ГЛАВА 5

Утро началось традиционно. Не успела я приготовить завтрак, как по дому разнеслась заливистая трель.

— Кого там еще нелегкая принесла? — пробормотала я, и тут же поймала себя на мысли, что не хочу выходить к калитке. Совсем. Можно хоть раз сделать вид, что я не слышу этот противный звонок?

Рич, умильно наблюдающий за растущей стопкой блинов, отвлекся на секунду от своего занятия.

— Не вздумай открывать, — категорично заявил он. — Пусть светлости сами разбираются.

— Светлости спят еще, — хмыкнула в ответ. — Время — шесть утра.

— И что? Я же не сплю? — в голосе фамильяра послышалось недоумение. — Им давно пора вставать.

Звонок снова пронзительно тренькнул.

— Если это Людка, я ее прибью, — вздохнула я и бросила взгляд в окно.

Забор был слишком высоким. Чтобы узнать, кто пришел, нужно было выйти, но мне не хотелось этого делать.

Не пойду, и все. Имею право.

— Кого ты прибьешь? — на кухню заглянул заспанный рыжий. Он с хрустом потянулся и уставился на стол. — О, блинчики! — послышался довольный возглас. Этьен тут же забыл о своем вопросе и заинтересованно спросил: — А мясо есть?

— А ты это мясо добыл?

Этьен заметил мою приподнятую бровь и понятливо кивнул.

— Ясно. Сегодня ограничимся тестом.

Он легко чмокнул меня в щеку и рухнул на свое привычное место. Стул жалобно скрипнул.

— Вот за что я тебя, Лерочка, уважаю, так это за умение готовить, — принялся разглагольствовать рыжий, накладывая на тарелку сметану и поливая ее вишневым вареньем. — Редкое, кстати, качество для современной девушки. В вашем мире все так привыкли ко всяким полуфабрикатам, что уже и вкус настоящей пищи забыли.

Этьен смешно сморщил нос и обмакнул блинчик в сметану.

— А мы эти самые полуфабрикаты чуть не каждый день ели, — ворчливо заметил кот. Он вспрыгнул на кресло, свернулся клубком и уставился на меня гипнотизирующим взглядом. — У меня от них шерсть потускнела и хвост поредел.

— Бедняжка, — посочувствовала я кошарику. — И как ты только выжил?

Ответить страдалец не успел. Звонок снова звякнул и залился долгой оглушительной трелью.

— Мы кого-то ждем? — оторвавшись от блинов, спросил Этьен.

Ел рыжий всегда за троих, и я не переставала удивляться, куда в него столько вмещается.

— Лэри? — в голосе Этьена проскользнули озабоченные нотки.

— Нет, не ждем, — вздохнула я. — Но этот кто-то, похоже, думает иначе.

— Рич, не трогай мои блины, — строго посмотрел на фамильяра рыжий. — Я сейчас вернусь. Посмотрю, кто там трезвонит спозаранку, и отправлю его подальше.

Он поднялся из-за стола, а я отставила сковороду с огня. Отпускать Этьена одного не хотелось. Мало ли кто там?

Взвесив в руках скалку, задумчиво взглянула на злосчастье. Нет, нужно идти вместе. Так надежнее.

— О-па! Ты гляди, похоже, Дессау сам решил разобраться, — неожиданно воскликнул Этьен.

Я бросила взгляд в окно и заметила идущего к калитке Стахова. Мачо был одет в те же рубашку и джинсы, что и ночью, и выглядел так, словно и не ложился.

— Вот сейчас и узнаем, кто там такой нетерпеливый, — весело подмигнул мне рыжий.

— Опять, небось, эта шлендра приперлась, — тихо пробормотал Ричард, вспрыгивая на подоконник. — Только у нее может ума хватить прийти в такую рань, — недовольно бурчал кот. Он уставился в окно и неожиданно удивленно спросил: — А это еще что за фрукт?

Мы с Этьеном разом подались к окну. У открытой калитки стоял Лекс и беседовал о чем-то с высоким темноволосым незнакомцем. Мужчина чуть повернулся, и я удивленно присвистнула. Это был тот самый тип, который привиделся мне в комнате Стахова. Карл, кажется?

— Ты его знаешь? — небрежно спросил рыжий. Глаза его заинтересованно блеснули.

— Нет.

Я не собиралась раскрывать свои секреты. Раз иномирцы со мной не откровенничают, пусть принимают зеркальную ответочку. Про портал я, конечно, скажу, а вот все остальное — не их ума дело.

— Похоже, они с Дессау знакомы, — задумчиво заметил Этьен, наблюдая за мужчинами.

Называть его злосчастьем у меня теперь язык не поворачивался. С тех пор, как я увидела рыжего в том проклятом подвале, пренебрежительное прозвище слетело с него, как ненужная шелуха.

Нет, Этьен, конечно, вернулся к своему прежнему поведению, но я так и не смогла забыть решительный взгляд зеленых глаз.

— Он что, собирается эту псину в дом нести? — громко воскликнул Ричард.

— Рич, ты чего? Какую псину? — удивилась я.

— Эту! — ткнул лапой в стекло кошарик.

И тут я увидела, что на руках у незнакомца сидит маленькая, хлипенькая на вид собачонка.

— Только шавок нам тут не хватало! — воинственно выгнул спину Ричи.

— Успокойся, — строго прикрикнул на него Этьен. — Ты не должен так реагировать на других животных.

— Чего он ее в дом тащит? — не унимался кот. — Не усадьба, а проходной двор! Нам тут всякие блохастые не нужны.

Я улыбнулась. Похоже, Ричард уже забыл недавние жалобы на «иномирных собак, которые блохи».

— Ты замолчишь, или мне заклятье немоты применить? — повысил голос Этьен.

Рич умолк. Он соскочил с подоконника, гордо прошествовал к столу и запрыгнул на мой стул. А потом демонстративно отвернулся и принялся вылизывать лапу.

— Как думаешь, это один из ваших? — спросила я Этьена, глядя, как Лекс с Карлом идут по дорожке к дому.

— Не знаю, — уклончиво ответил рыжий, и я лишний раз похвалила себя за то, что не рассказала о своих видениях. — Пообщаемся — станет понятно.

Спустя пару минут его желание сбылось.

— Лэри, Этан, позвольте представить вам Карла Олиуса Бергмана, графа Кертенийского, — появившись на кухне, заявил Стахов. Он кивнул Этьену и улыбнулся мне. — Лэрия Оболенцева, хозяйка Яблочного. Этан Касиус Сторас Грэн, герцог Олдэни.

Темноволосый лорд коротко поклонился. Некрасивый шрам, пересекающий его щеку, едва заметно дернулся. Лицо гостя было очень бледным и в какой-то момент мне показалось, что он сейчас свалится в обморок. Маленькая собачка, которую граф держал на руках, еле слышно заскулила.

— Очень приятно, — пробормотала я. — Может быть, присядете? Хотите воды?

— Благодарю, ничего не нужно. Рад познакомиться, леди Лэрия, — мне достался изящный поклон. Карл слегка покачнулся, но устоял на ногах. Собачонка негромко тявкнула. — Герцог, — кивнул граф Этьену.

— Лэри, ты не против, если Карл немного погостит в Яблочном? — обратился ко мне Лекс.

Он выглядел встревоженным. Карие глаза смотрели серьезно и озабоченно.

— Разумеется, не против, — ответила я. А что еще мне оставалось? Не выгонять же еле живого человека на улицу? Да и заветы тетушки нужно было выполнять. — Я покажу вам комнату, — улыбнулась гостю.

— Идем, Карл, — поддерживая друга под руку, тихо сказал Стахов.

На лице его застыло выражение усталой задумчивости.

Я проводила Карла до синей гостевой, выдала все необходимое и оставила наедине с другом, а сама вернулась на кухню, где меня ждали погруженный в размышления рыжий и недовольный вторжением незваных гостей Рич.

— И надолго они к нам? — сходу задал вопрос кот.

Он воинственно сверкнул глазами и уставился на меня, ожидая ответа.

— Лекс сказал, на пару недель.

Я принялась складывать в посудомойку грязную посуду.

— Знаем мы эти пару недель, — пробурчал Рич. — Пару раз попробуют твои блинчики, и никакой метлой их отсюда не выметешь.

— По собственному опыту судишь? — усмехнулся Этьен.

Рыжий умял уже почти половину блинов и благостно восседал в кресле, поглядывая вокруг довольным сытым взглядом.

— А чего это по собственному? — возмутился кот. — Нас Лерочка любит, мы, можно сказать, родные, а эти…

Он не договорил, махнул лапой и отвернулся, но уши его едва заметно дрогнули. Котейка ждал, что ему ответят.

— Иди сюда, — я подхватила ревнивца на руки и почесала под горлышком. — Рич, запомни, ты — вне конкуренции, тебя я буду любить всегда. Но ведь мы не можем оставить без помощи твоих земляков?

— Не можем? — озадаченно переспросил кошарик. — Чего это? Они нам что, родственники?

— Ну, если прикинуть, то очень может быть, — вмешался Этьен. Он закинул ногу на ногу и насмешливо посмотрел на фамильяра. — Бергманы связаны с Олдэни через троюродного дядюшку Эдварда Грина. Тот женился на одной из сестер Вардеби, а те приходятся Кентерийским дальними родственницами, так что получается, мы с ними родня.

— Да неужели? — с сарказмом переспросил кот. — Это что же, блохастая шавка тоже нам родня?

— Если она — фамильяр Бергманов, то да, — невозмутимо кивнул рыжий, но глаза его смеялись.

Я уже знала, что фамильяр — это дух рода, воплощающий саму суть семейных традиций и настроений. Обычно он сопровождает хозяев в дальних поездках и способен подпитывать их своей магией и выполнять несложные поручения. И если собачонка принадлежит Кентерийским, то дела их довольно плохи. Уж больно заморенной она выглядит.

— Я отказываюсь признавать эту… это существо, — упрямо заявил Рич. Он положил морду мне на грудь и прижмурился. — Не удивлюсь, если оно и вести себя не умеет, — тихо пробормотал кошарик.

— О ком вы?

На кухне появился Стахов. Он сел за стол, отодвинул от себя блюдо с блинами и вопросительно посмотрел на нас с Ричем.

— О шавке, что собирается обосноваться в этом доме, — ответил кот. — Хочу поставить всех в известность, что я против ее пребывания на нашей территории. Неизвестно, где она...

— Что с Бергманом? — перебил фамильяра Этьен.

С приходом Стахова рыжий больше не выглядел довольным жизнью. Лицо его посерьезнело, глаза потемнели, в них появился холод и блеск металла.

— Магическое истощение. Если он не попадет в Эссею в ближайшее время, ему конец, — хмуро ответил рыжему Лекс, но смотрел при этом на меня.

— А вы? Вам с Этьеном истощение не грозит? — встревожилась я.

Как ни странно, я успела привязаться к своим постояльцам, а уж после того, как те спасли меня от похитителей, в моей душе проснулись почти родственные чувства.

— Нет, не грозит, — покачал головой Стахов. — Мы способны поглощать энергию вашего мира и не испытываем проблем с питанием. А Карл… У него особая магия, сырой энергии ему недостаточно. За те десять лет, что он провел на Земле, его сила истощилась, и если Бергман не вернется на родину в ближайшие дни, то он умрет, — пояснил Лекс и взял меня за плечи, заглядывая в глаза. — Лэри, ты должна нам помочь, — с нажимом произнес он. — Нужно найти портал, пока Карл еще жив.

— Найти-то не проблема, — вздохнула я. — Вопрос в другом: как заставить его работать?

— Ты хочешь сказать…

Стахов не договорил. В глазах его вспыхнула сумасшедшая надежда.

— Да, я его нашла.

— И что это? — встрял Этьен.

— Старый телефон, — ответила я и рассказала все, что произошло прошлой ночью.

— Телефон? Оригинальное решение, — выслушав меня, хмыкнул Этьен. — Хотя ничего другого от Леокадии Серафимовны я и не ждал.

— Идем, — напряженно произнес Лекс.

Мачо не собирался ничего обсуждать, он рвался действовать.

Я обогнула развалившегося в кресле рыжего и потопала к выходу. Ричард так и сидел у меня на руках, даже не собираясь их покидать. Похоже, с появлением еще одного фамильяра котейка решил держаться ко мне как можно ближе.

— Ты видишь контуры портала? — спросил Стахов.

Он шел рядом, а Этьен чуть отстал и плелся в хвосте нашей процессии.

Рыжий не показывал особого интереса к происходящему, но меня это не обманывало. Судя по характеру Рича, некоторая театральность и любовь к перевоплощениям была у представителей семейства Олдэни в крови.

— Нет. Не вижу.

— Тогда с чего ты решила, что это портал? — остановившись рядом с телефонным аппаратом, нахмурился Лекс.

— Почувствовала, — не желая вдаваться в подробности, коротко ответила я. — Кто-нибудь знает, как его запустить?

— Вообще-то, смотритель должен обнаружить портал и почувствовать с ним связь, — заметил Этьен. — Обычно этого достаточно, чтобы переход заработал.

Рыжий подошел ближе, поднял трубку, покрутил ее в руках, зачем-то подул в мембрану, снова покрутил и приложил к уху.

— Ничего, — усмехнулся он.

— Может, нужно набрать определенный номер? — предположил Рич.

Кот с интересом разглядывал старый телефон.

— У тетушки есть книги, в которых записаны какие-то цифры, — вспомнила я. — Что, если это координаты перехода?

— Надо попробовать, — кивнул Стахов.

Я спустила Ричарда с рук, сбегала за тетушкиными журналами, и мы попытались разгадать непонятный шифр.

— По количеству цифр очень похоже на телефонные номера, — задумчиво сказал Этьен. — Смотрите, вот здесь, — он указал пальцем на длинные колонки цифр. — Видите? А теперь посмотрите сюда, — рыжий ткнул в аналогичную колонку в другой книге. — Те же самые цифры. Только тут еще и суммы за переход.

— А что, смотритель берет плату? — заинтересовалась я.

Если так, то источник тетушкиного богатства переставал быть тайной. Судя по записям, зарабатывала Леокадия Серафимовна весьма неплохо.

— Разумеется, — кивнул Лекс. Он пролистывал страницы и вчитывался в фамилии клиентов. — Не знал, что Керн тоже здесь застрял, — задумчиво заметил он, разглядывая длинные столбцы цифр и имен.

— И Брасс, — палец рыжего остановился на одной из фамилий. — И Грей. Интересно, кто же тогда занимается делами Совета?

— Хлебное место долго без хозяина не стоит, — вполголоса заметил Ричард. Он сидел напротив комода и гипнотизировал взглядом своенравный аппарат.

— Ну давай же! — набрав очередной номер, посмотрела я на безжизненный черный корпус. Телефон не отреагировал.

— Лэри, а ты точно уверена, что это портал? — с сомнением посмотрел на него Лекс.

— Разумеется, — фыркнула в ответ. — Этот гад со мной с самого начала в прятки играет. Кривится, наглая морда, а в руки не дается.

Я погрозила безжизненной пластмассе кулаком.

— У-у, злыдень!

Весь день прошел в попытках открыть портал, и к ночи у меня уже рябило в глазах от бесконечных цифр, но упрямый аппарат даже не думал работать. Вернее, он исправно гудел, но никакого намека на общение не проявлял.

— Бесполезно, — устало вздохнув, я потерла веки и подперла голову руками. — Или это не портал, или мы что-то упускаем.

— Скорее всего, существует определенное условие запуска, — предположил Этьен.

Не так давно Лекс ушел проведать Карла, и мы с рыжим остались вдвоем. Точнее, втроем. Ричард не отходил от меня ни на шаг. Видно, кот всерьез испугался конкуренции и решил не выпускать любимую хозяйку из поля зрения.

— Какое еще условие? Попрыгать вокруг этого поганца с бубном? — я покосилась на своенравный аппарат. — А может, поклониться ему в пояс?

— Ты устала, Лэри, — рыжий обнял меня за плечи. — Иди отдохни.

Он подтолкнул меня к выходу.

— Хватит на сегодня.

— А как же Карл?

— Подождет, — отрезал Этьен. — Пока с ним его фамильяр, у него есть шанс продержаться.

Да, собачонка Бергмана весь день не отходила от своего хозяина. Она лежала с ним рядом и только раз оторвалась, чтобы поесть.

— Иди, Лэри, — твердо повторил рыжий. — Иначе ты просто свалишься и никому не поможешь.

— Точно, — поддакнул Рич.

Он потерся о мои ноги и заявил:

— Не беспокойся, хозяин. Я о нашей Лерочке позабочусь. Могу расслабляющий массаж сделать, или усыпить.

— Ты и это умеешь?

— Разумеется, — важно кивнул кот. — И вообще, я много чего умею. Только этого никто не ценит, — он с намеком покосился на рыжего.

— Шагай уже, умелец, — хмыкнул рыжий и добавил: — Проследи, чтобы Лэри как следует отдохнула.

Ричард мяукнул, задрал хвост трубой и потрусил к моей спальне. Я отправилась следом.

* * *

Как ни странно, Рич не обманул: и массаж сделал, и усыпил своим мурлыканьем, и сам под бок улегся, сторожа мой сон.

А сторожить было что. Стоило мне закрыть глаза и уснуть, как я увидела тетушку. Леокадия Серафимовна появилась передо мной в своем любимом шелковом платье, лицо ее выглядело строгим, как и при жизни, а прозрачные серые глаза смотрели холодно и надменно. Герцогиня в изгнании, не иначе.

— Тетя Лека, я нашла портал, — поспешила я обрадовать родственницу. — Вы, кстати, интересно придумали, к телефону его привязать. Или это еще до вас кто-то постарался? Хотя, неважно. Вы мне лучше скажите, почему он не работает? Что я не так делаю?

Я с надеждой уставилась на тетку.

Леокадия Серафимовна радоваться не торопилась. Она недовольно молчала, и только руки ее беспокойно дергались, а на запястье тонко позвякивал золотой браслет. Широкий, ажурный, сплетенный из нескольких цепочек, он всегда мне нравился, и я даже надеялась его как-нибудь надеть, но после смерти тети Леки все ее украшения куда-то исчезли. Я грешила на Галочку.

Время шло, а тетя Лека смотрела сквозь меня и даже не собиралась отвечать. Ее тонкие губы были плотно сжаты, породистый нос презрительно морщился, на лице застыло выражение упрямого превосходства.

— Тетя Лека, вы меня слышите?

Леокадия Серафимовна надменно вскинула бровь.

Такое поведение родственницы показалось мне ужасно обидным. Как и при жизни, тетушка совершенно не воспринимала меня всерьез.

— Между прочим, это несправедливо, — возмутилась я. — Вы сами завещали мне свой особняк, но не удосужились оставить никаких инструкций, и при этом хотите, чтобы я выполняла обязанности смотрителя.

Тетушка не отреагировала.

— Тетя Лека, у меня полон дом иномирцев, а я не могу отправить их домой. Ну чего вы молчите? Если уж явились, так хотя бы намекните, что мне делать.

Тетка окинула меня пренебрежительным взглядом и неожиданно произнесла: «Ищи части одного целого, надели жизнью то, что живо, и собери воедино то, чему надлежит быть вместе».

— Очень интересно. А без загадок никак нельзя?

Леокадия Серафимовна ничего не ответила.

Она снисходительно усмехнулась и растворилась в воздухе.

— Кто бы сомневался, — пробормотала я. — И эта женщина называла меня стервой!

* * *

Утром проснулась бодрая и полная сил.

— Ричик, ты чудо, — поцеловала усатую морду, застывшую напротив моего лица. Фамильяр серьезно кивнул и боднул меня головой. — После твоего массажа я будто заново на свет родилась.

Кот приосанился. Усы его встопорщились, глаза довольно сверкнули.

— Чем сегодня займемся? — голосом завзятого соблазнителя спросил он.

— Проведаем нашего болезного, а потом попытаемся разобраться с порталом, — я накинула халат, собираясь в ванную. — Надеюсь, сегодня нам повезет.

— К Бергману я не пойду, — неожиданно заявил Ричард.

— Чего это?

Я удивленно повернулась.

— Там эта шавка.

— И что?

— И то. Не собираюсь я с ней общаться.

— Это еще почему?

— У нас классовая вражда, — насупился Ричард.

— Слушай, где ты таких выражений нахватался? Если верить Лексу, в вашем мире правит монархия и никаких революционных настроений и в помине нет, — я удивленно посмотрела на кота, и в голове неожиданно мелькнула догадка. — Подожди, ты что, с тетушкиной библиотекой успел ознакомиться?

Рич поспешно отвел взгляд. Та-а-ак, понятно.

В кабинете Леокадии Серафимовны один из шкафов был полностью забит книгами марксистско-ленинской тематики. Когда к власти пришли демократы и все стали рьяно избавляться от «наследия коммунистического прошлого», тетушка перетащила ненужную библиотеке литературу к себе, заявив, что нельзя выкидывать бессмертное наследие великих вождей. Она любовно расставила толстые тома в алфавитном порядке и нередко почитывала их на досуге, но я до сих пор не могла понять, как в тетушке уживались любовь к коммунистическим идеалам и явная тяга к наживе и буржуазному шику.

— А чем тут еще заниматься? — воинственно набычился кошарик.

— И что читал? «Капитал»?

— Не только, — оскорбился Рич. — Я и русскую классику просматривал. Вот, намедни с Булгаковым познакомился. Хороший писатель. Замечательно пишет. И котов, опять же, уважает.

Рич хитро прищурился.

— Неужели? — усмехнулась я.

То-то фамильяр мне все время кого-то напоминает. Теперь понятно, откуда дровишки.

— Ладно, я иду умываться — и к Бергману, а ты как хочешь.

Я быстро привела себя в порядок, довольно улыбнулась собственному отражению и двинулась к выходу. Ричард неразборчиво что-то пробурчал, но одну не отпустил. Он спрыгнул с кровати, догнал меня и требовательно мяукнул, просясь на руки. Когда ему было нужно, фамильяр вел себя, как истинный кот.

— Пешком иди, актер, — хмыкнула в ответ.

— Что ж, мы не гордые, — задрал хвост кошарик. — Можем и на своих двоих. Вернее, на четырех.

Он демонстративно замолчал и потрусил за мной по коридору.

До синей гостевой дошли быстро. В комнатах постояльцев было тихо.

— Спят еще, — пренебрежительно заметил Рич. — Никакой сознательности.

— И пусть спят, время — шесть утра. Нечего им у меня под ногами путаться.

Я легонько постучала и, не дождавшись ответа, приоткрыла дверь в спальню Бергмана. Карл неподвижно лежал на постели. Седина на его висках выглядела грязно-желтой, сами виски запали, крупный нос заострился. Маленькая собачка, лежащая на груди у своего хозяина, настороженно приподняла морду и уставилась на меня печальными карими глазами. Вид у нее был страдальческий.

— Голодный? — шепотом спросила я фамильяра.

Тот отрицательно покачал головой.

— А разговаривать ты умеешь?

Собачка снова мотнула головой.

— Куда уж ему? — пробормотал из-за моей спины Ричард. — Коли мозгами при рождении Сайгерон не наделил, считай — калека.

— Рич, уймись, — шикнула я на кота.

Ричард явственно хмыкнул, а шавка тихо заскулила. Бергман даже не шелохнулся. Я вгляделась в бледное лицо. Некрасивое, с глубокими носогубными складками и слишком высоким лбом, оно казалось изможденным и бесконечно уставшим. Душу затопила жалость.

— Эй, вы только продержитесь, слышите? — попросила я иномирца. — Я обязательно заставлю этот чертов портал работать, вот увидите.

Осторожно закрыв дверь, неслышно отступила от гостевой и рванула в холл, прямиком к упрямому аппарату.

— Значит, так, — остановившись напротив безжизненного черного корпуса, с угрозой произнесла я. — Мне не нужен в доме бесполезный нахлебник. Не хочешь работать — не надо. Обойдемся и без тебя.

Я решительно выдернула штепсель из разъема, взяла телефон и понесла его к входной двери.

— Лерочка, ты чего? — обеспокоено спросил Рич.

Кот забежал вперед и, привстав, растопырил передние лапы.

— Что ты собралась с ним делать?

— Надоел он мне. Вынесу в сарай и тюкну молотком, все равно толку от него никакого.

Из черного корпуса послышалось удивленное хрюканье.

— Но ты ведь смотритель! — возмутился Ричард.

— А я не хочу быть смотрителем. Зачем мне работа привратника? Сиди тут безвылазно, переход всяким темным личностям открывай. Нет уж. Через неделю истекает срок, и я наконец-то смогу зажить нормальной жизнью.

— А как же мы?

— А что — вы? Устраивайтесь в этом мире, у нас тут тоже неплохо.

— Лэри, ты не можешь…

Кот не договорил, умоляюще протянув ко мне лапы.

— Еще как могу! Вы меня плохо знаете. Или ты думаешь, тетя Лека просто так меня стервой называла?

— Но мы же погибнем! — жалобно взвыл фамильяр.

Я только цинично усмехнулась и распахнула дверь.

— Кхм-кхе! — послышался хриплый скрежещущий звук.

Черный корпус дрогнул. Я явственно ощутила мелкую вибрацию, передающуюся пальцам.

— Лэри, не делай этого! — театрально заломил лапы Рич. Он обежал меня и загородил выход. Хотя, загородил — слишком сильно сказано. Мне через этого блохастого переступить — раз плюнуть. — Умоляю!

— Ну уж нет. Мне надоело унижаться. Хожу тут, голову ломаю, упрашиваю. Все. Хватит.

— Лэри, подумай о Карле! Он ведь умрет! — не унимался Рич.

Он трагически заламывал лапы и отчаянно подвывал. Впервые слышала, чтобы коты выли.

— А я тут при чем? — не обращая внимания на уговоры, уперлась я. — Портал не работает, так что ничем не могу помочь.

— Но, если ты его разобьешь, у нас пропадет последняя надежда, — дрожащим голосом произнес Ричард.

— Плевать! — бросила в ответ и отодвинула кота с дороги.

— Лэри! — выкрикнул тот.

И в этот момент телефон снова закашлялся и скрипящим голосом произнес:

— Вы не можете меня уничтожить.

На черном корпусе проступила презрительная усмешка.

— Чего это? — удивилась я и приподняла аппарат, разглядывая едва заметную физиономию, проступившую в черной пластмассе.

— Потому что тогда исчезнет единственный портал, соединяющий Эссею и Землю, — с пафосом выдал упрямец.

— А мне пофиг, — бесшабашно посмотрела в брюзгливое морщинистое отражение. — Надоела вся эта бодяга, пора с ней заканчивать.

— Но… — захлебнулся аппарат. — Вы что… Вы не посмеете! — он дернулся, словно собираясь выпрыгнуть из моих рук, и с досадой добавил: — Сердца у вас нет! Права была хозяйка, стервь вы первостатейная, как есть!

— А я и не спорю, — кивнула в ответ, направляясь к сараю.

— Стойте, что вы делаете? Меня нельзя выносить из дома!

Трубка встревоженно задергалась, издавая мелодичный звон.

— Да? А я вот вынесла. И что?

— Но я же погибну!

— Да на здоровье!

— Но вы не можете! Вы не посмеете! — черный корпус возмущенно задрожал, а потом жалобно спросил: — Вы ведь не сделаете этого?

— Ну…

Я остановилась, задумчиво посмотрев в небо.

— Нет, без порталов будет проще. Не нужны они нам, — договорила после паузы, и решительно распахнула дверь сарая. — Так, где-то тут у тетушки инструменты лежали. Ага, вот!

— Лэри, одумайся! — выскочил из-под моей руки Рич. — Сжалься! Он больше не будет, он исправится. А ты? Чего ты молчишь? — напустился кот на аппарат. — Скажи, как портал работает, пока эта сумасшедшая тебя не разгрохала! Ты что, не видишь, она уже за молоток схватилась!

— Но… Мне не положено… Я не…

— Хватит мямлить! — рявкнул Ричард. — Неужели не понимаешь? Она же совершенно ненормальная. Тюкнет молотком — и ничего от тебя не останется.

— Я… Я… Я все скажу! — истерично выкрикнул телефон, мелко дрожа всем корпусом. — Скажу! Только не убивайте!

— Быстрее говори, пока она не передумала, — нагнетал кот.

— Пусть сначала на место меня вернет, мне нельзя вне дома находиться, — жалобно проблеял аппарат.

Вся былая спесь сошла с него, как дым.

— Лерочка, пожалуйста!

Рич упал на колени и молитвенно сложил лапы.

— Давай вернемся, а? Он все расскажет.

Я задумалась.

— Не, не хочу, — мотнув головой, потянулась за молотком, — Все равно ведь обманет.

Я взвесила в руках орудие возмездия.

— Нет! — истерично взвизгнул телефон. — Клянусь! Я скажу все, что знаю!

— Лэри! Умоляю! — в тон ему подвывал Рич.

Фигляр.

Я хмыкнула и отложила молоток.

— Ладно, идем.

В доме было по-прежнему тихо.

Я поставила страдальца на место и резко спросила:

— Ну?

— Говори быстрее, пока она снова не разозлилась, — вскочив на комод и приблизив морду к напуганному аппарату, посоветовал кот.

— Я могу сказать только то, что знаю, — телефон попытался приосаниться, но пережитый страх заставлял его мелко дрожать, отчего трубка тонко позвякивала. — Для привязки портала используются два предмета. Я — один из них, но вам еще нужно найти второй, без его активации портал не заработает.

— И что за предмет? — спросила я.

— Этого я сказать не могу.

Телефон страдальчески скривился.

— Не можешь или не хочешь? — уточнила я.

— Вы должны сами его почувствовать, иначе ничего не получится.

Черный корпус отчетливо вздохнул. Дескать, и рад бы помочь, да не могу.

— Уверен? — вмешался Рич.

— Да, — кивнул аппарат.

Он уже пришел в себя и теперь выглядел совсем как прежде — строгим зловредным снобом.

— Вижу, взаимопонимание достигнуто, — послышался насмешливый голос рыжего.

Этьен подошел ко мне и с чувством приложился к щеке.

— Прекрасного дня, Лерочка. Что, добили-таки упрямца?

— Да, спасибо Ричарду. Он мне помог.

— Я старался, — скромно потупился кошарик. — Понял, что хозяйка задумала, и подыграл.

— Вы… Вы что? Вы меня обманули? — подпрыгнул аппарат.

— А ты думал, я способна уничтожить портал?

— Стервь! — возмущенно прошипел телефон.

— Вредина! — не осталась я в долгу.

— Стоп, — вмешался рыжий. — Хватит обмениваться любезностями. Ты выяснила, как он действует?

— Этот говорит, — Рич кивнул на аппарат, — нужно найти еще один предмет.

— Отлично. Значит, будем искать, — оптимистично заявил Этьен.

Я его оптимизма не разделяла. Появившийся вскоре Стахов — тоже.

— Зная Леокадию Серафимовну, эта вторая вещь может оказаться чем угодно. И неизвестно, сколько мы будем ее искать, а Карлу остается жить считанные дни.

— Как он? — спросил рыжий.

— Плохо. Со вчерашнего вечера так и не приходит в себя. Если мы не справимся…

Лекс не договорил. Он мрачно нахмурился и полез в карман за сигаретами.

— Вы можете толком объяснить, что с Карлом? — не выдержала я. — Почему ему не подходит энергия нашего мира? С вами-то все в порядке!

— Драконы бывают разными, Лэри, — закурив, ответил Стахов. — Клан Черных, к которому принадлежит Бергман, не может долго существовать вне Эссеи. На Земле для них слишком мало ивла. Энергии, — пояснил он мне.

— Час от часу не легче.

Я опустилась на банкетку. У меня в доме — дракон. Офигеть. Стоп. А эти двое?

— Подожди, так вы что, тоже драконы?

— Я из Красного клана, — кивнул Стахов.

— Этьен? — я перевела взгляд на рыжего.

— Зеленый, — широко улыбнулся тот. Глаза его весело блеснули.

— И что значат эти цвета?

В голове теснилась куча вопросов, и я не знала, какой задать первым, поэтому спросила то, что казалось самым простым.

— Тип энергии, которой мы обладаем, — ответил Этьен. — Зеленый — земля, красный — огонь, белый — воздух, синий — вода.

— Понятно. А черный?

— Это особый вид, в вашем мире нет его аналогов, — вмешался Лекс. — Черные драконы поглощают энергию Эссеи, преобразуя ее в собственную магию. К сожалению, это трудно объяснить непосвященному.

Он отвернулся и глубоко затянулся. Горьковатый аромат поплыл по холлу.

— А у вас там все драконы?

Я пыталась понять и принять новую картину мира.

— Почему же? Есть и люди, и их довольно много,— ответил Этьен. — На востоке Эссеи живут оборотни и гномы, на западе — эльфы. А на юге — драконы.

В отличие от Стахова, рыжий выглядел полностью довольным жизнью. Он оперся о стену и небрежно закинул ногу на ногу. Поза его выглядела удивительно знакомой.

— А еще есть мы, — встрял Ричард, и я вспомнила, где видела похожую картинку. Рич. Он так же вальяжно стоял недавно в дверном проеме.

— Я думала, фамильяры бывают только у ведьм, — глядя на кота, задумчиво сказала вслух то, что давно уже беспокоило сознание.

— Если быть совсем уж точными, то Рич — не фамильяр, — ответил Этьен. — Он — верон, воплощение духа рода. Просто землянам ближе понятие фамильяра, поэтому в вашем мире мы используем именно его.

— А почему у тебя нет верона? — посмотрела на Стахова.

— Потому что некроманты обходятся без них, — буркнул тот.

— Как у вас все сложно, — вздохнула я.

— Ничего сложного, — мурлыкнул кошарик и вспрыгнул мне на колени. — Ты ведь не будешь любить меня меньше оттого, что я — не фамильяр, да, Лерочка?

Пушистая морда умильно состроил глазки.

— А вы можете превратиться? — не обращая внимания на подлизу, посмотрела на… драконов.

— В вашем мире — нет, — ответил Стахов.

Мачо выглядел задумчивым. Он показался мне гораздо старше, совсем как тогда, у калитки.

— Теперь ты понимаешь, почему нам так важно вернуться домой? — пристально посмотрел он на меня. — Если мы не сможем найти предмет активации…

Лекс не договорил. Лицо его потемнело, в глазах метнулись золотистые всполохи.

— Мы его найдем, — спокойно сказал рыжий и повернулся ко мне: — Лэри, есть в доме еще какие-либо предметы, которые вызывают у тебя эмоции?

Я задумалась. У меня много чего вызывает эмоции. Взять хотя бы бело-розовую спальню. Там что ни предмет — то взрыв мозга. Один пузатый комод с розочками чего стоит! А тетушкин кабинет? Там же чего только нет!

— Попробую начать со своей комнаты, — вздохнула я и покосилась на телефон.

Тот сердито нахохлился. Проклятый упрямец даже не отреагировал на мои слова.

— Ладно, а я попытаюсь найти одного человека, надеюсь, он сможет нам помочь, — заявил Стахов.

— И кто же это? — заинтересовался рыжий.

— Помощник Леокадии Серафимовны, Григорий. Как Сумарокова умерла, так он и сгинул.

— Это его поисками ты был занят все это время?

— Да. Только хитрый поганец словно в воздухе растворился, нигде его нет, — буркнул Стахов. — Ладно, я пойду, — он снял с вешалки свою ветровку.

— Ты что, даже завтракать не будешь? — удивилась я.

— Некогда, — отмахнулся Лекс. — В городе кофе выпью.

Мачо не стал дожидаться ответа и захлопнул за собой дверь.

— А я бы не отказался чего-нибудь пожевать, — заявил рыжий.

Кто бы сомневался? Чтобы Этьен, да не поел?

— Ага, я тоже голодный, — поддакнул Рич. — Лерочка, мне же полагается… эта, как ее? Премия! — вспомнил он. — Да?

— Полагается, — хмыкнула в ответ. — Идем, проглот, накормлю. И тебя тоже, — подмигнула рыжему.

* * *

После сытного омлета с помидорами и сыром рвение к работе у рыжей парочки поубавилось, но я безжалостно выгнала их из-за стола и поручила убраться на кухне и в доме, а сама отправилась в спальню, искать наиболее «живой» предмет обстановки.

— Что же это может быть? — пробормотала вслух, стоя посреди комнаты и оглядываясь вокруг.

Вещи безмолвствовали. Впрочем, было бы странно, если бы они так быстро выдали тетушкину тайну. Зеркало в позолоченной раме, туалетный столик на гнутых ножках, бархатный пуфик, хрустальная люстра — все вместе и по отдельности они вызывали у меня оскомину.

Я подошла к комоду. Нежные нарисованные розочки выглядели безжизненно поникшими. Гнутые бронзовые ручки тускло поблескивали. Лаковую поверхность пересекала сеточка трещин.

— Интересно, ты умеешь говорить? — присматриваясь к пузатому предмету интерьера, спросила я.

Абсурдность происходящего больше меня не смущала. То ли я привыкла, то ли малость умом двинулась, плевать. Главное было найти связанную с порталом вещь. А какая может быть связь у комода и телефона? Никакой. Если только не поставить одно на другое, в смысле, телефон — на комод. Но это невозможно. Все вещи, по завету тети Леки, должны были оставаться на своих местах.

Я задумчиво обвела глазами комнату. Получается, здесь ничего не подходит?

Эмоции эмоциями, но логику никто не отменял. Нужно искать что-то, что находится рядом с телефоном. И тут я вспомнила недавний сон. Признания постояльцев так меня впечатлили, что я совершенно про него забыла. Как там тетя Лека сказала? Собрать воедино?

— Этьен! Рич!

Я выскочила из спальни и понеслась в гостиную, из которой доносились звуки уборки. Влетев в комнату, удивленно застыла и уставилась на своих квартирантов.

Рыжий сидел на диване и небрежно взмахивал рукой, заставляя частицы пыли собираться в подобие смерча, а Ричард неторопливо прогуливался вдоль стеклянных витрин, дотрагиваясь лапой до полок, и те мгновенно начинали сверкать. Надо полагать, от повышенной чистоты.

— Лэри?

Две пары зеленых глаз посмотрели на меня с одинаковым выражением.

— Вижу, уборка идет полным ходом? — хмыкнула я. — Ладно, заканчивайте дурью маяться, дело есть.

— Опасное? — воспрянул духом Рич, одним взмахом хвоста захлопывая все стеклянные дверцы.

— Ага. Убийственное просто.

— Мы тебя внимательно слушаем, — потирая лапы, довольно произнес кот и уселся рядом с хозяином.

— Что за дело, Лэри? — спросил рыжий.

— Я забыла вам рассказать, — я опустилась в кресло и закинула ногу на ногу. Этьен и Ричард окинули мои конечности одинаково заинтересованным взглядом.

— Что? — в один голос спросили рыжие.

— Сегодня ночью я видела тетушку.

Я пересказала постояльцам свой сон и уставилась на них, в ожидании комментариев.

— Очередная загадка, — хмыкнул Этьен.

Он ненадолго задумался, а потом спросил:

— У Леокадии Серафимовны была какая-нибудь вещь, с которой она никогда не расставалась?

Я попыталась вспомнить обычный облик тетушки. Неизменные шелковые платья или дорогие классические костюмы, красивая укладка, разные кольца и ожерелья…

— Браслет! — вырвалось у меня. — Она никогда не снимала браслет.

— А что? Логично, — кивнул Этьен. — Для того чтобы портал работал, смотритель должен иметь при себе активатор, а что может быть удобнее, чем украшение? Лэри, мы должны попробовать, — решительно посмотрел он на меня.

— Где этот браслет? — засуетился Рич. — Лерочка, надевай его скорее!

— Не получится, — вздохнула я.

— Как это? — опешил кот.

— Я не знаю, где он. После тетиной смерти все украшения исчезли. Я подозреваю, их забрала Галочка.

— Да, она тут постоянно крутилась, — задумчиво кивнул Этьен.

— Ты что, следил за домом?

— Угу.

— И со мной познакомился, чтобы поближе к порталу быть?

— Лэри, давай отложим все эти вопросы на потом? Нужно подумать, как заставить твою сестру отдать браслет.

— Это будет сложно, — хмыкнула я. — Галочка — та еще сорока. Она обожает все блестящее, особенно браслеты. И потом, как мы докажем, что это она свистнула драгоценности?

— Придется задействовать Дессау, — потер бровь Этьен. — Он без труда обаяет девушку.

— Ага. Значит, я была права и Лекс пользуется какой-то магией, да?

Рыжий неохотно кивнул.

— Рассказывай, — потребовала я.

— Лэри, сейчас не время, — попытался уйти от ответа Этьен.

— У вас никогда нет времени на объяснения. Давай колись, что там у Лекса за магия? — не отставала я.

— Красные драконы славятся своей любвеобильностью и воздействием на женщин, — неохотно ответил рыжий. — Стихия огня, — пожал он плечами.

— Полезный бонус.

— Скорее, обременительный.

— Не думала, что Евгений Борисович предпочитает мужчин, — задумчиво протянула я. — Он перед Лексом разве что на пузе не ползал.

— Адвокат просто боится, — отмахнулся Этьен. — Он знает, кто такой Дессау, поэтому и лебезит. Ирме тоже все известно, — предвидя мой следующий вопрос, хмыкнул рыжий.

— А этой-то откуда?

Я удивленно уставилась на постояльца.

— Она же ведьма, — спокойно ответил тот. — И Селестина Марковна из шестого дома. И Регина Станиславовна из четвертого.

Даже когда Стахов сказал, что Карл — дракон, я и то меньше удивилась!

— Ничего себе улочка! Не район, а шабаш какой-то!

— А что ты хотела, Лерочка? — философски вздохнул Рич. — Все женщины немножечко ведьмы, а уж несчастные женщины…

Кот не договорил. Он развел лапами и возвел очи к потолку.

— А тетя Лека? Она тоже была ведьмой? — поинтересовалась я.

— Да, — ответил Этьен. — Ладно, давайте вернемся к нашей проблеме. Лера, ты сможешь пригласить сестру на ужин?

— Могу, но не уверена, что она согласится, — все еще раздумывая над сказанным, ответила я. — Мы с ней не очень дружны.

— А ты подумай, чем можно ее заманить, — не отставал Этьен. — Скажи, что нашла письмо, в котором Леокадия Серафимовна завещает своей старшей племяннице… ну, скажем, кольцо.

— И где я возьму это кольцо?

Я вопросительно уставилась на рыжего.

— О, об этом можешь не беспокоиться, найдем что-нибудь, — отмахнулся тот. — Главное, заманить Галину в дом. Дессау с ней пообщается, и она тут же выложит, куда дела украденные украшения. А мы с Ричардом, тем временем, навестим ее жилище и подождем наводки.

— Отличный план! — воодушевился кот. — Настоящее приключение: с риском для жизни проникнуть в дом врага, выкрасть драгоценности, уйти от преследования, — усы Рича воинственно встопорщились. — Погони, перестрелки, свист пуль...

— Ричард, уймись! — осадил его Этьен. — Совсем разошелся. С сегодняшнего дня я запрещаю тебе смотреть на ночь вестерны. Они плохо на тебя влияют.

— Это несправедливо! — надулся кошарик. — Можно сказать, единственное развлечение, и того лишают.

— Книги читай, — резко ответил рыжий, и обратился ко мне: — Звони Галине. Время не терпит.

Я достала телефон и нашла нужный номер. Галочка долго не отвечала, а когда взяла трубку, выяснилось, что сестры нет в городе.

— Она в командировке. Приедет завтра утром, — прикрыв мобильный, шепотом пояснила рыжему.

— Проклятье! — выругался тот. — Если браслет у нее... Скажи, что попросишь друга ее встретить.

— Галь, а ты во сколько приезжаешь? — спросила я сестру. — В девять? Слушай, а у меня как раз знакомый в это время поблизости от вокзала будет, хочешь, он тебя встретит?

Галка согласилась, и мы договорились, что она сначала заедет ко мне, а потом уже отправится домой.

— Молодец, — похвалил меня рыжий.

— Наша Лерочка — самая лучшая, — подлез под руку Рич. — И умница, и красавица, и готовит лучше всех, — он хитро прищурился и спросил: — А обедом нас кормить будут?

— Вы же только что ели! Неужели опять голодные? — удивилась я.

— Нам, драконам, нужно полноценное питание, — важно заявил кот. — Желательно пятиразовое. Иначе мы ослабеем и умрем.

— Да? Тогда топайте на кухню, чистить картошку. Будем спасать вас от истощения.

Я выдала постояльцам корзинку с овощами, ножи, ведро для мусора и кастрюлю, а сама взялась за тесто: оно для хычинов простое и не требует долгого приготовления.

Ричард поначалу пытался заговаривать мне зубы и отлынивать, но после внушения Этьена смирился, и из-под его ножа зазмеились тонкие ленты очисток.

— Эксплуататоры, — тихо бормотал кошарик. — Несознательные элементы. Так и норовят припахать: то им уборку делай, то картошку чисть…

Рич громко вздыхал, жалобно поглядывал на нас с Этьеном и слишком явно страдал.

— Ладно, давайте прикинем, как будем действовать.

Я решила отвлечь Ричарда от жалости к самому себе. Кот мгновенно навострил уши.

— Ага. Нам нужен план, — заявил он, незаметно отложив нож.

Этьен кивнул, снова вручил коту орудие производства и придвинул корзинку. Кошарик неохотно взялся за картошку, и пока постояльцы трудились, мы успели обговорить детали завтрашнего «развода», а потом я напекла целую гору картофельных хычинов.

Когда я жила в Черемушках, в коммуналке, моей соседкой была пожилая карачаевка, тетя Зарема. Она-то и научила меня премудростям национальной кухни. И даже когда я нашла работу и переехала, мы с Заремой продолжали видеться — не могла я бросить старушку, да и привыкла.

— Удивительно вкусно, — умяв две тарелки мясной солянки, салат, котлеты и гору лепешек, заявил Этьен. Глаза его сыто блеснули.

— Ага. Лерочка готовит лучше, чем Зеля, — поддакнул Ричард.

— А Зеля у нас кто? — уточнила я.

— Кухарка, — охотно пояснил Рич. — В Росвике. Это наш родовой замок. Я тебе его покажу, как только портал заработает, — пообещал кот.

— Не потроши рыбу, пока не поймал ее, — осадил его рыжий. — Сначала нужно найти браслет и убедиться, что он — активатор.

— Найдем, — легкомысленно отмахнулся кошарик. — Дессау охмурит лахудру, а мы проникнем в ее дом и выкрадем драгоценности.

Ричард воодушевленно взмахнул лапой, глаза его засверкали, усы воинственно встопорщились. Этьен только головой покачал.

— Атмосфера Земли на тебя дурно влияет, — заметил он и отправил в рот очередную лепешку. — Еще немного, и от семейного верона только имя останется.

Рич возмущенно фыркнул, но промолчал, а я убрала со стола, загрузила посуду в машину и взялась за составление списка продуктов на неделю.

Вечером, когда вернулся Лекс, мы обсудили варианты завтрашнего мероприятия и разошлись по своим спальням.

* * *

— Лэри.

Сильные руки подхватили меня, и я оказалась лицом к лицу со своим ночным гостем.

— Лэри!

Я вглядывалась в незнакомое лицо, вбирая в себя каждую черточку, каждый штрих. Глаза — пронзительные, в густых ресницах, похожие на яркие мазки ультрамарина. Их взгляд проникал глубоко в душу, будоражил, пробуждал что-то забытое, древнее, непонятное. Губы — красивой формы, четко очерченные, плотно сжатые. Они надежно скрывали тайны мужчины. Высокий лоб, пересеченный едва заметной продольной морщинкой, чуть впалые щеки, легкая щетина на них, тонкая ниточка шрама, затейливо вьющаяся у виска и уходящая в черную смоль волос.

— Кто ты?

Я коснулась пальцами теплой кожи.

— Ответь.

Впервые я смогла задать вопрос, который так давно меня мучил.

— Кто? — прошептала прямо в плотно сомкнутые губы.

Они приоткрылись, но вместо ответа я получила поцелуй. Долгий, тягучий, страстный. Голова закружилась, и я ухватилась за кожаный ремень, охватывающий талию моего незнакомца. Тонкий шелк рубашки заскользил под пальцами. Не прерывая поцелуя, мужчина расстегнул застежку брюк и чуть сдвинул мою руку вниз. Ладонь накрыла горячую плоть.

— Лэри…

Незнакомец сжал сосок, заставив меня глухо застонать. Внутри все задрожало, отзываясь на ласку, дыхание сбилось.

— Лэри…

Проникновение вышло резким, мощным, безжалостным. Но мне и хотелось такого. Резко — чтобы тело ощутило всю полноту слияния. Мощно — чтобы поверить в реальность происходящего. Безжалостно — чтобы не было пути назад.

— Останься со мной, — простонала, сгорая в хаосе объятий.

— Я никуда не уйду. Мы будем вместе — ты и я, — услышала в ответ. — Навсегда.