Глава 8

— Иса, — меня легонько толкали за плечо. — Там к тебе пришли.

В голове туман, впрочем, и перед глазами тоже, но я спустила ноги на холодный пол и растёрла лицо руками. Приснится же такое, словно назад вернулась и всё ещё раз пережила.

— Давай, помогу, — Туве взяла меня под руку поднимая. — Я не знаю во что ты влезла и когда успела. Умойси и вниз спускайся, а я за ребёнком пригляжу.

Дурное предчувствие холодом прошлось по коже. Быстро привела себя в порядок после сна и спустилась к гостю.

— Светлого дня, илла Эмелисса, — мужчина очаровательно улыбнулся, но я вновь не смогла ответить на неё. — Вы так стремительно сбежали. Я подумал, что стоит извиниться как следует.

— Вы меня преследуете?

Я не спешила к нему подходить, поэтому Рет сделал это сам. Подошёл слишком близко. Мне пришлось задирать голову, чтобы смотреть в его лицо. Он слишком большой, даже хочется сказать огромный. От сильного тренированного тела исходил полуденный жар. Но и жар его рук ранним утром я до сих пор также помню. А сейчас мимо воли взгляд соскальзывает к широким плечам в распахнутый ворот рубашки, к гладкой коже с лёгким загаром и запахом трав.

Тряхнула головой, делая шаг назад. Что за ерунда такая?

— В некотором роде, — мужчина хитро улыбнулся и вынул из-за спины объёмный букет. — Это вам.

— С-спасибо, — не хочу, но руки сами забирают цветы. Мне никогда их не дарили, наверное, поэтому и взяла. — Не стоило.

А если он от Гардара? Чему он улыбается и смотрит так, что сердце замирает предвкушая?

— Глядя на вас понимаю, что стоило.

— Зачем вы меня преследуете?

Ответить Рет не успел дверь открылась и вошла пара женщин.

— О, Эмелисса, ты-то нам и нужна. Показывай, что у тебя за чаи такие необыкновенные.

Бросив короткий взгляд на мужчину, поприветствовала первых покупательниц (надеюсь, что они всё же чай купят), сходила на кухню за своими сборами. Вернувшись в комнату Рета не увидела, а вот женщины странно побледневшие, особо не разбираясь взяли сборы, что под руку попались и оставив монеты быстро ушли.

Ничего не понимаю.

— Туве!

Если кто-то и мог что-то объяснить, так это только она.

Впервые я забыла об осторожности и топала по полу желая быть услышанной. Распахнув дверь, уставилась на женщину тихонько качающую колыбель. Кот лежал на кровати и лениво обмахивался хвостом. Сын спал. Идиллия.

— Туве! — вид спящего сына напомнил об осторожности и я вместо крика зло прошипела её имя. — Поговорить надо.

Я видела, что если бы она могла, то отказала. Но время проведённое вместе не прошло для нас даром. Мы стали семьёй. Может, странной, непонятной, но это лучше холодного одиночества.

Туве поднялась, а Ярл развернулся к колыбельке, принялся тихонько покачивать сыночка. Как же мне повезло с ними. И вся злость растаяла, словно и не было. А поговорить надо.

В молчании мы спустились на первый этаж, я заварила нам чай, поставила оставшиеся пирожки и пристально посмотрев на Туве, спросила:

— О чём вы молчите?

— О многом, детонька, — она присёрбнула чай и хитро улыбнулась. — О многом.

— Вы знаете кто такой Рет, — я не спрашивала, внутри всё кричало, что этого мужчину знает не только Туве, но и приходившие женщины. — Кто он?

— Я не могу сказать, — Туве спрятала глаза, что-то выискивая на дне чашки.

— Как?

От этого ответа я опешила. Как так? Она же видит, что я волнуюсь, что сбежать хочу. И вместо того, чтобы успокоить, только добавляет тревог.

— Вот так.

— Это Гардар, да?

— Нет! Полноте, скажешь такое.

— Илла Туве, я с ума схожу от страха, а вы молчите! Мне пора бежать?

— Нет. Но… — она тяжело вздохнула и посмотрела своими мудрыми, уставшими глазами. — Я не знаю к добру ли это или к худу. Но на твоём месте близко к нему не подходила. Но даст ли он тебе выбор?

— Я… — Туве подняла руку останавливая меня и качая головой.

— Иногда нити переплетаются в красивый ковёр, а бывает в негодный половик.

Открыв рот я сидела и смотрела, как Туве возвращается наверх к сыну. Её ответ озадачил ещё больше. При чём тут ковёр и половик? О чём она вообще говорила?

Ясно одно от Рета стоит держаться подальше. Но как это сделать в небольшом городке? Подаренный букет, как насмешка, гордо стоял в простом глиняном горшке по центру стола.

Чтобы успокоиться, занялась домашними делами. Как говорится, руки заняты — ум спокоен. Сегодняшний заработок принёс десять медных монет. Немного, но всё лучше, чем ничего. Надеюсь, Рет не сильно испугал возможных покупательниц и женщины вернуться за новыми видами чая. А если ещё и подругам расскажут…

— Мряуууу! — рыжая морда смотрела на меня сверху вниз, нервно дёргая хвостом.

— Бегу, — сполоснув руки, побежала к сыночку. Если Ярл пришёл, значит просыпается наше сокровище.

В комнате Туве уже прикачивала сына, шепча ласковые слова, а он словно знал, что я скоро приду — не шумел. На время кормления нас оставляли одних. И за это я была благодарна. Эти минуты полного счастья и единения невозможно ни с чем сравнить. Время замедлялось вмещая в себя вечность. Были только мы вдвоём, даже без слов понимающие друг друга.

Но видимо, когда-то, в прошлой жизни, я прогневила всех богов, иначе почему спустя неделю моя жизнь перевернулась?

Раннее утро не предвещало ничего особенного. Душ, сыночек, завтрак. Я смешивала травы, подготавливая два заказа. После первой продажи тишина была два дня, а потом потихоньку стали приходить. Сначала просто попробовать.

Пришлось потратиться на три заварочных чайничка, чтобы одновременно несколько клиентов могли попробовать выбранный чай. И кто же пьёт один чай? К нему каждый день пекла печенье, Туве качала головой, мол, деньги на ветер, а я уверена, что поступаю правильно. Никто так не делает и это меня отличает от других. Больше-то мне всё равно предложить нечего.

— Уходишь?

— Да, схожу пока нежарко и до следующего кормления времени много.

Туве договорилась с одной из торговок на рынке о продаже моего чая. Поэтому утром относили, а вечером забирали что осталось. Пока всё возвращалось. Но прошло всего три дня, поэтому мы ещё надеемся на лучшее. Не всем удобно ходить к нам домой, а вот на рынок ходят все.

— Деньги-то не забудь, — я кивнула и выскользнула за дверь.

Пусть Туве хмурится, но я и так последнюю неделю просидела в доме никуда не выходя. Рет больше не появлялся, но это не успокаивало, наоборот, страх уверенно заполнил собой каждую клеточку моего тела. Так что сегодняшний выход, моя попытка вырваться из мрачных домыслов и страхов, чтобы вновь вздохнуть спокойно и вернуться к сбору трав.

Город ещё просыпается, а на рынке кипит жизнь. Улыбка сама растягивает мои губы и я готова поверить, что всё хорошо, всё как прежде.

С илллой Анникой мы быстро разобрали пакетики с чаем, оставила ей пять медяков и развернулась, чтобы уходить и едва не закричала. На другой стороне площади возле мэрии стоял Гардар. Это точно он. И очаровательная улыбка на его красивом лице не обманет.

Резко развернулась и сдерживаясь, чтобы не перейти на бег привлекая лишнее внимание. Надеюсь, он не увидел меня, всё же утрення суета рынка и то, что я в тени должно было защитить от пронзительного синего взгляда.

И я почти сбежала в тихую улочку, как была остановлена резким и холодным:

— Илла Эмелисса?

Медленно развернулась сталкиваясь с прищуром тёмных глаз. Стражник. Это конец. Но почему сейчас? Почему я не сбежала, когда только почувствовала тревогу?

— Прошу в повозку, — мужчина, не дождавшись моего ответа, показал рукой в сторону, где стояла обычная телега.

Наверное, стоило порадоваться, что не повезут, как преступницу. А не радовалось. Мужчина помог мне забраться и повёз почему-то к замку. Странно. Спрашивать ничего не стала, если сразу не объяснил, то остаётся только ждать.

Мы въехали в ворота, мужчина вновь помог, только теперь выбраться и приказал следовать за ним. Помнится я хотела рассмотреть замок вблизи. Мечта исполнилась, только даже головы не подняла пока мы шли через двор к высоким ступеням. И внутри смотрела исключительно под ноги, на чёрно-белую плитку.

Слушала эхо шагов и не знала к чему готовиться. Зачем Гардар сказал привезти меня сюда? Неужели это его замок? Туве бы сказала будь он хозяином.

— Входите, сейчас придут и вам помогут, — стражник открыл дверь пропуская меня в просторную комнату.

— Я… — перед носом закрылась дверь и я осталась одна и в растерянности.

В интерьере преобладали спокойные цвета, белоснежный текстиль и яркие акценты нежно-голубых деталей: маленькие декоративные подушки, небольшой пушистый мишка, вазочки на каминной полке и над кроватью картина весеннего неба. Мне очень понравилось. Свобода и воздух, именно эти чувства дарила комната.

А вот то, что лежало на кровати вмиг вернуло в реальность, надевая на руки и шею невидимые кандалы.

— Илла, я вам пришла вам помочь, — резко развернулась к вошедшей девушке, на вид моя ровесница. — Его Светлость ожидает.

Девушка подошла к кровати, взяла платье и повернулась ко мне удивлённо подняла брови.

— Илла?

— А… зачем мне это платье?

— Илла, я не знаю, мне велели помочь вам одеться и привести к Его Светлости.

— Я не хочу, — неосознанно сжала платье на своей груди, делая шаг назад.

— Илла, меня накажут, если вы не переоденетесь, — девушка чуть не плакала.

Это нечестно. Понимаю, что надо отказаться, но мне жаль девушку. Тяжело вздохнув сняла своё платье, чтобы тут же надеть новое. Зябко обняла свои плечи, чувствуя себя голой. Платье безусловно красивое, едва уловимого цвета дымчатой розы, лиф украшен мелким розовым жемчугом и держится исключительно на груди, оставляя открытыми плечи. Мягкая прозрачная ткань нежными волнами спадала до самого пола, нежно лаская кожу.

— Илла, вы великолепны, — искреннее восхищение в глазах девушки немного приободрили, но…

Я пленница? Зачем меня нарядили в роскошный наряд благородной леди?

— Пойдёмте, — девушка поспешила к двери, словно боялась, что я передумаю или ещё больше задержу нас. Приподняв подол платья поспешила за служанкой.

Высокие своды подпирались колоннами, богатая лепнина на белых стенах и потолках. Чёрно-белая плитка. Вазоны с зелёными пышно цветущими цветами.

Наконец мы пришли. Высокие двустворчатые двери впустили в просторную гостиную. Сердце замерло увидев спину мужчины стоящего у окна. Служанка быстро пролепетала о моём приходе и убежала тихо прикрыв двери.

— Я рад, что вы пришли Эмелисса, — резко развернувшись мужчина впился в меня тёмным взглядом. — Позвольте представиться граф Брег Дарет. Но для вас всегда Рет.

— Мне не оставили выбора, — я вновь закрыла себя руками, остро почувствовала свою уязвимость и глупость. Как можно было сразу не понять, что хоть он и просто одет, а не простой человек?

— Да. И это не в последний раз, — я удивлённо посмотрела на него. — В конце недели я устраиваю бал и вы почётная гостья.

— Я?

— Собственно это платье и приглашение моя благодарность за спасение племянника.

— Как он?

— Всё хорошо. Через месяц будет ходить, — я кивнула радуясь, что с ребёнком всё в порядке.

— Я могу уйти? Мне сына кормить надо, — грудь начинала ныть, намекая на скорейшее возвращение домой.

— Да. На бал я пришлю за вами коляску, — Рет сжал губы в линию и отвернулся к окну.

— Всего доброго.

Как вышла из гостиной и нашла выход из замка не помню, даже не удивилась стоящей возле крыльца коляске, подала руку лакею открывшему для меня дверцу. Каким-то чудом не запуталась в длинном подоле поднимаясь по ступенькам. И всю дорогу к дому пыталась унять разбушевавшееся сердце.

В дом вбегала, желая поскорее взять на руки сыночка, прижать к полной молока груди, вдохнуть сладкий аромат счастья и забыть тревоги дня.

Распахнув дверь едва не упала увидев криво усмехающегося Гардара с моим сыном на руках.