36. Демьян

Первой вернулась боль. Нудная, сводящая с ума боль. В висках стучало, а все тело ломило, будто по мне катком проехали, а затем еще разок для убедительности. Больше всего хотелось обратно, туда, в спасительный сон, и очнуться, уже когда, наконец, хоть немного полегчает.

Давно мне не было так фигово.

Твою ж мать.

Затем стали возвращаться воспоминания.

Вечер в клубе. Бой. Противник, которого выставили против меня, и напутственные слова Самсонова.

“Не подведи, Зверь. Ставки высоки “.

Высоки… Это неподходящее слово. Оно не отражало и доли того, насколько важно было сделать все, как надо.

Я думал, что учел все. Но просчитался.

Выходя на ринг, был уверен — отработаю, как положено, и сдам позиции ближе к концу, устроив неплохое шоу. Да только боец напротив оказался с сюрпризом. И как выяснилось, такие вот игрища практиковались в клубе часто — уравновесить заведомо слабого противника кастетом или ещё чем посерьёзнее.

А я, идиот, слишком поздно понял, куда встрял. Ломал себе башку, как органично "лечь" под того задохлика, что стоял напротив, тогда как парнишка не стеснялся пользоваться грязными приемами исподтишка.

И теперь, лёжа, очевидно, в палате больнички, пытался собрать мысли воедино, тогда как башка просто раскалывалась. И где были чертовы врачи, которые должны были колоть обезболивающее?!

Когда дверь открылась, я уже вздохнул с облегчением, понадеявшись, что мне, наконец, уменьшат боль, сводящую с ума. Но это оказался Олег.

— Хреново выглядишь, — заявил тот предельно бодрым голосом.

— Спасибо, — проворчал, глядя на друга. — Сколько я тут? И как вообще все прошло?

Полянский окинул меня цепким взглядом и недовольно покачал головой.

— Отделали тебя, конечно, знатно, — наконец, выдал он. Я лишь прикрыл глаза, признавая его правоту. Был момент, когда я вполне мог переломить ход боя. В конце концов, не впервые сталкивался с такими вот преимуществами противника. Но поймал взгляд Самсонова тогда и понял — либо я позволю этому хмырю избить себя, либо можно забыть про информацию. Уже финальный гонг слышал будто сквозь вату — отключился, последний раз взглянув в лицо друга, зная, что тот не бросит.

— Оно того стоило, — с трудом прохрипел я. — Он отдал?

— Отдал. И, надо сказать, информация там действительно стоящая. С этим у тебя все шансы вырваться на свободу, так сказать.

— Значит, не зря, — выдохнул я с облегчением. Это обнадеживало. А травмы… Заживет. Не страшно. Главное, что жив остался.

— Не зря. Но тебе надо пошустрее собирать себя в кучу, Зверь.

— Что, не заслужил поваляться в больничке? — криво ухмыльнулся я. Однако Олег мою шутку не поддержал — только нахмурился сильнее. А еще как-то посерьезнел, что ли. Таким он обычно становился, когда шуточки заканчивались, и начинались дела. Что ни говори, а работу Палач выполнял всегда качественно и на высшем уровне. Не зря же считался спецом элитного класса, которого далеко не все могли себе позволить нанять.

— Я вот тебе сейчас новость скажу, и ты сам отсюда сбежишь. — Я тут же напрягся после его слов.

— Что еще?

— Вика твоя пропала.

— Что? — обалдел я. — Как?!

— Точнее не так — ее похитили. Причем действовали профессионально — мои люди чутка опоздали. Это плохая новость.

— А есть и хорошая?

— Есть. Сына твоего тоже пытались подрезать. Но тут облажались. Так что он сейчас у меня под присмотром.

Выдохнул. Вдохнул. Попытался собрать мысли в кучу и отключить эмоции.

Вот только не выходило ни черта! От одной только мысли, что Ковальчук где-то в чьих-то лапах, все внутри противно сжималось.

— Кто?

— Некто Савельев. Знаешь такого? Так вот она с ним встречалась, судя по всему, сознательно и добровольно. Он ей даже веник вручил приличный. Села к нему в тачку, а дальше — все, укатили. Мои только и успели разглядеть, как ей что-то вкололи. Повезло, что наружка была.

Стиснул зубы от злости. Идиотка. Ну, какая же идиотка доверчивая! Поперлась к этому ушлепку. Но зачем?

— Судя по всему, ты знаешь, кто это, — сделал верный вывод Полянский

— Знаю. Ты его пробил?

— В процессе. Но, думаю, мужик не так прост, да? — Я только молча кивнул. — Впрочем, знаешь, есть у меня еще одна новость для тебя, дружище.

— Какая на этот раз?

— Зависит от точки зрения…

— Валяй.

— За покушением на твою Вику стоит… — Олег сделал драматическую паузу и соответствующее лицо. — Твоя дражайшая супружница.

— Юля?! — Вот это действительно меня удивило.

— А что ты так реагируешь? Бабы они такие — могут ведь и приревновать. Значит, дал повод. А она у тебя ж вообще отбитая наглухо.

— Ты уверен? — спросил я, понимая, что если Волынская и правда посмела устроить это все, то ей кранты. Я долго терпел все ее фокусы, но покушение и запугивания? Это уже за гранью. Совсем берега попутала, дрянь избалованная.

— Все факты указывают на нее. Не думал, что она могла следить за тобой?

— С нее станется, — поморщился я. — Но я бы заметил… Что-то тут не так.

— Думаешь, кто-то ее навел?

— Не знаю, — выдохнул я. — Уже ничего не знаю. Но свое она обязательно получит.

Олег усмехнулся.

— Что, так сильно тебя зацепила эта Вика?

— Она — мать моего сына!

— А ты, кстати, уверен, что он от тебя-то? Ты ж вроде говорил, что не того?

— Ты его видел?

— Видел.

— Так к чему вопросы опять? — В ответ друг хитро ухмыльнулся. Ясно. Опять свои психологические штучки использует.

— Я к тому, что впрягаться придется по полной. Ты готов?

— А сам-то как думаешь? Готов.

— Просто уточнил, — усмехнулся Олежа. — Но раз такие дела, тебе и правда надо пошустрее собирать себя в кучу.

— Я уже понял. Где там врач? Чтобы обсудить мои перспективы.

— Скоро будет.

— А Богдан? Он пока у тебя ведь?

— Ага. Вместе с этой наседкой его, — фыркнул Полянский.

— Наседкой? — башка трещала, и я, кажется, соображал не особенно шустро.

— Ну, той, что приглядывала за ним. Соседка твоей девчонки.

— А, ты про Светлану… А что она?

— Ну, когда их на прогулке попытались подрезать, она так по-боевому за парня вступилась — в общем-то, мои ребята потому и успели их отстоять. Но после — наотрез отказалась отпускать куда-то ребенка одного. Поэтому, в итоге — сидят у нее в квартире с моими парнями.

— Она знает про Вику?

— В курсе. Винит во всем тебя, кажется.

— Кто бы сомневался, — усмехнулся я, вспоминая, сколько всего выслушал в прошлый раз от нее. — Главное, чтобы в безопасности. Пока непонятно, кто стоит за этим Савельевым.

— Мутный он какой-то, — задумчиво протянул друг. — Вроде бы все за ним чисто, но… Черт, Зверь, не нравится он мне.

Ох, тут я был полностью согласен. Мне этот ушлепок не нравился давно уже. Особенно его потуги в сторону Вики.

— Думаешь, работает на моего отца? Или Волынского?

— Хрен его знает. Вроде бы возле девчонки трется больше года. По идее тебя здесь тогда еще и не было. Значит, вряд ли. Он ее окучивал давно уже, но без особых результатов. Типа друг семьи.

Он замолчал, а я задумался. Если все так, то стоило искать кого-то другого в зачинщиках. Но кого? Кто мог хотеть использовать Викторию?

Романов? Так он вряд ли столько времени ее сам искал. Тем более что с меня долг он уже получил. Кто-то еще из бывших партнеров-врагов Ковальчука-старшего? Так ведь что с нее сейчас взять? Денег нет, бизнеса тоже. В чем профит?

— Мутно все, — выдал я свои мысли.

— Согласен. Так что пока — копаем. А ты — поправляйся, давай.

— Спасибо, друг, — искренне произнес я. На что Полянский усмехнулся и, кивнув, вышел из палаты.