Глава 8

Самир

— Самир Рашидович, что дальше делаем с «Соколом», — спрашивает мой помощник.

— С каким «Соколом»? — морщусь, пытаясь переключить мысли в правильном направлении. — Все, вспомнил. Шороху там наведите такого, чтобы у всех задницы задымились. Полный аудит, проверка персонала на профессиональную пригодность вплоть до уборщицы. Не мне тебя учить. Там у нас Вадик скучает. Я его отправлю представителем, ну а ты подключайся.

— Понял.

Накидав записей в ежедневник, он ушел, а я тут же набрал Вадима. Этот засранец вчера так и не отчитался за цветы.

— Доброе утро! — рявкаю на него, как только слышу на том конце трубки сонный хриплый невнятный стон. — Ты время видел?

— Да я только лег час назад. Девочке твоей подарок доставил. Квартиру другую снял, поближе к ее новому месту жительства. Жду дальнейших указаний, — уже бодрее отчитывается Вадик.

— Завтра с утра едешь в этот «Сокол» в качестве моего представителя. Мы устраиваем там масштабную проверку. Твоя задача курировать и сделать все, чтобы Настя не ушла оттуда сама.

— Не понял сейчас, — его сонный мозг еще плохо соображает.

— Найди предлог, чтобы уволить ее по статье. Мне плевать, что это будет. И еще, Вадим. Представляя мое имя там сделай так, чтобы она больше нигде не нашла себе работу. Чтобы даже уборщицей сортиров на рынке ее не взяли.

— Жестко, — он окончательно просыпается. — Хочешь растоптать?

— Хочу довести до отчаяния. Когда я приеду, Аська сдастся мне сама, лишь бы Ад вокруг нее закончился, — недобро усмехаюсь.

— А ребенок? — интересуется Вадим.

— Не знаю пока. Надо убедиться, что он Салаев. Сможешь достать материал для теста ДНК? Я, конечно, умею считать…, — в груди все вдруг взрывается и расходится болью по ребрам. Ее первая брачная ночь не со мной… Мотаю головой пытаясь скинуть этот эмоциональный напряг. Осталось совсем чуть-чуть дожать. Надо быть терпеливее.

— Самир? — вырывает из задумчивости Вадим.

— Считать, говорю, умею, но всегда предпочитаю знать наверняка. Как достанешь, пришли мне с курьером. И не затягивай! Я планирую уже в конце следующей недели появиться сам.

— Ну хоть на людей кидаться перестанешь, — хмыкает Вадим.

— Вот дам тебе в морду за борзость и перестану, — отвечаю ему тем же. — Отсыпайся. Жду от тебя отчет о фееричном увольнении моей девочки.

— Будет, — подтверждает Вадим, и сбрасывает вызов.

Уже предвкушаю эту победу. Столько рычагов давления на эту маленькую глупую девчонку. Ммм… Одно удовольствие играть с ней в игру, где правила знаю только я. Уголки губ дергаются в жесткой усмешке. Вспоминаю, что еще между нами было такого кроме белых роз. Ася ненавидит эти цветы, потому что я дарил. Карим однажды чуть не сломал мне нос за один из таких букетов. Но брата больше нет, а этого ее доктора я не боюсь.

Кроме постоянных ссор ничего в голову так и не пришло. Не буду изобретать велосипед. Расшатывать ее эмоции можно проверенным способом.

«После красивого увольнения отправь Насте на новый адрес еще одну корзину с цветами» — пишу сообщение Вадиму.

Хочу, чтобы Астахова чувствовала, что я всегда где-то рядом. Что я, черт возьми, не забыл о ней! Потом, когда я выиграю этот раунд и получу свой долгожданный приз, все будет иначе. Наверное…

Настя

— Семеновна, я в сотый раз тебе повторяю! Нет и еще раз нет. Отрабатываешь положенные две недели, потом иди на все четыре стороны! Все. Не мешай мне работать, а то насчитаю тебе штрафов и выйдешь отсюда без зарплаты, — рявкает на меня начальство.

«Две недели еще» — пишу сообщение Ярику со своего рабочего места. — «Непрошибаем!»

«Давай я приеду вечером и сам с ним поговорю» — предлагает он и пока я печатаю свое «не надо» долетает: «Не так выразился. Слово «давай» там лишнее!» — сердечко в конце.

К вечеру и правда приезжает. Они долго разговаривают за закрытыми дверями. Ярослав выходит оттуда один. Ерошит пятерней волосы.

— Неделя, — упирается ладонями на мой стол, наклоняется вперед и заглядывает в монитор. — упрямый он у вас, жесть просто. Но неделю я тебе выторговал.

— Спасибо.

Ярик показывает пальцем на щеку. Катя за соседним столом хихикает и романтично закатывает глазки. Поднимаюсь со стула и быстро целую Березина. Эта пакость поворачивает голову так, что я попадаю прямиком в его губы.

— Вот! Теперь принимается. Остальное отдашь дома, — подмигивает он.

— Эй! — возмущенно кидаю в него карандаш. Ржет и уворачивается под дружный смех моих коллег.

— Я поехал за Яном. Не скучай.

Яр от нас сбегает, а Катя сверлит его спину взглядом. Он даже не оборачивается.

— Какой он у тебя… — мечтательно вздыхает коллега.

— Какой? — делаю большую глупость задавая этот вопрос.

— Красивый, сексуальный, обаятельный, уверенный… — начинает перечислять Катерина.

Да, да. Это все про Березина. Каждое слово в точку. Женщины всегда на него западали. Ничего нового сейчас не произошло. Просто еще недавно я смотрела на эту ситуацию несколько под другим углом. Между мной и Яром все меняется, во мне просыпаются новые чувства, такие как например, ревность.

С ума сойти!

Еще недавно я просила его познакомить меня со своей девушкой, а сейчас ревную к комплиментам от коллеги! Глупость какая, но под кожей все равно неприятно зудит от этого чувства. Всеми силами перевожу мысли Кати от Ярика в рабочее русло, и сама снова включаюсь в работу.

В конце рабочего дня Ярослав забирает меня домой. По дороге думаем, как нам себя вести эту неделю. Завтра утром у Березина еще одна встреча с опером. Яр работает во вторую смену, а меня теперь тем более не отпустят, даже на пару часов. Ему приходится пытаться решать мои проблемы одному. За что ужасно стыдно. Не хотела я вот так. Это же моя беда и моя ответственность, а разгребает Березин.

Начальство сегодня весь день здесь. И проходя мимо косо на меня смотрит. Надеюсь, шеф содержит слово, и я уйду отсюда не по статье и без скандала.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Размечталась!

Следующее утро в офисе началось с суеты. Во-первых, я опоздала. Во-вторых, выяснила, что к нам пожаловало совсем большое начальство и шеф с первых минут рабочего дня рявкает на всех с особым усердием.

Быстро села на свое место и сразу набрала клиента, с которым договорилась о связи еще вчера. Дар речи у меня резко пропадает, и я просто зависаю на середине разговора разглядывая вышедшую из кабинета шефа фигуру.

Знакомые карие глаза. Темно-синий костюм и черная рубашка. Это тот самый тип, что следил за мной. Он очаровательно улыбнулся, приветливо мне кивнул.

— А вот и наша опаздашка. Анастасия, — представляет меня начальство.

— Очень приятно, — урчит этот кошмар в дорогих шмотках. — Вадим Евгеньевич Савельев, — представляется мужчина, на которого запала та часть женского коллектива нашей компании, что не виделась вчера с моим Ярославом.

Неужели они не видят, что за этой оболочкой скрывается ледяной, расчетливый монстр?! Да у него взгляд плотоядный, как у его хозяина. От этой мысли становится не по себе.

— Не могу ответить тем же, — стараюсь не опускать взгляда и немного кусаюсь.

— Мало того, что опаздываем, так еще и грубим? — вскидывает он идеальную темную бровь.

Этот гад искусно делает вид, что с ним вообще ни разу не встречались и он не шастал за мной по пятам, и не перепробовал половину клуба, где я работала. И все ему верят. Вадим достаточно уверенно держится, чтобы вызвать иную реакцию.

Мне не хочется извиняться перед ним за этот выпад. Ждет. Сверлит меня взглядом и уходить никуда не собирается. Шеф бледной молью мельтешит где-то на заднем фоне и машет мне руками, мол, падай в ножки и проси прощения у большого начальника. Только не он здесь начальник, а Самир Салаев. Ни перед тем, ни перед другим я унижаться не собираюсь!

— Бывает, — вздыхаю в ответ. — День не задался с самого утра, — внутри все дрожит, но я не покажу ему этого. Пусть доложит Самиру, что я не испугалась. Потом поплачу, дома, на плече у Березина.

Карие глаза Вадима сужаются, в них появляются искорки азарта. Как все же он похож на своего работодателя. Окружение Салаев явно подбирал под стать себе.

— Сочувствую, — в его тоне самодовольство и нотка ехидства. — И налагаю на Вас штраф, госпожа Астахова, — бьет под дых называя мою настоящую фамилию. — Десять процентов от оклада за опоздание и… — подходит ближе, стучит пальцами по столешнице наслаждаясь своим очевидным превосходством. — Ладно, я же не зверь, у вас все-таки маленький ребенок без отца растет. Еще десять процентов за хамство. В следующий раз, прежде чем открывать свой очаровательный рот, — он слегка перегибается через стол и говорит тише, чтобы слышала только я. — Очень хорошо подумай… о Даяне!

— Не смей говорить о моем сыне, — шиплю в ответ.

— А то что? — ухмыляется Вадим. — Пожалуешься своему педиатру? Работайте, Анастасия. Беру вас на личный контроль, — выпрямляясь говорит уже гораздо громче.

Ярослав

«Яр, он здесь!» — приходит сообщение от Аси.

Перезваниваю, но она не берет трубку. Мы с Виктором сидим в кафе напротив отделения, пьем кофе и обсуждаем, как обстоят наши дела. Я передал ему информацию о том, что это чучело поселилось где-то в нашем районе. Витя рассказал, что возле детского сада пока никто подозрительный не появился.

Уже собрались разойтись, как пришла ее смска.

Еще пару раз набираю Настю, но результат тот же. Давление подскакивает, пальцы сильнее сдавливают трубку.

— Что-то случилось? — профессионально считывает меня опер. Разворачиваю к нему экран мобильника, показываю сообщение. — Напиши ей. Очевидно же, что говорить не может.

«Салаев?» — пишу.

«Нет. Вадим. Тот тип из клуба.» — поясняет. — «Не могу взять трубку пока»

Показываю сообщение Виктору.

— Поехали, прокатимся, — кивает он. — Но ты должен понимать, что предъявить мне ему пока нечего.

«Насть, мы сейчас подъедем. Не паникуй» — пишу ей.

Садимся в мою машину. Веду нервно, постоянно дергаю ее со светофоров. Опер понимающе молчит. Не нарушаю и ладно.

Возле офисного здания на парковке ищем машину этого Вадима. Она должна выделяться. И да! Так и есть. Виктор делает несколько фотографий. Марку, номера крупным фоном. На посту предъявляет удостоверение, а меня и так пропускают. Я тут всю охрану в лицо и по именам знаю.

— Добрый день, — на этаже нас встречает миловидная девушка. — Вы к Насте? — киваю. — У нас там высшее руководство, — шепчет она. — Боюсь, сегодня лучше там не появляться.

— А давайте мы это сами решим, — Виктор показывает удостоверение и ей.

— Ой. Что-то случилось? — она тут же собирается, расправляет плечи и берет трубку внутреннего телефона, чтобы связаться с руководством.

— Пока нет. Плановое посещение, — невозмутимо сообщает опер.

Она даже не подумала, что это не пожарная инспекция, и не налоговая. Любые органы власти по умолчанию вызывают волнение. Так что девочка просто сообщает «наверх» об этом визите.

Через минуту перед нами появляется директор компании. Глазки бегают. В них и волнение, и недоумение, и страх.

— Ярослав, — кивает в знак приветствия. — Я думал, мы с вами обо всем договорились, — обращается ко мне.

— Да. Я просто перед работой заскочил к Насте, ключи отдать. Она торопилась и свои дома забыла. А что? — улыбаюсь тому, как на его висках появляется несколько капелек пота. Похоже, этот Вадим знатно там порядки наводит. Ничего. Этому даже полезно!

— Ааа… — выдыхает он. — Так вы не вместе?

— А должны? — интересуется Виктор.

— Да вы знаете, — нервно смеется шеф моей женщины. — Всякое бывает. Вдруг он обиделся, что я Семенову день в день не отпустил. Но есть же закон! Вот отработает положенное и никто ее не держит.

— Законы соблюдаете, значит. Это хорошо. Меня отправили познакомиться с новым владельцем компании, — поясняет Витя свое появление. — А то приезжают олигархи из столицы, а нам потом за ними разгребать, — строит из себя дурака по сценарию дешевых фильмов про ментов и бандитов.

— Понимаю, понимаю. Конечно, проходите. Вадим Евгеньевич как раз здесь. Ярослав, а к Вам Анастасию я сейчас отправлю за ключами.

— Ага, спасибо, — машу ему рукой изображая полное безразличие к происходящему и звякаю связкой ключей в кармане для убедительности.

— Яр! — минут через десять Настя буквально кидается в мои объятия.

Приподнимаю ее от пола, уношу за угол от любопытных глаз. Прижимаю к стене и не сдержавшись впиваюсь губами в ее нервно подрагивающие губки.

— Здесь. Я здесь, — глажу ладонями ее лицо. — Хочешь, заберу тебя отсюда прямо сейчас?

— Он очень много знает, — шепчет она прямо мне в губы. — Он меня Астаховой назвал! И Даяна по имени. Салаевы заберут его у меня, — ее глаза наполняются слезами. — Стоит им только выяснить, что Ян от Карима. Это все, Яр. Это будет конец!

— Давай поженимся, Ась. Я договорюсь, нас быстро распишут. Я усыновлю Даяна…

— Самиру будет на это наплевать, — выдыхает она, стирая ладошками слезы.

— Я, как отец, смогу на законных основаниях защищать ребенка, — поясняю ей. — Если что-то случится, Насть, меня даже слушать не станут. А так, я муж и отец, понимаешь? Мы должны подстраховаться со всех сторон. Не так я, конечно, себе все это представлял, — на секунду закрываю глаза.

— Ярик, — Ася подтягивается на носочках, целует меня в губы быстрыми, частыми поцелуями. — Яр, мне так страшно еще и тобой рисковать, — гладит по лицу, по волосам.

— Не надо за меня бояться, Насть. Это ты у меня маленькая, нежная и хрупкая, а я большой мальчик, который не зависимо от твоего решения будет вас с Яном защищать всеми доступными способами. Я обещаю тебе, слышишь меня? И если ты не захочешь потом жить со мной. Если не получится, я отпущу и все равно всегда буду другом.

— Тише, — она кладет пальчики мне на губы. — У нас получится, — скользит подушечками пальцев сминая их и снова целует.

Соленый вкус ее слез кружит голову и вот это: «У нас получится», разгоняет до запредельных скоростей мой пульс.

— Я согласна, — улыбается Настя. — На все твои предложения согласна. Для моего сына не будет лучшего отца, чем ты. Мне пора, — выскальзывает из моих рук. — Завтра подадим заявление? — спрашивает, сделав от меня несколько шагов.

— Да, — сдавленно отвечаю.

Не хочу ее туда отпускать. И чтобы было вот так, из необходимости, тоже не хочу. От этого, несмотря на ее «Да», на душе погано. Хочется дать ей гораздо больше, чем я могу.

* * *

Виктор возвращается в странной задумчивости.

— Подкинешь до участка? — спрашивает у меня.

— Конечно. Что там?

— Да ничего. Паспорт его я сфотографировал. Доберусь, прогоню по всем доступным базам. Пока придраться не к чему. За то, что мне рожа его смазливая не нравится, не посадишь. Даже не задержишь. Держится уверенно. Документы в порядке. Он даже временную регистрацию себе сделал, — усмехается опер. — Кстати, по новому адресу. Тебе не дам, — предупреждает сразу. — Самодеятельность в таком деле совсем ни к чему. У них в офисе камеры стоят. Чел на видеонаблюдении говорит, что пишут они без звука. Звонки записываются отдельно, а бабский треп никому не интересен. Для доступа к файлам потребовал с меня официальную бумагу. Прошаренные все стали. Я попробую выбить у начальства, но не думаю, что это что-то даст. Вадим явно профессионально работает и далеко не на руководящей должности. У меня на таких чуйка.

В задумчивости доезжаем до отдела, где служит Виктор. Прощаемся. Я успеваю заскочить домой. Быстро принимаю душ, переодеваюсь и еду на работу.

— Ярослав, — Марина ловит меня у кабинета. — там заведующая рвала и метала сегодня с утра, — шепчет она. — На тебя какая-то мамочка огромную жалобу накатала. И не нам в больницу, а сразу выше. Ты чего натворить успел? — смеется она.

— Очередная неудовлетворенная идиотка, — вздыхаю. — Я пока в столице работал, всегда ржал над такими историями, а тут сам вляпался. Ладно, разберусь. Спасибо, что предупредила. Кстати, Марин, забери ее к себе, а. Я с жалобой разгребу, но эту дуру вести больше не буду. Не до ее капризов сейчас.

— Случилось что-то? — она тут же становится серьезной. — Я смотрю, ты загруженный постоянно в последние дни.

— Да так. Личное, — отмахиваюсь.

— Ох уж эти привлекательные холостяки в белых халатах, — Маринка шутя закатывает глаза. — Личная жизнь не дает ни спать, ни работать. Ладно, разгребай. Возьму я твою барышню. Спасу личную жизнь и репутацию коллеги, — хлопнув по плечу красиво разворачивается и цокает каблуками по коридору.

Жалоба! Ну твою же… Что она там такого наваяла, интересно?

Только и успеваю, что открыть кабинет, да надеть халат, как по внутреннему телефону звонит заведующая клиникой.

— Березин, зайди ко мне, — просит она. Спокойная такая. Улыбнуло.

Беру ключи со стола, закрываю кабинет извиняясь перед первыми пациентами. Обещаю, что скоро вернусь, и иду на казнь.

Стучу пару раз для приличия. Настроение отвратное. Позволяю себе наглость и захожу, не дожидаясь приглашения.

— Привет, Яр, — ухоженная женщина с аккуратной прической и маникюром указывает на стул напротив нее. — Я с тобой поговорить хотела еще раз насчет места зав. педиатрии. И от голодных баб отбиваться будет проще, — смеется она. — А мне еще один мужик на управляющем посту не помешает. Подумай. Тут и зарплата поинтереснее.

— И что, за жалобу даже выговора не будет? — подозрительно смотрю на нее.

— Я тебя умоляю! — машет рукой. — Я тут не первый день работаю. Ты наших травматологов видел? — киваю. — А массажистов? Думаешь, ты первый тут? Нет, мой хороший. Таких атак охотниц за хорошими мужиками у нас предостаточно. Для проформы поорала на пятиминутке. Надо же лицо сохранять. Чаю хочешь?

— Нет, благодарю. Работы много сегодня. Запись полная, еще вызовы, а мне ребенка из детского сада в этой всей суматохе надо успеть забрать, — вежливо отказываюсь.

— Как он, кстати? — интересуется она, делая чай только для себя.

— Все хорошо. Не без вашей помощи. А насчет заведующего обещаю подумать, — поднимаюсь со своего места.

— Звучит обнадеживающе.

Кому как. Но ей об этом не говорю. Мне сейчас любая дополнительная опора под ногами лишней не будет. Вес слова заведующего отделением лучшей клиники города и обычного врача — разные вещи. Статус имеет слишком большое значение.

В промежутках между пациентами стараюсь держать связь с Асей. Мы то переписываемся, то созваниваемся. Сосредоточиться на работе до конца не выходит. Я весь там, с ней.

Закончив в клинике, еду на вызов, потом забираю из детского сада Даяна, лечу еще на один вызов и Насте приходится ждать меня на улице.

— Прости, — обнимаю ее, целую в губки. — Дикий день.

— Не извиняйся передо мной за свою работу, пожалуйста, — просит она.

Чтобы разгрузить нас, обоих везу всех в детское кафе. Мы заказываем мороженое с разноцветными посыпками, молочные коктейли, смотрим мультики, которые крутятся по телевизору на стене и изо всех сил стараемся веселиться. У нас даже немного получается.

— С завтрашнего дня ты на больничном по уходу за ребенком, — сообщаю ей. Долго думал над официальным предлогом ее невыхода туда больше. Это оказалось самым простым вариантом. Воспитателя я предупредил, что Ян пока в детский сад ходить не будет. Мне кажется, они там все выдохнули, — смеюсь, поглаживая пальцами ее запястье, протянув руки через стол. — Заявление поедем подавать, — подмигиваю, подношу к губам ее прохладные ладошки, целую. — И платье тебе выбирать.

— Платье? — удивленно моргает Ася. — Зачем?

— Что за дурацкие вопросы, я не понял? Или мы этому козлу дадим испортить нам праздник? Я вот, между прочим, — понижаю тон, — еще ни разу не женился. Я хочу невесту в белом платье!

Однажды я видел ее в белом платье. Мне тогда хотелось выть и царапать стены, но она была безумно красивая. Не для меня. А теперь Аська моя. И я устрою для нее праздник. Маленький, тихий, только наш. Но он обязательно будет. И платье у нее будет самое лучшее, что можно найти в этом городе за короткий срок.

— Хорошо, — улыбается Ася. А я радуюсь, что поход в кафе все же сработал и мне удалось немного ее разгрузить.