Глава 41

— Нет! — взвизгнула Эдит.

Я же не стала оборачиваться, подхватила плате и понеслась, перепрыгивая через бордюры, отскакивая от неповоротливых стражей. К несчастью, это длилось недолго. Нашёлся шустрый приспешник леронца, чья магическая плеть спутала мне ноги, удержав от падения. Топот ног позади напомнил стадо коров. Но что удивительное, никто даже не посмел меня коснуться.

— Не трогать! — донеслось из-за моей спины. Какой заботливый до ужаса родственник. — В камеру её, в ту самую!

Надо сказать, само слово камера мне не нравилась. И тот путь, что пришлось проделать тоже. А уж слово «Та самая» и вовсе подразумевало особенный подход. По мере снижения в подвал, холод пробирался под ткань платья, цеплялся за лодыжки, шею. Стало немного страшно. Чтобы согреться, я обняла себя руками и продолжила следование за главой охраны. Эдит шла следом, но я на неё даже не смотрела. Где-то там позади остался Властитель и стражники. Вот пусть они и любуются статью самозванки и её вышколенной походкой. Я девушка попроще, а потому иду, как хочу. Даже Ровении нет, какие могут быть укоры наследнице несуществующей страны?

Чем дальше снижение, тем больше чаще приходило понимание, что это не шутка и обстановка совершенно отличается от привычной. Мрачные коридоры, сырые стены. В воздухе витал запах плесени, и от этого хотелось зажать нос. Но нас упорно вели вниз. Иногда коридор сворачивал, разветвлялся. И издалека доносился лязг дверей и чьи-то глухие крики, наполненные отчаянием. Но спасать пленённых никто не спешил и от этого становилось ещё неприятнее. В какой-то момент мы остановились перед массивной железной дверью.

— Прошу, — издевательски осклабился усатый начальник охраны.

Я откинула любезность, и с выражением лица: «Знать вас не желаю, козлов смердящих!» прошла мимо. Эдит так же не проронила ни слова. Она была в шоке. Оно и понятно. Столько ходить по тонкому лезвию, думая, что это широкая дорога. Но всё рухнуло в одночасье.

Мы оказались на небольшой площадке, освещённой тусклым магическим светом. Как ни странно, но дышать здесь было легче, чем при спуске. А вот вид дух зарешеченных камер вызывал уныние. Железные прутья разделяли и сами отсеки для пленённых, и заменяли стену. Так что захоти леронец приставить к нам охрану, то и умываться, а так же справлять все потребности, придётся без особых заграждений. Неприятное место. А главное, я впервые дрогнула от мысли, что Дейран меня не найдёт. Просто не сможет.

— Отпустите! Это не за мной, за ней прилетели драконы! Отпустите! — умоляла капитанская дочь, но ее никто не слушал.

Я стиснула зубы, почувствовав толчок в спину, но не упала. Удержалась на ногах и сама вошла в камеру, сдерживая подкатившие слезы. Дверь тут же закрылась за мной с неприятным скрипом. Я повернулась к марионеткам Георга и к нему самому, чтобы задать единственный вопрос:

— Что с нами будет? — Схватилась рукой за решётку. Чтобы скрыть внезапно накатившую слабость. Это всё нервы, не иначе.

В это момент Эдит, как и я уже находилась в камере. Она тут же замолчала, жадно прислушиваясь к нашему разговору.

— Я вас выпущу, — спокойно ответил леронец и добавил, скривив губы, — когда будет свободное время и желание.

Он сделал шаг в мою сторону. А так как я стояла у самого заграждения, то подошел почти вплотную, быстро накрыв своей ладонью мою руку. В другой обстановке со стороны могло показаться, что это жест родственных чувств, единения. Но все было иначе. Георг стиснул мои пальцы так, что я с трудом удержалась от крика.

— А знаешь, милая моя девочка, в чьих в апартаментах ты сейчас находишься?

— Нет, — прошептала я, уже догадываясь об ответе.

— Полоумный Харрен жил здесь столько лет, что даже сроднился с этими стенами. — Леронец криво улыбнулся и продолжил. — А потом сбежал и отправился искать тебя. Глупо, правда? Полукровка решил, что отсюда можно сбежать просто так. И это спустя столько лет?!

Леронец рассмеялся.

Я ненавидела августейшего родственника. И от всей души мечтала о его падении, свержении и вообще различных карах, включая расстройство пищеварения. Последнее особенно актуально в настоящее время, ведь тогда Георг не сможет полноценно руководить обороной.

— А вы, как меня нашли?

Лицо Властителя засветилось самодовольством.

— Мои люди обнаружили тебя в Верхольме случайно. Кто-то очень стремился попасть домой к полукровке.

— Это вы его убили. Вы! — вырвалось у меня. Картинка медленно, но срасталась, обрастая реальными фактами.

— Политика, — парировал леронец.

Он резко приблизил своё лицо к решетке. Рука по-прежнему была в его власти, как и я сама.

— А еще кто-то слишком похож на свою мать. Очень похож. И именно это натолкнуло меня на мысль, что я чего-то упустил. А я не люблю подобные загадки.

— Вы помните маму?

Я ненавидела Георга до кончиков пальцев на ногах до глубины души. Но хотелось услышать то, что он мог выплюнуть вместе с ядом.

— Почти забыл. — Глаза мужчины не смеялись, только искривлённый рот. — Ты напомнила. Она предпочла выйти замуж не за меня, а за твоего отца, принеся ему в приданое Альпенские луга.

По лицу родственника пробежала чуть заметная тень и тут же пропала. Он отпустил мою руку, резко отпрянул от решетки и только потом произнес:

— Ты права. Луга отличное место, ценное. Думаешь, зря драконы на них позарились?

Я вздрогнула. Понятно, что Георг старался очернить Янтарных, но как же удачно.

Уходя, леронец обернулся, посмотрел на нас и добавил, не скрывая превосходства:

— Порталы тут не работают, а магия исключительно на службе у владельца замка. Так что вас никто не найдет. Но вы можете надеяться, ведь все женщины любят сказки.

Мужчина рассмеялся и вышел. Свита приглянулась за ним. И никто, ни один человек не обернулся. Что это? Преданность, страх или элементарное отсутствие сострадания, помноженное на черствость? Я не знала, и разбираться не было желания. Дей, родной, найди меня поскорее. Забери отсюда!

— Довольна? Это все из-за тебя! — заявила Эдит и пнула каменную скамью, которая служила узникам постелью и столом. — Жила где-то там. Так нет, припёрлась. Денег захотела?!

Я перестала дырявить взглядом дверь и повернулась к самозванке. Если до вчерашнего дня меня мало волновало её поведение и само существование, то сейчас чаша переполнилась. Только топать ногами или истерить не моё. Или сразу дать ей в лоб, или придется применить дипломатию. Последняя порой бывает очень изощрённая, что кобре несдобровать. А потому я коварно улыбнулась.

— Что, боишься? А ведь теперь, когда все в курсе обмана, тебе дорога на панель или в горничные. Дядюшка ведь за этим тебя звал, так? Или будешь гордой, пойдешь мыть полы?

— Заткнись! — прошипела Эдит.

— С превеликой радостью. — Я намеренно представила на месте наглой девицы таракана и рассмеялась. — Мало удовольствия общаться с невоспитанной простолюдинкой, решившей, что она наследница Ровении.

— Подстилка драконья! — вскрикнула, словно выплюнула яд, Эдит.

Я пожалела, что нас разделяет решетка. О, так хотелось задать ей трёпку! Вцепиться в уложенные локоны и выбрать их с корешком. В крайнем случае, облить самозванку черничным компотом с головы до ног и выставить на городскую площадь.

— С чего ты взяла? — Женские разборки порой выглядят некрасиво и мерзко. Но они давали возможность отвлечься от ситуации и конкретно от подземельного заключения. И потом, зачем молчать? — Я законная жена наследника. Ты разве не в курсе?

Эдит в этот момент пыталась высыпать очередным градом обвинений, но застыла, вытянув острый пальчик в мою сторону. Она некрасиво раскрыла рот, пытаясь собраться с мыслями.

— Ты? Врёшь!

— Отчего же. Таким не шутят. Разве дядя тебе не рассказал об этом? — Я усмехнулась, мысленно проклиная и Георга и эту выскочку. — А я-то думала, что вы заодно. Выходит, тебя снова использовали.

— Нет. Зато я точно знаю, зачем ты Властителю, — Эдит приблизилась к нашей зарешёченной стенке. И в запале не побрезговала прислонить лицо к прутьям. — Думаешь, мне подфартило, а ты королева, да? Как бы не так. Я знаю, стоит только Георгу найти чудодейственный источник, как надобность в тебе отпадёт. Представляешь?

— Вполне, — я пожала плечами, прикинувшись равнодушной. Словно меня совершенно не интересовал эта информация. А если сопоставить внешние данные леронца, то не так уж мне и привиделась его смена внешности. Странно всё это. Нео сейчас не повод для препирательств. И не обращая внимания на Эдит, я принялась обследовать камеру. И каково же было моё удивление, когда на каменном ложе я обнаружила выцарапанные буквы, стекающиеся в слова. Моя подвеска оказалась как нельзя кстати. «Спастись поможет только кровать. Харрен из рода драконов».

Сколько я просидела, неизвестно. Мне казалось, что все секунды слились воедино, превращаясь в минуты, а за ними и часы. Непонятно откуда на лавке взялась еда. А после снова пропала. Значит, никто не собирался морить нас голодом. Слова дракона были слишком странными для обычного понимания. И признаться, в отгадке виделось что-то личное, интимное.