Глава XIX. Недипломатическая миссия графа де Варда

– Сударь, можно вас?

– Меня? – Вард удивленно посмотрел на шевалье де Монфора, чтобы удостовериться, что тот обращается к нему.

– Вас.

Они вошли в кабинет. Освещение здесь было довольно тусклое, поэтому Монфор чиркнул огнивом, зажигая еще несколько свечей, и повернулся к собеседнику.

– Милостивый государь, когда-то между нами имели место некоторые… гм… недопонимания и размолвки. Но я знаю, что вы человек благородный и преданный королю Франции.

Слушая его, Франсуа невольно вспомнил ту их давнюю перепалку, в ходе которой де Монфор заставил его извиниться перед Лабраншем. Сейчас граф молчал, не понимая, к чему ведет шевалье.

– Вы присутствовали при том, что случилось…

– Сударь…

– Я не договорил, граф. Вы все видели и поняли. Тем, кто там был, приказано молчать, но все рты не закроешь, и слухи поползут. Так вот, если будут говорить, то о загадочном узнике, а не о беглеце, само существование которого угрожает трону.

– Беглеце? Самозванец сбежал? – изумился Франсуа, не понимая, как такое могли допустить.

– Тише. Это тайна. Он исчез и от имени короля Франции я приказываю вам заняться его возвращением.

– Мне?! – граф не смог сдержать возгласа удивления. – Но как… но почему не вы?

«Вы даже не представляете, как близки к тем, кто стоит за этим заговором, – подумал Мишель. – И заговорщики точно не ожидают, кто отправится за ними в погоню, ведь они уверены, что это буду я».

Согласно расчету шевалье, этот неожиданный ход был призван сбить с толку похитителей принца.

– Я тоже, – кивнул начальник королевской охраны. – Но мое поспешное исчезновение вызовет сплетни. И даст понять, что появление этого человека важно для нас, что оно поколебало прочность короны. Люди не должны знать, что принц на свободе. Вы поедете первым, с отрядом солдат. Мы догадываемся, где на данный момент скрывают самозванца. Все выезды из Парижа перекрыты, ни одна карета не покинет город, пока мы не задержим его. Если же им удастся вырваться за пределы столицы… Цель заговорщиков, скорее всего, – переправить его за границу. Но куда – в Испанию, Голландию, Бельгию… этого мы не знаем. Вы должны задержать его, пока он не пересек границу Франции. Если же придется применить силу, примените ее. Но лучше будет, если вы будете действовать умом. Вы – опытный дипломат, граф. В этом я отдаю вам должное. Основная роль отведена мне, но вы тоже должны приложить максимум усилий, чтобы выполнить приказ его величества.

«Как же лестно все, что вы говорите, шевалье, – подумал Франсуа. – А когда-то выставили меня идиотом…» Сейчас у него было ощущение, что его хотят просто использовать, словно какое-то прикрытие. Ведь любому понятно – он не военный и совершенно неопытен в таких вещах.

– Вы все поняли, граф? – послышался знакомый голос и из-за затемненной ниши между шторами вышел сам Людовик

Франсуа поклонился.

– Все необходимые бумаги и распоряжения будут переданы вам в ближайшее время, – сказал ему де Монфор. – Мы выезжаем утром.

Когда де Вард покинул кабинет начальника охраны короля, Людовик и шевалье остались одни.

– Ваше величество, – обратился де Монфор к молодому монарху.

– Я слушаю.

– Что ждет тех, кто это сделал, когда их имена станут известны?

– Этих сибаритов, возомнивших себя вершителями судеб? – король нахмурился. – Я думал, что Фронда осталась в прошлом, но вот они, ее отголоски. Наказание должно быть суровым, иначе за этими будут другие. Поэтому публичное повешенье. Что же еще может ждать людей, у которых хватило дерзости на то, чтобы задумать подменить короля?

Монфор кивнул.

– Господин де Монфор, расскажите мне о моем отце… – сев в кресло, вдруг попросил король.

– Я думаю, сейчас не время об этом говорить, – сказал шевалье.

– Не время или не хочется? Вы же наверняка знаете, что говорят, будто мой отец совсем не Людовик XIII…

Шевалье чуть изменился в лице.

– Это сплетни.

– Тогда почему они вообще появляются? Почему нельзя чтобы все было честно, правильно, без интриг, без тайн? – в сердцах воскликнул Людовик.

***

Наконец-то завершился этот бурный день… Александрин от усталости быстро заснула. Сегодня она почти не видела Франсуа, занятого какими-то служебными делами. Но от усталости решила остаться во дворце и подождать мужа.

Когда на ее постель сел мужчина, графиня, уже погруженная в дрему, даже не почувствовала этого. Рубашка мягко поднялась вверх, кто-то припал губами к внутренней части ее бедра, затем скользнул выше и стал настойчиво и бесстыдно ласкать языком.

– Ммм… Франсуа… – прошептала молодая женщина.

В ответ послышался смешок. Причем смеялись двое мужчин. Графиня открыла глаза и оцепенела. На ее постели сидели шевалье де Лоррен и герцог Орлеанский. Лоррен практически нависал над ней, хищно улыбаясь. И она поняла, что именно его губы и язык ощущала сейчас. Александрин попыталась одернуть рубашку и сесть, но рука принца задержала ее, мертвой хваткой вцепившись в ногу чуть выше колена. Поэтому ей удалось лишь немного опустить ткань ночной сорочки.

– Не кричите, сударыня, – угрожающе предупредил Месье.

Она сглотнула ком в горле, переведя взгляд с одного на другого. В висках оглушительно пульсировала кровь, губы пересохли и всю сонливость как рукой сняло.

– Сейчас вы нам расскажете, зачем вашего супруга вызвал начальник охраны короля, и какое отношение к этому имеет его величество.

– Но я ничего не знаю…

– Это плохо, – вздохнул Лоррен. – А может, что-нибудь попытаетесь вспомнить? Иначе продолжим.

Тошнотворное ощущение и поток нахлынувших воспоминаний охватили Александрин, поэтому она не могла соображать. В какой-то момент, когда шевалье придвинулся к ней, склоняясь над ее лицом, она вдруг обмякла, проваливаясь в темноту.

– Эй, сударыня, – Лоррен теребил ее плечо. – Очнитесь, я пошутил.

Но никакой реакции не было.

– Похоже, ей действительно стало плохо, – озадаченно произнес шевалье. – Александрин, очнитесь.

– Пойдемте, мой рыцарь, – вставая, разочарованно сказал Филипп.

Пришла в себя Александрин в полном одиночестве. Всю ночь графиня просидела в постели без сна, крепко обняв колени. А когда пришел Франсуа, бросилась к мужу. Никогда в жизни она бы не рассказала ему о произошедшем, поэтому попыталась придать лицу как можно более непринужденное выражение.

– Что случилось? – хмуро спросил граф де Вард.

Видимо, все-таки заметил что-то в ее взгляде. Внимательный какой. Александрин решила впредь получше скрывать свои чувства.

– Ничего. Когда мы уедем отсюда? – прижавшись к нему, прошептала молодая супруга.

– Теперь не знаю. Вам какое-то время придется пожить здесь.

– Я не хочу.

– Почему?

– Мне здесь непосебе. Хочу переехать в наш парижский особняк.

– Хорошо, если вы так желаете. Я уезжаю, моя дорогая.

– Куда?

– Этого я сказать не могу.

– Но когда?

– Прямо сейчас. Но вы должны молчать о моем отъезде. Говорите всем, что я, скажем, болен…

– С вами все будет хорошо? Вы же скоро вернетесь, да? – с волнением спросила Александрин.

Граф удивленно взглянул на жену.

– Ну конечно. Что за странные вопросы.

Слишком много людей оказалось посвящено в страшную государственную тайну. Об этом думал начальник охраны после разговора с королем. Из головы не выходила фраза монарха о повешении. Офицер боялся. Боялся, быть может впервые в жизни. Ведь как только самозванец будет пойман и заточен в крепость, всех, кто совершил это злодеяние, ждет гибель. И как быть, если именно ему, верному солдату короля, придется выполнять поручение, которое разорвет его сердце? Об Армане, который имел к случившемуся скорее косвенное отношение, Мишель сейчас не думал. Его мысли занимал Анри, который будет объявлен вне закона. Он словно уже видел его беглецом, которого травят, словно дичь.

Вооруженный отряд выехал на рассвете. Монфор проинструктировал Франсуа на счет его действий, сам же обещал вскоре присоединиться к нему со своими людьми. А пока шевалье должен был отправиться по другой дороге, чтобы все решили, что он пошел по ложному следу. Монфор уже пришпорил было лошадь, когда его догнал запыхавшийся солдат.

– Командир, хорошо, что я успел! Вам пришло письмо на адрес казармы! Еще вчера. Мы вас обыскались.

– Что за письмо? – нахмурился шевалье.

Раздраженный неожиданной заминкой, Монфор быстро взял бумагу и, не глядя, сунул ее в карман, решив прочесть позже.

Днем, когда графиня де Вард прогуливалась по одной из галерей, де Лоррен тихо подошел сзади и шепнул ей.

– Ваша плоть такая же нежная и сладкая, как у ребенка. Поверьте, я знаю в этом толк.

Затем шевалье прошел мимо, обдав ее пряным запахом каких-то благовоний. Она так и осталась стоять, глядя ему вслед. Хотелось разрыдаться. Но как-то странно это выглядело бы посреди роскошного дворца. Поэтому Александрин лишь часто заморгала, чтобы избавиться от щекочущего ощущения в носу и выступивших слез. Когда рядом оказалась мадемуазель де Лавальер, графине ничего не оставалось, как изобразить улыбку. Дамы говорили о погоде. Но неожиданно на Александрин кто-то буквально налетел, чуть не сбив с ног. Графиня разозлилась и уже готова была стукнуть обидчика веером, решив, что это снова Лоррен или его дружки, но оглянувшись, увидела юную девушку.

– Простите меня, сударыня, – сказала та с искренним волнением. – Я не хотела вас задеть, но полы тут слишком сильно натерли воском.

– Ничего страшного, бывает, – улыбнулась через силу графиня де Вард.

Стоявшая перед ней незнакомка выглядела поистине очаровательно. По виду она была чуть младше самой Александрин, но казалась крупнее, потому что обладала довольно аппетитными формами. Графиню де Вард тоже нельзя было назвать худышкой, но и полной она совершенно не выглядела. А эта встреченная ею девушка, к слову, тоже блондинка, в отличие от хрупкой, похожей на лилию Александрин, скорее была яркой и цветущей, как роза.

– Меня зовут Франсуаза-Атенаис де Тонне-Шарант*, – чуть присев в реверансе, представилась красотка.

Александрин назвала себя.

– Вы новая фрейлина герцогини Орлеанской? – поинтересовалась графиня.

– О нет! – засмеялась блондинка. – Я пока не имею места при дворе, но надеюсь что получу. Здесь служит мой брат, герцог де Вивонн. Он друг короля. Мы с матушкой и сестрами в Париже ненадолго, а я так хотела увидеть короля и двор, что Луи Виктор взял меня с собой. А теперь я не могу его найти…

– Вот и я! – поблизости послышался громкий смех Вивонна. – Искали меня, сестрица?

Он приобнял мадемуазель де Тонне-Шарант.

– Мадемуазель де Лавальер! – герцог учтиво поцеловал фаворитке короля руку, а затем, широко улыбнувшись, повернулся к Александрин. – Графиня, рад вас видеть. Говорят, вашему супругу поручено какое-то очень важное задание…

– Герцог, порой мне кажется, что окружающие знают о делах моего мужа больше чем я сама,– сказала она, мягко отнимая свои пальцы из его ладони.

– Ну, полно возмущаться, дорогая, – усмехнулся он. – Женщине действительно лучше как можно меньше вникать в мужские дела. Особенно если эти дела связаны с опасностью.

Александрин слегка побледнела.

– О, герцог, не пугайте графиню! – вмешалась Луиза де Лувальер.

– Извиняюсь, сударыня, если ненароком вас напугал. Я уверен, что ничего страшного графу не грозит.

Герцог сказал мадемуазель де Тонне-Шарант спускаться к карете. Лавальер, извиняясь, тоже поспешно ушла. После этого Вивонн ближе склонился к графине де Вард и прошептал:

– Вам что-то известно о Диане?

– Только то, что она несчастна. Она пишет об этом в каждом письме.

Он вздохнул.

– Они с супругом сейчас в Париже.

– Да?! Я не знала! – воскликнула графиня.

– Он никуда ее не пускает.

– Как он отвратителен! – Александрин даже ножкой топнула.

После ужина у его величества, в число приглашенных на который входила и графиня де Вард, Александрин с решительным видом подошла к небольшой компании вельмож. Там в новом малиновом жюстокоре красовался Лоррен.

– Спешу сообщить, что граф вовсе не на важном задании короля, а просто заболел, – сказала она.

– Поздно. Мы его уже оклеветали, – ответил шевалье серьезным тоном.

Пропал Франсуа. Но самое странное, что пропал и виконт де Куси. Графиня де Вард упорно посылала к нему слугу. Но все было бесполезно. Армэля не было нигде.

Однако вскоре последовала череда таких странных событий, что времени предаваться унынию просто не осталось. Потому что к ним снова посреди ночи пожаловал гость. Точнее это была гостья. Михелина никогда раньше не видела эту красивую стройную брюнетку, которая в мокром от дождя плаще сидела на диване в гостиной и рыдала, в то время как графиня де Вард пыталась разглядеть ее лицо, поворачивая его к свету, и вытирая платком кровь.

– Вева, принеси лед! – приказала госпожа, и служанка тут же бросилась выполнять приказ.

Александрин, не успевшая даже застегнуть пеньюар, настолько быстро она покидала спальню, чтобы встретить подругу, теперь сидела рядом с Дианой, пытаясь успокоить ее.

– Как он мог! – шептала блондинка. – Это ужасно…

Муж Дианы дю Ло, точнее теперь уже маркизы де Савар-Паризо, которому было под семдесят, невероятно ревновал и тиранил двадцатипятилетнюю жену. В тот вечер она пригласила в дом племянника своего супруга, шевалье де Расина. То, что дядюшки не будет дома, молодой человек знал. Он уже давно испытывал к Диане, скажем так, теплые чувства. Во время отъездов маркиза у них были тайные свидания. И вот, едва Расин покинул особняк родственника, как тот вернулся и, узнав все от слуг, избил супругу. После чего Диана сбежала к Александрин.

– Что если он приедет сюда? – сквозь слезы спросила маркиза де Савар-Паризо.

– Мы его не пустим. Я приказала слугам говорить, что никого нет дома.

– Я больше не вернусь к нему! Никогда! Лучше работать и жить в нищете, чем так!

Выпив травяного настоя, Диана успокоилась и вскоре заснула.

На следующий день графиня де Вард не поехала во дворец. От одной мысли, что она увидит наглую физиономию де Лоррена, мутило. А раз никаких важных мероприятий, в которых могла бы принимать участие жена дипломата, на сегодня не запланировано, то она решила, что может позволить себе отдохнуть. Александрин с Дианой сидели на террасе. Уже было настолько тепло, что хотелось постоянно находиться на свежем воздухе, позволяя весеннему ветру лакать кожу и целовать себя. Именно так думала в тот момент графиня де Вард. Ее подруга, будучи в прекрасном расположении духа, поскольку муж, судя по всему, не собирался ее преследовать, сказала:

– Ты не видела Луи Виктора?

– Видела, причем совсем недавно. Он спрашивал о тебе.

– Да? – Диана зарделась румянцем. – Я бы с ума сошла, если бы мы вновь с ним встретились. Сошла бы с ума от счастья…

– Так что тебе мешает? – пожала плечами Александрин. – Если ты все равно решила уйти от мужа.

– Вивонн… Он слишком легкомыслен. Ему бы только развлекаться. И я для него развлечение. Вот если бы он был, как твой супруг. Пусть не так красив, зато серьезен и верен.

Графине де Вард не понравилось, как подруга отозвалась о ее муже. Да и обсуждать Франсуа она не собиралась, поэтому вернулась к теме Вивонна, с которым задумала свести Диану. Тем более что это будет не трудно, поскольку они уже были любовниками.

– Я не считаю, что герцог такой уж легкомысленный. К тому же он военный, а военные всегда очень ответственны.

– Никогда не встречала мужчин, которые, имея красивую внешность, были бы еще и порядочными. Обычно это взаимоисключающие понятия, – возразила Диана.

– Почему же? Мой брат и красив и очень порядочный, – сказала Александрин.

Подруга взглянула на нее насмешливо и еще так, словно желала удостовериться, что та действительно искренне верит в свои слова.

– Я бы так не сказала…

– Почему? – удивилась графиня де Вард.

– Твой брат, моя дорогая, несмотря на сутану, бесстыжий дамский угодник.

– Что? – Александрин вскочила. – Ты говоришь бред, Диана!

– Ну конечно сестра всегда станет на защиту доброго имени брата.

– В добром имени Армэля не усомнится ни один человек! Он был миссионером!

– И наверняка оставил какой-нибудь жительнице Нового Света очаровательное дитя, темноволосое и синеглазое… Может быть даже не одной.

– Глупость!

Но вдруг графиня замолчала, а потом уже слишком спокойно и холодно спросила:

– Почему ты так говоришь, Диана? Ты что… спала с ним?

– Однажды. Еще в Куси.

– В Куси? – не веря услышанному, повторила Александрин.

– Да. Но что здесь такого? Почему ты так осуждающе на меня смотришь?

Александрин ничего не ответила, молча отвернувшись от подруги.

– Ну прекращай дуться, – Диана легонько толкнула ее в плечо. – Я, наверное, наговорила кучу глупостей.

Снова взглянув на гостью, графиня ответила уже, как ни в чем не бывало:

– Извини. Все нормально. Давай поговорим лучше о чем-нибудь другом…

_____________________________

* Будущая маркиза Атенаис де Монтеспан – фаворитка Людовика XIV.