ГЛАВА 10.

ЕГОР

Я ее вспомнил…едва оказался в ней. Вот почему она мне так знакома. Теперь понятно, что это именно та девушка, что помогла мне когда–то пережить предательство Эмилии. В тот день, я узнал, что Лия сделала аборт, не посоветовавшись со мной. Ей просто не нужен был ребенок. Карьера, единственное что интересовало и интересует мою жену. Димас посоветовал мне массажный салон своей подружки и я подался туда в надежде снять усталость и избавиться от гнетущих мыслей. Только, я усмехаюсь, глядя на дно бокала с виски, ирония в том, что моему сыну все равно суждено было родиться. Ася, я закрываю глаза, представляя ее тяжелые груди в своих ладонях, сама того не зная, стала самым важным для меня человеком во всем мире. Сын…у меня есть сын. Я, мать твою, отец. Не имею понятия, как поступить дальше. Суды и прочие, привычное для меня дело, а разборки с женой, родителями, прилично напрягают. Но я не отступлю. Ни за что. Моему мальчику уже четыре года и я ни потеряю больше ни минуты времени, упуская возможность смотреть, как он растет. Черт! Я поднимаюсь с кресла и кладу ладонь на стекло, что служит стеной, отделяющей меня от свободного падения с восемнадцатого этажа. Внизу кипит жизнь, гудят машины в пробках, а у меня мысли о девушке, что вчера стонала в подсобке. Так сладко, так мелодично. Лия холодная, как лед, а Ася…у меня внутри всё переворачивается от воспоминаний и я совсем не злюсь на то, что она сорвала мое выступление. Я хочу всё повторить. Рисую пальцем круг на окне и допиваю виски залпом.

– Дорогой, – мурлыкает Лия и мне приходится развернуться. Одна моя рука в кармане брюк, а вторая сжимает пустой бокал. – Боже, какой ты сексуальный.

Я осматриваю брюнетку в откровенном нижнем белье и чувствую отторжение. Кажется, я уже пресытился ее ледяной красотой и таким же сердцем.

– Тебе идет.

– И всего–то? Ну же, иди ко мне…

Она приближается сама, когда понимает, что я и шагу не сделаю. Ее пальчики скользят по поясу моих брюк, а потом намереваются расстегнуть ширинку. Я хватаю ее за запястье и убираю тоненькую ручку.

– Не сегодня. Мне нужно отъехать на час.

– Что? Ты не можешь, Егор!

– Извини. Закажи себе суши, посмотри одну из своих глупых передач про моду и ложись спать.

– Егор!!!

Мне в спину летят проклятия, но я не замедляюсь, направляясь к входной двери. В лифте набираю своего водителя, потому что виски ударяет в голову. Я не самоубийца и всегда за безопасность. Примерно на пятом этаже, я звоню Димке и прошу его завтра послать букет из пятидесяти белых роз и Ветровой Асе. Только как–то не привлекая лишнего внимания. Друг, а по совместительству помощник, без вопросов обещает организовать доставку. Я прижимаюсь к стеклянной стенке кабины и гляжу на свое отражение. Ты всё исправишь, как обычно, говорю я себе. Всё исправишь…

АСЯ

Я почти два часа торчу в отделении полиции, пока меня не вызволяет какой–то знакомый Машки. Именно ей я звоню, когда понимаю, что самой мне не выбраться. Подруга помогает, не спрашивая подробностей. Подбрасывает домой, одолжив блузку, которую по моей просьбе захватила из своего шкафа. Я не спеша поднимаюсь по лестнице и по подъезду разносится эхо моих каблуков. Правда, один сломан, но стучит он ни в чем не уступая напарнику.

В квартире тихо и царит успокаивающая атмосфера. Я выбрасываю пиджак, что давит мне на плечи, быстро захожу в ванну, встаю под душ и смываю с себя Воронова. Обернувшись полотенцем, бреду на кухню выпить травяного чаю.

– Ты чего шарахаешься в темноте?

Таська растирает сонные глаза.

– Не спится.

– Только пришла что ли?

Сестра оценивает меня с ног до головы и цокает языком.

– Выглядишь так, будто сутки занималась сексом.

– Просто устала и всё.

– Ладно. Не греми тут, мне рано вставать.

Я остаюсь одна, наливаю чай, сажусь на табуретку, но вместо того, чтобы сделать глоток согревающего напитка, всхлипываю. Он снова мной воспользовался, снова поиздевался и возможно Таська права, что мне пора бы уже показать зубки. Но я не могу…не могу идти против него. Это как прыгать босиком по раскаленным углям. Так и не попробовав чай, иду в комнату. Сон приходит быстро. Раз и все.

***

Эмилия Айратовна в плохом расположении духа и всё утро искала, к кому бы придраться. Первая попалась Маша, которая видите ли была не дружелюбна с очень состоятельной клиенткой. Я, чтобы не нарваться на скандал, засела в своем кабинете и если не работала с женщинами, то заполняла документы в компьютере.

– Тук–тук, – Маша широко улыбается, открывая дверь. – Тут к тебе пришли.

– Кто?

Парень в кепке и жилетке известной цветочной сети, заносит просто гигантскую коробку с розами. Они мгновенно заполняют помещение благородным ароматом.

– Ася Ветрова? – уточняет он.

– Да, это я.

– Распишитесь.

Я встаю, расписываюсь в его бланке и он уходит.

– Что это у тебя за поклонник объявился?

– Сама не знаю.

– Здесь не меньше сотни роз.

–Я вижу. – Я присаживаюсь, чтобы поискать карточку, но нахожу не только крошечное послание на ажурном клочке бумажки, но и сертификат в магазин одежды. Моя улыбка сходит на нет, когда понимаю, кто автор этого великолепия.

– И что вы здесь столпились? Работать, быстро!!!

Эмилия входит в кабинет и застывает на месте. Слава богу, я успеваю спрятать карточку и конверт на энную сумму денег в элитный бутик.

– У Аси богатый ухажер. – Машка светится от счастья сильнее меня.

– Устроили цирк. – Фыркает Лия и так быстро оставляет нас в покое, что даже странно.

– Чего это она? – шепчет подруга, прикрывая рот рукой на всякий случай.

– Может ей давно никто цветов не дарил? – спрашиваю я, а Машка вытаскивает полураскрывшуюся розочку и прижимает к груди.

– Одну мне. Как твоей лучшей подруге.

– Бери. – Я улыбаюсь и толкаю коробку к столу.

До конца рабочего дня, она радует мои глаза и одновременно ранит сердце. Короткое «прости» на бумажке, как нож под ребра.

Возле садика Гриши, я немного отхожу от событий последней недели и натягиваю улыбку на лицо, чтобы не пугать сына. Его группа гуляет на улице, но Гришу я не вижу. Зато воспитательница видит меня и спешит навстречу.

– Ася Юрьевна, а Гришу уже забрали.

– Кто? Тася? Его тетя?

– Нет, его отец. Егор Васильевич.

– Ч–ч–то? – я заикаюсь от шока. – Да, как вы могли отдать чужому мужчине моего ребенка?

– Мне приказала заведующая. Она сказала, что всё улажено.

– Почему мне не позвонили?!!!

Я ору на женщину, а она мямлит и вскоре, к нам присоединяется та самая заведующая детским садом.

– Прекратите кричать, пожалуйста. – Просит полноватая особа с ярко красными губами.

– В смысле прекратите? Мой сын ушел не пойми с кем!!! Я звоню в полицию!

Начинаю рыться в сумке в поисках телефона, а заведующая аккуратно касается моего плеча и говорит:

– Мне неизвестно, что происходит в вашей семье, но всё законно. Егор Васильевич предоставил документ, подтверждающий его отцовство.

– ДНК–тест принес?

– Что вы, нет, конечно…

– Имейте в виду, если с Гришей что–то случится, виноваты будете вы!

Я не даю ей договорить и ухожу. Никогда так не спешила домой, как сейчас. Только зря. Еще даже не переступив порог, поняла, что сына нет. Как и Таси. Когда она так мне нужна, ее днем с огнем не сыщешь! Полтора часа, я практически не живу. Брожу по комнатам, постоянно заглядываю в окна, не выпускаю из рук телефон. Предчувствие какое–то нехорошее. Спустя еще час, в дверь стучат. Я бегу в коридор, открываю замок и вижу Гришу. Сынок запрыгивает на меня, обнимает за шею и я вдыхаю любимый детский запах.

– Господи, где же ты был? Я чуть с ума не сошла.

– Мам, дядя Егор хорофый и он водил меня на карусели. Мы ели сладкую вату и морофеное!

Только после слов сына, поднимаю взгляд и наблюдаю Воронова. До этого, я словно смотрела сквозь него.

– Тебе понравилось? – дую на волосики Гриши, что спали на лоб.

– Да! Фочу еще!

– Я же пообещал, что в выходные приеду за тобой? – Гриша радостно кивает на вопрос Егора. –Мужчины не бросают слов на ветер.

– Да, мы муфтины!

– Ну–ка, беги умываться и переодеваться, а я поговорю с дядей Егором.

Гришка убегает, скидывая на ходу сандалии. Я затягиваю Воронова в квартиру и собираюсь дать взбучку, но он сгребает меня и целует. Всасывая мой язык, умудряется прикусить нижнюю губу. Я ненарочно глубоко выдыхаю и он воспринимает это, как мое согласие на что–то. На что, не знаю.

– Хватит…Егор…

– Скажи еще раз. Назови меня по имени.

Боже, его руки блуждают по моему телу и будто оставляют ожоги. Попа, грудь, он отмечается везде. Наши языки уже настолько крепко переплетаются, что нечем дышать. Я теряю сознание…Егор меня подхватывает и я обвиваю его талию ногами. Через минуту, он щекочет мне шею своей бородой, ласкает рукой мою спину под растянутой футболкой.

– Остановись, там же Гриша.

– Больше тебя ничего не волнует?

– Ты трахнул меня и бросил деньги в лицо.

Егор чуть отдаляет корпус, чтобы посмотреть мне в глаза. Я по–прежнему у него на руках и наши лица на одном уровне.

– Не веди себя как тупая шлюха и я не буду вести себя, как свинья.

– Я ничего не сделала, я всего лишь хочу, чтоб мой сын жил со мной.

– Разве я сказал, что заберу его?

– Нет, но…

– Научись слушать и слышать, Ася.

– Сейчас я слышу, как бьется твое сердце и чувствую, как в меня упирается твой член. Это не нормально. Ты женат.

– Это мои проблемы и я их сам решу.

– Отпусти меня.

– Только после того, как мы договоримся, что попытаемся найти компромисс.

Он кладет ладонь мне на щеку и проводит большим пальцем по моим губам. Глупый жест, но хочется, чтоб он никогда не останавливался. Мы смотрим друг другу в глаза и что–то щелкает. Не знаю, раньше ни с кем такого не происходило. Будто крошечный огонек вспыхивает.

– Хорошо. Я согласна.

– Умница.

Егор опять целует меня. Долго, убедительно, с азартом. Вмиг становится понятно, что мы оба не хотим прекращать поцелуй, но надо.

– Уходи. – Наконец, произношу я. Он ставит меня на пол и немного отдаляется, но все же, еще слишком близко.

– Я пошел?

– Да. – Пытаюсь сказать твердо, но когда в каких–то жалких сантиметрах от тебя разгоряченный красавец, это сложно. Егор толкается вперед, не применяя рук и повторяет вопрос.

– Я пошел?

– Егор…Васильевич!

От улыбки Воронова у меня начинается приступ дикого возбуждения. Чувствую себя бесхребетной и беспомощной. Он понимает это и наклонившись впритык, прищуривает свои синие глаза.

– Думаю, мы сумеем договориться.

Я не отвечаю ему и толкнув дверь ногой, он выходит на площадку.

– Спасибо за цветы. – Всё, что приходит мне на ум в данный момент.

– Это знак того, что мы начинаем с чистого листа.

– Посмотрим.

Егор спускается по ступеням, а я смотрю ему вслед, оценивая костюм и туфли. Он шикарен. Интересно, а каков он в «гражданской» одежде. Ох, надо выбрасывать эти мысли из головы!