Глава 7

В шкафу Койота нашлось немного вещей, и после осмотра я понял, почему он не спешил готовиться к следующему рейсу. Готовиться было почти не с чем. Я складывал снаряжение на диван, а память понемногу подсказывала, откуда оно взялось. Рюкзак он купил в лавке возле рынка, польстившись на скидку, и пожалел об этом уже после первого похода. Зато оружейника на Московской вспоминал с уважением. Даже собирался к нему зайти, когда появятся деньги.

Я потянул за лямку возле заплаты, и нитки затрещали. Осталось только покачать головой и убрать рюкзак с дивана.

— Хорошо хоть дома порвался, — пробормотал я. — В лесу пришлось бы всё добро в руках тащить.

Куртка после встречи с баргестами тоже никуда не годилась. Рукав ещё можно было зашить, но ткань возле плеча разошлась так, что проще купить новую. Я провёл пальцем по разрезу, рядом с которым засохла кровь, и поморщился. Ещё немного — и когти достали бы до шеи. Ботинки хотя бы остались целыми, только подошвы стёрлись. По городу походят, а вот в Туман лучше взять другие.

Оружия не было совсем. Нож остался в глазу вожака баргестов, и забирать его я не собирался. Надеюсь, твари он пригодился больше, чем мне.

На столе лежали двести пятьдесят рублей. Пока я их пересчитывал, сумма казалась приличной, но стоило открыть блокнот и записать первые покупки, как уверенности поубавилось. Меч обойдётся недёшево, хорошая обувь тоже. А ведь ещё нужно во что-то одеться и оставить денег на еду до рейса.

Если Замяцкий заплатит обещанное, станет полегче. Главное — вернуться.

Я поймал себя на этой мысли и с раздражением закрыл шкаф. Прекрасное занятие нашёл: сижу дома и заранее прикидываю, как могу погибнуть. Один раз уже получилось, хватит. Сейчас нужно собраться так, чтобы потом не жалеть, что сэкономил на ремне или пожалел денег на нож.

В пятницу будильник затрещал в шесть утра. Я выключил его и ещё немного полежал, разглядывая потолок. Вчера идея встать пораньше и пробежаться казалась разумной, а сейчас хотелось только перевернуться на другой бок.

Всё же пришлось вылезать из постели. После схватки с баргестами я слишком хорошо запомнил, как быстро кончились силы. Соображать ещё мог, а руки уже не слушались. Если снова окажусь в такой переделке, одной смекалкой не отделаюсь.

Спортивные штаны нашлись в глубине шкафа. Свитер пришлось вытряхнуть, а кроссовки я вытащил из-под коробки и некоторое время рассматривал, прежде чем надеть. Пыльные, но целые, подошва не отклеивается. На первое время сойдут.

Во дворе было прохладно. Дворник сгребал листья у бордюра, неподалёку мужчина с собакой пытался уговорить её отойти от дерева. Пёс на миг отвлёкся на меня, гавкнул и вернулся к своим делам. Я размялся возле подъезда и побежал вдоль домов.

Поначалу всё шло неплохо, даже подумалось, что зря я переживал. Ноги двигались легко, после сна приятно было подышать воздухом. Но уже через пару минут пришлось замедлиться: в боку закололо, а дышать ровно никак не получалось.

— Ну что, Койот, — выдохнул я, переходя почти на шаг, — далеко мы с тобой не убежим. Придётся учиться.

Прежний хозяин тела наверняка много ходил, работа у него такая. Но бегать, похоже, не любил. Я выбрал темп помедленнее и решил хотя бы не останавливаться через каждые несколько домов.

Я помнил, что в прошлой жизни занимался рукопашным боем. Без соревнований, просто ходил в секцию, чтобы суметь постоять за себя. Дальнобойщику это полезно: на стоянках встречались желающие поживиться чужими деньгами. Иногда удавалось разойтись после разговора, иногда приходилось отбиваться.

С баргестом разговор не поможет. Да и приём, который работает против человека, ещё надо умудриться применить к твари, бросающейся тебе в горло. Зато выносливость пригодится наверняка. Хотя бы чтобы вовремя убежать, если драться уже бессмысленно.

К своему подъезду я вернулся минут через двадцать, часть пути всё-таки пройдя пешком. Свитер прилип к спине, ноги дрожали. Я упёрся ладонями в колени и попытался отдышаться, когда рядом остановился мужчина с собакой.

— Давно не бегал? — спросил он, придерживая поводок. — Что-то вы совсем выдохлись.

— Можно сказать, заново начинаю, — ответил я, выпрямляясь. — Переоценил себя немного.

— Тогда не гоните так. Я в прошлом году тоже решил молодость вспомнить, а потом неделю по лестнице боком спускался. Собака уже без меня гулять собиралась.

Я посмотрел на пса. Тот сидел у его ноги и, кажется, был вполне готов подтвердить рассказ хозяина.

— Спасибо, учту. На сегодня мне точно хватит.

После душа стало легче, даже есть захотелось. Пока жарились яйца, я вернулся к списку покупок и решил начать с оружия. На него экономить больше всего не хотелось.

Лавка «Клинок и Сталь» находилась на Московской улице. Память Койота обещала четверть часа пешком и на этот раз не подвела. По дороге я несколько раз задерживался у вывесок. Рядом с рекламой обуви предлагали амулеты, проверенные Гильдией магов, а чуть дальше — страховку от Тумана.

Местные проходили мимо, даже не поворачивая головы. Для них это было не удивительнее парикмахерской. Я же пока не привык видеть слово «магия» в обычной рекламе.

Оружейная лавка как раз и оказалась рядом с парикмахерской. Над дверью висела доска с перекрещёнными клинками, а когда я вошёл, за прилавком звякнул колокольчик.

Внутри пахло маслом. Между витринами оставили узкий проход, по дальней стене развесили арбалеты. Я задержался возле них, но после знакомства с ценами решил пока обойтись без расспросов.

Из-за прилавка появился мужчина лет пятидесяти. Усатый, в кожаном фартуке поверх рубахи, он вытер руки тряпкой и кивнул мне.

— Добрый день. Уже знаешь, что нужно, или пока присматриваешься?

— Нож покрупнее. А лучше короткий меч, чтобы в Туман брать, — я подошёл ближе и положил блокнот на край прилавка. — Старый нож потерял, с одеждой тоже беда. Так что сразу предупреждаю: денег не столько, сколько хотелось бы.

Продавец посмотрел на меня внимательнее, будто пытался вспомнить, где видел.

— Проводник? Тогда давай подберём что-нибудь без лишних украшений. За них деньги берут, а толку в Тумане никакого.

Он достал охотничий нож и положил передо мной на ткань.

— Двадцать сантиметров, хорошая сталь. Десять рублей. Для обычной работы хватит, только ты, судя по разговору, не консервы открывать собираешься.

Я взял нож и проверил, как лежит в ладони. Вещь неплохая, но после баргеста хотелось держать врага подальше от себя.

— Мне бы длиннее. С таким опять придётся чуть ли не в пасть лезть.

— Уже доводилось? — Мужчина приподнял бровь, и я кивнул. — Понятно. Тогда нож для тебя сейчас не главное.

Он убрал его обратно и снял со стойки короткий меч.

— Вот это попробуй. Гладиус, за основу взяли римский. Клинок сорок пять сантиметров, заточка с обеих сторон. Сталь рязанская, с серебряной присадкой, для Тумана берут охотно.

Меч удобно лёг в руку. Я ожидал, что клинок будет тянуть вниз, но удерживать его оказалось легко. Продавец отступил к стене, а я осторожно сделал взмах и коротко ударил вперёд.

Тело само приняло стойку. Я ещё не успел подумать, как поставить ноги, а уже знал, что локоть не стоит отводить слишком далеко и после укола оружие нужно вернуть перед собой.

Койот умел обращаться с мечом. До мастера ему, наверное, было далеко, но начинать с нуля не придётся. Только где он учился? Почему я помнил движения, но не мог вспомнить ни одной тренировки?

— Занимался раньше? — спросил продавец. — Видно, что не первый раз держишь.

— Немного, — ответил я, опуская клинок. — Давно, похоже.

На последнее слово он не обратил внимания.

— Значит, освоишься. Только здесь больше не пробуй, а то за витрину тоже придётся платить.

— Не буду. Сколько за меч хочешь?

— Пятьдесят рублей. Он с рунами, простой дешевле обошёлся бы.

Продавец повернул клинок к свету и показал линии возле основания. Без его помощи я бы их не заметил.

— И что они делают? — Я наклонился, рассматривая рисунок. — Только объясни без умных слов, я в этом плохо разбираюсь.

— Слабый огонь при ударе. Не думай, что замахнёшься и тварь целиком сгорит, но рану прижжёт. Иногда это помогает отогнать ту, которая после обычного удара не отступила бы. С ножнами выйдет шестьдесят.

Почти четверть всех денег. Я ещё раз посмотрел на меч, мысленно прикидывая оставшиеся расходы. Можно поискать дешевле, конечно. А потом вспомнить об этих сбережённых рублях, когда что-нибудь полезет мне на грудь.

— Беру. Ножны нужны на пояс, чтобы нормально доставать.

— Других и не предложу, — усмехнулся мужчина. — На спине красиво смотрится, пока не приходится вытаскивать второпях. Подойди, примерим ремень.

Пока он подгонял крепления, я заметил в ящике метательные ножи.

— А за эти сколько берёшь?

— Пять рублей за комплект. Но если собираешься баргестов забрасывать, лучше не трать деньги.

Я достал один и покрутил в пальцах. В прежней жизни учился метать ради развлечения. Иногда даже неплохо попадал, когда цель не двигалась и никто не мешал. В бою всё будет иначе, но отвлечь тварь, возможно, получится. Да и тренироваться хотелось.

— За пятнадцать сколько возьму?

— Девять штук, с чехлом. Только потом по лесу искать замучаешься, — продавец проверил застёжку у меня на поясе и отступил. — Походи пока, посмотри, не бьются ли ножны о ногу.

Я прошёлся вдоль витрины и вернулся к прилавку. Вроде удобно, хотя к мечу на боку ещё предстояло привыкнуть.

— Ножи тоже возьму. А если не понравятся, обратно примешь?

— Если не затупишь и чехол останется целым, поговорим. Всё вместе семьдесят пять, — он посмотрел на меня и потёр ус. — Хотя ты ведь уже бывал у меня. Лицо знакомое. Давай семьдесят, как постоянному покупателю.

Торговаться после этого я не стал. Отсчитал деньги, убрал ножи в чехол и ещё раз поправил ремень.

— Если натирать начнёт, зайди до рейса, — сказал оружейник. — Поправлю. Только не пытайся сам дырки чем попало ковырять, испортишь кожу.

— Спасибо. Надеюсь, до рейса успею привыкнуть.

— Привыкнешь. И береги себя, проводник, а то некому будет ко мне за покупками ходить.

«Туманный следопыт» находился в двух кварталах от оружейной. С виду обычный туристический магазин, только среди спальников лежали амулеты, а рядом с флягами стояли банки с мазью от туманной гнили.

Я прочитал этикетку и поставил банку обратно. Уточнять, как эта гниль выглядит на человеке, пока не хотелось.

За кассой сидел парень с журналом. На меня он посмотрел, но чтение отложил только после вопроса.

— Рюкзак нужен, литров на сорок пять. Есть такой, чтобы не пришлось зашивать после первого похода?

— У стены посмотри, — он махнул в сторону стойки. — Только нижние не бери, если тяжести носить собираешься. Они больше для прогулок.

Дешёвые модели действительно напоминали мой старый рюкзак. А за самый дорогой просили столько, что невольно захотелось узнать, будет ли он сам идти за хозяином. В итоге я выбрал зелёный за тридцать пять рублей. Швы выглядели крепкими, лямки не резали плечи.

— Нагрузить его можно? — спросил я, затягивая ремень. — Пустой-то любой удобный.

Парень вздохнул, но всё же поднялся и принёс свёрнутые одеяла.

— Положи пока это. Только ярлыки не оторви, их потом продавать.

С грузом рюкзак сидел неплохо. Я походил между полками, немного наклонился и решил брать. С курткой пришлось повозиться дольше: подходящая по размеру жала в плечах, поэтому попросил принести посвободнее. Под неё помещался свитер, руки поднимались без труда. От когтей не защитит, зато о первую ветку не порвётся.

Рядом висела броня. Я перевернул ценник на самом дешёвом комплекте и тут же отпустил. Двести рублей. Даже если отказаться от еды, всё равно уже не хватит.

— Примерить хочешь? — оживился продавец, заметив мой интерес.

— Сегодня не потяну. Лучше запасные штаны покажи, а потом посчитаем, сколько у тебя оставлю.

К одежде добавились перчатки. Флягу я взял уже возле кассы, вспомнив, что дома воду наливать не во что.

— А ботинки у вас есть? — спросил я, пока парень записывал покупки.

— За обувью через дорогу, в «Шаг». У нас хозяин перестал возить, всё равно нужного размера вечно не было.

В «Шаге» я задержался надолго. Выбрал ботинки с высоким берцем и походил в них по магазину, но вскоре почувствовал, что давит на пальцы. Пришлось просить размер больше. Эти сидели свободнее, а после того, как я подтянул шнуровку, пятка перестала гулять. За обувь отдал ещё тридцать рублей.

Дома разложил покупки на диване и достал блокнот. На всё необходимое хватило, но осталось только тридцать пять рублей. На еду до рейса достаточно, а дальше придётся жить на заработанное.

Я поставил старые ботинки под шкаф и начал собирать новый рюкзак. Заказ Замяцкого теперь был нужен ещё сильнее. Получу обещанное — смогу хотя бы немного перевести дух, а не искать следующий рейс сразу после возвращения.

По вечерам я ходил в «Киберзону». Однажды Серега остановился за моей спиной и посмотрел на открытую на мониторе статью.

— Ты что, с «Контрой» совсем завязал? Раньше от монитора не оттащишь, а теперь всё читаешь.

— Разобраться кое в чём хочу. Поиграю потом, если время останется.

— Ну смотри, — он постучал пальцем по спинке стула. — Только ты сегодня уже второй час сидишь. Хоть встань пройдись, а то глаза сломаешь.

Я потёр лицо и откинулся на спинку. Интернет выручал там, где память Койота молчала. До магазина она меня довела, а вот объяснять, как устроена жизнь в Империи, не желала. Приходилось читать и делать пометки.

По официальной версии, Туман появился около ста лет назад. Большие зоны возникли почти одновременно в разных странах, отрезав целые районы. Позже границы отступили, но прежней безопасности уже не было.

Другие авторы с этим спорили. Они находили старые записи о белой мгле и исчезнувших путниках, утверждая, что Туман существовал задолго до катастрофы.

Техника во многом напоминала привычную мне. Машины ездили по улицам, телефоны работали, да и к местному интернету претензий пока не возникало. А вот самолётов и ракет не было. Воздушные перевозки осуществлялись на дирижаблях, причём летали они только там, где Туман появлялся редко.

С магией разобраться оказалось сложнее. Её преподавали в академиях, при университетах тоже были факультеты. Для работы требовались документы. К магам без разрешения относились примерно, как к врачам без диплома: кто-то годами принимал клиентов, но стоило случиться беде, начинались неприятности.

Проводники стояли особняком. Дар часто передавался по наследству, хотя мог проявиться и в обычной семье. Откуда он взялся у Койота, я так и не понял. О родных память ничего не рассказывала. Стоило попытаться вспомнить детство, как начинало давить за глазами. Иногда мелькало что-то знакомое, но ухватиться за это не получалось.

С дорогой до Тулы было проще. Города на карте находились примерно там же, где и в моём мире, некоторые названия дорог тоже узнавались. При хорошем прогнозе караван мог добраться за несколько дней. Именно такой срок и называл Замяцкий.

Сходство миров не давало покоя. Одно время я даже пытался понять, не занесло ли меня в будущее, но история слишком сильно отличалась. Скорее уж попал в другую версию знакомого мира. Только как такую догадку проверить?

В конце концов я закрыл исторические статьи и вернулся к маршруту. Сейчас важнее узнать, где можно остановиться на ночлег и каких участков стоит опасаться. Уже скоро мне предстояло вести людей через Туман, а я всё ещё вычитывал сведения о собственной работе в интернете.

В субботу бежать стало немного легче. Мышцы ныли после вчерашнего, зато я больше не пытался изображать спортсмена и держал такой темп, чтобы хватало дыхания. До конца улицы добрался без остановки, чем остался вполне доволен.

Дома добавил несколько упражнений, но усердствовать не стал. Завтра ещё собираться, а послезавтра нужно будет носить рюкзак, а не жаловаться на больную спину.

Кстати, восстанавливался я быстрее, чем ожидал. В прежней жизни после такого перерыва чувствовал бы себя куда хуже. Может, дело в возрасте Койота, а может, Система помогала. Пока оставалось только гадать.

После завтрака взял гладиус и отправился за гаражи. Там был пустырь, отделённый от домов бетонной стеной. Места достаточно, прохожие почти не появлялись.

Начал с самого простого: доставал меч и убирал его обратно, стараясь не цепляться гардой. Потом повторил движения, которые вспомнились в лавке. После укола отступал и возвращал клинок перед собой, а если терял равновесие, останавливался и пробовал медленнее.

Со стороны, наверное, выглядело не слишком впечатляюще, зато я понемногу привыкал к оружию. Через полчаса заныло плечо. Я уже решил закончить, когда на очередном развороте вдруг вспомнил Милу.

Мы шли по переулку поздно вечером. Она оказалась впереди, и возле выхода на улицу дорогу ей загородили пьяные мужчины. Один схватил её за рукав, второй попытался обнять. Койот бросился к ним, вытаскивая нож, но Мила управилась раньше.

Тот, кто держал её, упал и схватился за колено. Его приятель получил локтем в лицо и отшатнулся к стене, зажимая нос.

— Ты чего застыл? — Мила обернулась и схватила меня за руку. — Пошли отсюда, пока они полицию не позвали. Потом ещё доказывай, что сами полезли.

Я моргнул и снова увидел перед собой пустырь. Несколько секунд стоял с мечом в руке, пытаясь вспомнить, что было дальше, но ничего не появилось.

Что ж, хотя бы за напарницу можно не переживать. С пьяными приставалами она справлялась и без помощи Койота.

Едва я вернулся домой, зазвонил телефон. На экране высветилось: «Не звонить».

Я уже потянулся сбросить вызов, но передумал. Если человек сам звонит, наверное, запись его не касается.

— Слушаю. Кто это?

— Миша? — Женщина говорила тихо, будто боялась, что её услышат. — Это ты? Пожалуйста, не отключайся, мне нужно с тобой поговорить.

Я положил ножны на диван и прижал телефон к уху.

— Не отключаюсь. Скажи, что случилось.

— Это Алёна. Миша, помоги мне…

Что-то грохнуло, её голос отдалился. Я выпрямился, прислушиваясь.

— Алёна, где ты? Ты меня слышишь?

— Не трогай меня! — крикнула она уже не мне. — Я Мише всё сказала!

Послышалась возня, после чего в трубке заговорил мужчина.

— Рощин, сиди тихо и забудь про этот звонок. Начнёшь кому-нибудь рассказывать — пожалеешь.

— Ты кто такой? — Я стиснул телефон. — Дай ей договорить, что у вас там происходит?

— Я сказал, забудь. Тебе же лучше будет.

— Где Алёна? Дай ей телефон!

Вызов оборвался. Я сразу перезвонил и принялся ходить по комнате, слушая гудки. Ответа не было, а при следующей попытке механический голос сообщил, что абонент недоступен.

Я выругался и открыл контакт. Никакой фотографии, только номер и надпись «Не звонить». Значит, Койот знал эту женщину. Почему же я не мог вспомнить её?

Она кричала, что всё рассказала, хотя успела лишь попросить помощи. Наверное, пыталась напугать того, кто отбирал телефон.

Я сел на диван и потёр лоб. Чем дольше жил здесь, тем больше появлялось вопросов. Сначала перстень с грифоном, с которым я так и не разобрался, теперь женщина, зовущая на помощь. Судя по угрозам, мужчина тоже прекрасно знал, с кем разговаривает. Один я ничего не понимал.

Больше всего злило, что даже поехать было некуда. Алёна могла находиться на соседней улице или на другом конце Империи. Отказаться от рейса и искать её? Для начала неплохо бы узнать фамилию.

До вечера я набирал номер ещё несколько раз, но телефон так и не включили.

В «Киберзоне» Серёга привычно указал на свободное место, однако я остался возле стойки.

— Слушай, помощь нужна. По номеру телефона можно найти человека?

Он перестал открывать банку энергетика и посмотрел на меня.

— Смотря что хочешь узнать. В обычном справочнике такие номера не найдёшь.

— Хотя бы имя. Адрес тоже пригодился бы, если получится.

Серёга поставил банку и помедлил с ответом.

— Есть знакомый, он может попробовать. Только это за деньги и неофициально. Что случилось-то?

— Женщина позвонила, попросила помочь. Потом у неё отобрали телефон, а мне пригрозили, чтобы не лез. Номер теперь отключён, я даже не знаю, где её искать.

С лица Серёги исчезла улыбка.

— А в полицию почему не пошёл?

— Пока нечего толком сказать. Имя услышал, фамилии не знаю, адреса тоже. Хочу сначала понять, кто она.

— Понятно. За проверку пятнадцать рублей возьмут. Обычно находят имя с пропиской, но заранее обещать ничего не буду.

Я достал деньги. После этого оставалось двадцать рублей, однако торговаться сейчас было бы глупо.

— Попробуй, пожалуйста. В понедельник в рейс ухожу, хотелось бы раньше разобраться.

Серёга записал номер и прочитал его вслух. Я подтвердил, что всё правильно.

— К завтрашнему вечеру постараюсь узнать, — сказал он. — Если не успеют, позвоню в понедельник утром.

— Лучше завтра. Если её там силой держат, ждать опасно.

— Я понял, Койот. Сейчас человеку напишу, объясню, что срочно.

Я всё же сел за компьютер, но читать не получалось. Открывал статью, доходил до середины и обнаруживал, что не запомнил ни строчки. В голове снова звучало: «Миша, помоги мне».

Ночью тоже долго не мог заснуть. Брал телефон, хотя прекрасно знал, что никто не звонил, и снова клал возле подушки. Без адреса я ничего не мог сделать, но от этого ждать было ничуть не легче.

В воскресенье проснулся раньше будильника. Пробежался, а дома долго стоял под душем, пытаясь отвлечься от звонка. Серёга пока не объявлялся.

Уже в комнате я вспомнил о Системе.

— Меню.

Перед глазами появилась знакомая табличка.

Уровень: 1.

Опыт: 0/200.

Значит, за упражнения ничего не дали. Жаль, я надеялся хотя бы на небольшую прибавку. Закрыв окно, посмотрел на часы: до встречи в «Приюте» оставалось около двух часов.

В столовую пришёл без десяти два. В воскресенье здесь было людно, возле раздачи стояла очередь. Мила сидела в углу рядом с Замяцким и, заметив меня, подняла руку. Напротив них устроился незнакомый мужчина.

Ему было лет сорок пять. Из-под куртки виднелась кольчуга, а когда он поднялся, пришлось придержать меч на поясе. Лицо обветрилось, волосы были коротко подстрижены. Угрюмым он не выглядел, но лезть к такому человеку с глупостями почему-то не хотелось.

— Семён Ильич, старший охраны, — представился он и протянул руку. — Ты Михаил?

— Да. Можно Койот, мне так привычнее.

Мы поздоровались, и я сел рядом с Милой.

— Бивень про тебя рассказывал, — продолжил Семён Ильич. — Говорит, вожака баргестов ножом достал. Сам справился?

— Приукрасил немного. Мне повезло, иначе разговаривали бы вы сейчас без меня.

— Повезло — это хорошо, — мужчина усмехнулся. — Только попасть ещё надо, когда тварь на тебе висит. Тут одной удачи маловато.

— Я тогда не особенно раздумывал. Может, поэтому и получилось.

Мила улыбнулась, а Семён Ильич кивнул и достал блокнот.

— Ладно, про баргестов потом послушаю. Завтра собираемся в семь у восточных ворот, возле старой заправки. Знаете, где это?

— Знаем, — ответила Мила. — Лучше сразу объясните, кто в какой машине поедет. Чтобы утром не бегать с вещами.

— Грузовик поставим между броневиками. Идём через Михайлов на Новомосковск, оттуда уже в Тулу. Если без задержек, за несколько дней доберёмся. Ночевать будем в городах.

— С «Госэкспрессом» пересекаться не собираемся, — добавил Семён Ильич, глядя на Милу. — Они же обычно через Венёв ходят?

— Обычно там, но маршрут могут поменять. Совсем исключать встречу не стоит.

Он сделал пометку.

— Учтём. По прогнозу зелёный уровень, машины уже проверили. Десять охранников, есть целитель. Боевой маг тоже идёт.

— А если прогноз снова ошибётся? — спросил я.

Семён Ильич повернулся ко мне, но раздражения на его лице не было.

— Будем смотреть на месте. Я не собираюсь указывать проводнику, где безопасно. Только о переменах сообщайте сразу, чтобы я понимал, к чему готовиться.

— Сообщим, — сказала Мила и подвинула чашку к краю стола. — Теперь про груз хотелось бы узнать. Что именно везём?

Замяцкий поправил очки и посмотрел на старшего охраны.

— Исследовательское оборудование, вместе с ним образцы. Всё упаковано как положено, документы в порядке. Запрещённого ничего нет.

— Мы проверили, — подтвердил Семён Ильич.

Мила откинулась на спинку стула, разглядывая его.

— Тогда зачем заранее обходить «Госов»? Если с бумагами порядок, чего так бояться проверки?

— Потери времени, — спокойно ответил мужчина. — Нас задержат на несколько часов, а если полезут вскрывать ящики, можем и до следующего дня простоять. Заказчик не хочет опаздывать.

— Заказчик много чего может хотеть. А нам потом не придётся объяснять, что мы просто показывали дорогу и про груз ничего не знали?

Замяцкий открыл рот, но Семён Ильич заговорил раньше:

— За груз отвечаю я. Если есть сомнения, посмотришь бумаги перед выездом. Скрывать их от вас никто не собирается.

Мила несколько секунд молчала, потом кивнула.

— Посмотрю. Так всем спокойнее будет.

Я пока не вмешивался. Замяцкий заметно нервничал, но причина могла быть любой. Может, не хотел проверки, а может, боялся самого рейса. Мила уже спросила о том, что беспокоило и меня, оставалось дождаться документов.

Семён Ильич закрыл блокнот, но уходить не спешил.

— Еду в дороге оплачивает заказчик, с ночлегом тоже договорились. Работаем по правилам Гильдии: говорите остановиться — стоим, нужно менять путь — меняем. Только предупреждайте заранее, когда есть возможность. Мне надо успеть переставить охрану, а не узнавать о повороте вслед за водителем.

— Если время будет, объясним, — ответил я. — Иногда лучше сначала свернуть.

— Тогда сворачиваем, потом разбираемся, — согласился он. — Главное, без самодеятельности. Увидел кто-нибудь что-то интересное за деревом — сказал проводнику, а не пошёл смотреть.

— Нам и на дороге впечатлений хватает, — заметила Мила.

— Вот и хорошо. Остальное у машин обсудим. Завтра не задерживайтесь, хочу выйти пораньше.

Он поднялся, и Замяцкий сразу последовал его примеру. Учёный торопливо попрощался, едва не задев курткой чашку на соседнем столе.

Мила проводила их взглядом и повернулась ко мне.

— Ну что скажешь? С охраной повезло или пока не решил?

— Семён Ильич вроде нормальный. Хотя бы не собирается учить нас дорогу выбирать. Ты с ним раньше ходила?

— Вместе не доводилось, но про него слышала. Служил на границе, потом у «Госа» работал. Требовательный, зато людей зря не гонит.

— А Замяцкий чего так дёргается?

Мила пожала плечами.

— По-моему, просто боится. Приставили человека к оборудованию и отправили через Туман. Я бы на его месте тоже не радовалась.

К нам подошла официантка, и я заказал борщ с котлетой. Пока ждал, проверил телефон. Пропущенных вызовов не было.

— Снаряжение купил? — спросила Мила, заметив, как я убираю аппарат.

— Почти всё заменил. Гладиус взял, уже немного привык к нему.

— Обычный или с серебром?

— С присадкой. Оружейник сказал, для Тумана подойдёт.

— Подойдёт, — согласилась она. — Завтра покажешь, как ножны закрепил. Если начнут по ногам бить, замучаешься переделывать на привале.

— Походил с ним, вроде удобно. Даже потренироваться успел.

Мила оперлась локтем на стол и некоторое время смотрела на меня.

— Ты правда изменился, Койот. Раньше до последнего тянул, а потом собирался в ночь перед выездом.

Я почувствовал, как напряглась спина, но постарался усмехнуться.

— После баргестов задумался кое о чём. Не хочется опять остаться без ножа посреди драки.

— Я не только об оружии говорю. Ты по утрам бегаешь, хотя раньше тебя в это время не разбудить было. Что случилось-то?

— Решил исправляться. Это плохо?

— Нет, — ответила она после паузы. — Просто непривычно. Я ещё не разобралась, надолго тебя хватит или скоро снова придётся вытаскивать из кровати.

Принесли еду, и разговор ненадолго затих. Мила пила чай и поглядывала в окно. Я хотел спросить, не знает ли она Алёну, но остановился. Сначала нужно выяснить, кто это, иначе придётся объяснять, почему не помню женщину, записанную в моём телефоне.

Мила отставила чашку и поднялась.

— Ладно, пойду собираться. Ты тоже сегодня в кафе не засиживайся, утром рано вставать.

— Вы с Семёном Ильичом сговорились? Я настолько часто опаздывал?

Она посмотрела на меня, будто ждала продолжения шутки, а потом рассмеялась.

— Ты серьёзно спрашиваешь? В прошлый раз явился с кофе, а ботинок нёс в руке. Говорил, шнурок запутался и разбираться некогда.

— Понятно. Завтра постараюсь прийти обутым.

— И вовремя, — добавила Мила с улыбкой. — Я, конечно, подожду, а вот Семён Ильич может и разозлиться.

После её ухода я не спешил домой. Доел, потом взял ещё чаю. Телефон всё молчал, хотя я проверял его так часто, будто мог этим заставить Серёгу позвонить.

Из «Приюта» вышел уже под вечер. Завтра начинался рейс, а сосредоточиться на нём никак не получалось. Про груз мы толком ничего не узнали, но Мила собиралась посмотреть бумаги утром. Здесь хотя бы было понятно, что делать.

С Алёной всё обстояло хуже. Кто-то отнял у неё телефон и пригрозил мне, а я даже не знал, где её искать. По дороге домой снова пытался вспомнить хоть что-нибудь, связанное с этим именем, но только заработал головную боль.

Телефон зазвонил, когда я сворачивал во двор. Я остановился под фонарём и торопливо достал его из кармана.

Серёга. Наконец-то.

Я принял вызов, надеясь, что он звонит не просить подождать ещё.