Глава 8: Новые открытия

— Это невозможно! — устало отвечал мне мэр, качая головой.

— Все возможно, было бы желание, — не отступала я, не собираясь уходить ни с чем.

— Вы должны пройти элементарное обучение!

— Я уже проходила обучение. Занималась на дому и получила соответствующий документ, но в путешествии нас ограбили, и нам с отцом пришлось восстанавливать наши документы, — терпеливо лгала я, повторяя одно и то же. — Я готова к тесту.

— Но я не могу! — возмущался пожилой мужчина.

— А я могу. Могу пройти его прямо сейчас без всякой подготовки. Послушайте, ну что вам стоит? Давайте я оплачу пошлину и вернусь за тестом. Если не пройду, пошлина все равно останется в казне. Вы же ничего не теряете.

— Но документы!

— Да кто же смотрит на эти документы? Все смотрят на разрешение на изготовление и торговлю, а его можно получить, пройдя тест.

— Ой, делайте, что хотите! — махнул он на меня рукой. — У меня королевская проверка на носу! Мне город подготовить надо!

«Делайте, что хотите» — моя любимая фраза.

В кабинете мэра я больше не задержалась ни на секунду. Почти бегом направлялась к кассе, в которой оплачивались королевские пошлины и налоги. Бюрократия таких разных миров совершенно ничем не отличалась, а потому я приготовилась к километровой очереди, которую мне надлежало отстоять на ногах. Но повезло.

Заприметив мой выдающийся в одном конкретном месте стан, молодой мужчина, стоящий в очереди, пропустил меня вперед, давая местным бабулькам вволю накричаться на тему неуважения молодежи к старшим.

Честное слово, в меня даже пара проклятий полетела, но простенькая защита в обручальном кольце без труда их отразила.

Сама не понимала, зачем ношу это кольцо. По факту меня с моим фиктивным супругом, кроме неприятной истории, в которую он меня втянул, больше ничего не связывало, но о том, чтобы снять украшение, я даже не задумывалась. Наверное, уже привыкла к тому, что оно на моей руке.

— У вас льготы есть? — поинтересовалась дама в огромных круглых очках противным голосом.

— Какие льготы? — не поняла я, несведущая в вопросах местных законов. Тяжелый вздох и закатившиеся глаза стали первой половиной ответа, но вторая мне понравилось больше:

— У вас дети есть?

— Двое, — честно соврала я, не моргнув даже глазом.

— Муж есть? — голос стал еще противнее.

— Нет, — ответила я шепотом, потому что лихие бабули ко мне энергично прислушивались. Даже встали поближе, чтобы расслышать каждое слово.

— Тогда скидка на пошлину пятьдесят процентов. Оплачивать будете?

Обратно в кабинет мэра я спешила изо всех сил, отметая от себя возгласы бабушек о том, какая я несчастная, болезная, одна с тремя детьми, была любовницей богатого эрелла, но муж-пьяница меня бросил. В общем, ничего нового я о себе не узнала, хотя последняя фраза меня зацепила:

— Говорят, маг к ней приезжий повадился, — оповестила всех одна из женщин громким шепотом.

— Ой, неужто любовь? — в сердцах воскликнула вторая, прикрываясь цветастым платком.

— Говорят, опоила она его. Ведьма же! По ней сразу видно! Мне так внучка сразу и сказала…

Дослушивать новые детали своей, видимо, удавшейся личной жизни я не стала: элементарно не было времени. Протянув секретарю, усатому юнцу, клочок бумаги, я буквально вырвала из его рук тест и тут же присела, спешно его заполняя. Через три минуты вопросы закончились, а я протянула молодому человеку листок и писчее перо.

— Приходите за результатами через неделю, — оповестил он меня, глядя удивленно.

— Не могу через неделю, — перла я на таран, потому что это же целая неделя! Целая неделя в компании ненавистного главы тайной канцелярии!

— Если хотите получить сегодня, оплатите пошлину.

Пришлось возвращаться обратно к кассе, где моя личная жизнь обрастала новыми подробностями в геометрической прогрессии. Последнее замечание, кстати, почти являлось правдой:

— Да кого вы слушаете? — шептала молоденькая девушка в широкополой шляпке бледно-розового цвета. — Она же душу старому магу заложила, чтобы он дом ей продал! Говорят, по ночам они вместе на кладбище ходят…

— Все правда, — честно призналась я, едва сдерживая рвущуюся улыбку. Ощущала, как губы подрагивали, но пока справлялась с собой. — Он же меня и зелье любовное варить научил. Сегодня, кстати, к шести часам готово будет. Да только вот не знаю, выставлять его на продажу или нет? Эффект молниеносный, но цена высокая.

Оплатив вторую пошлину, я снова поднялась на второй этаж мэрии, но этот подъем дался мне куда тяжелее предыдущих. Прав был эрелл: отчаянно хотелось полежать и отдохнуть, но избавиться от мага хотелось сильнее.

— Приходите через час! — оповестил меня мэр, выглядывая из своего кабинета.

— Сейчас рожу, — пригрозила я ему, укладываясь полулежа прямо на стульях для посетителей. Мое непристойное поведение меня сейчас волновало мало, а вот поясница, которую нещадно ломило, очень даже.

— Да что же вы такая несносная? Вот вынь вам да положь!

— Все верно, — кивнула я, обмахиваясь белым платочком. — Выньте, пожалуйста, и положите, и я обязательно отстану.

Разрешение на изготовление и продажу околомагических зелий я получила через пятнадцать минут, за которые выяснила, читая брошюрки, что мой фиктивный супруг не только поставил на мне эксперимент, но еще и обвел меня вокруг пальца.

Законы — как много в этом слове скрыто тайн и загадок.

Сейчас я могла бы жить совсем по-другому, если бы не испугалась и не согласилась на его опеку и защиту. Правда, о своей беременности нисколько не жалела: это был самый лучший подарок, который стоил абсолютно всех проблем.

Оказалось, что в этом мире прекрасно знали, кто такие попаданцы. Более того, для таких, как я, был составлен целый манускрипт, как следовало себя вести. Корона обеспечивала попаданцев и деньгами, и временным жильем, и даже учебой и работой.

Обратись я год назад в мэрию Эрмута, глядишь, и сейчас бы прятаться не пришлось, но время, увы, вспять не повернуть. Если я сейчас скажу, что я попаданка, то нас с Даларом осудят уже за подделку документов, а там и наличие близняшек придется объяснять, да еще и о беременности рассказывать.

Последним заинтересовывать власти никак нельзя было. Особенно под носом у главы тайной канцелярии.

— Ваше разрешение! — вышел из кабинета мэр, глядя на меня как на врага народа.

— Большое спасибо, — искренне поблагодарила я мужчину, медленно поднимаясь. — А не подскажете, как я могу получить причитающуюся моей семье древесину?

— У меня обед! — спохватился мэр.

— Кажется, я рожаю.

Домой я спешила довольная как слон. Хорошо, что идти было совсем недалеко. Всего-то перейти через дорогу, обогнуть фонтан и миновать еще одну дорогу. Вот на этом моя улыбка и погасла, потому что фасад нашего дома был все таким же страшным, как и прежде. Разве что трещины замазаны да окна и двери новые вставлены, а в остальном…

Даже лестница главного входа была покосившейся и скрипела.

А еще…

Нам отчаянно не хватало третьего входа, как и места на первом этаже. Околомагические зелья и косметические средства не могли так плотно соседствовать с детским садиком и иметь один вход — это я прекрасно понимала, но выхода пока не видела. Придется продавать через жилой вход, а иначе не видать мне детского садика.

— Вот бы тебя немного расширить и третью дверь сделать, — погладила я старый особняк по шершавой стене. — Тогда бы у нас совершенно точно все получилось.

Тяжело вздохнув, я вошла в дом, но вся радость оттого, что нам положена древесина, сразу же растворилась, едва мне навстречу вышел эрелл Брейвиль.

— А вы как раз вовремя. Идите мойте руки, сейчас обедать будем, — бил он обаянием наповал, но интересовало меня не это.

Хитрые близняшки, перемазанные то ли в сметане, то ли в креме, прятались за ним, по-детски непосредственно держась за его штанины. И вот по их глазам сразу было видно, что они что-то нашкодили. В таких ситуациях личико Дайлы сразу становилось виноватым, а Лейла же, наоборот, выглядела чересчур невозмутимо.

— И что же вы натворили? — спросила я, строго оглядывая всех троих.

— Ничего, — ответил за всех мужчина. — Вы лучше на задний двор сходите. Такая красота.

Я на уловку эрелла Брейвиля не повелась. Сделав вид, что направляюсь дальше — к двери, ведущей на задний двор, — я ловко обошла композицию «мы ничего не делали» и заглянула в кухню, чтобы едва успеть схватиться рукой за дверной косяк.

Пол, стол и даже стулья были перепачканы белой субстанцией непонятного происхождения, основная масса которой выглядывала из большой кастрюли. А я ведь только вчера кухню домыла…

— Это что? — спросила я сипло, не узнавая собственный голос.

— Крем для пирогов, — ничуть не смущаясь, ответил мужчина. — Сейчас украшать будем, а вечером на ярмарку понесем.

— На ярмарку? — удивилась я. — Серьезно?

— Господин Бюрго поделился со мной вашей проблемой. Чтобы отремонтировать дом, всегда уходит много монет. Вот мы и решили подзаработать. Тем более что ягодных кустов во дворе оказалось немало.

— А вы времени зря не теряли, — была вынуждена я признать, скромно похвалив нашего назойливого соседа.

— Это вы еще двор не видели.

Хорошо быть полноценным магом с огромными возможностями.

Когда я вышла на задний двор, сначала даже не поверила своим глазам. Трава, что возвышалась к небу на целый метр, а то и больше, сейчас была коротко острижена. Задний двор оказался не просто большим — огромным.

Вдоль высокого деревянного забора действительно росли ягодные кусты, рядом с которыми стоял Далар. Вокруг мужчины были расположены плетеные корзинки, уже доверху наполненные ягодами.

Наметанным глазом я представляла, где можно поставить теплицы, а где сделать детскую площадку и выстроить беседку. Тем более что через три дня нам обещали дать разрешение на вырубку четырех деревьев.

Такая практика была повсеместной: пожилые деревья вырубали, а на их месте маги жизни выращивали молодняк. Так и обновляли лес, позволяя ему разрастаться.

— Нравится, дочка? — усмехнулся старый возничий. — Это Ар постарался. Хороший мужик, рукастый. На всю зиму сена лошадкам запасли и двор прибрали. Теперь и сажать можно, и варенья наварим.

Варенье, посадки, ремонт, детский садик, торговля…

Как много нам предстоит еще сделать в такой короткий срок.

Нет, голова не шла кругом. Я понимала, что нам нужно, чтобы осуществить одно или другое, но время, силы…

Было бы нас хотя бы на два-три человека больше, да я бы не представляла из себя бегемотика…

Но позволить слуг и помощников мы пока себе не могли, хотя, если честно, я скучала по этой маленькой роскоши. К хорошему привыкаешь слишком быстро.

— А я нам древесину для мебели достала, — похвасталась я, осматривая разнообразие ягодных кустов.

— Отлично! — обрадовался Далар, закидывая в последнюю пустующую корзину спелые ягоды. — Ар как раз сегодня говорил, что может помочь мне с мебелью. Уж вдвоем-то осилим, и на готовое тратиться не придется.

Ох уж этот Ар!

Я лишь качала головой оттого, как много в моей жизни стало этого мужчины. Сначала хотела отругать отца, что оставил близняшек непонятно с кем, но потом вспомнила, что сама же просила эрелла за ними присмотреть. Язык мой — враг мой. В следующий раз нужно четче формулировать свои пожелания.

— Идите обедать, — появился черт из табакерки. Глаза б мои его не видели. — Оставьте корзины, я после обеда в дом сам занесу.

— Хороший мужик, рукастый, — поддакнул Далар, а мне оставалось только смириться. Временно.

Я по-хорошему завидовала тому, что глава тайной канцелярии обладает таким сильным даром. Когда мы с Даларом вошли на кухню, место преступления уже было тщательно убрано, а мои милые мордашки с самыми невинными взглядами сидели за столом на своих двойных стульях, ожидая, когда же им уже дадут тарелки.

Запах стоял изумительный. Как только мы вошли, рот мой тут же наполнился слюной. Есть хотелось просто жутко, но я взяла себя в руки и спросила, чем могу помочь. Вдвоем работа пошла быстрее.

Ар разливал по тарелкам наваристую мясную похлебку, а я доставала из духовки хлеб — мягкий, еще теплый, — и наполняла кружки уже остывшим ягодным морсом. Чувствовала себя малость неудобно, потому что точно знала, что за продуктами мы с Даларом сегодня не ходили, но отказываться не собиралась.

В конце концов, эрелл тоже здесь живет.

— Приятного аппетита, — улыбнулась я девочкам, которые с энтузиазмом вылавливали из похлебки кусочки овощей.

Взгляд мой сам собой встретился с эреллом Брейвилем. Пересилив себя, я одними губами произнесла жгущее язык «Спасибо».

— Пожалуйста, — приподнялись уголки его губ, а я…

А я взяла и почему-то покраснела.

После обеда и до начала ярмарки времени оставалось не так много. Благоразумно оставив мужчин и близняшек заниматься пирогами, я отправилась наверх, чтобы приготовить зелья, которые и дадут наш основной доход.

Я не врала, когда говорила местным сплетницам о том, что собираюсь готовить любовные зелья, но на самом деле настоящие любовные зелья были запрещены законом — это мне еще мой фиктивный муж рассказал.

Использовать можно было повсеместно только зелья с кратковременным эффектом — не больше часа, — да и то они вызывали не любовь-обожание, а любовь-симпатию, которая за этот час при должном старании могла перерасти в настоящую влюбленность.

Эти зелья часто использовали молодые девушки, чтобы подтолкнуть стеснительных парней к признанию в чувствах.

В общем, являлись они безобидными, хоть и продавали их действительно задорого, чтобы ни у кого не было искушения использовать их на каждом кавалере.

Правда, второй раз с той же парой они не действовали, так что разумное ограничение у зелья все же имелось.

Несмотря на то, что эти зелья для быстрого обогащения подходили мне больше всего, заготавливать на продажу я собиралась и косметические средства, потому что в дальнейшем именно они будут составлять наш постоянный доход.

Во-первых, натуральная косметика стоила недорого, а значит, позволить ее могли себе многие, а во-вторых, мне не хотелось круглосуточно заниматься одними зельями. Все-таки это трудоемкая работа, требующая не только концентрации, но и целительских знаний, которых у меня не имелось.

Толку оттого, что я знаю, как готовить зелье от простуды, если, например, у человека бронхит, но диагностировать я его не могу? То-то и оно, что брать на себя такую ответственность мне не хотелось.

— Что готовите? — спросили за моей спиной, а я от неожиданности вздрогнула, совсем не ожидая, что кто-то решит ко мне подкрасться.

Естественно, этим кем-то был эрелл Брейвиль. И как только нашел? Я специально ушла в дальнюю пустующую комнату, чтобы никому не мешать, но мужчина и тут меня достал.

— Зелья и косметику на продажу, — ответила я с опозданием. — Кто вас учил так подкрадываться?

— Отсутствие совести, — усмехнулся Ар, впрочем, не пытаясь войти. Так и стоял, опираясь плечом о дверной косяк. — Вы не будете против, если я к вам присоединюсь? Ваш отец дремлет в кухне вместе с близняшками. Пироги уже готовы, но я хотел бы сделать несколько настоек на продажу. Я арендовал большой прилавок, места хватит на все.

— Арендовали? — удивилась я. — Я не подумала о том, что участие в ярмарке платное. Сколько я вам должна?

— Нисколько. Так позволите присоединиться?

Работать рядом с магом мне не хотелось, но адекватного повода для отказа я не нашла, а потому кивнула, продолжая помешивать варево в котелке.

Любовное зелье было уже почти готово. Перед тем как разлить по миниатюрным бутылочкам, его нужно было настоять и дать остыть до комнатной температуры естественным путем.

Написать сорок этикеток было сложно, но я не ленилась. Правда, с этим делом мне неожиданно помог эрелл:

— Вы собираетесь писать все вручную? — нахмурился мужчина, поджигая щелчком пальцев небольшую горелку.

— А как же еще? — отложила я первую этикетку, заполненную мелким почерком.

— Вот так? — Ладонь его зависла над бумагой, я даже не уловила слов, что были сказаны шепотом, но результат меня откровенно поразил. Все сорок этикеток стали одинаковыми.

— Ничего себе, — приятно удивилась я, понимая, сколько времени он мне сэкономил. — Спасибо.

— Не стесняйтесь обращаться, — мягко улыбнулся эрелл.

Готовить очищающий тоник для лица было совсем несложно. Розовая вода прекрасно подходила для нормальной кожи, а в ее состав входило совсем немного ингредиентов. Одну ароматную красную розу нужно было залить четвертью литра кипятка, в котором предварительно растворялось пятьдесят грамм сахара. Через два часа следовало пропустить тоник через марлю и разлить по бутылочкам, которые надлежало хранить в прохладном темном месте.

Срок годности у такого тоника был два-три дня, а потому и стеклянные бутылочки под него я выбирала на четыре-шесть применений. Правда, использовать его с выступающими кровеносными сосудами на лице было нельзя, потому что тоник обладал еще и тонизирующим эффектом, но все предупреждения я написала на этикетке.

Очищающий скраб для лица и области декольте вообще готовился в течение нескольких минут. В две-три столовые ложки овсяных хлопьев добавлялась столовая ложка сливок и чайная ложка жидкого меда. Применять такой скраб можно было не чаще раза в неделю, смывая его теплой водой, поэтому в баночки я раскладывала порции ровно на один раз.

За отведенное время я успела достаточно много. Крем для рук, маски для волос, домашний шампунь и многое другое. Но звездами на этом празднике жизни стали бомбочки для ванны и красивое разноцветное мыло с ягодами и травами.

Мне повезло случайно наткнуться в портовом городке на кубики мыльной основы. Ее я закупила с запасом, предупреждая возможное повышение цен. Оставалось только упаковать все это добро в красивые свертки.

— Стойте! — закричала я, заприметив, как эрелл Брейвиль собирается добавить в обезболивающую настойку капли полунника.

Мужчина дернулся, но руку убрал. Правда, на меня посмотрел несколько возмущенно. Краем глаза я наблюдала за тем, как он готовит мази, настойки и сиропы, и если до этого момента некоторые огрехи в рецептуре могла ему простить, потому как они несильно влияли на конечный эффект, то сейчас я просто кипела возмущением.

— Зачем вы собирались добавить полунник? — уже сдержаннее поинтересовалась я, совладав с негодованием.

— Чтобы смягчить вкус обезболивающего, — терпеливо объяснил мне мужчина.

— Тогда уже добавьте что-то сладковатое от природы. Настойку из малины, например, или тот же аликсил. Вы ведь уменьшаете эффективность обезболивающего полунником. Срок действия настойки заметно сокращается. Зачем, если этого можно избежать? Да и цена тогда будет выше.

— Вы ведь хорошо разбираетесь в целительских рецептах, верно? Почему же не готовите ничего на продажу из тех трав, что купили у меня? — задал он резонный вопрос.

— Потому что я не целитель, — ответила я просто. — Я знаю рецепты наизусть, но этого мало.

— Вы могли бы помогать мне, если хотите. Рецепты, по которым я учился, конечно, действенны, но уже давно устарели. Ваши знания мне пригодились бы, а доход мы могли бы делить пополам.

Такой подход к делу мне очень даже нравился, учитывая, что для нас ни одна копейка не была лишней, но разглагольствовать времени не осталось. Пришлось спешно собираться, загружать карету Далара и отправляться на ярмарку, что раскинула свои шатры на берегу.

На входной двери же осталась вывеска, что любовные зелья сегодня продаются совсем в другом месте. Просто чувствовала я, что спрос на них будет велик.

А там, где спрос, там и невыносимая жизнь для главы тайной канцелярии.