Глава 22

Пусть в работе Димитрис дал мне поблажку, устроив недельный отдых, но Эразм спуска не давал. Мы приступили к языку ларов. Письменности в нём не существовало, то есть, он был только в разговорном варианте, и его приходилось просто заучивать. У меня не было пергамента, чтобы составить словарь, к тому же у духа был настоящий пунктик по этому поводу, он боялся, что свитки попадут не в те руки.

Так что я зубрила слова. Заклинания у ларов были построены очень просто: «Огонь, гори. Вода, появись» и так далее. Не было зубодробительных формул, которые заучить можно только под страхом смерти.

– А как же ритуал привязки? – Спросила я у Эразма, – ведь я говорила его долго, и ты тоже.

– Там, по сути, не просто ритуал. Принесение клятвы верности с моей стороны и ответный зарок не творить зла живому.

– Как же чёрные колдуны обходят магические обеты? – Как много тонкостей в волшебной науке. Мне казалось, что должно быть гораздо проще. Махнул палочкой, брэкс-фэкс-пэкс и готово.

– Они смогли извратить сам изначальный смысл слов. Я не могу объяснить подробней, многое начинаю сам понимать лишь сейчас. Мне повезло, чёрному магу служить не пришлось.

– То есть, вместо огонь, гори, можно сказать, огонь, теки? И ворожба исказится? – В этот момент с моих пальцев сорвались язычки пламени и в прямом смысле расплылись по полу, поджигая циновку и начав обгладывать низ сундука.

– Что ты наделала? – Закричал Эразм.

Я схватила покрывало, кинула на огненную лужицу, растекающуюся по полу. Только это не помогло. Пламя лизнуло ткань, раз-другой и, распробовав, начало обугливать её. Взвизгнув, откинула покрывало от себя. Эразм завис в воздухе над пожаром, что-то бормоча под нос. Огонь яростно сопротивлялся, плюясь красными и синими язычками, потом словно присмирел и втянулся в руки лара.

– Ффух, – выдохнула я, – едва не спалили дом.

– Ты что удумала? – Набросился на меня дух чуть ли не с кулаками, – это тебе не людская болтовня, слово бросил – ветер носит. Тут каждая буква пронизана силой! Шиш тебе, а не учение! – Он скрутил пальцами дулю и сунул её мне под нос, после чего исчез.

Вот так поколдовала. Я растерянно оглянулась. Воняло палёным, по комнате летал пепел и сажа от циновки, покрывала и ножек сундука, последний завалился набок. Как получилось, что огонь стал намного сильней? Надо поэкспериментировать на улице, чтобы не нанести фатальных разрушений. Ведь это какая силища! Как напалм! И тренироваться надо, пока не видит мой обидчивый и вредный дух. А вот с ним надо мириться.

– Эразм, ну, прости. Я больше так не буду, – опустила повинную головушку.

– И не подумаю, – буркнул дух, оставаясь невидимым, – ишь чего затеяла, исковеркать древний язык.

– Я нечаянно, – постаралась сделать самую жалостливую мину.

– Разум для чего тебе дан? – Постучал мне по макушке лар.

– Хочу понять, как действует чёрная магия. Нам это тоже важно. Ты согласен?

– Нечего тут понимать, – гневался Эразм, – каждому слову своё место. И больше не смей коверкать их!

– Обещаю, – скрестила я пальцы за спиной. Прости, мой милый лар, но правила работают только с теми, кто их соблюдает. У нас же сейчас противник иного рода. И тут все средства хороши.

Дух смилостивился и появился, сидя на подушке со скрещёнными ногами, как заправский мохнатый Будда. Я прыснула от такой картины, за что заслужила ещё один уничижительный взгляд. Сделала вид, что поперхнулась, натянув самую благостную мину.

– Учить всё равно не буду, – ворчал Эразм, – иди лучше делом займись каким, – он отвернулся к стенке.

Я выскользнула в коридор, прокралась на кухню и стащила горсть орехов в меду – любимое лакомство Эразма. Вернулась к себе, протянула угощение.

Лар с удовольствием захрумкал, довольная улыбка расползлась на мордашке. Над кроватью разлилось мягкое сияние и появилась вся наша троица.

– Привет! – Кинулась ко мне Элисса, тут же взобравшись на колени.

Тимон и Тирон слямзили у Эразма по ореху и шустро заработали челюстями.

– Вы здесь откуда? – Уставилась я на ларов.

– Так сама сказала, если что-то дурное маг затеет, сбежать к тебе. Вот мы и пришли, – развёл руками довольный Тимон, облизывая мордашку от остатков мёда.

– И что же он затеял? Удалось разузнать?

– Его гадкий лар догадался, что заклятие снято, и расставил по всему дому ловушки, – Элисса прижала лапки к щекам, – представляешь, мы чуть не попались снова.

– И теперь вам мага не отыскать, – покачала я головой, – плохо.

Тирон шмыгнул носом:

– Мы можем узнать его по запаху.

– И что ты предлагаешь? Обнюхивать всех горожан?

Лар виновато ковырял пальцами спинку кровати.

– Ладно, – я погладила его по шёрстке, – не расстраивайтесь. Не хочу подвергать вас лишний раз опасности.

Вся троица довольно заулыбалась.

– Привязать их к тебе надо, – буркнул Эразм, распихивая остатки орехов за щёки, как хомяк.

– А я выдержу? – Вопрос на засыпку. Пусть сила моя и возросла, но впечатлений мне и с прошлого раза хватило.

– Фсё пофуфится, – прошепелявил лар.

– Чего?

Дух дожевал орехи:

– Получится, говорю! Ждите меня здесь, – и исчез.

– Ура! – Пискнула Элисса, – теперь ты станешь нашей хозяйкой! И нас никто не сможет больше поймать.

– Только уговор! – Подняла ладонь, привлекая внимание ларов, что уже вовсю шныряли по комнатушке, везде суя свои любопытные носы, – меня слушаться, в доме не проказничать. Еду не воровать.

Тимон споткнулся на этих словах:

– А если самую чуточку? – Показал он пальцы, сложенные щепотью.

– Попросите у меня. Всё понятно? Иначе засажу вас в роще оливки перебирать. Все!

Элисса демонстративно хлопнулась в обморок. Братцы обиженно засопели.

– Обещаем, – одновременно пропищали все.

Я вспомнила свои скрещенные пальцы, не далее, чем минут десять назад:

– Ну-ка, покажите ваши ладошки.

Лары удивлённо переглянулись, послушно вытянув ручонки перед собой.

– А теперь пообещайте снова.

– Это такая особенная клятва? – Спросила Элисса.

– Считайте, что так.

– Обещаем, – повторили духи, вздохнув так тяжко, что по комнате заметалась сажа.

Эразма долго ждать не пришлось. Он появился с зажатыми в руках маленьким угольком и несколькими огарками свечей:

– Надо же, какая жадная эта Делия, – ворчал под нос, – всё у неё по счёту. Еле-еле раздобыл то, что нужно.

Он смахнул с середины комнаты весь мусор, основательно извозившись в саже и став похожим на маленького трубочиста. Начертил круг, принялся наносить символы внутри и снаружи.

– Ты говорил, у вас нет письменности, а это что?

– Тайные знаки, – неожиданно охотно ответил лар, – вот, например, – ткнул он на закорючку в круге – верность, обмен энергией, или, – показал на знаки снаружи, – терпение, принятие.

– Да, – рассмеялась я, – они точно пригодятся.

– Не вижу причин для веселья, – тут же насупился Эразм и продолжил рисовать.

Скоро всё было закончено, лары встали внутрь круга, а я с трепетом приблизилась к ним. Руки и коленки подрагивали.

– Приступим, – дух встал чуть поодаль и зажёг щелчком свечи, – повторяй за мной.

Я села на колени, подобралась внутренне и приготовилась.

Ритуал начался, снова на нас опустился тёмный муар, не давая вдохнуть полной грудью, по лицу и спине тёк пот, внутри всё противно сжималось. Повторяла за Эразмом формулу, скрежеща зубами. Теперь я чувствовала ток силы, и сейчас она просто выплёскивалась наружу, будто её тянули невидимым насосом. От этого волнами по телу проходила слабость, начало знобить. Дышать становилось всё труднее. Я бросила взгляд на ларов, смотрелись они не лучше: у братцев глаза лезли на макушку, Элисса была мокрая, шерсть прилипла к тельцу, на носу висела капелька.

В комнате сгустилась темнота, став осязаемой, мои слова доносились точно издалека, уши заложило. Голова начала раскалываться от боли, лёгкие горели, во рту появился привкус крови. Это лопнули иссушенные губы. Последние слова, грудь разрывало от жара, будто туда сунули пригоршню раскалённых углей. Конец. В комнате раздался хлопок, разметав тьму. Воздух потёк в лёгкие и голова закружилась от притока кислорода. Вот и всё, что я запомнила. Потом тьма снова окутала меня. Не злая, как до этого. Манящая, ласковая и такая желанная.