ГЛАВА 9.
Стас долго не отпускает меня у подъезда, всем своим поведением намекая, что не прочь заглянуть в гости. Это уже наше второе свидание за неделю и он явно не привык водить хороводы столько времени. Я еще удивляюсь, как он на меня в машине не набросился. Помня всё то, что было между нами раньше, могу предположить, что Стасик просто выжидает. Как хищник, перед тем как настигнуть добычу.
– Предлагаю в выходные съездить за город. У меня есть дача. Пожарим шашлык, в баньку сходим.
– Я не против, Гришка будет в восторге.
Он криво улыбается, почесывает затылок и делает пару шагов назад.
– А Таська не может с ним посидеть?
– Понятно, Стас, можешь дальше ничего не говорить. Спасибо за чудный вечер, пока.
– Ась? Ну, ты чего? Ась!
Я быстро скрываюсь за дверью и поднимаюсь по лестнице. Из окна между вторым и третьим этажом, наблюдаю, как Стас пинает урну и направляется к машине. Интересно, на что он надеялся? Решил, что я брошу ребенка и потешу его раздутое самолюбие? Не хочу даже думать о нем.
***
В «Симилии» всё по–прежнему. Машка отвечает на бесконечные звонки, а я провожаю в фойе Ингу Анатольевну, что наведалась ко мне, чтобы освежить лицо после поездки в Дубаи и рассказать об Арабских Эмиратах, о роскоши, в которой она провела целых десять дней. Я мечтаю о путешествии, но, увы, мои доходы не позволяют. Поэтому с восхищением и особым интересом слушаю женщину, впитывая каждое слово.
– Всего доброго, Асечка. Доберусь домой, пришлю тебе фотографии, как договаривались.
– Спасибо.
Я улыбаюсь ей и иду к стойке регистратора, чтобы напомнить Маше о вчерашней клиентке, что записалась на сегодня вне очереди. Но не успеваю открыть рот, потому что в кармане начинает вибрировать телефон. Может из садика звонят? Гриша утром себя неважно чувствовал, жаловался на горло. Но глянув на экран, вижу незнакомый номер. Отвечаю, вдруг кто–то по делу звонит. И не ошибаюсь…
– Ася Юрьевна? Вас беспокоит адвокат Егора Васильевича. Простите за внезапный звонок, но я должен связаться с вашим адвокатом и урегулировать несколько вопросов.
– Что? – я едва не роняю смартфон, купленный совсем недавно. – Вы не туда попали!
– Не глупите, Ася, я…
Глаза Машки округляются, когда я бледнею и покачиваюсь от шока.
– Ты чего? Что случилось? Тебе плохо? – она хочет подняться и помочь мне.
– Сиди, всё хорошо, – я убираю волосы за уши. – Просто скажи, ты ведь всё про всех знаешь?
– О чем ты?
– Где офис Воронова?
– Ась, да что такое–то?
– Я прошу тебя, помоги мне.
– Л–ладно…– Машка залезает в компьютер и через минуту произносит. – Луговой проезд, дом девяносто три.
– Спасибо. И еще, отмени все мои сеансы на сегодня.
– Ты меня пугаешь…
– Не пугайся, я в норме. Если Эмилия спросит, скажи, что мне из садика позвонили, с клиентками всё улажу.
– Ой! Подожди!
Подруга тормозит меня, когда я уже на полпути в свой кабинет. Я разворачиваюсь и внимательно смотрю на нее.
– Королева сказала, что у мужа сегодня слёт бизнесменов в отеле «Аврора», попросила меня отменить их обед в ресторане.
Я не удивлена, что Машка иногда выполняет левые поручения начальницы, ведь сейчас этот факт играет мне на руку.
– Спасибо.
– Тебе вызвать такси?
– Я сама.
Думаю, Машка прекрасно всё понимает. Она хоть и легкомысленная, но не дура. Главное, чтоб у нее хватило ума, не чесать языком при Эмилии.
***
Отель «Аврора» разительно отличается фасадом от соседних зданий. Я расплачиваюсь с таксистом и вхожу в стеклянные двери. Администратор встречает меня с улыбкой.
– Добрый день, вы на конференцию?
– Да. – Я моментом соображаю и получаю от девушки в белоснежной блузке точное направление. Мне необходимо пройти через просторный холл и свернуть направо. Там я быстро разбираюсь, что куда, и вхожу в зал, в котором сидит не меньше тридцати человек. Воронов как раз вещает, находясь у экрана, транслирующего какое–то видео. Увидев меня, замолкает. Несколько десятков пар глаз, наводят на меня прицел. Я сглатываю.
– Вы кто? – подбегает ко мне еще одна милая блондинка.
– Я с ним. – Говорю громко и показываю на Воронова.
– Вы его помощница?
Лицо Воронова багровое, а губы сжимаются в тонкую линию от гнева.
– Да, она самая. И я вынуждена прервать его выступление, – добавляю голосу твердости и звучности. – Потому что адвокаты не могут ждать!
– Уважаемые дамы и господа, извините меня, я вынужден прерваться. Финансовый директор нашей компании представит вам смету предстоящих расходов и проценты окупаемости.
Воронов выходит из–за трибуны и, ослабляя синий галстук на шее, стремительно приближается ко мне.
– Не нашла другого времени? – рычит он, оказавшись на расстоянии вытянутой руки. Длинные пальцы смыкаются на моем локте, и мужчина практически выталкивает меня из актового зала.
– Ты же вроде банкир.
Я пытаюсь вырваться и брыкаюсь в его мёртвой хватке. Подошвы моих босоножек скользят, когда он тащит меня по гладкому полу коридора.
– Еще и инвестор, и владелец заводов и пароходов.
Егор еще что–то бубнит себе под нос, когда распахивает дверь, на которой висит табличка с надписью "Служебное помещение". Грубо заталкивает меня вовнутрь и с грохотом закрывает ее. Я никогда не страдала клаустрофобией, но в этой подсобке, размером два на два метра, рядом с разъяренным, высоким мужчиной, открываются новые знания о себе.
– Я так понимаю, мой юрист связался с тобой? – самодовольно интересуется Воронов.
– Я не испугаюсь твоих цепных псов, понял? И если ты ещё раз, натравишь их на меня… Я…я…
Меня пробивает дрожь, и голос предательски ломается.
– Сына ты всё равно не получишь!
– Ты же вроде не дура, Ветрова. Я пока предлагаю тебе решить вопрос по–хорошему. Я ведь могу одним щелчком пальцев лишить тебя родительских прав. Парочка свидетелей, которые подтвердят, что видят тебя в компании разных мужчин в нетрезвом виде. Мои пиарщики такую историю выдумают, ты в век отмыться не сможешь.
Глаза Воронова блестят какой–то нездоровой ненавистью ко мне. Я набрасываюсь на него с кулаками и колочу по груди, что на ощупь, как камень.
– Козёл! Сволочь! Я тебя убью!
Злость пульсирует в висках и толкает меня к краю. Я вцепляюсь в лацканы пиджака Воронова и поднимаю на него свои глаза. Его же, спокойны и почти лениво смотрят на меня сверху вниз.
– Я буду бороться до конца, буду рвать зубами землю!
Заношу руку, чтобы залепить ему пощёчину. Мое запястье оказывается в железных тисках его хватки. Заношу вторую руку для удара, Воронов перехватывает и ее. Теперь я полностью обездвижена. Егор шумно дышит, не сводя с меня гневного взгляда.
– Может, еще раз покажешь сиськи? Вдруг я передумаю?
– Да пошёл ты!
Я дергаюсь, изворачиваюсь, кручусь на месте, но делаю только хуже. Он больнее смыкает пальцы и мне кажется, что у меня хрустят кости.
– Отпусти!
– Я знаю, чего ты хочешь, Ветрова…
Почему–то шепот Воронова вызывает мурашки, что атакуют все мое тело. Я даже не успеваю вскрикнуть, когда Егор, отпуская мои руки, распахивает мою блузку одним рывком. Треск шелковой ткани и стук, отлетающих в стену пуговиц, оглушает меня. Егор стискивает челюсти, разглядывая мой кружевной лифчик.
– Нет!
Уже почти дотягиваюсь до дверной ручки, когда он резко возвращает меня назад, и я заваливаюсь на коробки, сложенные башенкой у стены. Одному из каблуков, точно приходит конец, как и моей храбрости.
– Здесь я решаю, Ветрова, пора тебе уже это понять.
Он дергает меня за руку. Я, как тряпичная кукла, впечатываюсь в стальную грудь Егора, а уже через секунду он толкает меня на коробки, развернув спиной к себе. Я отчетливо слышу, как гремит пряжка на его ремне. Мои ноги дрожат, а сердце отбивает бешеный ритм в груди. Не медля ни секунды, Воронов задирает подол моей юбки–карандаш. Она собирается гармошкой на бедрах, и теперь он лицезреет мою попку, что едва скрывают кружевные трусики, которые уже через мгновенье становятся бесполезной тряпкой, валяющейся у ног.
– Ты сама напросилась, сама, Ася…
Схватившись за мою грудь, Воронов резко входит в меня. Я вскрикиваю и упираюсь ладонями прямо перед собой. Воронов глубоко во мне и я ненавижу себя за то, как моё тело поддаётся ему, как подкашиваются от удовольствия ноги.
– Егор… я не хочу…
Обманывать никогда не умела, но сейчас мне нужно остановить эту секс–машину, что долбит меня на бешеной скорости.
– Не хочешь, Ветрова? – из его груди вырывается смех. – Ты течешь, как сука, мои яйца уже мокрые, как в тот день…
Егор задирают вверх лифчик, и мои соски подвергаются такой пытке, от которой клитор пронизывает разрядами возбуждения. Он, то агрессивно пощипывает их, то принимается нежно ласкать большими пальцами. Но ни одно его действие не сбивает ритм, с которым он вколачивается в меня.
Я сдираю ногтями штукатурку со стены и открываю рот, будто хочу закричать, но вместо этого жадно вдыхаю кислород, а обратно выпускаю тяжёлые стоны. Егор шлёпает меня по ягодице так сильно, что я буду видеть отпечаток его пятерни ещё несколько дней. Кожу саднит, а его член ни на секунду не покидает моё лоно. Раз за разом он всё глубже и в какой–то момент, я сгибаюсь, вбирая незнакомые ощущения. Никто не доводил меня до такого состояния. Наше громкое дыхание заполняет пространство подсобки. Мокрые шлепки разбавляют этот звук. Правая ладонь Воронова оказывается между моих ног и теперь моему клитору достается все умение длинных пальцев. Это становится последней каплей. Я получаю такой оргазм, что сравнится с полётом в космос. Выгнувшись, застываю на мгновение в одной позе, а потом слышу рык Егора, который под завязку набивает меня спермой, толкаясь вперёд резкими движениями бёдер.
– Ты… в меня…
Не могу договорить, потому что он ещё не разорвал контакт, и остатки наслаждения затмевают мой мозг.
– Я знаю, что ты здорова и сейчас принимаешь таблетки. Я все знаю про тебя, Ветрова, запомни это.
Я чувствую холод, потому что Егор выходит из меня и отдаляется. Со злостью одергиваю юбку, но даже боюсь повернуться и посмотреть на него.
Он снимает пиджак, различаю по отчетливым шорохам и набрасывает на меня, чтобы я прикрылась.
– Ненавижу….
Только и могу сказать ему в ответ. Минута и крупная фигура Воронова теряется за дверью. Я сползаю на пол, оборачиваясь дорогой тканью, что источает аромат брендового одеколона и плачу.
– Забыл кое–что, не бери на свой счет.
Несколько купюр, брошенных, вернувшимся Егором осыпают меня, словно денежный дождь. Я мну, эти ненавистные бумажки и поднимаюсь, удерживаясь за стеллаж, что, оказывается, располагается поблизости.
– Что вы тут делаете?! – женщина в униформе горничной приставляет руки к бокам и ждет от меня ответа. – Сережа? Сереж! Позови охрану, пожалуйста. У нас опять проститутки разгуливают!
– Я не проститутка, – тихо отзываюсь я, пытаясь прикрыть наготу. – Я просто…
– Давай, выходи, дитя порока. Сейчас разберемся кто ты такая.
Я прохожу мимо нее и, глянув на себя в одно из огромных зеркал на стене, ахаю. Тушь растеклась, помада размазалась, на груди крошечные синяки.
– Шагай–шагай, и не вздумай убегать!
Злая тетка подталкивает меня вперед, где уже поджидают охранники. Оглядев меня внимательно, один из них усмехается и подмигивает.
– Садись, – приказывает тот, что постарше. – Полиция сейчас приедет.