3

Судорожно стискиваю папку в руках. Хотя бы так стараюсь унять дрожь в похолодевших пальцах.

Дверь конференц-зала закрывается прямо перед моими глазами.

Мы остаемся наедине.

Заставляю себя обернуться. Стараюсь встретить его взгляд спокойно.

Не получается.

Стоит нашим глазам столкнуться — сердце в момент дает перебой.

Аверин вальяжно располагается в кресле. Сейчас у него вид сытого зверя. Но это обманчивое впечатление. Уж слишком голодный взгляд проходится по мне. Будто трогает. Обжигает кожу.

И даже осознавая, что нахожусь в большом здании, где полно людей, я совсем не чувствую себя в безопасности. Ведь от него меня никто не спасет.

Аверин способен на все.

И если он знает про ребенка…

При одной мысли об этом сердце болезненно сжимается, а кровь холодеет.

Я понимала, что мы можем встретиться снова. Надеялась, конечно, этого не произойдет. А если произойдет, то как можно позже.

Но судьба решает иначе.

— Твой проект — пустая трата времени и ресурсов, — бросает Аверин.

— Я так не думаю, — заявляю ровно. — Готова привести аргументы…

— Мне плевать, что ты думаешь, — отрезает он. — Я меняю стратегию этой компании. Центральный филиал должен работать только с ВИП-клиентами. Их твоя презентация не впечатлит.

Прикусываю язык, чтобы не выпалить лишнего.

Один из моих последних клиентов владелец известного ювелирного дома. И его моя работа полностью устраивает.

Так что мои презентации уже впечатляют.

Но кажется, дело не в работе. И не в проекте.

Я с трудом перевожу дыхание.

То, как он смотрит на меня сейчас, тяжело воспринимать. И то, как говорит, — тоже.

Однако похоже, Аверин ничего не знает про ребенка.

Радоваться этому рано.

Ему достаточно открыть мое личное дело, прочесть пару строк и все станет понятно.

— Я могу переделать проект, — говорю, когда повисшая тишина становится невыносимой.

— Зачем? — прохладным тоном интересуется он.

— Повысить эффективность.

— Бедные покупают товары. Богатые — людей. Мне проще нанять того, кому не надо ничего переделывать.

Что же, логично.

Киваю. Поворачиваюсь, чтобы выйти.

Аверин ясно дает понять, мне здесь не место. И это хорошо. Сейчас бы сбежать отсюда. Как можно дальше. Пока он не выяснил ничего.

— Куда? — хриплый голос вынуждает застывать. — Я с тобой не закончил.

Аверин поднимается. Направляется в мою сторону. И чем ближе подходит, тем тяжелее удары сердца.

Пульс стучит по вискам так сильно, что если Аверин сейчас заговорит, ни единого слова не услышу.

Он возвышается надо мной. Мрачный. Крупный. Угрожающий. Такое чувство, будто стал еще мощнее с нашей прошлой встречи.

Или это я сжимаюсь от страха, что правда в любой момент может открыться?

Напрасно пробую проглотить ком в горле.

— Хочешь здесь работать? — спрашивает Аверин.

Нет.

Теперь — нет.

Но он смотрит на меня так пристально, что ничего сказать не получается.

— Я остановился в «Плазе», — выдает он.

На автомате отмечаю, что это один из лучших отелей города. Но не понимаю, зачем Аверин переводит тему.

— Ночью приедешь, — заявляет он.

В шоке смотрю на него.

Что?

Ночью…

— Я не могу, — роняю глухо.

Аверин приподнимает бровь.

— Занята, — прибавляю громче.

Искры в его глазах и раньше были недобрые. А теперь так вообще.

— Кем ты занята? — бросает хлестко.

«Нашим ребенком».

Уверена, такой честный ответ ему не понравится.