Глава 20

Уже ближе к вечеру мы вернулись домой. Следующую неделю Димитрис освободил меня от работы, и два дня я только ела и спала. Лишь сейчас поняла, сколько в самом деле угрохала сил на освобождение ларов.

Делия носила еду в комнату. Увидев меня сразу после приезда, сердобольная женщина расплакалась:

– Деточка, что же это? Ты на себе, что ли, сгубленные деревья таскала? Исхудала, кожа да кости.

– Всё в порядке, – поспешила успокоить служанку, – подумаешь, чуть похудела.

– Чуть?! – Взвилась Делия, – да на погребальный костёр краше кладут. Чего с тобой сделали? Где же видано, так людей загонять?

Кое-как я угомонила Делию, соврав, что, наверное, зацепила на себя часть проклятья, вот и приболела, потому и не возвращалась. О том, что случилось, знали уже все в доме, считая, что вся роща погибла.

Через пару дней мне стало гораздо лучше, почти всё время я просиживала с Делией на кухне, помогая по хозяйству, а она скармливала мне варёные в меду финики и орехи, сокрушаясь о моей худобе.

По вечерам продолжили занятия с Эразмом, на которых я старалась почерпнуть больше знаний о природе магии ларов.

– Скажи мне, заклятия ведь звучат на языке духов?

– Правильно, – кивнул Эразм.

– Тогда почему ты не учишь меня разговаривать на нём?

– Эм-м-м, мы вообще не открываем своих секретов, – лар почесал макушку.

– Откуда тогда его знают маги?

– Он был когда-то записан людьми и передаётся от волшебника к волшебнику.

– Так. И что это меняет? Ты заставляешь меня, как несмышлёныша тупо заучивать непонятные фразы. Скажи сам, разве так правильно? Или ты боишься того, что мне станет доступно слишком многое? Я права?

– Ну-у-у-у, – впервые я видела, как смутился мой наставник, – пойми, люди всегда пользовались данной им властью, не сильно заботясь о нас.

– И ты, конечно, решил, что доверять никому нельзя, в том числе и мне.

Эразм молча кивнул, опустив глаза.

– Послушай, переубеждать тебя я не собираюсь. Только нас с тобой ждёт встреча с колдуном, сам сказал, он нас найдёт. В минуту опасности смогу ли я защитить тебя, если у меня нет знаний, как это сделать? А если спутаю от страха слова, не понимая, что они значат? Наврежу и себе, и тебе. Ты понимаешь, что такие пробелы делают меня опасной?

– Убедила, – вздохнул лар, – я совсем разучился верить людям, вот и осторожничаю. Испроси завтра вощённую табличку и стилос, начнём занятия.

С утра, как обычно, принялась за бумаги Димитриса. Накопилось их во время моего отсутствия много, весь кабинет, наши столы были завалены свитками. Битых три часа раскладывала всё по местам. Привела комнату в порядок. Здесь меня и застал Димитрис.

– Присядь, Мелисса. Нужно кое-что обсудить, – он указал на стоявший у стены диванчик, сам же разместился за столом, – Солон знал о твоём даре? Понимаю, глупый вопрос, иначе бы он тебя не продал. Но всё же. Подумай. Мог ли потом донести кто-то из слуг?

– Наверное, да, – согласилась я, – мой лар напал на смотрителя, как уже говорила.

– Плохо, – покачал головой хозяин.

– Солон может забрать меня? – Испуг холодом пробежал по коже.

– Нет. Но способен донести в храм. Рабы, владеющие магией, должны быть переданы в руки жрецов. Понимаешь, о чём я?

В горле пересохло, жизнь только начала налаживаться и тут новая напасть. Если попаду в храм свободы мне не видать. Никогда.

– И как быть? – Подняла глаза на Димитриса.

– Пока молчать. Рабы из рощи всецело преданы мне, не проговорятся. Однако я заметил, что ты не ходишь ни в один из храмов.

– Разве можно отлучаться из дома?

– Мелисса, откуда ты? – Господин прищурился, – раз в неделю, любой из рабов может посетить храм, помолиться. Это закон.

– Дело в том, что я попала под копыта лошади, когда только очутилась в доме Солона. Долго лечилась. Были сломаны рёбра, и сильно разбита голова. И теперь не помню своего прошлого. Только имя и осталось в памяти.

– Это многое объясняет. Мой тебе совет, – Димитрис сложил руки на столешнице в замок, – выбери, какой бог тебе по душе или богиня, посещай храм, познакомься со жрецами. В случае опасности они смогут помочь. Только и забрать тебя тоже. Это крайняя мера. Но в жизни всякое может случиться.

– Спасибо, что заботитесь обо мне, – улыбнулась хозяину.

– Это меньшее, что я могу для тебя сделать.

Испросив вощёную табличку и стилос, отнесла их в свою комнату и отправилась на кухню, скоро Делия начнёт готовить ужин.

– А, Мелисса, вот и ты, – обрадовалась служанка, – помоги мне почистить рыбу.

Взяв нож, уселась рядом с ней:

– Скажи, Делия, в какой храм ты ходишь?

Женщина оторвалась от большой рыбины, которую крепко ухватила за хвост:

– Деметры, так туда почти все жители ходят. Ты знаешь историю Элевсина? Своим расцветом наш город обязан ей.

– Да, слышала. А можешь взять меня с собой? Одной идти боязно, и я плохо знаю дорогу.

– Конечно, деточка. Через два дня с утра и собиралась. А на следующей неделе начнутся Великие мистерии в Телестерионе, сходи туда. Посмотри на шествие из Афин, незабываемое зрелище.

– А ты бывала там, в храме во время празднования? Мне говорили, что рабов тоже пускают.

– Да, и я однажды была там.

– Расскажи мне.

Делия посмотрела на меня так, словно я сломала её любимый нож:

– Ты что?! Это тайна между богами и посвящёнными. Под страхом смерти запрещено рассказывать, что происходит в храме. Чтобы попасть на Великие мистерии, необходимо принять участие в Малых. Они проводятся весной, в антестерионе (прим. автора – март), на них проходят посвящение. И тогда осенью тебя допустят в Телестерион на тайные обряды. Хотя ты можешь посмотреть на факельное шествие пятого дня и соревнования атлетов в седьмой день. В это время в городе праздник и нам не запрещается его посещать.

– Как интересно! А ты пойдёшь?

– Пока не знаю, – пожала плечами Делия, – но тебе всё же советую посетить. Возьми с собой Атрея, одной в городе находиться опасно. Много народа приходит из Афин, и не все они прибывают с добрыми помыслами.

– Обязательно пойду! – Мне и в самом деле хотелось посмотреть на город, в котором ещё ни разу не была. Увидеть праздник, игры атлетов. Это ж надо. Попасть на торжество, сокрытое от нас, людей третьего тысячелетия, тьмой веков. Мне до сих пор казалось, что я нахожусь в огромном музее, стоило увидеть расписанную амфору или статую, – а как добраться до города?

Делия рассмеялась:

– Пешком. Повозки нам не положены. Тут недалеко, час по хорошей дороге.

Вот это «недалеко», – я почесала ножом щёку, чем заслужила строгий взгляд женщины. Это же сколько топать надо? Идти сразу расхотелось.

– Может, и повезёт, – продолжила служанка, – подберёт кто по дороге.

– И рабов тоже?

– Ты же из Фив. Я забываю. Мелисса, здесь отношение к слугам мягче. Сама могла это заметить. Мы не просто подневольные люди. О нас заботятся, и иногда, если господину грозит разорение, многие предпочитают давать рабам вольные, чем отправлять на торги. Не все. Но есть и такие. Димитрис же никогда не бывает строг. Он нас хорошо кормит и одевает, у каждого своя комната. В других домах рабам делают общие спальни. Умей ценить добро.

Я тихонько вздохнула. И правда, отличий от дома Солона тьма, только это не свобода. Ничего, и её сумею добиться. Хорошо, что здесь мне едва исполнилось семнадцать. Попади я в тело пятидесятилетней матроны и о планах на будущее можно забыть, по крайней мере, о значительной их части.