Глава 38. Время принятия решений

Все уставились на меня, переваривая мое предложение.

– Мой отчим тоже из Разрушителей, – напомнила Анна.

– Но если Герт мой сын, то он должен быть Элитой, – король нахмурился.

– Он не хочет вопросов, чей он бастард, поэтому не показывает своего дара, – подал голос Альвин.

– Давайте пойдем и спросим, – Брэд поднялся со скамейки. – Мне не терпится познакомиться со старшим братом.

– Отставить, – тихо, но резко скомандовал король. – Никто никуда не идет. Я сам поговорю с дознавателями.

Он выбрался из–за стола и направился к выходу. Я видела в окно, как королю вывели лошадь, и он перекинулся парой слов с одноногим пиратом.

Мы остались ждать результата. Нас проводили в салон, где стояли красивые диваны, горел камин, а для желающих была выставлена коллекция дорогих вин. Среди нас желающих не нашлось, но мы были благодарны хозяину за уют и тепло. На улице погода портилась. В небе кружились снежинки.

Его Величество вернулся после полудня. Хмурился. Мы молча ждали, когда он заговорит. По его виду было понятно, что произошло нечто непредвиденное.

– Бернхоффа в академии нет. Никто не видел, когда и куда он ушел. Вещи Герт собирал второпях. С ним что–то случилось. В ведре нашли бинты со следами крови.

Я вскрикнула, чем прервала речь короля.

– Это он был в эльфийском портале! Уверена, он скрылся, чтобы я не опознала его по ране. Не знаю, куда я попала, но точно в верхнюю часть тела. В грудь или даже в шею.

Поняв, кто был ставленником Тьмы, несложно догадаться, кто пугал меня в темноте.

– Но эльфы продолжают настаивать, что посторонним туда не пробраться. Магия в портале не работает, – Анна не верила в мои догадки.

– Для Тьмы нет преград. Она царствует везде, где нет света, – устало напомнил король. – Я принес еще одно неприятное известие, – правитель Эндера посмотрел на меня, потом перевел взгляд на сыновей. – По всей академии развешены объявления, что испытание в Лабиринте назначено на первый день зимы, то есть, грубо говоря, через десять дней.

– Как?! – воскликнула я. – Его же проводят в конце семестра!

– Ректор изменил сроки. Причем он так же изменил правила. Лабиринт должны пройти все, кто там не был. Включая магистров. То есть, все первокурсники и студенты из Вышки.

– Но почему? – я не унималась, чувствуя подвох.

– Индел принял в свое лоно слишком много пришлых, не знающих и не хранящих традиции старинной Вестерийской академии, – пояснил король. – Началась разгульная жизнь, к которой привыкли в Вышке. За новыми студентами потянулись местные. Теперь еще убийство.

Я испытала мгновенное чувство вины. В бардак как следует вложился граф Депош, устроив конкуренцию между трактирами. Как бы теперь не вылететь из Индела из–за чрезмерного увлечения «благоустройством» Холмов моим наставником.

– Мне кажется, ректор хочет поскорее избавиться от меня. Недолог день, когда ему придется признаться, что девочки могут учиться в его академии. Зачем ждать конца семестра, если можно передвинуть испытание, которое осложнит мне жизнь?

Король улыбнулся.

– Милая Лорна, ты очень ценна для нас, но не настолько значима для ректора, чтобы ради тебя сдвигать испытания в Лабиринте.

Меня смутило замечание короля Рутгерта, но тут же в голову пришла другая мысль.

– Подождите! Но в первый день зимы будет затмение! Может, ректор изменит решение, когда узнает о совпадении?

– Я указал ему на это. И даже на то, что существует пророчество. Он только рассмеялся. Сказал, что еще не было такого, чтобы не появилось Солнце. Он не собирается верить провидицам и жрицам, которых давно нет в живых. Я отступил только после того, как ректор намекнул, что я хлопочу за своих детей, оберегая их от трудностей.

– Почему я не сомневаюсь, что там появится Бернхофф? – Альвин посмотрел на отца.

– Ему предоставится удобный случай переловить нас по одному. Я думаю, пришла пора рассказать о Тьме остальным наследникам. Это будет славная битва, – Брэд в предвкушении потер руки. – Хеч тоже пойдет, даже не сомневаюсь. Нам пригодится человек, знающий лекарское дело.

– Не переживай, папа, – Альвин выбрался из кресла и обнял короля. – Чему быть, того не миновать. Не забывай, мы – эльфы Второй крови, и наш дар сильнее, чем у остальных. Мы еще поборемся.

– Только, пожалуйста, останьтесь живыми, – королева Анна смущенно смахнула слезу.

– Хеч уже проходил Лабиринт, а у меня есть подробная карта, – призналась я, чтобы подбодрить родителей близнецов. – Мы подготовимся. Время еще есть.

– Времени нет, – Анна была в отчаянии. Супруг сел рядом с ней и обнял. – Все очень серьезно. Вчера эльфы прислали нам сообщение, что я была права: новая жрица оказалась служительницей Тьмы. Даже среди них окопался враг. Смерть Провидицы – это ее работа.

– Так вот откуда черная свеча в руках мертвой ведьмы! – воскликнула я, пораженная сообщением.

– Что они посоветовали? – Альвин был предельно серьезен.

– Не знаешь эльфов? Коротко и туманно. «Тьма боится света».

– Но над Лабиринтом всегда висит туман, – предупредила я. – Даже если кинуть все силы, чтобы осветить его во время затмения, толку будет мало.

Я попрощалась с четой из Эндера и вышла из салона, дав им пообщаться с сыновьями. Сама отправилась на поиски Дэпа.

– Ты все слышал? – спросила я, найдя его в коридоре.

– Да, – он показал рукой в сторону своих покоев, чтобы мы могли поговорить без свидетелей.

– И что скажешь? – я повернулась к нему, как только мы вошли. В замке щелкнул ключ.

– Я буду там. В Лабиринте. Если тебя поглотит Тьма, если ты потеряешь дорогу, иди на звук бубна.

– Это ты… – выдохнула я, глядя во все глаза на Дэпа. – Это ты был на холмах у Ущелья смерти. Ты бил в бубен, когда я спала в хижине Провидицы. Это ты…

Теперь я знала, кто предупредил ученика шамана, чтобы тот не появлялся в деревне. Я сама. Я дала графу письмо, в котором мама писала, что оставила засаду.

– Кто ты такой, Дэп?

– Я не знаю, – он пожал плечами. – Честно.

Граф сдернул с лица пиратскую бороду, а с головы седой парик. Тряхнул густыми черными волосами, давая им свободу.

– Я не знаю, ни как меня зовут, ни кто мои родители. Я помню себя только с того момента, как шаман дал мне в руки бубен. «Бей, мальчик, – сказал он. – И однажды ты поможешь людям найти свет».

– У тебя есть миссия, – поняла я.

– Да. Твой отец часто бывал у шамана. Он при мне написал то потерянное письмо. Тогда я видел его в последний раз. Перед уходом король срезал со своей головы прядь волос и приказал на ней поклясться, что я не дам девочке с точно такими же волосами погибнуть. Отец любил тебя больше жизни.

– Но короля убили, и он не успел рассказать о тебе моей маме, как тогда ты попал во дворец?

– Его Величество лет за пять до трагедии в постоялом дворе принял меня в Тайную королевскую службу. Он дал мне имя, титул и все необходимые документы. И еще у меня было рекомендательное письмо для твоей матери.

– Ты очень сильный маг, – я вспомнила, как легко он зажег пятнадцать светочей. – Где ты учился? Кто открыл в тебе дар?

– За границей. В Эйларской королевской академии. Твой отец заплатил за мое обучение. Правда, там не делят людей по типу магии, поэтому я не знаю, кто я – Разрушитель или…

– Но раз у тебя есть дар, значит, ты не простолюдин? Чей–то бастард? – я убрала волосы от его уха. Оно было самым обыкновенным.

– Я не знаю. И не буду гадать. У меня есть клятва не дать тебе умереть, и это все, что я должен помнить.

– Скажи, зачем ты бил в бубен в Ущелье Смерти или в Эльфийском лесу?

– Я отгонял Тьму. Во время открытия дара люди беззащитны. Как и при общении с духами умерших. Тьма постоянно испытывает нас на людские слабости. Она даже меня пытается использовать против тебя.

Вот как. Дэп называет любовь людской слабостью.

– Ты всюду следуешь за мной?

– Да.

– У эльфов тоже ты был?

– Я окликнул тебя, но ты не остановилась. Я убедился, что с тобой все в порядке, и покинул королевство.

– А кто сжег трактир в Крайле? В том самом городе, где погиб мой отец. Тоже ты?

– Трактирщик не имел права так с тобой разговаривать. Ему было уплачено сполна.

Я пораженно покачала головой. Дэп убьет любого, кто замыслит недоброе против меня.

Остался еще один вопрос, ответ на который я давно хотела узнать.

– Это ты подсунул в карман моего плаща куколок?

Граф кивнул, а я рассмеялась. И почему я совсем не удивлена?

Я смотрела на Дэпа во все глаза. Передо мной стоял человек, положивший годы на исполнение клятвы, данной моему отцу. Скрывались ли за долгом чувства? Или я просто нарисовала геройский образ и влюбилась в него?

– Ты сам сделал куколок?

– Нет. Куколок сплел шаман. Это он посредник между миром живых и мертвых. Но так как Шахай–га слишком стар, приходится помогать ему. Я смастерил всего одну с красными волосами и ту потерял, – Дэп смущенно улыбнулся.

– Я скоро сожгу последнюю. Я так боюсь…

– Не бойся. Не ты убила отца.

– Думаешь, я увижу тот день?

– Не знаю, – его глаза загадочно мерцали, и это волновало меня. Меня всегда волнует, когда граф рядом. – Я не могу заглядывать вперед. Мне даже не дано помнить свое прошлое.

– Дэп, поцелуй меня.

Он застонал, словно я сделала ему больно. Я вязла его за руку, боясь, что он уйдет.

– Десять дней отделяют нас от бездны, – я перевела взгляд на его губы. – Не знаю, останемся мы живы или нет, но я хочу здесь и сейчас почувствовать, как сильно ты меня любишь. А ты любишь, не надо хмуриться и делать непроницаемое лицо. Я помню, как ты сказал, что меня нельзя не любить. Все твои действия и поступки просто кричат, что я тебе небезразлична. Женщины это чувствуют. Да. И я чувствую. Но разве я прошу многого? Всего один поцелуй…

Я не успела договорить. Дэп порывисто обнял меня и впился в мои губы. Жадно, неистово.

– Как же ты меня измучила… – прошептал он, когда пришла пора набрать в легкие воздуха. Подхватив под мышки, он усадил меня на стол. Я подняла лицо и откинула назад волосы, чтобы они не мешали Дэпу целовать меня.

Мне не надо было слов. Я и так понимала, что мои чувства небезответны.

– Я хочу большего, – попросила я, расстегивая его рубашку.

– Ты толкаешь меня к пропасти, – прошептал граф в мои припухшие губы.

– Если мама казнит тебя, в этот же день она лишится дочери.

Я провела ладонями по плечам Дэпа, заставляя оторваться от меня и позволить раздеть его. Когда рубашка оказалась на полу, я провела пальцами по его горячему животу, по рельефу мышц. Тронула пряжку ремня и опустила руку ниже. Я чувствовала через ткань штанов, как Депош хочет меня.

– Забудь обо всем, – шептала я ему на ухо. – Есть только ты и я. Мужчина и женщина.

– Мы будем жалеть, – он сжал мою грудь.

– Пусть, – я торопливо сдернула с себя платье и нижнюю рубашку. Я хотела почувствовать его губы везде.

Он перенес меня на кровать. Во мне не было стыда. Я торжествовала. Я сломала сопротивление Дэпа. Да, я знала, что королева будет зла и потребует крови. Но пусть тогда берет и мою.