Глава 11

Прошло 3 месяца.

– Миллиана, мне с тобой нужно поговорить.

Антон догнал меня на крыльце дома. Я обернулась, посмотрев на него и нахмурившись.

– Это странно, но, конечно, пойдем.

Парень открыл для меня двери, пропуская вперед. Я с удовольствием погрузилась в долгожданное тепло. Сегодня мороз никого не щадил, и градусник показывал минус двадцать. Черт, как же холодно.

– Проходи, сейчас чай будем пить. Или ты, может, есть хочешь?

– Нет, спасибо, чая достаточно. Зара в школе?

– Да. Ты, может, к ней?

– Нет, я к тебе.

– Хорошо. Проходи, я сейчас, ― кивнула парню на диван, а сама пошла на поиски повара.

– Ой, здравствуйте, Милли.

– Виталина Викторовна, мы же это уже обсуждали. То, что я стала женой вашей босса, не говорит о том, что и я хозяйка дома. Обращайтесь ко мне на ты, как и раньше.

– Хорошо, Милли, прости.

– Виталина Викторовна, сделайте для нас с Антоном чай.

– С лимоном и вареньем?

– Угу.

– Десять минут.

– Спасибо.

Пока Виталина Викторовна готовила для нас чай, я успела подняться в комнату и переодеться в домашний костюм. Терпеть не могла дома ходить в выходной одежде. И то, что показывали в сериалах, где героини всегда ходят красивые, накрашенные да с прической, тоже считала полным бредом. Красивая картинка, не более. Какой нормальный человек не захочет чувствовать себя дома в комфортной и уютной одежде вместо надоедливого платья или джинс? По крайней мере, я выберу удобство. Да и перед кем мне дома красоваться? Маяру я нравлюсь в любом виде, но в идеале – голая. Так что с этим мне повезло.

– Как у вас дела с Маяром? ― поинтересовался Антон, стоило ему заприметить меня спускающейся по лестнице.

– Все хорошо.

Для меня было немного странным, что племянник мужа решил поговорить со мной. Обычно он к Маяру приходил, ну или к Заре.

– Ваш чай, дети, ― Виталина Викторовна поставила на столике чашки, заварник и пиалы со сладостями.

– Спасибо вам.

Антон разлил чай по чашкам и, взяв свою в руки, посмотрел на меня. Я видела, что пить чай он не спешил, а чашку скорее держал для того, чтобы хоть как‐то унять волнение.

– Антон, что происходит? Ты волнуешься. Что‐то случилось?

– Да нет, ничего не случилось, Милли.

– Но? Ты ведь обычно со мной разговоры не ведешь. Только не говори, что ты посмел тронуть Зару? Я тебя прибью.

Он бросил на меня короткий взгляд и покачал головой.

– Безусловно нет. Мы не спали.

– Ладно, уже лучше. Тогда что?

– Милли, Заре скоро шестнадцать.

– Да.

Я прекрасно помнила о дне рождении сестры и хотела попросить Маяра отметить этот праздник.

– Я хотел попросить, чтобы ты позволила нам жить вместе после ее дня рождения.

Мои брови взметнулись вверх, и я повела головой. Взяла чашку и добавила туда пару долек лимона, затем положила ложку варенья. Размешала и сделала несколько глотков прежде, чем ответить.

– Это не обсуждается, Антон.

– Но почему? Ты мне не доверяешь?

– Дело не в моем доверии, Антон. Дело в том, что она еще совсем юная. И первое, что я не хочу, это чтобы она забеременела.

– Я знаю, что такое презервативы.

– Это прекрасно. Но бывают случаи, понимаешь? Бывает что угодно! Вы можете и не знать, когда это случилось. А еще, я не хочу, чтобы Зара в шестнадцать лет становилась хозяйкой, которой нужно готовить, убирать и стирать. И хоть все это она умеет, со мной она не чувствует себя женщиной, которая все должна. Понимаешь? Она юная, для меня так вообще ребенок.

– Но я люблю ее и я бы не позволил ей зарываться в бытовуху.

– Послушай, Антон, тебе семнадцать, не за горами совершеннолетие. Ты бы переключился на кого‐то постарше? Ты пойми, пока Заре не исполнится восемнадцать, я не позволю ей спать с мужчинами. Ты будешь ждать ее два года?

– По крайней мере, я хочу этого.

Я покачала головой и вздохнула. И что мне с ним делать?

– Я не знаю, как ты будешь держаться. Но прикасаться к ней я тебе запрещаю.

– Да, Господи, мы ведь любим друг друга.

– Антош, возможно, позже, когда у тебя будут дети, ты меня поймешь.

Он отпил чая, хмуря брови и наверняка меня ненавидя. Но я не могла поступить иначе. Зара ребенок, хоть уже и взрослая. Но я считаю, что ей еще рано встречаться или уж тем более жить с мужчиной.

– Ты не думай, что это какая‐то личная неприязнь. Совсем нет. И я буду рада, если вы пронесете свою любовь через года и ты дождешься ее. Но сейчас рано еще.

– Ну хоть ходить в кино и, в принципе, на свидания ты же нам не запретишь?

– Нет. Это было бы глупо с моей стороны. Таким образом я бы просто оттолкнула от себя сестру, и она бы перестала быть моей подругой. А для меня важно, чтобы Зара доверяла мне и всегда могла положиться на меня.

– Я тебя понял. Спасибо, что вообще не послала.

– Ты хороший парень, а главное, целеустремленный. Думаешь, мне не нужен такой зять?

Парень улыбнулся и кивнул.

Я рада, что он меня понял. Я тоже его понимала, но не могла переступить через себя. Рано еще Заре становиться женщиной, очень рано.

Вечером муж задержался на работе. Мы с сестрой ужинали на кухне вместе с Виталиной Викторовной. А потом каждый отправился по своим комнатам. Я решила немного почитать. Закуталась в плед, взяла у Маяра в библиотеке книгу Достоевского и, удобно разместившись в нашей комнате на диване, погрузилась в чтение. Краем уха слышала, что на улице поднялся ветер, а когда бросила взгляд в окно, заметила под светом фонаря крупные снежинки, которые буквально гнало порывами ветра. Метель.

– Милли, привет.

– Маяр, ― я повернулась и заметила у двери мужа.

Его волосы были покрыты крупными хлопьями снежинок, которые буквально на глазах исчезали.

– Извини, задержался. Совещание было.

Он прошел ко мне и, склонившись, поцеловал в губы.

– Холодный. Переодевайся, сейчас ужин разогрею. Не буду тревожить Виталину.

– Примешь со мной душ?

– А сам? ― я улыбнулась и, захлопнув книгу, отложила ее на диван.

– Самому скучно.

Бондарев принялся снимать с себя вещи, а я мысленно облизнулась. Дурею от его вечно смуглой кожи, косых мышц, кубиков пресса.

– Пока ты облизываешься, хочу сообщить новость: в пятницу мы приглашены на день рождения к моему другу. Ты же составишь мне компанию?

– Конечно, ― улыбнулась я и, облизнув губы, поднялась с дивана.

Медленно прошла к мужу и, остановившись рядом, пальцами коснулась его груди.

– Ты же не думал, что я откажусь и позволю всяким курицам приставать к тебе на вечере?

– Не думал. Приставать ко мне можно только тебе. Пойдем.

И он резко подхватил меня на руки, заставляя обвить его бедра ногами.

– Покажешь, как сильно скучала по мне.

– Сегодня ко мне приходил Антон, ― пальцы мужа блуждали по моей спине, а я разморенная лежала на животе и практически засыпала.

Всегда после секса с Маяром я чувствовала себя как выжатый лимон. Он умеет доставить удовольствие и отправить меня в нокаут своими жаркими действиями и желанием довести до оргазма. Но я ведь и не была против. Мне нравилось плавиться в его руках и наслаждаться удовольствием, которое он дарит.

Пальцы мужчины замерли на позвоночнике, и я душой почувствовала, что он напрягся.

– Мне стоит начать волноваться, что к тебе подкатывает сопляк?

Я не выдержала и улыбнулась, облизывая нижнюю губу.

– Маяр, ты же и так меня ревнуешь ко всем? Антон особенный?

– Не ко всем, не преувеличивай, детка.

– Ладно. Ко всем, кто на меня посмеет глянуть.

– И зачем он приходил?

Ага, правда глаза колет, и милый решил сменить тему?

– Не переживай, не по мою душу. Просто наши дети стали взрослыми. Антон хочет, чтобы после дня рождения Зара переехала к нему. На квартиру.

– Ничего себе желания. Нет, его понять можно. Ему семнадцать, скоро совершеннолетие. Я в его возрасте уже не был девственником.

Я сощурилась и, улыбаясь, приподняла голову.

– Во сколько у тебя случился первый секс?

– В пятнадцать. Я тогда был уже слишком вспыльчив и мне необходимо было расслабляться.

– Это случилось в детдоме?

– Да.

Мои брови на миг взметнулись вверх. Я не осуждала, мне было просто интересно. Я улыбалась и смотрела в глаза мужа.

– Не думай, что я был какой‐то конченый и трахал все, что движется. Нет. Мы с той девочкой были влюблены друг в друга, и все случилось по обоюдному согласию.

– Вот это да! Слушай, а можно нескромный вопрос?

– Давай.

– Вы же в детдоме находились, и… в общем, вы предохранялись?

Маяр улыбнулся и снова повел рукой по моей спине.

– Однако ты любопытная. Не переживай, детей на стороне у меня нет.

– Хорошо. Ладно.

– Да?

– Да.

– Просто у меня был друг за воротами детдома, он мне и подгонял все необходимое.

– Ок, мне больше не интересно, ― хмыкнула я и прогнулась в спине, когда рука Маяра оказалась на крестце.

– Уверена?

– Угу. Нууу… разве что еще один вопрос.

– Слушаю.

– А где та девчонка, которая стала твоей первой? Ты у нее тоже был первый?

– Это уже два вопроса, ― я выдохнула, когда мужская рука прошлась между ягодиц.

Пакостник.

– Извини.

– Она сшалавилась.

– Ох…

– Поверь, после детдома и не такими становятся. Многие на наркоте сидят, кто‐то телом торгует, а кто‐то и убивает. Разные пути…

– Мне жаль.

– Мне нет. Она старше меня на пару лет, и я был у нее не первым.

Я развернулась и, улегшись спиной на подушки, не стесняясь своего обнаженного тела, внимательно посмотрела в глаза Маяра. Хорошо, что я не заметила там печали. Да, собственно, не о шлюшке ведь грустить. А может, я и не права, называя ее так. Это жизнь, и судьба уготовила для той девочки не радужные испытания, которые, увы, она не прошла.

– Спасибо, что поделился со мной. Я… пожалуй, это важно для меня.

– Теперь поговорим о твое первом сексе. Не одна ты любопытная, ― хмыкнул Маяр и, уперевшись локтем в кровать, посмотрел на меня горящим взглядом. ― Кто он и когда случился?

– Эй, мы так не договаривались! ― хихикнула я и потянула на себя одеяло.

– Так давай договоримся, ― он коварно улыбнулся и, нависнув надо мной, томным взглядом посмотрел на губы. Я тут же облизнула их и выдохнула.

– У меня было только двое парней до тебя. И первым был не Дима.

– А кто?

– Да так, с парнем встречалась, когда в училище училась.

– Он тебя обидел?

Я прищурилась и медленно покачала головой.

– Нет. Мы хорошо расстались. Это только с Димой мне не повезло.

– Итак, госпожа врушка, где правда?

Я округлила глаза и прикусила губу, дабы не рассмеяться и не выдать себя.

– Говори, иначе защекочу тебя.

– А это не страшно.

– А если трахну?

– Только в радость.

И он резко подмял меня под себя, удерживая вес на локтях.

– Итак, жду правды. Когда ты меня обманула? Тогда в кабинете, говоря, что у тебя был один партнер, или сейчас?

– Пффф, ну вы и тошнотик, хозяин!

– Отвечай.

– Ладно‐ладно, ― я сдалась и, смотря в его глаза, тихо произнесла, ― у меня действительно было двое парней. А тогда в кабинете я соврала, чтобы ты не докапывался.

– Потом не окажется, что их было трое? ― с подозрением уточнил Маяр, большим пальцем гладя мой висок.

Я замерла и, состроив серьезную моську, кивнула.

– Так и есть. Ты ведь тоже считаешься?

– Только запомни, девочка, что я буду теперь единственным.

И он прижался к моим губам во влажном страстном поцелуе. Стоило его языку пробраться ко мне в рот, как я прогнулась в спине и с удовольствием раздвинула ножки, позволяя Маяру расположиться между ними.

– Ты как‐то странно на меня влияешь, ― выдохнула ему в губы, когда он прекратил меня целовать.

Его член уже упирался в мою промежность.

– Это как? ― он начал медленно погружаться в лоно, выбивая из меня хриплый стон.

– Это вот так. Постоянно хочу тебя.

– Готовься улететь, ― выдохнул он и полностью погрузился в лоно.

Я пальцами сжала простыни и, откинув голову назад, прикрыла глаза, позволяя себе насладиться ласками мужчины. Маяр двигался не быстро, как это обычно бывает. Он не был резок или груб. Сейчас в его движениях читалась забота и нежность. Мне понравилось видеть его именно таким. Кажется, в этот момент он именно любил меня, а не трахал, как привык выражаться. И я впервые ощущала столько нежности от мужчины, который говорил мне о своих чувствах. Я верила ему, именно сейчас верила.

Маяр снова склонился и принялся покрывать поцелуями мою шею, плечи, ключицу. Я тихонько стонала от удовольствия и пальчиками выводила узоры по его спине. Каждый толчок отражался в моем теле спазмом и подталкивал меня к оргазму. А я не хотела спешить. В такт Маяру двигала бедрами навстречу к нему и слушала его ответные стоны. Между нами образовалась особая атмосфера, благодаря которой я ощущала легкость и тепло.

Именно сейчас я почувствовала себя женой ― любимой и любящей.

Ноготками прошлась по коже спины и почувствовала, как Маяр дернулся, погружаясь еще глубже. Я даже ноги сильнее раздвинула, желая ощутить его всего в себе. Он подхватил одну ногу под коленом, а потом, словно передумав, вышел из меня, повернул и нагнул, ставя на четвереньки.

Из горла вырвался очередной стон. Его рука надавила на поясницу, заставляя меня сильнее прогнуться, а в следующую секунду почувствовать резкий, глубокий толчок. Я опустила голову, прикрывая глаза, а Маяр, схватив меня за бедра, принялся с жадностью толкаться, даря все новые и новые спазмы. Я не выдержала и грудью съехала по простыне, руками хватаясь за подушку. Чувствовала, как влажно становилось между ножек, и текло от желания по бедрам. Мужская рука пробралась к лобку и принялась ласкать клитор, потирая его и слегка надавливая. Маяр рухнул мне на спину и, углубляя толчки, немного ускорился. И этого хватило, чтобы я резко прогнулась в спине, когда мое тело пронзил спазм удовольствия, и я кончила, едва полностью не рухнув на кровать. И только Маяр придержал меня за бедра и, громко рыча, кончил глубоко внутри моего лона. Он выжимал себя до капли, продолжая делать толчки и стараясь унять свои эмоции, каждый раз одергивая руки. Он слишком крепко сжимал меня, и я уверена, к утру на месте, где сейчас он касается моего тела, появятся синяки. И я была не против. От страсти еще никто не отказывался.

Еще пара толчков, и он медленно покинул лоно, не забыв при этом пальцами размазать влагу по моим складочкам.

Короткий поцелуй на моем плече, а потом он утащил меня в объятия, переложив к себе на грудь.

Я выдохнула и улыбнулась словно довольная кошка.

– Я сегодня без сил, ― прошептала, даже не удосужившись открыть глаза.

После второго оргазма сил совершенно не осталось.

– Так зачем, ты говоришь, приходил Антон?

– О Боже, дай вспомнить, ― хохотнула я и повела бедрами, коленом зацепив мужские причиндалы.

– Ссс… Милли, ты сейчас допрыгаешься.

– Да что? Ты ведь только что кончил, ― возмутилась я, приподняв голову и посмотрев на расслабленные черты лица.

– Да с тобой я всегда готов. Лежи, не дергайся. А то тебе мозоль натру.

Я улыбнулась и, пожав плечом, завалилась обратно на теплое местечко.

– Ладно. Мозоль не хочу. И парочке нашей я не позволила жить вместе.

– Правильно. Пусть сначала сопли утрут, а потом уже трахаются.

– Маяр! ― возмутилась я и охнула, когда его пальцы крепко сжали мою ягодицу.

– Спи. Я сплю.

– И я.

Прикусила зубами его сосок, а в следующую секунду погрузилась в сон, где главным героем был Маяр на белом коне.

Что, блин? Какой еще конь?