходят под свет луны слегка пригибая морды, скалясь.

Мне не спастись и сына спрятать некуда.

— Неприятная встреча, неправда ли? — голос ненавистного мне человека издевался.

Теперь понятно почему волки не спешили нападать. Гардар. Даже звери боятся этого монстра, то что уж говорить обо мне. Он вышел из-за дерева, но остался в тени. Это что же получается, он всё время шёл следом? Но зачем? Почему сразу не раскрыл себя? Вновь забавляется или ждал чего-то подобного?

— Что-то ты не сильно разговорчива сегодня, Эмелисса. Страшно?

— Мне? Да, — я слежу и за мужчиной стоящем в тени, только кипенно-белая рубашка выделяется в темноте, и за волками.

— Правильно. Хоть на это ума хватает.

Вести пустые разговоры мне совсем неинтересно, но и просить этого человека так же бесполезно, как и волков. Насмешка судьбы тот, кто играючи разрушил мою жизнь, сейчас может её сохранить. Если захочет.

— Отдай сына и я спасу твою никчёмную жизнь.

— Никогда! — я сильнее прижимаю ребёнка, медленно отхожу от волков. — Я не отдам вам моего сына.

— Нашего, — он поморщился, словно кислого выпил. — Он мой наследник. Древо рода выпустило новую ветвь. У тебя нет выбора.

Волки в нетерпении переминались, поглядывали на Гардара, постепенно приближаясь ко мне.

— Я не отдам своего сына, — от страха тряслись поджилки, но я скорее умру, чем, как родители, откажусь от своего ребёнка.

— Ну как знаешь, — он пожал плечами и отвернулся делая шаг.

Волки поняли, что сильнейший разрешил охоту и кинулись ко мне. Прижав сына к груди, упала на колени закрывая его собой, пряча в коконе рук. Остаётся надеяться, что Гардар всё же спасёт моего мальчика.

Я с силой сжала зубы ожидая сводящей с ума боли, но ничего не происходило. Почему-то подумалось, что умерла раньше, чем меня убили, но так не бывает. Досчитала до пяти и медленно подняла голову.

Пустая поляна, в свете луны кружится пепел. Я оглянулась туда, где стоял Гардар. Пусто. И вдруг меня подхватив за плечи поставили на ноги, словно я ничего не вешу.

— Ты сумасшедшая?

— Я мать.

— Неужели ты готова умереть, ради ребёнка? — я никогда не видела такого потрясённого лица у Гардара.

— Я да, а вы? На что вы готовы ради сына?

— У меня столько возможностей…

— Вот вы ничего не готовы сделать ради него.

— Я тебя спас!

— А перед этим довели до отчаянья!

Наш крик, конечно же, разбудил Адаира и он расплакался. Дёрнув за тесёмку я приспустила рубашку, приложила сына к груди. Мы стояли в свете луны, в кружащемся пепле и смотрели на то, как ест малыш. Наевшись, он уснул, Гардар отвернулся, а я прикрылась. Одной рукой тесёмки не завязать, пришлось подходить к мужчине:

— Подержите, пожалуйста, мне завязать надо, — осторожно переложила в руки опешившего мужчины ребёнка, быстро завязала рубашку и забрала сына. 1439f7c

Что ещё сказать я не знала. Куда идти тем более, но судя по небу скоро будет рассвет. Всю ночь проходила по лесу и непонятно далеко ушла или нет.

Гардар взял меня за руку и повёл только ему известном направлении. Через час мы вышли из леса… с обратной стороны города. При нашем приближении ворота распахнулись, спящий на козлах извозчик встрепенулся и открыл дверцу коляски. Цокот копыт разносился по спящему городу, а я терялась в догадках к чему готовится на этот раз.

Гардар помог мне выйти и довёл до дверей дома.

— Прости, — вздрогнула от неожиданности и недоверчиво посмотрела на мужчину. — Я в тебе ошибся, видимо, мне попадались не такие женщины.

— В-видимо.

— Я ждал, когда ты начнёшь ставить условия, требовать деньги и комфорт. Вы же все одинаковые: хотите красивой и беззаботной жизни за счёт мужчины.

— Мне от вас ничего не надо, — можно толкнуть дверь и оказаться в доме, но Гардар не отпускает, а приглашать я не хочу.

— Я это уже понял, — он горько усмехнулся, резко кивнул и ушёл в утренний туман.