Глава 4

*****

Когда дверь за Дамаяти закрылась, император перевел взгляд на меня. И вот теперь я почувствовал, что такое его аура власти. Меня только что к земле не гнуло.

Это не магическая сила в чистом виде, — хотя и магии там хватало, — это что-то другое. Шакти? Вряд ли. Прана? Возможно. Впрочем, и волю самого могущественного человека в стране, вложенную в эту энергетическую смесь, нельзя было сбрасывать со счетов.

Я сжал зубы, постаравшись сделать это незаметно, но глаз не отводил.

Понятно, что императору что-то от меня нужно, но от меня еще никто и никогда ничего не получал силой. Ни в прошлом мире, ни в этом.

И так будет и впредь.

Договариваться я готов, и расплачиваться за помощь тоже. Но не гнуться под сильных мира сего.

— Силен, — хмыкнул император, и ощущение давления внезапно исчезло.

Я молча обозначил поклон из положения сидя.

— Ты понимаешь, что я тебе могу очень сильно помочь одним своим словом? — вкрадчиво поинтересовался император. — И уничтожить могу точно так же.

— Конечно, ваше величество, — ровно ответил я.

Не время показывать характер. Я запомнил эту попытку меня прогнуть. Я вообще никогда не забываю ни добра, ни зла. Однако сейчас я не в том положении, чтобы идти с ним на конфликт.

Пару секунд император пристально смотрел мне в глаза.

— Тогда так, — сказал он. — Я прикрою себя своим словом до твоего совершеннолетия. Это не защита и не гарантия, желающих втихую подпортить мне игру хватает. Однако открытую войну тебе никто не объявит, это точно. За это твой род будет должен мне услугу. Любую и в любое время.

Мощное предложение.

Отсутствие войны на два года — это очень много. Да, это не отменяет ни покушений, ни подстав, ни тихой травли, если она кому-то будет выгодна. Однако за два мирных года я смогу поднять свой род на ноги. С таким прикрытием от императора — даже если это будет всего одна его фраза на каком-нибудь приеме — род Раджат точно выживет.

Но и цена огромная. Любая услуга, в любое время, да еще и не от меня, а от рода… Просьба императора может нас уничтожить. Правда, может, и нет. Совершенно не факт, что он станет так жестить с нами.

И этот риск в любом случае лучше, чем война в ближайшее время. Я не сразу это осознал, но дело ведь не только в Дамаяти. Стервятников, готовых наброситься на ослабевших род, во все времена хватало.

— Я с благодарностью приму вашу помощь, ваше величество, — я поклонился из положения сидя. — И даю слово, что род Раджат выполнит любую вашу просьбу.

Император удовлетворенно улыбнулся и кивнул.

— Восстанавливай род, Шахар, — сказал он. — Два года пролетят очень быстро.

— Сделаю все возможное, ваше величество.

*****

Я вышел из дворцового комплекса уже в сумерках. Никак не могу к этому привыкнуть: вечер только начинается, а на улице уже темень кромешная. На юге везде так, знаю. Просто всю прежнюю жизнь я прожил в городе, где летом были белые ночи.

Асан ждала меня за рулем машины на гостевой стоянке.

Я сел на заднее сидение и обратил внимание, что она чересчур напряжена.

— Что случилось? — спросил я.

— Викрам передал, что за нами был «хвост», — ответила китаянка.

Я вздохнул. Мой начальник родовой гвардии и ближник, принесший мне личную магическую клятву верности, Карим Саварати, так и не вышел из комы. Викрам временно заменял его. И как бы это «временно» не стало постоянным.

Ладно, не время для сожалений.

— Расклад? — коротко спросил я.

Наша группа прикрытия вела нас сюда, приглядывая издали, и должна была присоединиться, когда мы поедем обратно. А теперь, я так понимаю, планы изменились.

— Гвардейцы отсекут «хвост» и… — начала Асан.

— Нет! — перебил ее я.

Ну что за манера у гвардии сначала схватить, а потом думать? Ясно же, что там рядовые филеры, которые вообще не факт, что знают заказчика.

— Марну я уже оповестила, — понимающе хмыкнула Асан. — Безопасники будут здесь в течение пятнадцати минут.

— А гвардейцы что, тебя не послушали? — нахмурился я.

— Я не стала накалять обстановку, — дипломатично ответила китаянка.

Это еще что за новости? Рядовые гвардейцы наплевали на указания ближника наследника рода? Это ненормально. Тем более, только глухой и слепой еще не в курсе, кто для меня Асан. Даже дядя с ней спорить побаивается, а тут рядовые гвардейцы.

— Внутренний саботаж? — предположил я.

— Сговор, скорее, — неопределенно покачала головой Асан. — Командира этого конкретного отряда и… а вот не знаю. Пусть Марна разбирается.

— Логично, — хмыкнул я.

Помню я одного обиженного, которого еще в Лакхнау понизил в должности. Садахар Биджау, бывший глава разведки рода, который теперь подчиняется напрямую Марне. И я до сих пор не уверен, что это было правильное решение.

Если это Биджау, то мне даже интересно, как он обошел магическую присягу роду.

— Ждем безопасников, — добавил я. — Потом едем к Раму.

— Принято, — кивнула Асан и откинулась на спинку водительского кресла.

Безопасник приехал даже раньше обещанного, через двенадцать минут. Я засекал. Он сообщил, что его группа рядом с гвардейцами, и все дальнейшие действия относительно «хвоста» он берет на себя.

Еще через два часа мы с Асан приехали на базу Рама. Ну точнее, как на базу… Когда Асан остановилась у небольшого охотничьего домика, который со всех сторон был окружен лесом, я удивился.

Диверсанты что, под землю зарылись? Других предположений у меня не было.

Гвардейцы въехали на поляну вслед за нами, за городом они старались держаться к нам поближе.

— Идем, — улыбнулась Асан.

Внутрь мы вошли с ней вдвоем. Домик был деревянный, довольно свежий и ухоженный. Внутри по трем стенам располагались деревянные же лежанки, около четвертой стены пристроился небольшой стол и пара табуреток. Прям домом повеяло, только дровяной печки не хватает.

И да, диверсанты действительно зарылись под землю. Асан вышла на середину комнаты и откинула люк в подвал. Тоже ничем не примечательный подвал, еще и абсолютно пустой к тому же.

Только в дальнем темном углу, если знаешь, на какие камни и в каком порядке нажать, можно было открыть дверь в настоящий бункер. Сразу за ней нас встретил Рам.

— Шахар, Асан, — приветственно кивнул он.

— Рам, — кивнула в ответ Асан.

— Отличная база, — тоже кивнув, улыбнулся я.

— Маленькая только, — улыбнулся Рам. — Зато в лесу раздолье для тренировок моим ребятам. Тут все же слишком близко к городу, частенько лишний народ шастает. Один раз следы не спрячешь как следует — принимай в гости очередного глазастого горе-следопыта.

Я усмехнулся. Надо как-нибудь выбраться с ближниками за город, посидеть у костра вечерком, послушать байки. Спорю на что угодно, им всем есть, что рассказать салаге.

— А про пленницу что скажешь? — поинтересовался я.

— Да нормальная девчонка, — слегка смущенно ответил Рам.

Это он чувствует себя виноватым за то, что живьем мне ее притащил, или за то, что уже начал к ней симпатию испытывать?

— А поподробнее? — чуть холоднее уточнил я.

— Смирная, разумная, тихая, — коротко отрапортавал Рам. — На второй день на скуку пожаловалась, мои парни ей книжек притащили, сидит читает.

— Больше не жаловалась?

— Нет, что дали, то и читает.

— Блокиратор на ней есть? — продолжил расспросы я.

— Так точно, — кивнул Рам. — Снимаем строго по регламенту. Инцидентов не было.

Опять он на свой язык перешел. Вот откуда шестнадцатилетний мальчишка может знать регламент? Я-то догадываюсь, о чем он, но в этом мире наверняка свои правила.

— Рам, — вздохнул я, — мне приятно твое высокое мнение обо мне, но я физически не могу знать всего. Поясни про регламент.

— Да, извини, Шахар. Не вижу я в тебе мальчишку, — хмыкнул Рам. — То и дело ощущение накатывает, как будто с военным отставником говорю.

Я напрягся. Диверсант был не так уж далек от истины. В родном мире меня учили как боевого мага, и опыт в этой специализации у меня тоже был. Недолгий, правда, потому что я быстро увлекся незаконченной разработкой отца, которая потом принесла нам титул, но тем не менее.

— По регламенту магический блокиратор полагается снимать три раза в сутки, то есть каждые восемь часов на полчаса, — сообщил Рам.

Я прикрыл глаза. Садисты! Это регламент для военных преступников, о здоровье которых никто изначально заботиться не собирался. Бедная девчонка.

— И как она? — ровно спросил я.

— Я потому и попросил тебя поторопиться, — признался Рам. — Жестоко это для нее. Держится, молчит, но я же знаю, что паршиво ей.

И вот опять: они не сказали, а я забыл. С себя ответственности я не снимаю, но Рам-то какого дьявола целую декаду молчал?

— Веди, — сказал я.

В этом бункере действительно было совсем мало места. Разговаривали мы в предбаннике, если пространство перед входом можно так назвать. В предбанник выходили четыре двери.

Одна дверь была распахнута, за ней была кухня с зоной отдыха. Вторая была прикрыта неплотно, там виднелись койки. Остальные две двери были закрыты. Оружейка и камера, если навскидку.

Рам подошел к дальней закрытой двери и достал ключ.

— Останься здесь, — попросил я Асан.

Китаянка поджала губы, но молча кивнула.

*****

Девочка Дамаяти была хороша. У нее были прямые светлые волосы до пояса, небольшая аккуратная грудь и очень спортивная фигурка. Ее смуглая кожа воспринималась просто как роскошный загар. Не знал бы я имена обоих ее родителей, решил бы, что она полукровка.

Я даже залюбовался на минуту, всегда любил длинноногих блондинок.

— Раджат? — одарила меня холодным взглядом девчонка.

— Шахар Раджат, наследник рода Раджат, — приветственно кивнул я.

— Андана Дамаяти, — кивнула она в ответ.

Она не выглядела, кстати, заморенной пленницей, даже несмотря на блокиратор.

А он, мягко говоря, неполезен. Блокиратор вынуждает организм мага работать на пределе, потому что он фактически вытягивает из тела любые крохи магии. По крайней мере, магии именно своего цвета. Организм вновь и вновь вырабатывает силу, чтобы восстановить нормальную циркуляцию в магических каналах.

День-два в таком режиме вреда не принесут, но декада — это уже серьезная нагрузка.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил я.

— А ты сними эту штуку, — девчонка подняла руку с блокиратором, — и узнаешь!

— Ты со мной драться хочешь? — удивился я.

— Хочу, — серьезно кивнула Андана.

— А смысл? Ты после блокиратора ни на что не способна толком будешь.

Слишком долго она уже в нем. Если бы ее поймали вчера, то после снятия блокиратора она сразу была бы способна задать жару. Но после декады девочка восстанавливаться будет несколько дней.

— А ты сними, и посмотрим, — провокационно улыбнулась Андана.

Маг четвертого ранга, да после блокиратора? Не вижу я в ней внятного соперника. Однако зачем-то ей этот поединок нужен.

— И что я получу в случае победы? — хмыкнул я.

— Отвечу на любой твой вопрос, — предложила Андана.

Неплохая цена.

— А если победишь ты?

Не верю я в это, но не оговорить второе условие было бы невежливо. Да и мало ли, в конце концов? Как говорили у меня на родине, раз в год и незаряженное ружье стреляет.

— Отпустишь меня, — заявила она.

Нехилые у малышки запросы.

Видя мое недоумение, она добавила:

— Я дам слово, что сохраню в тайне все, что видела с момента нападения твоих людей на наш объект, и ты меня отпустишь.

Да даже если так. Спорю на что угодно, безопасники ее клана рано или поздно по мелким оговоркам и реакциям вычислят, кто и где ее держал в плену. А если сразу на детектор лжи потащат, то и выяснят сразу. Ей говорить вообще ничего не придется, тело скажет все за нее.

Андана мои размышления поняла по-своему:

— Думаешь, раз я — бастард, так и чести у меня нет? Я тебе не Дамаяти, я свое слово держу всегда!

Неожиданно.

Ну то есть тот факт, что Дамаяти она не любит, неудивителен. Не могла девчонка не почувствовать к себе сугубо потребительского отношения, особенно на фоне законных детей. Аристократы почти со всеми принятыми в род бастардами так обращаются.

Да только говорит она явно не об этом.

— Чем тебе Дамаяти так насолили? — поинтересовался я.

— Не твое дело, — буркнула она.

Я молча пожал плечами. Ну нет так нет. Хотя любопытно, конечно.

— Так что, будем биться? — спросила она.

А почему нет, в конце концов? У меня как раз созрел один вопрос, который я хочу ей задать.

Я встретил ее горящий азартом взгляд и пару секунд помолчал. Похоже, какие-то сюрпризы у нее за пазухой все-таки есть. Что ж, тем интереснее.

Я требовательно протянул ей руку, ладонью вверх.

Она недоверчиво сделала шаг навстречу и подняла руку с блокиратором.

Бросив взгляд на краешек браслета, я с облегчением выдохнул. Зеленый. Я не уточнил этот момент у Рама, и зря. Смешно было бы, окажись она синим магом, как и я. Точнее, как предыдущий владелец моего тела.

Блокиратор может и замкнуть, и снять любой маг, владеющий другим цветом магии.

Когда я это узнал, долго скрипел зубами. Тогда, в плену у Дамаяти, я в любой момент мог сам снять с себя блокиратор при помощи собственной полноцветной магии. Так нет же, мне даже в голову не пришло попробовать.

Зато теперь я знаю, что главный сдерживающий фактор для магов этого мира на меня не работает. Хороший козырь.

Я быстро сплел простейшую синюю «отмычку» и накинул ее на блокиратор. Браслет вспыхнул на мгновение и раскрылся. Он превратился просто в полоску кожи, изнутри обработанную мелкими толчеными кристаллами темно-зеленого цвета.

Андана подхватила падающий блокиратор другой рукой. А только что освобожденной кистью сделала быстрый жест и кинула в меня каким-то простеньким изумрудным плетением.

Хороша, чертовка!

Чуть отклонив корпус, я увернулся.

Что ж, мне сразу многое стало понятно. Блокиратор был подобран неточно, поэтому ей с ним жилось лучше, чем могло бы быть. И поэтому же сейчас она способна выдать магическое плетение сразу. Ей просто не требуется время на то, чтобы разогнать магию по каналам, какие-то крохи силы у нее там были.

И подготовка у нее отменная.

Будь я действительно шестнадцатилетним пацаном, она подловила бы меня этим первым ударом.

Андана отскочила от меня на пару метров. Она отшвырнула блокиратор в сторону и напружинила ноги. Ее глаза мгновенно стали холодными и сосредоточенными глазами хищника.

Я спокойно стоял на своем месте.

За эту декаду я выучил только три синих плетения: простейший отражающий щит, силовые шарики и удавку. Зато каждое из них я могу создать мгновенно, мысленным воплощением, без жестов.

Девчонка прищурилась. Качнувшись вправо обманным движением, она резко рванула вперед.

Я сделал шаг влево и подставил синий щит под ее плетение.

Щит вспыхнул, когда магическая атака разбилась об него, но и сам он исчез мгновением позже.

Андана в это время оказалась в полушаге от меня. Вспышку щита она грамотно использовала как прикрытие, чтобы выиграть эту секунду на сближение.

Согласен, протупил. Надо было просто уворачиваться.

Андана вытянула руку, не дотянувшись до моей шеи буквально на ладонь, но и там ее уже ждал щит.

В ее глазах мелькнуло удивление. На скорости ткнувшись вытянутыми пальцами в щит, она непроизвольно отдернула руку и уже собиралась было отскочить, но я не дал.

На ее шее затянулась моя магическая удавка.

Девчонка дернулась, но только еще больше затянула петлю на своей шее.

Хороша! Ей не только мальчишка, ей и взрослый мужик проиграл бы, не будь у него опыта боевого мага.

И даже боевой маг проиграл бы, будь опыт у нее самой.

— Сдаюсь, — прохрипела Андана.

Я развеял удавку и отошел на пару шагов в сторону.

Девчонка сделала глубокий вдох и уперлась руками в колени. Все-таки выдохлась, даже неточный по цвету блокиратор так просто не дается.

Постояв в этой позе несколько секунд, Андана выпрямилась и устремила на меня вызывающий взгляд.

— Давай свой вопрос, — потребовала она.