68

На следующий день просыпаюсь с трудом.

Разморенная, измотанная. Но потом думаю про сына, и меня мигом подбрасывает.

Всю сонливость как рукой снимает.

Хочу подняться, но тяжелая ладонь хватает за талию, притягивает обратно. Прямо под горячий бок Аверина.

— Мне надо к Мише, — говорю.

— У нас твои родители ночуют.

— И все равно…

— Твоя мать присмотрит за ребенком, — обрывает Егор. — А у тебя сейчас другая задача.

— Да ну?

— А то.

И он показывает мне все наглядно, причем так показывает, что никаких возражений быть не может.

Начало супружеской жизни бурное. Нам совсем не до распаковки подарков. Но под вечер мы все же начинаем этим заниматься.

Подарки от ближнего круга Аверин смотрит лично.

За остальные презенты, те, которые прислали его многочисленные знакомые, возьмутся помощники.

Там и правда очень много всего. Коробками и пакетами можно заполнить отдельную просторную комнату. Наверное, даже не одну.

А для цветов — ну хоть оранжерею создавай. Тут намечается настоящий сад.

Есть и более крупные подарки. Автомобили. Скутер. Снегоход. Гоночный боллид.

Какой-то иностранный знакомый дарит воздушный шар. Хорошо, что без доставки на дом. Богато украшенный шар пока остается на вилле Аверина в Каппадокии.

В общем, чего только нет.

Кто-то заказывает огромный герб Авериных, отлитый из золота.

— Разве у тебя дворянский род? — спрашиваю изумленно.

— Нет, конечно, — хмыкает. — Но полагаю, он хотел меня впечатлить. Себе такой же заказывал. В нескольких экземплярах, чтобы в каждом своем доме повесить.

Присылают различные предметы искусства — картины, статуи, высокие медные вазы.

Перед одним из полотен застываю.

— Подожди, разве это не, — начинаю и замолкаю. — Это же копия, верно? Оригинал хранится в музее.

Аверин смотрит на имя отправителя.

— Нет, — качает головой. — Копию он бы не прислал.

— Тогда как…

— Думаешь, во всех музеях всегда оригиналы висят? — интересуется, слегка приподнимая бровь.

Понятно.

Мне тяжело привыкнуть, что есть обычная жизнь. А есть — вот такая. За пределами возможностей. Для избранного круга.

Но еще сильнее меня удивляет коробка от Илоны. Читаю открытку, подписанную от руки, и мои глаза невольно расширяются.

Вот это сюрприз.

Искренние поздравления. От бывшей моего мужа.

Причем тут столько всего написано…

Илона надеется, мы сможем общаться когда-нибудь в будущем. Как одна семья. Все-таки наши дети — братья.

Ну ничего себе подарок.

— Что там? — хмурится Аверин.

Снимаю подарочную упаковку.

По коробке уже примерно понятно содержимое.

Известный ювелирный бренд. Нет, ну выбор там широкий. Есть самые дешевые позиции на обычной нитке. Просто цена все равно сильно завышена. Доплата за историю бренда.

Показываю коробку Егору.

Он хмурится еще сильнее.

— А ну дай-ка мне, — говорит.

Забирает коробку, сам открывает. Еще и с таким видом, будто ждет, что оттуда может выползти змея.

Аверин уже сообщил мне, что все подарки проверяет его охрана.

Доброжелателей хватает. Могут и взрывчатку отправить.

Однако тут внутри ничего подозрительно.

Хотя…

Наверное, зависит от того, как посмотреть.

На красном бархате сверкает браслет. Крупные бриллианты. Особая, запатентованная только для этого бренда огранка.

— Отправь на экспертизу, — распоряжается Аверин, подзывая помощника. — И осторожно. Не трогайте браслет.

Тот кивает. Забирает коробку и удаляется.

— Подожди, — медленно поворачиваюсь к Егору. — Ты думаешь, там что-то… что там может быть?

— Что угодно, — спокойно отвечает он. — Надо проверить и выяснить. Но я обрезал Илоне содержание. К тому же, даже если бы и нет, даже если бы у Илоны были деньги, она бы никогда не потратила столько на подарок. Хоть кому. Она бы передарила тебе какую-нибудь бесполезную ерунду, которую получила от подруг.

— Тогда откуда браслет?

— С этим я и собираюсь разобраться.

Несколько дней проходит без новостей.

Аверин будто намеренно обходит эту тему или переводит разговор, когда я пытаюсь хоть что-то у него выяснить.

Наконец, спрашиваю прямо. И не позволяю ему снова меня запутать или отвлечь.

— Егор, что происходит? — выдаю, сжимая его руку. — Ты ведь уже наверняка провел экспертизу. И не одну. Тот браслет успели бы просветить со всех сторон. Что с ним?

Муж мрачнеет. Медлит. Однако все же решает ответить.

Наверное, он просто понимает, что я не отступлю.

— Браслет был обработан ядом, — произносит Егор. — Довольно необычным и редким. А еще, именно на этой модели — особый шип изнутри. Достаточно острый для того, чтобы порезать кожу до крови.

Холодею от каждой новой фразы.

— Подожди, — сглатываю. — Значит, стоило бы мне его надеть…

— Я бы не дал тебе его надеть.

— Но…

Повисает тишина. Некоторое время кажется, не слышу ничего кроме нервного боя собственного сердца.

А потом меня понемногу начинает отпускать. Наступает медленный откат.

— Илона хотела отравить? — вылетает вопрос. — И то прошлое покушение… неужели это тоже она?

— Ален, нет, конечно, — качает головой Егор. — У Илоны на такое мозгов не хватит. И ресурсов. А этот яд стоит не намного дешевле браслета. С бывшей я уже успел пообщаться. То, что мне надо, узнал. Она дура, но не суицидница. Поэтому никогда бы не рискнула покушаться на твою жизнь. Однако провести ее легко. Этим воспользовались.

— Кто? — спрашиваю, леденея изнутри. — Ты уже знаешь, кто это был? Кто за всем стоит?

— Знаю, и разберусь, — спокойно отвечает он, обнимает меня, притягивая вплотную к себе. — Все хорошо, моя родная. Доверься мне, ладно?