Глава 17. Знакомство с принцем

Анха с большим интересом изучала заклинания остальных дебютантов. Пусть в их создании им помогали родичи, но княжне важно было увидеть, как они плетутся, как наполняются силой и каков эффект.

К сожалению, словесных формул ей не удалось услышать, как и подглядеть, что за фигуры из пальцев складывают юные аристократы, но увиденного хватило, чтобы понять, что новые заклинания созданы по «методу тыка», и оттого много энергии уходит в никуда.

Если демонстрируемые заклинания связать с артефактом, то излишки скорее всего автоматически втянутся в него и потерь из-за глупой словесной конструкции не будет, но в данном случае юным магам приходилось зазря опустошать свои невеликие резервы, а следящим за безопасностью имперским магам нейтрализовать образовавшиеся выбросы.

— Хоть бы раз кого-нибудь отправили домой с позором! — услышала Анха капризный голос одной из дам, стоявшей поблизости от неё.

— Скукота! — поддакнула капризуле собеседница. — Вот два года назад вводили в свет огневиков, так я вам скажу, зрелище было потрясающее!

— Воздушники тоже умеет себя преподнести! Они все такие затейники! — подключилась ещё одна дама, сбивая Анхе настрой вмешаться и заступиться за всех выступающих сегодня. Брюзжание сплетниц быстро перешло на щекотливую тему и приходилось молча слушать.

— Все стихийники — лапочки! У нас их мало, а вот у соседей они всем заправляют, и скажу я вам, это здорово! За границей даже в сферу обслуживания набирают только одарённых, и знатным дамам не приходится общаться с плебеями. Там магия правит всем!

Для Анхи откровения дам были в диковинку, и она с жадностью прислушивалась. Дед недолюбливал соседние королевства и всегда ругал их, а оказывается, есть те, кому чужие устои милы!

Но грянула музыка, и все зашевелились, разбиваясь по группкам. Часть аристократов направилась в другие залы, чтобы отдохнуть или перекусить, а оставшиеся разошлись вдоль стены и делали вид, что просто стоят. Анха тоже «просто стояла» с независимым видом и ждала, когда её кто-нибудь пригласит танцевать.

По этикету дебютантов приглашали первыми, и юные пары кружились два-три круга в одиночестве, вызывая умиление старших.

Для Анхи это оказалось очень волнительно: ещё один тест на приживаемость в обществе. Надо было выдержать сотни взглядов и не сбиться, а ещё правильно поблагодарить своего кавалера. Обязательным было назвать его по имени или верно определить его клан, а ведь никто не представлял его. Анхе повезло, её пригласил Яр Жаров из клана Тёплого пламени. Она хорошо помнила, как его самого, так и его папашу.

— Вы утёрли нос всем своим недоброжелателям, — заговорщицки произнёс он.

Анха вежливо растянула губы в улыбке, но во взгляде даже не пыталась скрыть свою холодность к партнёру. А его слова… Какие у неё здесь недоброжелатели? Граф Краснов остался в городе, а остальные… всего лишь люди, с которыми ещё только предстоит общаться, а там всё может поменяться не один раз.

— Ха, вижу, что вы не понимаете! — самодовольно усмехнулся он.

Вообще-то княжна не понимала, что заматеревшему князю нужно от неё. Младший сын из Огненных решил, что ему выгодно породниться с ней? Он хочет войти в её клан? Не похоже… слишком наглый, чтобы уступить первенстве жене, ставшей главой рода.

— Зря ваш дедушка бережёт вас от той грязи, что крутится вокруг имперского трона и среди княжеских родов.

— Граф Федоровский, — холодно ответила Анха, — умнейший и благороднейший человек!

— Ха, да я разве спорю. Он из прежних… «честь и отвага!» — насмешливо закатив глаза, продекламировал Яр.

— … умнейший и благороднейший, — упрямо повторила Анха, — и, если он что-то делает, значит, так правильно.

Разорвав пару, она прямо посреди танца ушла. Только Огненному было всё равно: был бы он юнцом, так может, смутился бы, а так только рассмеялся, задорно подмигнул какой-то даме и через секунду уже ввёл её в круг танцующих.

Почему-то неловко стало Анхе. Ей казалось, что на неё смотрели абсолютно все! Возможно, молоденькой девочке не стоило так поступать на своём первом балу. Но ведь Анха не такая уж молоденькая.

Конечно, сжилась со своим возрастом, и юность чувствует даже острее, чем первую свою земную юность, но подход ко всему уже сформировался более зрелый.

Пусть ещё есть место для неловкости, но уже есть и уверенность в своих убеждениях, есть твёрдость характера и стержень (во всяком случае, она надеялась на это). Княжна взглядом мудрого удава Каа окинула всех тех, кто злорадно зашептался, и осталась стоять на виду до тех пор, пока шепотки не потеряли смысл. А потом:

— Вы потанцуете со мной? — обратился его императорское высочество.

А разве она могла отказать? Хотя о чём это она?

Брюзжит! Парень с фиолетовыми глазами и голливудской улыбкой мог бы и не спрашивать, даже не будь он принцем!

В профессиональной улыбке высочества появилась искренность, после быстрого кивка Анхи, хотя она должна была обозначить своё согласие словесно. Наверное, это из-за лучащихся доброжелательностью и искренним интересом глаз. А может, потому, что его высочество — менталист, и как бы он ни держал при себе свой дар, чуткость к чужому настроению у него останется. А Анхе он понравился, и радостное возбуждение этого дня она не отделяла от принца.

— Ваше заклинание «пёрышко» было великолепным! — похвалил он её.

— Благодарю вас за то, что рискнули попасть под воздействие, — не осталась в долгу княжна.

Ей дед уже шепнул, что по нынешним правилам императорскую семью ограждают от любого воздействия, даже от таких дилетантов, как дебютанты. И Анха не могла осудить правителя за осторожность. Зато дед хмурился, считая, что негоже сильнейшим магам бояться даже тени, но молчал, потому что мир, по его мнению, менялся, и не в лучшую сторону.

— Вы впервые в столице? — попытался разговорить девушку принц.

— Да.

— Почему не прилетали раньше? — он аккуратно вёл её в танце и смотрел доброжелательно, явно стараясь снять возникшее у своей партнёрши стеснение.

Анха видела старание принца и из-за этого испытывала ещё большее волнение, и сама себе казалась персонажем вроде Наташи Ростовой. Эмоции мешали! Хотелось показать себя с лучшей стороны, но этикетом рекомендуется быть во время танца многозначительно лаконичной, а вопрос требовал некоторых пояснений.

В общем, Анха не знала, что ответить и чуть пожала плечами, совсем не в такт танца. Принц слегка выгнул бровь и в его глазах показались смешинки. Кажется, он прекрасно понимал, как много эмоций испытывает княжна, и ему это нравилось.

— Граф Федоровский всегда был строг, — помог ей его высочество.

— Что вы, дедушка не запрещал, — жарко возразила Анха и широко раскрыла глаза. Она не должна была называть графа дедом! Но принца развеселила её оплошность, и он даже потянул её ладошку, намереваясь поцеловать, но, словно опомнившись, слегка пожал.

— Давайте прогуляемся по анфиладе, — заговорщически предложил он. — Там сейчас намного свежее, чем в зале, — чуть громче добавил, бросая недовольный взгляд на прислушивающуюся даму. — Маги воздуха и холода опасаются простудить гостей и действуют слишком осторожно, — ворчливо закончил принц.

— С удовольствием, ваше высочество, — как положено ответила Анха, но в её глазах плескался такой сумбур! Был бы у неё хвост, как у Пузо, то она неистово махала бы им из стороны в сторону.

— Дам вам разрешение называть меня по имени, если вы тоже позволите мне обращаться к вам запросто, — игриво предложил принц.

— Позволяю, — важно ответила Анха, включаясь в игру, и его высочество точно так же чинно позволил.

— Раскройте мне тайну: как будет ласково звучать ваше имя? — тут же пошёл в наступление парень и с удовольствием наблюдал, как его гостья затрепетала, смущаясь и испытывая радость от общения с ним.

— Нюта… и далее со всеми уменьшительными Нюточка, Нюшенька, Нюрочек…

— Забавно и мягко. Вам подходит Нюта, но я не посмею, — вздохнул его высочество, но по глазам было видно, что он запомнил и когда-нибудь посмеет.

Анха согласно кивнула. Куда-то не туда зашёл у них разговор. Они чужие друг другу, но вспыхнувшая с первого взгляда симпатия сразу как-то сблизила их. Хорошо, что они вышли на воздух, и никто не видел, во что превратилась их светская беседа.

Сама же Анха подумать не могла, что этот день так закружит её, обернётся сказочной фантазией и рядом окажется потрясающе красивый, яркий, вежливый, доброжелательный и весёлый принц.

Его высочество подвёл юную княжну к нише, где стоял стол со сладостями.

— Не согласитесь ли вы выбрать что-нибудь для меня? — предложил он ей. — А я выберу угощение для вас!

Анха поняла, что ей устраивают что-то вроде теста на чуткость, но ничего не имела против. Она полностью открылась. Пусть принц видит или слушает (как там происходит у менталистов) её эмоции, и внимательно осмотрела сладости.

Её энергия деликатно и мягко потянулась в сторону принца, а потом пришло понимание, что его высочество сластёна и он ни от чего не откажется. И может она ошибается, но понять это помог он сам, осторожно коснувшись своей энергией её. Такие деликатные вольности могли позволить себе только сильнейшие маги, хорошо владеющие своим даром, и это ещё чуточку сблизило их.

— Давайте съедим по шарику со сладким замороженным молоком? — предложила она.

— Вам не было неприятно, когда я коснулся вас? — склонив голову набок, он пытливо смотрел на неё и ждал ответа.

— Нет.

— А что вы чувствовали?

— Как будто вы поздоровались и пожелали хорошего дня.

— Ха-ха-ха, — легко рассмеялся принц. — Вы чудо!

— Кто чудо? — весело переспросил подошедший молодой аристократ с девушкой.

Анха тут же поклонилась, узнав в молодом жгучем брюнете одного из сыновей Великого князя из клана Щита, а в девушке — внучку другого Великого князя из клана Меча.

— Виктор, у вас сегодня настроение шутить? — иронично спросила девушка, оттирая плечом Анху и делая вид, что не замечает её вежливого приветственного поклона.

Анха не стала лезть на рожон, хотя отношение великой княжны её задело. Недостойно так вести себя и неумно. Если бы принц желал, то сам дал понять Анхе, что ему наскучило общение с ней.

— Прекрасная Елена, — взгляд высочества похолодел, но такая же ирония в голосе подсказывала, что всё ещё можно исправить, — я не успел соскучиться по вас.

— Ха! — усмехнулся черноволосый защитник и громко отрапортовал: — Мы на страже! Мы там, где вы, а вы там, где мы! Мы едины, мы не разделимы, мы…

— Да хватит уже, балабол! — рассмеялся принц и протянул руку Анхе, чтобы она взялась за него. — Устал я от вас, надоеды!

Слуга меж тем время даром не терял и подал вазочки с замороженной сладостью.

Анха уже давно хотела подарить этому миру настоящее мороженое и молочные коктейли, но некогда было, да и маги холода оказались слишком спесивыми, чтобы столковаться с ними. И всё же, подслащённое и замороженное молоко тоже было вкусным.

— Идёмте в наш сад! — предложил защитник, и они все вместе проскользнули между деревьев, вышли на тропинку и, пройдя по ней, вскоре оказались в небольшом замкнутом местечке.

Анха держалась тихо, не понимая, как ей вести себя с принцем при его друзьях. Конечно, он был несколько раздражён на «прекрасную Елену», но нельзя было не заметить, что их связывают не только родственные связи, но и какая-никакая дружба. Возможно детская, а может быть вынужденная, если им все время приходится быть вместе.

Анха чуть задержалась на границе уютного зелёного садика, чтобы увидеть, куда собираются садиться принц и другие. Было бы неловко, схватись она и Елена за один и тот же стул. Слуг тут не было.

— Какой удивительный здесь аромат. Я не вижу, что за цветы так пахнут? — спросила Анха.

Она всего лишь хотела оправдать свою задержку, но аромат цветов был тонок, приятен и активен, так что ей действительно было интересно.

— О, это магические орхидеи «Ночная звезда», — похвастал принц, явно довольный реакцией Лунной княжны. — Можете поискать их в траве, — милостиво разрешил он и даже подошёл, чтобы помочь в поисках. Его друзья остались сидеть за столиком, а мороженое стояло перед ними.

— Я видела эти орхидеи только на картинках, читала о присущем им тонком аромате, но была бы рада увидеть вживую.

— Да, «Ночная звезда» — большая редкость, и не в каждом саду приживается. А вы знаете, что аромат «Ночной звезды» помогает упорядочивать мысли?

— Да, — активно закивала Анха. — Рядом с ней рекомендуется устраивать рабочее место и пользоваться им, когда скопилось много отчётов.

— Мы так и сделали, — улыбнулся принц, — это же закрытая часть сада и по утрам здесь работает мой отец, а я прихожу сюда вечерами, чтобы выполнить его поручения.

Анха понимающе закивала головой, и как только они с принцем нашли и рассмотрели невзрачные орхидеи, прячущиеся в специально разложенных коряжках в траве, то подошли к столу и стали пробовать подтаявшее мороженое. Откуда-то тихо зазвучала музыка. Никто не обратил на неё внимания, но Анхе стало интересно:

— Это же флейта?

— Что? Ах, это? — принц показал на ухо. — Надо же, мы так привыкли к музыкальному артефакту, что уже не замечаем его. Да, вроде флейта, — неуверенно подтвердил он.

Анха ела мороженое — и чувствовала подступающую тошноту. Музыкальный артефакт звучал едва слышно, но для неё это всё больше напоминало навязчивый комариный писк. Она бы выкинула этот артефакт, но, похоже, никто не обращал на него внимания. Действительно привыкли?

— Почему вы не едите? Не понравилось? — вежливо спросил молодой защитник, умявший свою порцию и с жалостью наблюдающий, как княжна Лунных гоняет растаявшее молоко по розетке.

Анхе надо было бы быстро доесть и улыбнуться, но она привыкла к открытым диалогам с дедом, поэтому честно призналась:

— Запах «Ночной звезды»… он мне очень понравился, но сейчас его… много… удушающе много… — девушка приложила руку к горлу, — … даже подташнивает.

— О, вряд ли это из-за орхидеи, — нахмурился защитник и с сожалением посмотрел на принца, который посмурнел. — Видимо, вы особо чувствительны к императорскому дару и у вас разболелась голова.

Анха с недоумением посмотрела на него.

Голова? Императорский дар?

Но не спорить же с ним, не имея конкретных доводов! Из-за её признания все нахохлились, а «прекрасная Елена» скорчила недовольную рожу, но именно что скорчила, так как в её глазах затаилось злорадное удовлетворение от оплошности провинциальной княжны.

Анха нахмурилась и расфокусировала зрение, чтобы посмотреть, что тут с магическим фоном.

«Ночная звезда» известна не только своей способностью структурировать знания в голове, но ещё она самый отзывчивый партнёр в создании разных симбиозов. И последнее мало изучено по причине редкости самой орхидеи и отсутствия научной базы. А поскольку орхидея —магическое растение, то она может сочетаться с самыми непредсказуемыми вещами.

— Ах, вот оно в чём дело! — воскликнула Анха. — Однообразное повторение звуков создаёт чёткие специфические вибрации, которые улавливает орхидея и её запах меняется, да ещё набирает силы. Мы сейчас буквально окутаны им!

Анха говорила, продолжая отслеживать происходящее магическим зрением.

— Это вредно? — сразу же спросил насторожившийся защитник, оглядываясь по сторонам, но Анха понимала, что он не видит магический фон, так как она.

— Это навязчиво, но… — что княжна могла сказать, если орхидея мало изучена? Но от неё ждали ответа, и мяться было бы неправильно, — … но думаю, что это дело вкуса. Для меня запах орхидеи стал раздражителем… — Анха говорила, а сама зацепилась за слово «вкус» и, посмотрев на мороженое, продолжила уже несколько отстранённо, погружаясь в рассуждения и стараясь уловить что-то важное:

— И знаете, есть такая философия о пяти органов чувств. Это когда привычные запахи, картинки, музыка, касания, вкусовые ощущения меняются и воздействуют иначе, если подобрать им партнёров. Так можно стимулировать работоспособность или заметно ускорить выздоровление…

— Какая чушь! — прервала её Елена.

— Почему же, я что-то где-то читал об этом, — заступился принц, но было видно, что ему не нравится эта тема — или не нравится компания? Лёгкость в общении с ним ушла и, кажется, зря они все сюда пришли.

— Очень интересная философия, — задумчиво произнёс защитник. Он явно теперь чувствовал себя некомфортно. — Так ведь можно воздействовать не только на пользу, но и…

— Молодёжь! — фыркнул внезапно появившийся на полянке дядя императора. Анхе показалось, что до этого он стоял за кустами и слушал их разговоры. — Вместо того, чтобы танцевать, теряете время здесь, — укорил Великий князь по-отечески.

Анха сидела, как будто палку проглотила. Устремлённый на неё взгляд Великого князя Бориса Острова, главы клана Меча, жёг и явственно говорил, что тебе здесь не место. Тут обосновались те, кто близок императору, а ты чужая, ты выскочка, возомнившая о себе слишком много!

Этот взгляд был не только неприятен, но и неожидан. Дед всегда говорил, что кланы Великих князей достойны уважения, потому как они испокон веков первыми встают на пути врагов.

Это воины, готовые положить свою жизнь за народ Империи! И Анха привыкла думать о том, что Великие князья защищают её (она же народ!) от ужасного зла, а тут — как пощёчина.

За что? Если неугодна, то можно же намекнуть, ведь она не грязь под ногами, а глава княжеского рода!

Внучка великого князя Елена Острова приободрилась, поднялась, как будто вслух было сказано, что все должны идти в зал, но защитник принца задержался. Он всё ещё хмурился и о чём-то думал, с подозрением глядя на несчастную розетку с мороженым.

В его голове крутились основные привычки императорской семьи. Они, как и все менталисты обожали сладкое, но не всегда удобно (можно) его есть. Этикет не позволяет за общим столом взять лишнюю конфетку, зато в саду, где отец и сын полюбили работать… полюбили запах магической орхидеи, тихую флейту-артефакт, сласти, которые часто приносят сюда… и это известные постоянные, а если есть ещё, то как…

— Ваша светлость? — обратился защитник к Анхе, но обернулись все. — Я правильно понял, что вы видите потоки магии?

— Да, конечно. А вы не видите? Ой, простите! — Анха вспомнила, что одарённые не любят делиться информацией о себе, а магию все видят, но по-разному. Это она узнала в первые дни своей учебы.

— Какими вы видите потоки магии?

Анха почувствовала себя неловко, потому что защитник спрашивал не дружески, а так, как будто она подозреваемая и к тому же при свидетелях.

— Миха! — одёрнул его принц, а Великий князь Остров многозначительно протянул: — Да-а-а.

Получилась странная заминка. Княжна Елена Острова взяла под локоть его высочество, собираясь последовать наказу деда, но тот выдернул локоть, и Анхе показалось, что с его уст чуть не сорвалось: «Надоела!»

Елена пыхнула магией и по её пепельным волосам пробежались серебристые искорки. Это было красиво. Миндалевидные глаза княжеской внучки потемнели, черты лица заострились, но это тоже было красиво. Девушка походила на валькирию. Воздух вокруг неё заискрил.

— Ленка! — грозно рявкнул Великий князь — и девушка сдулась.

Волосы потеряли блеск и на краткий миг превратились в седые пакли, глаза сузились в щёлочки, а лицо перекосило от гнева и ненависти, которая предназначалась княжне Луневой. Принц даже прикрыл её собою, недвусмысленно гневаясь на свою атакующую.

Оставаться в чудесном саду уже точно никто не хотел. Его высочество проводил Анху до анфилады и попрощался. Задумчивого защитника задержал Великий князь, а пышущая злобой Елена следовала за его высочеством, и как только он остался один, встала с ним рядом.

Анха не видела, куда они пошли, но какая разница? Она почувствовала усталость и, попросив слугу предупредить графа Федоровского о том, что будет ждать его внизу, чтобы лететь домой, окольными путями пошла к выходу.