ГЛАВА 10

Вечером в Свароне было весело. Яркими росчерками мелькали в небе многочисленные драконы, люди на улицах пели песни и танцевали, из ресторанчиков и кафе доносилась веселая музыка, звон бокалов и кружек, бесконечное «бравитер» — что-то вроде нашего «будем здоровы», и бесчисленные многолетия правящему дому.

Между Полетом первых и основной программой праздника было немного времени, и я успела принять ванну и сменить дорожные брюки и рубашку на вечернее платье. Как ни уговаривал меня Ричард, я не стала надевать «пыточные» наряды и путешествовала в своей привычной одежде. Но праздник есть праздник, и мне захотелось стать его частью, поэтому в ход пошло длинное винтажное платье Живанши. Не знаю, когда тетушка его купила, но выглядело оно очень подходяще для этого мира: пышная юбка, мягкий круглый вырез и украшенный вышитыми цветами корсет, плотно обтягивающий талию.

— Все-таки нежно-лиловый — это твой цвет, — изрек Ричард, когда я вышла из номера. — Он тебе удивительно к лицу!

Я захлопнула дверь, и кот торжественно подал мне лапу.

— Не лезь, сассенау, — бросил ему Лекс. Он расхаживал по красной ковровой дорожке, недовольно хмуря брови. — Тебе здесь не место. Лэри, — он протянул мне ладонь, предлагая на нее опереться.

— Лерочка, — рядом тут же нарисовался Этьен. Рыжий появился из своих апартаментов и тоже галантно подал мне руку.

— Миледи.

О, а это уже Карл! Черный дракон подошел так незаметно, что я даже вздрогнула от неожиданности.

— Спасибо, друзья, но у меня уже есть кавалер, — усмехнулась я и подхватила верона, прижав его к груди. — Я обещала Ричарду, что проведу этот вечер с ним.

Дессау недовольно зыркнул на кота, а тот, словно невзначай, поднял лапу и оттопырил средний коготь.

— Лерочка, я тебе говорил, что ты прекрасна? — хитро покосившись на драконов, спросил Рич. — Я счастливчик! Самая прелестная леди Квертина выбрала меня своим сопровождающим! — заявил он.

Карл сдвинул брови, Этьен ухмыльнулся, а Лекс предпочел сделать вид, что не заметил кошачьего «фака».

— Долго мы еще в коридоре топтаться будем? — недовольно спросил красный дракон и пошел к лестнице. — Если не хотите остаться без ужина, советую поторопиться, — на ходу бросил он.

— Уже идем, — сказал Карл, а Этьен только хмыкнул и незаметно предложил мне руку.

— Так будет легче подниматься, — тихо пояснил рыжий, и я не стала отказываться.

Перехватив Рича поудобнее, оперлась на теплую ладонь и двинулась вперед.

Наверху было прохладно. Крыша, на которой находился ресторан, была окружена тонким стеклянным парапетом, а за ним, на расстоянии вытянутой руки, свободно летали драконы.

— Это самое высокое здание в Свароне, — негромко пояснил Этьен.

Мы заняли места за большим угловым столом. Здесь было не так шумно и открывался прекрасный вид на «дракон-шоу».

— И все-таки, в чем смысл этого праздника? — спросила я Этьена, когда официанты расставили закуски.

— Существует легенда, что драконы появились из воды, — положив на тарелку толстый ломоть окорока, ответил рыжий. — Тогда еще не было ни людей, ни животных, ни растительности. Только бескрайний океан. И из его недр Сайгерон — творец всего сущего - вывел первых драконов. Они были синими, как вода, из которой их сотворили, и мудрыми, как их создатель. С тех пор Синие считаются прародителями всего драконьего племени. Магия позволила им подняться в небо, соединив две стихии — воздуха и воды. В Эшвадар легенда про первые времена оживает, и каждый год, когда заканчивается лето, в Свароне, главном городе Озерного края, отмечают этот праздник, благодаря Сайгерона за его милость.

— Красивая легенда. А люди? Откуда произошли они?

— После драконов, покоривших небо, Сайгерон создал тех, кто должен был населять землю. Но для этого ему пришлось постараться и разделить воду и сушу. Сварон — первый город, возникший из воды. Поэтому именно здесь и отмечается Эшвадар.

— Интересно, а…

— Лэри, ты подумала над нашим предложением? — неожиданно перебил меня Лекс.

Глаза его снова горели золотистым огнем. Похоже, Дессау все еще не терял надежды меня уломать.

— Конечно, — кивнула я.

— И каким будет твой выбор? — напряженно спросил Дессау.

— Никаким, — я пожала плечами. — Мне не нужен фиктивный муж.

— Но ты не можешь… — Лекс замолчал, подыскивая слова, но потом бросил салфетку и посмотрел на меня. — Ты не понимаешь, как рискуешь! — взорвался он.

— Леди Лэрия, это неразумно, — поддержал его Карл. — Королевский двор — это сборище интриганов всех мастей. Вы и не заметите, как вас обведут вокруг пальца и заставят плясать под чужую дудку.

— А разве вы сейчас делаете не то же самое? — хмыкнула я.

— Но мы желаем вам добра! — оскорбился черный дракон.

В глазах его сверкнул гнев.

— Спасибо за заботу, но у меня и своя голова на плечах есть, — улыбнулась в ответ. — Так что, как-нибудь сама разберусь.

— Лэри, ты слишком молода и неопытна, — попытался зайти с другой стороны Дессау. — Тебе так легко ошибиться и совершить непоправимое. Как хозяйка портала, ты должна будешь принести присягу Его величеству, но тебе нужно понять, что выжить при дворе может только тот, у кого есть поддержка.

— Какую еще присягу? — удивленно уставилась на дракона. — Я сама по себе, и никакого отношения к вашему королю не имею.

— Каждый смотритель обязан приносить клятву верности тому правителю, на чьей территории находится портал, — ехидно усмехнулся Дессау. — Ты в Квертине, Лэри, и должна подчиняться законам драконьего королевства.

— Вот скажите мне, — я обвела драконов взглядом. — Король может заменить смотрителя?

— Нет, — покачал головой Карл, — его выбирает портал.

— Так зачем мне какое-то левое начальство, которое никакого отношения к моей работе не имеет?

— А содержание? Каждый смотритель получает от казны полное довольствие. И средства на сопутствующие расходы, — Лекс перешел на юридический язык. — Есть правила и регламент взаимоотношений между хозяином портала и главой государства, их нельзя нарушать. Когда-то давно твой родственник подписал договор, и ты обязана придерживаться всех прописанных в нем пунктов.

— Родственник? Получается, портал можно передать только членам семьи?

— Да.

— Но… Это что же, Машенька — моя родня? Ничего себе! — я обвела взглядом всю компанию.

— Именно, — усмехнулся Этьен, а Ричард кивнул.

Дессау с Карлом промолчали. Похоже, их не особо волновали мои семейные связи. Для этих драконов было важно совсем другое.

— Теперь ты понимаешь, что ты — всего лишь часть отлаженной веками системы? — пристально посмотрел на меня Лекс.

— И что? У меня есть большое преимущество — это не я нуждаюсь в драконах, а они во мне. Так что я не собираюсь слепо следовать вашим правилам.

— Миледи, послушайте, — попытался достучаться до меня Бергман. — Вы не можете...

— Бесполезно, Карл, — сердито перебил его Лекс. — Лэри сейчас ничего не услышит. Она упивается мнимой властью и полагает, что способна справиться с любыми трудностями.

— Этьен, а ты чего примолк? — обратился Карл к рыжему.

Тот был на удивление молчалив. Да и Ричард выглядел притихшим.

— Лера имеет право поступать так, как ей кажется правильным. Даже если она и ошибется, это будет ее ошибка, — негромко сказал Олдэни, и в его словах прозвучала едва различимая печаль.

— И что? Ты предлагаешь наблюдать за этим? Да ее же мигом проглотят, пикнуть не успеет!

— Сразу видно, ты плохо знаешь нашу Хозяйку, — усмехнулся рыжий.

— Да-да, Лерочка себя в обиду не даст, — подтвердил Ричард. — У нее и молоток имеется, как раз для таких случаев.

Сейчас кошарик снова был похож на самого себя.

— Какой еще молоток? — нахмурился Бергман.

— Тяжелый. Таким если по пальцу дать, сразу хрясь — и нету! — Рич взмахнул лапой, показывая это самое «хрясь». — Так что, пусть только попробуют, быстро обломаются!

— Что за глупости? — недовольно скривился Бергман. — Мы говорим о серьезных вещах, а вам лишь бы шутки шутить.

Он досадливо поморщился.

— Миледи, поймите, вам не изменить существующий порядок. Смиритесь с этим.

— Слушайте, давайте отложим все эти разговоры на потом? — вмешался Этьен. — Праздник же. Предлагаю выпить и как следует повеселиться. Лэри, пойдешь танцевать? — подмигнул он мне.

— Пойду, — охотно кивнула в ответ и встала со стула.

Мужчины разом вскочили со своих мест. Здесь, в своем мире, они неуклонно соблюдали правила, вставая всякий раз, когда дама, то есть я, поднималась из-за стола.

— Вот и отлично!

Рыжий ухватил меня за руку и потащил в центр площадки.

— Ничего не бойся, — заговорщически шепнул он, и мы неожиданно оказались в воздухе, среди трепещущих в воздухе лент и летающих драконов. — Нужно просто отдаться музыке.

«Ага! Легко сказать! — встряло подсознание. — Вот навернетесь с такой высоты…»

Додумать я не успела.

Этьен резко крутанул меня, и сумасшедший незнакомый танец подхватил нас и понес над толпой. Небо, летающие ящеры, огни, вспышки фейерверков — все это смешалось, закружилось, завертелось. У меня захватило дух, но рыжий держал крепко. На его лице плясали отблески разноцветных светящихся лент, и оно казалось совсем незнакомым, серьезным, взрослым. Глаза изменились, в их глубине загорелся огонь, скулы заострились, волосы потемнели, губы изогнулись в едва заметной улыбке. Передо мной был дракон. Настоящий дракон. Хищник под человеческой оболочкой. Я смотрела на рыжего, и в груди поднималось какое-то непонятное чувство. Мне хотелось прижаться плотнее к обтянутой черным шелком груди, закрыть глаза и слушать быстрый стук сердца. Вернее, двух сердец. Своего и того, что билось совсем рядом. Они стучали в унисон, все быстрее и быстрее, в такт ускоряющейся музыке, пробуждая в душе то, что я уже испытывала когда-то, предлагали насладиться моментом, позволить себе жить полной жизнью. И я поддалась. Этьен кружил меня, оторвав от земли, а в его глазах все сильнее разгоралось то яркое, искушающее пламя, которое до этого дня так удачно скрывалось в зеленой глубине.

— Лэри.

Так нежно, так чувственно, так… знакомо…

Я глядела на рыжего и не могла избавиться от желания провести пальцами по его губам, обвести их четкий контур, поцеловать насмешливо приподнятый уголок.

Дыхание участилось — от танца или от того, что закручивалось внутри, голова закружилась, а в груди стало горячо-горячо. Так, будто туда горящий уголек попал.

Этьен все сильнее прижимал меня к себе, а я даже не думала отстраняться. Мне хотелось, чтобы он вот так держал, хотелось наплевать на все и крепче обнять этого несносного рыжего, которого я так и не смогла понять. Что скрывается за его легкомысленной маской? Какие тайны он хранит? И почему с каждым днем меня все сильнее к нему тянет? Что это, магия? Или что-то большее?

Этьен с трудом сдерживал срывающееся дыхание. Со мной происходило то же самое. Мне казалось, что нет больше вокруг всех этих летающих драконов, разноцветных взрывов, лент и шутих, что мир сузился до нас двоих и стал совсем крошечным, что еще немного, и я пойму...

— Олдэни!

Резкий окрик Лекса заставил меня вздрогнуть. Я огляделась, с трудом приходя в себя.

— Ты что творишь? — прошипел Дессау.

Как ни странно, я отчетливо слышала его голос в окружающем шуме.

Этьен моргнул, словно очнувшись после долгого сна, и в тот же миг мы спустились вниз, попав в толпу веселящихся посетителей ресторана. Красный дракон мгновенно оказался рядом. Магия, не иначе!

— Ты переходишь все границы, — сурово уставился он на рыжего.

Глаза Лекса угрожающе блеснули. Я уже знала, что так проявляется сила его дракона.

— Ничего подобного, — легкомысленно улыбнулся Этьен.

Он не выпустил меня из объятий, продолжая прижимать к себе. А я не торопилась отстраняться. В руках рыжего я чувствовала себя так, будто наконец оказалась дома.

— Бакстон — танец смелых, — насмешливо посмотрел на Лекса Этьен. — Он не приемлет ханжества. Впрочем, если ты не можешь этого понять…

Рыжий не договорил, насмешливо посмотрев на Дессау.

— Ты забываешься, — сквозь зубы, пробормотал тот.

— Не более, чем ты, — парировал Этьен, пробираясь между танцующими. — К чему эта нелепая ревность? Боюсь, у тебя нет права требовать чего-либо от меня или от Лэри.

Рыжий подмигнул мне, отодвинул стул и помог сесть.

— Ты нарываешься, сассенау, — не отставал Дессау.

Он набычился, напирая на рыжего, но тот и не думал отступать. Стоял, широко расставив ноги, и иронично улыбался. Как ни странно, сейчас он выглядел сильнее и выше Лекса. Тот будто уменьшился в размерах и сдулся.

— Слушайте, вы можете хотя бы один вечер провести без ссор? — прервала я нелепый спор. — Правда, надоело уже. Как вернулись в свой мир, так и слетели с катушек, не драконы, а бойцовские крокодилы какие-то!

— Прости, Лэри, — усмехнулся рыжий. — В дороге так мало развлечений, надо же как-то поддерживать себя в форме?

— Да-да, я вот прямо чувствую, как ее теряю, — вмешался Рич.

Верон положил на тарелку куриную ножку и вздохнул.

— Эх, а как хорошо в Яблочном жили, — впиваясь в мясо зубами, неразборчиво пробормотал кошарик. — Тишь да гладь, и обед по расписанию. А какие Лерочка блинчики готовила! — он прожевал и мечтательно закатил глаза. — Не сравнить с этой дорожной едой.

— Вообще-то, ты находишься в одном из самых престижных ресторанов Сварона, — недовольно посмотрел на него Лекс.

Видимо, не смог промолчать.

— И что? Лучше нашей Лерочки все равно никто готовить не умеет, — заявил пушистый подхалим. — Да, хозяин?

Этьен серьезно кивнул.

— Ладно, вы как хотите, а я пойду спать, — поднявшись, заявил Карл. — Завтра рано вставать, и путь предстоит не близкий.

— Да, нужно добраться до столицы засветло, — хмуро ответил Дессау. — Думаю, если хотим выехать пораньше, не стоит сегодня засиживаться.

Красный дракон обвел всех напряженным взглядом. У меня мелькнула мысль, что если мы не придумаем, как вернуть Лексу его титул и замок, тот однажды просто слетит с катушек. И еще неизвестно, чем это нам грозит. Свихнувшийся дракон — что может быть страшнее?

— Во сколько выезжаем? — уточнил Карл.

— В пять, — коротко ответил Дессау.

— Что ж, тогда я тоже пойду, — посмотрела я на Этьена.

В душе все еще бродили отголоски нашего хмельного сумасшествия, и было немного не по себе. Что на меня вдруг нашло? Танцы, конечно, всегда так влияют: прижимаешься к красивому мужчине и сразу хочется придумать себе сказку, где ты, он, любовь, свадьба. А на деле все оборачивается пшиком. Наверное, и сейчас так будет. Уляжется волнение, разбуженное бракстоном, и все пройдет. Хотя жаль, конечно.

Я вздохнула. Не о том думаю. У меня тут, понимаешь, жизнь поменялась на все триста шестьдесят, а я обо всяких рыжих рассуждаю. Интересно, почему он молчит и ничего не говорит о своих чувствах? Они ведь есть, я вижу. Отчего же он их не показывает? И что скрывает? Кем ему приходится мой золотой дракон? То, что они как-то связаны, и дураку понятно. Но как? А главное, мне-то что делать? Как примирить то, что я чувствую к мужу, и те эмоции, которые будит во мне Этьен? Я и сама не успела заметить, когда он умудрился пробраться мне в душу. Может, в тот день, когда впервые появился в Яблочном? Или после похищения? Или за все то время, что просто был рядом, поддерживая и ничего не требуя взамен? Не знаю.

— Лерочка, если ты уходишь, то я с тобой, — отложив приборы, заявил Рич. — Думаю, самое интересное нам уже показали. Куда ты тарелку уносишь? — вскинулся он и недовольно сверкнул глазами на официанта. — Не видишь, я еще не доел?

— Простите, — растерялся тот.

— Никакого понимания, — пробормотал кот, ухватив с блюда кусок окорока и отправляя его в рот. — Разве можно забирать еду у голодных постояльцев?

— Сайгерон милостивый, этого верона легче пристрелить, чем прокормить, — пробормотал Лекс, а Карл едва заметно нахмурился.

В отличие от Этьена, он не позволял своему фамильяру садиться с нами за стол.

— Попрошу без оскорблений, — надулся кошарик. — Между прочим, у меня работа тяжелая.

— Если безделье можно считать работой, то ты просто трудоголик, — буркнул Лекс.

Я видела, что свое недовольство на Этьена он перенес и на верона. Правда, Ричику это было параллельно.

— Вадари тау арших, — Ричард отвесил общий поклон.

— И что это значит? — спросила у кота, подхватывая его на руки.

— Да не будешь ты утомленным, — перевел Рич. — Один из видов прощания.

— Надо запомнить, — пробормотала я и обвела взглядом своих спутников. — Доброй ночи, — попрощалась с драконами и пошла к выходу.

* * *

Рано утром мы выехали из Сварона. Путь наш лежал на север. Синий город остался позади, дорога бежала среди пологих холмов Озерного края, их сменили равнины Тервонского герцогства, потом замелькали стройные кипарисы Танры и леса Олодона.

— Рич, а где находится замок Этьена? — спросила я верона, когда тот сказал, что мы проезжаем по территории Зеленого клана.

— Росвик? — переспросил кот. — Далеко отсюда, у отрогов Скалистых гор.

На морде верона застыло странное выражение. Мне показалось, он чего-то опасается.

— Так далеко, что мы не можем туда заехать? Но ведь это ваше родное герцогство! Неужели вы с Этьеном не хотите увидеть дом и своих близких?

— Заехать? Лерочка, о чем ты? Туда два дня пути!

Рич крутанулся на сиденье и добавил:

— Некогда нам домой заезжать, нужно в столицу торопиться. День Ивовых Прутьев уже завтра, а нам еще подготовиться нужно. Представляю, сколько народу соберется на тебя посмотреть! Я уже всю голову сломал, какой наряд выбрать. Есть нежно-лиловый, есть золотой, есть зеленый со шлейфом, — принялся перечислять он.

Глаза верона загорелись, усы встопорщились.

— Успокойся, Ричик, — остановила я своего любимца. — Думаю, голубое платье от Диора вполне сгодится.

— Но оно совсем не подходит для приема у короля! — возмущенно посмотрел на меня кот. — К тому же, слишком короткое!

— Ничего подобного. Длина до середины икры — классика, между прочим. И потом, я не собираюсь следовать вашей моде. Я — с Земли, у нас свои законы и традиции.

— А для кого я два сундука нарядов собирал?

Рич поднялся на сиденье и воинственно упер лапы в бока. Он готов был защищать свое право на должность моего «стилиста» до победного.

— Не знаю. Я тебе сразу сказала, что они мне не нужны.

— Ну, Лерочка…

Рич состроил умильную рожицу.

— Нет, Ричи, не уговаривай. Я хочу, чтобы меня воспринимали Хозяйкой портала, а не одной из подданных вашего короля.

Кот посмотрел мне в глаза долгим взглядом и неожиданно усмехнулся.

— Может, ты и права, — сказал он и добавил: — Это будет даже интересно. То-то наши придворные модницы засуетятся! Диоровский нью-лук — это вам не громоздкие наряды мессира Джонджи. Или кто там сейчас в фаворе.

— Ричик, а откуда ты столько всего знаешь? Вот где ты про нью-лук мог слышать?

— Обижаешь, Лерочка, — с укором посмотрел на меня Ричард. — Верон просто обязан знать историю и обычаи того мира, в который отправляется его хозяин. Чтобы помочь советом, в случае надобности.

— И ты все помнишь?

— Конечно. А как иначе? Вот сейчас мы в Квертине, и я думаю, как получше обставить твой выход. Никогда не забывай про первое впечатление, Лерочка. Оно самое важное.

Я только головой покачала, а кот сел копилкой и застыл, погрузившись в раздумья. Эта его поза напомнила мне начало нашего знакомства. Как же ловко они с Этьеном меня за нос водили! Бедные, несчастные сиротки… «Теть, дайте попить, а то так есть хочется, что переночевать негде»...

Мысли снова вернулись к рыжему. Что с ним не так? Или это со мной что-то не так? Почему мне все больше кажется, что под бесконечными масками скрывается совсем другое лицо? И отчего это лицо так сильно напоминает мне одного подлого крылатого?

Из открытого окна долетел тонкий медовый аромат.

— Долина Астау, — вышел из своего транса Рич. Он завозился на сиденье, устраиваясь удобнее. — Одно из самых красивых мест Олодона.

Я высунулась наружу и увидела впереди огромное поле, сплошь усеянное яркими алыми цветами. Высокие, с крупными лепестками и сочными зелеными листьями, они трепетали на ветру, создавая иллюзию красной морской глади.

— Ничего себе! — восхищенно выдохнула я.

— Это мирсы, — пояснил Ричард. — Они расцветают как раз ко Дню Ивовых Прутьев. Завтра вся столица будет украшена ивовыми ветками, снопами пшеницы и мирсами.

Карета съехала с пригорка, и мы попали в благоухающее красное марево.

— Аромат этих цветов считается целебным, — продолжал рассказывать Рич.

— Да? — заинтересовалась я. — И что за болезни он лечит?

— Душевную хандру, — ответил кот.

Что ж, неудивительно. Один вид мирсов способен поднять настроение самому злостному пессимисту.

Я улыбнулась. Надо же, еще совсем недавно всей душой ненавидела тетушкины анемоны, а теперь любуюсь иноземными цветами, и они мне нравятся. Удивительно, как поменялись мои вкусы. И старинная обстановка больше не раздражает. Города, гостиницы, номера — все это было частью прошлого, но это прошлое не вызывало у меня отторжения. Оно казалось привычным и правильным.

— Рич, а где находятся земли клана золотых драконов?

— Золотых? — переспросил кот. — Это лорды правящего дома. Им принадлежит весь Квертин, но вотчинами считаются Картрон, Свергия, Берн и Олодон.

— Подожди, но ведь Олодон — герцогство Зеленого клана? — удивилась я.

— Зеленые — младшая ветвь королевского дома, — ответил Ричард.

— Выходит, Этьен — член королевской семьи?

— Вроде того, — неохотно кивнул верон и тут же спросил: — Лерочка, ты подумала над тем, кто будет сопровождать тебя на приеме?

Я уже заметила, что Ричард всегда с неохотой говорит о происхождении рыжего. Вот и сейчас поторопился перевести разговор.

— Подумала, — усмехнулась в ответ.

— И кто?

— Лекс. Думаю, если король увидит, что он со мной, то более благосклонно отнесется к его проблеме, и поможет ее решить.

— Ты будешь за него ходатайствовать? — пристально посмотрел на меня кошарик.

— Конечно. Скажу, что они с Этьеном спасли мне жизнь. Намекну, что портал открылся только благодаря им. И потребую награды.

— Будет лучше, если ты представишь Дессау единственным спасителем. Тогда король точно ему поможет, — посоветовал Рич.

Он замолчал и уставился в окно.

— Да? Я подумаю.

Я тоже отвернулась к окну, невольно вернувшись мыслями к рыжему.

Карета бодро катила по ровной, вымощенной желтыми плитами дороге, солнце медленно стремилось к горизонту. Впереди нас ждала столица.

В Картрон мы прибыли на закате. Сначала я увидела залитую огнями гору, и только потом поняла, что это огромный город, расположенный на ее пологих склонах.

— Карт-Нале, — с благоговением произнес Рич. — Спящий дракон. У нас существует легенда, что пока дракон спит, в Квертине все благополучно, но если он вдруг проснется, мир ждут смутные времена.

— Там что, кратер вулкана? — присмотревшись к вершине, спросила я.

— Да. Спящего вулкана.

— Тогда понятно, откуда взялась эта легенда.

Мы миновали пригород, который Рич обозвал предместьями, и подъехали к огромным воротам. Я задрала голову, разглядывая защиту Картрона. М-да. Впечатляющее сооружение.

Внушительные каменные драконы стояли по обеим сторонам дороги, а их крылья образовывали подобие арки, под которой проезжали те, кто хотел попасть в столицу. Рич сказал, что специальные магические сенсоры считывают мысли путешественников и отсеивают тех, в ком видят угрозу.

Я даже немного заволновалась. А вдруг меня тоже сочтут неблагонадежной? Все-таки я иномирянка. Первая за последние десять лет. Кто знает, как отреагируют магические стражи?

Но мои страхи оказались напрасными. Мы беспрепятственно проехали темный туннель, и карета покатила по улицам Картрона.

Я смотрела в окно, разглядывая чинно прогуливающихся прохожих, чем-то похожие на наши машины дорты, шустрых мальчишек-посыльных, лавки и магазины, сверкающие огнями рестораны и кафе. И фонтаны. Много фонтанов. Квертинцы вообще любили воду. В каждом городе, который мы проезжали, обязательно был один большой центральный фонтан и несколько десятков маленьких, расположенных в самых неожиданных местах. Это могли быть тихие улочки или шумные проспекты, рынки или укромные уголки старых садов. После рассказа Этьена о происхождении драконов подобная любовь становилась понятна. А уж в столице она проявлялась с таким размахом, что дух захватывало. В свете заходящего солнца бьющие вверх струи казались не водой, а расплавленным золотом. Наверное, тут не обошлось без магии, потому что у нас я ничего подобного не видела. Ни на закате, ни во время рассвета.

— Ну как тебе столица? — раздуваясь от гордости, спросил Рич. — Нравится?

Глаза его блестели. Мне даже показалось, что на них выступили слезы.

— Очень, — ответила я.

Так и было. Расположенный на склонах горы город уходил ввысь своими колокольнями и упирался в небо крышами многочисленных замков. Красота его была внушительной, имперской. Монументальные здания, огромные храмы, посвященные крылатому божеству Сайгерону, мощеные темными плитами дороги, многочисленные аллеи и парки.

Мы свернули на одну из центральных улиц, и я удивленно присвистнула. Ничего себе домики!

По обеим сторонам дороги располагались настоящие дворцы. Высоченные, украшенные колоннами и скульптурами, с красивыми мраморными лестницами и сверкающими огнями окнами.

— Па-де-Россо — улица высшей знати. Здесь могут жить только те, кто значится в Книге Лордов.

— И кто это?

— Семьи, приближенные к королю.

Понятно. Что сказать? Аристократы тут хорошо устроились.

Гостиница, к которой мы подъехали, оказалась ожидаемо дорогой и помпезной. У входа стоял представительный швейцар, внутри, за широкими стеклянными дверями, царила атмосфера богатства и буржуазного шика: позолота, цветы, ковры, важный управляющий, импозантный портье за стойкой.

О номерах снова договаривался Этьен. Не знаю, как у рыжего это получалось, но он всегда умудрялся выбить самые лучшие комнаты в любом квертинском «отеле». Талант, не иначе.

Мне достался номер на пятом этаже, с видом на площадь Северного ветра и на королевский дворец, расположенный почти у самой вершины Карт-Нале. Далеко внизу суетились люди, проезжали кареты и дорты, а я смотрела на сияющий огнями замок и думала о том, чего ждать от завтрашней встречи с королем.

Как бы я ни храбрилась, но на сердце было тревожно. Воображение рисовало огромный зал, сидящих на троне Эдуарда и его жену Изабеллу, свиту, фрейлин, придворных… И все они разглядывали меня, обсуждали, может даже осуждали.

Я тряхнула волосами. Бородатый гоблин… Я что, боюсь? Да ничего подобного! Как там в любимой папиной песне поется? «Не стоит прогибаться под изменчивый мир, пусть лучше он прогнется под нас!».

Короткий стук в дверь заставил меня оторваться от размышлений.

— Рич, посмотришь, кто там? — повернулась к своему любимцу. — Рич?

Я удивленно огляделась. Только минуту назад кот лежал на кровати и спал, а сейчас его уже не было. Чудеса! Придется самой открывать.

Подойдя к двери, распахнула ее и застыла. На пороге стоял лорд Сэливан.

— Намастэ, леди Гершвин, — поклонился он. — Позволите войти?

— Да, конечно, — кивнула в ответ.

От неожиданности я даже забыла поздороваться. Стояла и смотрела, как отец моего мужа проходит в комнату, как он останавливается у стола и отодвигает стул, предлагая мне сесть. Каждый жест, каждое движение герцога были выверенными и четкими. Похоже, он не привык тратить время впустую.

— Садитесь, миледи.

Эта фраза прозвучала почти приказом.

«Миледи»… Я незаметно оглядела мятые льняные брюки и закатанные рукава рубашки. М-да. Видок еще тот. В самый раз для встречи с высокопоставленным свекром.

— Вы тоже присаживайтесь, — кивнула гостю на кресло.

— Простите, что прервал ваш отдых, — начал лорд Сэливан, — но я должен задать один вопрос. — Герцог чуть подался вперед и резко спросил: — Где мой сын, леди Лэрия?

Лицо лорда выглядело напряженным, в глубине синих глаз беспокойно метались золотистые блики.

— Извините, что вы сказали? — настороженно посмотрела на родственника.

В комнате постепенно сгущалось напряжение. Магия. Я чувствовала ее. Она окутывала фигуру герцога, расходилась вокруг невидимыми волнами и пробирала до мурашек. Бр-р… Не особо приятное ощущение.

— Не нужно притворяться, леди Гершвин, — негромко произнес гость. — Или мне лучше называть вас леди Сэливан? Когда вы поженились? Где это произошло? В вашем мире? Филипп сейчас там?

В голосе лорда неожиданно прорвались живые эмоции. Боль, страх, надежда. Сэливан хотел верить, что его сын жив. Хотел, но боялся обмануться.

Сердце болезненно сжалось. Если бы я могла помочь!

— А с чего вы решили, что…

Договорить я не успела.

— Не нужно лишних слов, миледи, — перебил меня герцог. — Еще при нашей первой встрече я почувствовал отголоски магии Филиппа.

— Почему же тогда промолчали?

Лорд Сэливан не торопился отвечать. Он сверлил меня взглядом и о чем-то думал.

— Не был уверен, — наконец неохотно признался он. — Черное озеро часто показывает то, что человек очень хочет увидеть. Ваш дом стоит на его берегах, и я решил, что мне померещилось.

— Но вы все равно пришли.

— Да. Пришел, — кивнул герцог. А потом отвел взгляд и криво усмехнулся. — Надежда — страшная вещь, миледи, — глядя на огонь камина, произнес он. — Она заставляет нас до последнего верить в невозможное.

Под кроватью послышался какой-то шорох, но лорд Сэливан не обратил на него внимания. Он помолчал немного и тихо продолжил:

— Филипп пропал четырнадцать лет назад, — лорд достал из кармана платок и утер лоб. — Боюсь, в этом была моя вина. Накануне мы сильно поссорились, и я позволил себе сказать лишнее. Разумеется, сын не стал молчать — он никогда не молчит, всегда говорит то, что думает. Вот и в тот раз. Слово за слово, мы поругались, я вспылил и указал ему на дверь. Филипп уехал в свою вотчину, но позже я узнал, что он не остался в родовом замке, а отправился к Черному озеру.

— Почему именно туда? — спросила я.

Лорд Сэливан грустно усмехнулся.

— В нашем последнем разговоре я укорил сына, что тот недостаточно силен для золотого. Не знаю, говорили ли вам, что золотые драконы — самые могущественные в Квертине? Мы можем то, чего не умеют все остальные.

— А Филипп? Он действительно не обладал такой силой?

— В том-то и дело, что обладал. Он был одним из лучших.

— Так почему же вы…

Я не договорила.

— Я всегда хотел, чтобы мой мальчик был не одним из, а самым лучшим, — тихо сказал лорд.

— И он решил доказать вам свою силу.

Я смотрела на герцога. Какая знакомая история… Родители так часто предъявляют к нам завышенные требования, а мы изо всех сил рвемся доказать, что достойны их любви и ожиданий. Я ведь тоже старалась. Скрывала от мамы свои неудачи, врала, что у меня хорошая работа и прекрасный парень. Что еще немного, и мы поженимся. Сказочница…

— Да, так и было. И моего сына, как и всех остальных смельчаков, постигла неудача.

Лорд Сэливан сжал руку, скомкав тонкий батист.

— Я узнал обо всем слишком поздно. Много раз я был на Черном озере, проводил обряд, пытался вернуть Филиппа, но напрасно. Гиблые воды никогда не возвращают свою жертву. Поэтому я не сразу понял, когда ощутил от вас колебания родственной магии. И только сегодня, придя сюда, уверился, что не ошибся. Что мой мальчик жив. Вы расскажете мне, где он? — с надеждой посмотрел на меня герцог. — Я понимаю, возможно, он не хочет меня видеть, — торопливо добавил он, — это нормально, мы, драконы, никогда не прощаем обид. Но я готов на все, чтобы...

— Мне жаль, лорд Сэливан, но я не знаю, где ваш сын, — перебила я свекра, пока тот не зашел в своих мечтах слишком далеко.

На секунду мне показалось, что глаза герцога полыхнули огнем, но лорд тут же взял себя в руки.

— Что вы сказали? — переспросил он.

— Я никогда не видела Филиппа вживую. Он приходил ко мне только во сне.

— А как же…

Герцог не договорил, но я поняла, о чем он.

— Вы про верд? Я же говорю, ваш сын приходил ко мне во сне. Причем, даже имени своего не сказал. Это уже потом я узнала, кто он.

Лорд смотрел на меня молча. Он сжал подлокотники кресла и застыл, словно уйдя глубоко внутрь себя.

— Лорд Сэливан?

Я с тревогой посмотрела на свекра.

— Вам плохо? Может быть, воды?

— Вода тут не поможет, — пересилив себя, бледно улыбнулся герцог. — Значит, фантом, — задумчиво добавил он и поднялся с кресла. — Вы позволите?

Моего виска коснулись холодные пальцы. Лорд закрыл глаза, и я почувствовала, как по щеке прошлось теплое дуновение. Секунда, другая, третья… Мне показалось, что пролетела вечность, прежде чем герцог отнял руку.

— Он не мертв, — напряженно сказал лорд Сэливан. — Я чувствую живой след верда.

— Когда я спрашивала Филиппа, жив ли он, ваш сын ответил: «и да, и нет».

— Понять бы еще, что это значит, — еле слышно произнес герцог.

Он чуть отстранился и пристально посмотрел мне в глаза.

— Леди Лэрия, могу я просить вас принять покровительство моего рода? — не отрывая от меня взгляда, спросил лорд.

В его голосе я расслышала волнение.

Интересное кино... Когда Этьен предложил мне выбрать фиктивного мужа, у меня мелькнула мысль обратиться за поддержкой к лорду Сэливану. А что? Круче него в Квертине только король. Вряд ли найдется идиот, способный обидеть родственницу монарха. Но тогда я не решилась обдумать все как следует, а сейчас, когда герцог сам заговорил об этом…

Я внимательно посмотрела на дракона. Умное, слегка усталое лицо, ясные глаза, собранные в хвост темные волосы. В лорде Сэливане явно улавливалось сходство с моим мужем. Вот почему при нашей первой встрече мне показалось, что я его где-то видела! И он был искренен, несомненно.

— Я не хочу настаивать, но это очень важно, — повторил герцог.

Я задумалась. Несмотря на собственный пофигизм, я прекрасно понимала, что мне нужны союзники. Одной мне не справиться. Моя жизнь изменилась. Прошлое, в котором я была обычной девчонкой, казалось далеким и ненастоящим. Бесконечные поиски работы и скитания по съемным квартирам, редкие звонки домой и веселые вечеринки с друзьями, поиски любви и попытки найти свое место в жизни… Все это осталось там, за пределами портала. Настоящее было здесь, в Квертине. И я тоже была здесь. А значит…

— Что вы хотите взамен? — спросила свекра.

— Признайте Филиппа своим мужем, — быстро ответил тот. — Я представлю вас королю как жену сына и смогу позаботиться о вас.

Глаза герцога вспыхнули, в них появилась надежда.

— Я ведь должна буду вернуться домой, — поспешила ее умерить.

— Неважно, — отмахнулся лорд Сэливан. — Пока вы здесь, я сумею о вас позаботиться.

— Это так необходимо?

— Леди Лэрия, не знаю, говорили ли вам, но драконы — довольно своеобразные… существа, — лорд Сэливан слегка запнулся перед последним словом. — Мои единоплеменники любят красивых женщин и особенные вещи. А в вас сочетается и то, и другое. Боюсь, едва вы появитесь при дворе, как найдется очень много желающих присвоить столь редкую до… девушку.

— Вы хотели сказать, добычу?

— Именно так, — кивнул герцог, и на губах его появилась извиняющаяся улыбка. — Поймите, миледи, драконы — не люди, к ним неприменимы обычные правила и законы. Если дракон чего-то хочет, он приложит все силы, чтобы добиться желаемого.

— М-да. Занятная перспектива. Думаете, на меня откроют охоту?

— Ежели вы будете одна — да. Но если все узнают, что мой сын жив и вы — его супруга, то никто не посмеет посягнуть на узы брака. Для драконов они священны.

Я задумалась. И Этьен, и Рич, и Лекс, и даже Карл — все они говорили о том, что драконы объявят на меня охоту. «Мы — хищники, Лэри, и нам нравится азарт преследования, не забывай об этом» — с усмешкой сказал рыжий, но я пропустила его слова мимо ушей, посчитав их преувеличением. А вот сейчас, когда об этом же предупредил лорд Сэливан, мне стало не по себе. Что я знаю о драконах? Обрывки из русских сказок? Картинки из фильмов фэнтези? Глупости все это. Одно только общение с постояльцами должно было научить меня не доверять упрощенным клише.

— Зачем вам это? — посмотрела я на герцога.

Тот спокойно встретил мой настороженный взгляд.

— Если я хоть что-то могу сделать для своего сына, я это сделаю, — твердо ответил лорд Сэливан.

Его слова прозвучали удивительно правдиво.

— Но если Филипп так и не вернется?

— Вы сможете распоряжаться своей жизнью так, как посчитаете нужным, но благословение рода Сэливанов останется с вами.

Свекр слегка склонил голову.

— Я не хочу на вас давить, леди Лэрия, — тихо сказал он. — Подумайте, и, если решитесь, наденьте вот эту подвеску.

На стол легла удивительно красивая витая цепочка с небольшим сверкающим камнем.

— Это абирон, символ нашего рода, — пояснил лорд Сэливан. — Его могут носить только те, кто принадлежит к Золотому клану.

Герцог поднялся и тихо сказал:

— Я приму любое ваше решение, леди Гершвин. Доброй ночи, — он коротко поклонился и, не дожидаясь моего ответа, вышел из номера.

Я дождалась, пока за лордом Сэливаном закроется дверь, а потом негромко позвала:

— Рич! Вылезай, хватит партизанить!

Из-под кровати донесся шорох, затем — недовольное сопение и какая-то возня.

— Ну? Ты что там, застрял?

— Тихо, Лерочка, не шуми, я в засаде сижу, — послышался придушенный голос верона.

— Кого выслеживаешь? — наклонившись, уставилась на распластавшегося на полу Рича.

— Мышь, — ответил тот. — Забилась под плинтус и молчит, зараза. Но я-то знаю, что она там. Меня не проведешь!

Кот состроил кровожадную мину и постучал когтями по паркету.

— Хватит охотиться, иди сюда. Мне совет нужен.

— Совет? — бахрома покрывала дрогнула. — Совет — это ты по адресу. Мудрость веронов не знает предела, — заявил кот, с трудом выбравшись на ковер. — Так что ты хотела узнать?

— Ты ведь слышал мой разговор с лордом Сэливаном, что скажешь? Принимать его предложение?

— Герцог Бернский известен как человек чести, — зыркнул на меня кот. — Если он пообещал тебе покровительство, надо соглашаться.

— Думаешь?

— Да.

Рич был немногословен. Он нервно бил хвостом и смотрел не на меня, а в сторону.

— Ты ничего не хочешь мне объяснить?

Я присела на корточки. Рыжая мордочка оказалась прямо напротив, и кот больше не мог меня игнорировать.

— Рич?

— Некогда мне пустые разговоры вести, — надулся верон. — Нужно еще подготовить одежду на завтра и продумать твой выход. Все, Лерочка, не мешай, я очень занят.

Он недовольно дернул усами и зажмурился.

Спорить с ним было бесполезно. Когда кошарик упирался, уговорить его было невозможно.

— Значит, ты считаешь, что стоит принять покровительство герцога? — сделала последнюю попытку сломить сопротивление упрямца.

— Да, — коротко ответил кот и снова погрузился в размышления.

Я подошла к столу и взяла в руки абирон. Камень показался мне теплым. Покрутив украшение, посмотрела сквозь него на свет. Внутри, в охристой глубине, плясали золотистые искорки. Полюбовавшись немного их завораживающим танцем, надела знак рода на шею, и в ту же секунду по телу прошла горячая волна. Камень раскалился, в сердце ударила острая иголка боли, в голове зашумело.

— Рич! — успела прошептать я и потеряла сознание.

* * *

В себя пришла на кровати. Рядом толпились встревоженные мужчины.

— Лэри, хвала Сайгерону, ты пришла в себя! — взволнованно выдохнул Лекс.

Этьен ничего не сказал, но в глазах его мелькнуло облегчение.

Карл продолжал хмуриться.

— Вы напугали нас, миледи, — заметил он, глядя на меня с плохо скрытым беспокойством.

— И что это было? — пробормотала я и попыталась подняться.

— Лежи! — в один голос выкрикнули Дессау с рыжим и тут же недовольно переглянулись.

— Голова не кружится? Не тошнит? — дотошно выспрашивал Лекс.

— Ничего у меня не болит, — я снова попробовала встать. — И не надо со мной носиться, я не инвалид.

Как ни странно, никаких следов недавнего недомогания не было. Наоборот. Мне показалось, что еще никогда я не чувствовала себя так хорошо.

— Лэри, зачем ты надела абирон? — спросил Дессау. Он сердито хмурил брови и выглядел расстроенным. — Надо было посоветоваться, прежде чем использовать знак драконьего рода.

— Я и посоветовалась, — поискала глазами Ричарда.

Хитромудрый верон тихонько сидел у шкафа и делал вид, что совершенно ни при чем.

— Рич? — позвала я кота.

— А что? Я же не думал, что абирон так на тебя повлияет, — принялся оправдываться тот.

— Чем ты думал, пугало рыжее? — напустился на него Лекс. — У тебя же мозгов нет, одна пустота! Была б моя воля, я бы тебя давно уже на улицу выкинул! От таких, как ты, одни неприятности!

— Успокойся, Дессау. Мой верон не мог предположить, что Лера так отреагирует на амулет, — вмешался Этьен.

— Хватит его оправдывать! — рявкнул Лекс. — Он должен понести наказание!

Глаза красного дракона полыхнули огнем. Ноздри раздулись, на коже проступили очертания чешуи.

— Если бы по вине этого недоумка погиб единственный смотритель портала, то самое малое, что ему грозило бы, это казнь через повешение и последующее развоплощение.

Ричард громко сглотнул. Зрачки его расширились, затопив зеленую радужку чернотой.

— Ну, хватит, — не выдержала я и подхватила своего любимца на руки. — Со мной все в порядке, так что, нечего тут самосуд устраивать.

— Ваше доброе сердце когда-нибудь вас погубит, миледи, - укоризненно заметил Карл. — У нас и за меньшее на виселицу отправляют, а вы говорите, самосуд. А если бы абирон содержал проклятие? Этот мелкий рыжий паршивец должен был проверить его, прежде чем что-либо советовать.

— Я и проверил, — тихо пробормотал Рич.

— Значит, так, — вмешался молчавший до этого Этьен. — Верон мой, и претензии предъявляйте тоже мне. Я готов понести любое наказание. Лэри?

Рыжий вопросительно посмотрел на меня.

— Никаких претензий, — хмыкнула в ответ. — И вообще, у меня еще много дел, так что увидимся завтра.

Я с намеком посмотрела на дверь, и драконы неохотно подчинились. Лекс недовольно скривился, но пошел к двери, рыжий двинулся следом, а Карл, окинув Ричарда суровым взглядом, не удержался и напоследок высказался:

— Зря вы попустительствуете верону, миледи, — заявил он. — Домашних духов нужно держать в строгости, иначе у них портится характер. Доброй ночи.

Бергман коротко поклонился и вышел, а Рич виновато посмотрел мне в глаза и спросил:

— Ты сердишься, Лерочка?

— Знаешь, Рич, не сержусь. Но если бы ты поменьше темнил, всем было бы проще.

— А чего это я темню? — заюлил кот. — Я тебе всегда только правду… Как на духу! — затарахтел он.

— Да? А почему тогда ты спрятался от лорда Сэливана? Похоже, вы с ним хорошо знакомы?

— Не так, чтобы близко, — замялся Рич, — но я бы не хотел, чтобы он меня видел.

— Почему?

— Последняя наша встреча закончилась не очень хорошо, — потупившись, ответил кот. — Герцог пообещал отправить меня на исправление в Кат-Бетрон. Это такая тюрьма для веронов, — пояснил он и, забывшись, тихо пробормотал: — А я ведь ничего и не сделал, всего-то за хозяина вступился.

— А что твой хозяин не поделил с лордом Сэливаном?

— Что? — очнулся кот. — Да так, мелочь одну.

Он спрыгнул с рук и подбежал к шкафу.

— Лерочка, а туфли у тебя под диоровское платье есть? — деловито спросил хитрован, и я поняла, что больше ничего от него не добьюсь.

— Сейчас посмотрим, — задумчиво произнесла в ответ, продолжая размышлять о поведении верона.

Слишком много совпадений и неясностей. Как совместить то, что я видела во сне, и то, что происходит наяву? Как разгадать тайну золотого дракона и вывести на чистую воду двух сомнительных рыжих? И вообще, почему я себя так странно чувствую?

После того как очнулась, мне все кажется, что внутри что-то изменилось.

Я машинально погладила висящий на цепочке абирон. Вероятно, причина в нем. Теплый, живой, он удобно лег в ложбинку на груди и ощущался там удивительно к месту. И будил в душе какие-то новые эмоции и чувства.

— Лерочка, посмотри, — вернул меня к действительности голос верона, и Рич сунул под нос изящные лодочки. — Вот эти подойдут.

— Идеально, — согласилась я, и мы занялись примеркой наряда для завтрашнего приема.