Глава 21. Согреться

Макс

Я наконец-то начинаю согреваться.

Не так, когда оживают ледяные конечности после долгого пребывания на морозе, а гораздо глубже. Когда перестаёт болеть спина где-то между лопаток, расслабляются плечи и в груди становится горячо. Тебя окутывает ощущение уюта, приятных запахов, вкусов, звуков… Хочется притушить свет и подремать.

— Хлопай, — хмурясь, требует маленькая королевна. — Иначе, стих не расскажу.

— Лиза! — одергивает свою крестницу Ася.

Ее глаза улыбаются. Она светится, смотря на ребёнка.

Гордеевой просто нереально пойдёт быть мамой.

Хочу видеть ее беременной. Конечно, от себя. В затылке приятно покалывает от этого открытия.

А ещё больше хочу самого процесса. Я соскучился. Я знаю, как правильно тебя есть, моя любимая девочка…

Ася, как на зло, просто неприлично красивая в домашнем сарафане. Разглядываю ее колени, тонкие щиколотки, аккуратные пальчики ног.

Гордеева любит массаж. Я помню, что если прикусить нежный свод стопы, она замурлычет, как довольная кошечка и выгнет спинку. Рррррр!

Сжигаю взглядом ее голые плечи, шейку, губы. Там явно не хватает следов от моих поцелуев.

Нихрена себе меня накрывает!

Чтобы немного прийти в себя, прикрываю глаза.

Ася пинает меня под столом, начиная хлопать в ладоши. Ах, да! Стих же.

Открываю веки и присоединяюсь к овациям юной артистке.

Лиза с важным видом читает стих, который выучила в садике.

— Ты придёшь ко мне завтра на выступление, — закончив, плюхается на стул и стаскивает из сахарницы кусок рафинада.

— Ээээ, — тяну я в замешательстве, не понимая, о каком выступлении речь.

— Дядя Максим работает, — приходит мне на помощь Ася. — Он не сможет.

— Чего это «дядя Максим не сможет»? — подмигиваю девчушке.

Я начинаю понимать короткий путь к сердцу Гордеевой.

— Макс… — предупреждающе-строго смотрит на меня она.

— К тому же, машина твоя будет готова только завтра к вечеру… — продолжаю я рассуждать в слух, забавляясь от того, как Гордеева уже просто искосилась на меня своими страшно-распахнутыми глазищами.

— Круто! — взвизгивает Лиза.

— Когда за вами заехать? — спрашиваю я Асю.

— Максим, — она поджимает губы. — Помоги мне с посудой, ПОЖАЛУЙСТА, — выделяя последнее слово, демонстративно встаёт из-за стола и уносит блюдо с оставшейся едой на кухню.

Ну все, сейчас меня раскатают…

Подмигиваю девчонке, которая уже немного подрастеряла свой шкодный запал. И теперь вяло переползает и уютно разваливается на диванных подушках. Глазки осоловело моргают.

Ей бы баиньки.

Смотрю на часы. Ну да, уже десятый час.

— Тебе мультики включить? — беру со шкафа пульт.

— Угу, — кивает, обнимая большого белого зайца.

Усмехаюсь, находя детский канал. Так с этой малявкой прикольно… Только что скакала, а теперь — будто батарейка села…

Забираю стопку тарелок и иду на кухню.

— Ты что творишь, Макс! — резко разворачивается от раковины Гордеева и по инерции влетает в мои объятия.

— Мммм… — веду носом по нежной щёчке. — Моя ошпаренная.

Мыло с Асиных рук течёт мне на плечи.

Я, пользуясь моментом, нагло обнимаю женскую талию и спускаюсь, рисуя пальцами узоры, до поясницы.

— Аська… — утекаю от ее мягкого тела. — Не кусайся. Нам же так хорошо вместе. Мне вообще показалось, что Лизка наша… — ловлю поцелуем ее пухлые губки.

Веду языком по верней, ещё сладкой от варенья и впиваюсь глубже, чувствуя мокрые кулачки на своих плечах.

Спустя несколько секунд торможу. Но лишь потому, что дальше уже хочется действовать совсем по-взрослому. И не будь в квартире ребёнка, я бы сто процентов рискнул целостностью своей физиономии ради шанса один к сотне, что Гордеева плюнет на свои принципы и разрешит безумию случиться.

— Ты! У тебя совсем нет совести! — задыхается Ася. — Ну что ты за человек, Царицын? — сдаётся она, утыкаясь лбом мне в плечо и чуть не плачет. — Зачем снова метишь все вокруг меня собой? Я больше не хочу. Я не готова пытаться понравиться твоей семье. Да и к твоему отцу не испытываю тёплых чувств…

Я хмурюсь. С отцом мне ещё предстоит долгий и не самый приятный разговор.

— Тебе не обязательно с ними общаться, — ласкаюсь губами об ее ушко и висок. — Просто будь со мной.

— Ты женат! — она мотает головой. — Это просто какой-то кошмар! А я — дура!

— Ещё чуть-чуть, пожалуйста, — прошу ее, снова добираясь до нервно подрагивающих губ. — Ты такая красивая…

Ася с тихим стоном впивается в мои губы в ответ. Мы кружим языками и боимся даже перевести дыхание, чтобы это ощущение кайфа не кончалось.

Мое сердце лупит в грудную клетку. Руки бесконтрольно съезжают на круглую женскую попочку и сжимают ее сквозь ткань сарафана.

Я чувствую, как по телу Аси проходит дрожь, и моя девочка мягко оседает, вцепляясь ноготками мне в плечи.

— Уходи, Макс… — она отталкивает меня и прикрывает глаза, полыхая щеками. — Дай мне пережить своё моральное падение в одиночестве. Начало у Лизы завтра в десять утра. Надень что-то попроще, там по-любому припашут что-то отнести.

— Я приеду в девять пятнадцать, — целую ее в щёчку и смываюсь из кухни.

Аааа! Это что сейчас было то!

От эмоций тяжело вдохнуть.

Заглядываю в комнату, чтобы попрощаться со своей новой подружкой и нахожу ее спящей прямо на диване. Счастливо улыбаясь, прижимаюсь виском к дверному косяку.

Просто невероятный сегодня день. Как будто не со мной… И это пока я украл кусочек чужой жизни. Зато теперь точно знаю, какой хочу видеть свою.