Глава 11

Дорога до Императорской публичной библиотеки заняла около получаса. Я смотрела в окно, разглядывая дома с лепными фасадами, парки, фонтаны. Особенно красиво в столице было весной, когда цвели черемуха и сирень. Второго же ноября промозглый ветер обрушился на Мироград. Редкие прохожие, закутавшись в шарфы, спешили поскорее убраться с улицы. Я бы тоже с большим удовольствием осталась в гостинице, но желание получить как можно больше информации гнало меня вперед.

Князь предоставил свою карету, в которой я ехала одна. Сам Воронцов и Журин скакали верхом на конях рядом. Максим вежливо отказался от моего предложения присоединиться ко мне.

— Благодарю за заботу, Алиса Арсеньевна, — улыбнулся князь. — Но бывшему военному ни ветер, ни дождь не страшны.

Прошлая Алиса восхитилась бы поступком Воронцова, настоящая же — приняла и с легким сарказмом сказала:

— Решать вам, в конце концов, вы делаете выбор, — «…на чьей стороне будете», — закончила я про себя.

Отец с Григорием Львовичем уехали по своим делам, и я надеялась, что вечером все же удастся поговорить с Сахаровым. Бледная и взволнованная Параша осталась в номере. Она провожала меня, крепко сцепив пальцы. Напряженная. Испуганная. Параша прошептала на прощание клятву, что выполнит все, как мы условились.

Императорская библиотека оказалась огромным зданием из серого гранита, с колоннами и высокой аркой входа, над которой парил бронзовый двуглавый орел с раскрытыми книгами в когтях. Внутри пахло старыми фолиантами и едва уловимым ароматом озона — здесь тоже использовали артефакты для поддержания особого климата в хранилищах.

Нас встретил пожилой служитель в очках с толстыми стеклами. Узнав, что перед ним князь Воронцов, он засуетился, закивал, но… пропуски попросил предъявить. Изучал служитель их долго, я даже успелаиспугаться, что меня не пропустят. Князь держался спокойно, лишь во взгляде еле искрилось раздражение.

Я незаметно выдохнула, когда служитель пригласил следовать за ним в Отдел редких книг и рукописей. Журину пришлось остаться в общем зале.

— Ваше сиятельство пожелает работать в отдельном кабинете? — любезно спросил сотрудник библиотеки. — У нас есть прекрасная комната с видом на Адмиралтейство, там и камин, и удобные кресла…

— Да, спасибо, — кивнул Воронцов. — И распорядитесь, чтобы доставили все, что есть по родам Волынских и Каравелла. А также материалы о свойствах обсидиана.

Я взглянула на князя. Не ожидала, что он заинтересуется обсидианом. Служитель, видимо, тоже, потому что на мгновение замер, и в его глазах мелькнуло то ли удивление, то ли страх, но он быстро справился с собой, поклонился и исчез за дверью.

Комната и вправду оказалась чудесной: высокая, с окном во всю стену, выходящим на темные воды Странницы, с камином, где весело потрескивали дрова, и огромным дубовым столом посередине, за которым могли бы уместиться человек двадцать. Вдоль стен тянулись стеллажи с книгами в кожаных переплетах. В углу стояла рогатая вешалка.

— Простите, ваше сиятельство, если мой вопрос покажется странным, — осторожно произнесла я. — Почему вас так заинтересовал… обсидиан?

— Хочу познакомиться со свойствами этого камня, — Максим продолжал смотреть в окно на волны Странницы. — Его ведь широко используют в нашей стране. В медицине, когда страдает человек, «перегрузивший» себя защитными артефактами, и может умереть, если магию не «откачать». В банках существуют обсидиановые сейфы для хранения особо ценных артефактов. Если положить магический предмет в такую шкатулку, его силу не смогут определить воры, да и сам артефакт не сработает случайно. Кабинеты для важных переговоров облицованы обсидианом, чтобы стать «мертвой зоной» для артефактов подслушивания и магического наблюдения. А сейчас люди увидели, как его применили для разрушения, — князь повернулся. Он был серьезен и задумчив.

«А еще обсидиан может убить мага огня», — подумала я, и «Сердце Феникса» завибрировало, вторя моим мыслям.

— Боюсь, Алиса Арсеньевна, скоро нас ждут перемены, — продолжил говорить Воронцов. — Дворянство обеспокоено. За продажей этого камня всегда строго следили. Но сейчас император приказал проверить склады, а также поднять все записи покупателей обсидиана. А еще, отправил контролеров к местам, где его добывают.

— Камень дорогой, и не каждый может позволить себе его приобрести. Наверняка императорские следователи быстро найдут преступников. — заметила я, а про себя подумала: «Если так выйдут на Орден или Братство, было бы здорово». И тут же продолжила вслух: — У отца тоже есть небольшой камень, он его использует в мастерской, когда нужно проверить, не «фонит» ли изобретение лишней энергией. Обсидиан помогает создать нейтральную среду для точной настройки.

— Пойдут проверки и по мастерам, — строго сказал Максим. — И не только. Проспект Двух Лун кишит ахлимиками, среди которых есть личности, продающие обсидиан и покупающие, незаконно.

Дверь приоткрылась, и служитель вместе с помощниками вкатили в кабинет несколько тележек, груженных фолиантами, папками, подшивками старых газет и даже свитками. Служитель раскладывал их на столе с благоговейной осторожностью, словно каждое издание было бесценным сокровищем. Впрочем, для меня они и были сокровищами.

— Если что-то понадобится — дерните за шнур, — указал он на витой шелковый шнурок у камина. — Вас обслужат немедленно.

Когда дверь за служителем закрылась, мы переглянулись с князем и приступили к работе.

Первые два часа пролетели незаметно. Я продиралась сквозь генеалогические таблицы рода Волынских — сухие перечни имен, дат рождения и смерти, браков и наследования. Ничего примечательного: древний, но не слишком богатый род, всегда державшийся особняком. Отдельные представители служили при дворе, но большая часть вела тихую жизнь в своих поместьях, занимаясь… чем?

Я перелистнула страницу и наткнулась на любопытную запись в «Хрониках Тайного приказа»: «Волынский Степан Петрович, наместник, вызываем был для допроса по делу о запретных артефактах. Дело прекращено за недостатком улик, но взят под негласный надзор до конца дней».

Запретные артефакты. Я почувствовала, как кулон под платьем чуть заметно потеплел.

Дальше — больше. В мемуарах какого-то придворного мага начала века я вычитала: «Волынские слыли хранителями древних знаний о камнях, поглощающих силу. Особливо преуспели они в изучении обсидиана — мертвого камня, что глушит огненную магию. Говорят, в их родовом имении хранилась целая коллекция образцов, собранная за столетия».

Я откинулась на спинку кресла, пытаясь переварить услышанное. Значит, бабушка Анна происходила из рода, который веками изучал обсидиан. Тот самый камень, которым Братство Пепла пользовалось для борьбы с огненными магами и погубило мою маму и… дядю.

Случайность? Или Волынские были не просто хранителями знаний? И их союз с родом Каравелла — с теми, кого Братство считало своим главным врагом, — был не случайным?

Я потянулась за следующей папкой и замерла: на обложке значилось «Дела о магах огня. Гриф „Секретно“».

Сердце забилось быстрее. Такие документы в открытом доступе не лежат. Значит, Максим действительно воспользовался своими полномочиями — или связями, — чтобы добыть их для меня. Я взглянула на князя. Он увлеченно читал фолиант в черном кожаном переплете.

* * *

Максим сидел на другом конце стола и изредка бросал внимательные взгляды на погрузившуюся в чтение Алису. Он знал, что не должен вот так пялиться на барышню, но ничего не мог с собой поделать.

Она притягивала его непохожестью на других девиц. Слишком смелая, порой дерзкая и… сильная. Внутренний стержень Воронцов ощутил сразу, едва увидел Алису на балу у княгини Орловой.

«Ты идиот, — разозлился Максим на себя, отведя взгляд. — Ты здесь не для того, чтобы любоваться Горской. Ты здесь, чтобы найти убийц брата. А она — всего лишь пешка в этой игре».

Пешка? Воронцов усмехнулся своим мыслям. Алиса меньше всего походила на пешку… Сейчас Горская читала толстенный том и неосознанно обводила кулон, который прятался под платьем. Еще одна загадка. Почему Лебедев и княгиня проявили к кулону интерес? И откуда он у Алисы? Напрямую спросить? Будет слишком грубо. Намекнуть, что он знает? Может спугнуть. Следовало все хорошо обдумать.

Максим вспомнил утреннюю записку от Лебедева. Встреча назначена на четыре. Советник наверняка станет спрашивать про кулон. Что ему ответить? Еще десять дней назад он бы не сомневался, а теперь… Князь опустил взгляд на рисунок каплевидного камня в золотой оправе. Внизу стояла надпись «Сердце Феникса», а дальше шло описание артефакта. И чем дальше читал Воронцов, тем тревожнее билось сердце.

Описание оказалось кратким, но каждое слово врезалось в сознание Максима, точно раскаленное клеймо.

«Сердце Феникса. Артефакт неизвестного происхождения, предположительно связанный с древними культами огня. Внешне — каплевидный камень желтоватого оттенка в золотой оправе, часто ошибочно принимаемый за цитрин или сердолик. Истинная природа камня не установлена. Свойства: по неподтвержденным данным, способен накапливать и преобразовывать магическую энергию носителя для переноса его в прошлое. Активация происходит в момент смерти владельца. Местонахождение в настоящее время неизвестно».

Воронцов медленно закрыл фолиант, стараясь не привлекать внимания Алисы. Он вообще теперь боялся взглянуть на нее. Если кулон, который она прячет, на самом деле «Сердце Феникса»…

«Активация в момент смерти владельца».

Вот и объяснение особого взгляда Горской, который бывает только у людей, видевших смерть. Максим не удержался и посмотрел на девушку. Она сидела, склонившись над раскрытой книгой, и нервно покусывала губу — жест, который Максим уже научился распознавать как признак глубокой задумчивости или волнения. Кулона, спрятанного под платьем, не было видно, но Воронцов словно чувствовал его присутствие, исходящую от него… вибрацию?

«…по неподтвержденным данным, способен накапливать и преобразовывать магическую энергию носителя для переноса его в прошлое».

Откуда у Алисы Горской этот артефакт? Кто передал его ей? И главное — почему Лебедев так стремится заполучить именно эту безделушку, если в Ордене и без того хватает магических диковин?

Возможно ли, что всех магов огня не смогли уничтожить и они спрятались в усадьбе «Каменная роза» под новым именем? И неудивительно, что Волынские с ними породнились. Они могли знать тайны Каравелла и бережно помогали их хранить. Но это глупо — так близко от столицы…

«Бред. Какой же бред, — думал Воронцов, снова разглядывая изображение кулона в книге. — Магов огня больше нет в нашем мире. Горской, скорее всего, подарил „Сердце Феникса“ ее дядя… Яков Петрович, вроде. Да, вот и объяснение. Он купец, поставляет императорской семье ювелирные изделия и камни, которые покупает на Урале. Кулон исчез вместе с магами; они вполне могли податься в те края. Там… пропали, а кулон нашел какой-нибудь рабочий с каменоломни и продал купцу, а тот перепродал другому — и так кулон добрался до Якова Петровича. „Сердце Феникса“ — красивое украшение, и дядя привез его в подарок племяннице. Да, так и было. Это логичное объяснение».

— Ваше сиятельство, — голос Алисы заставил Максима вздрогнуть. Она смотрела на него настороженно и в то же время с любопытством. — Вы нашли что-то интересное?

— Скорее интригующее, — князь постарался придать голосу непринужденность.

Воронцов смотрел на девушку и чувствовал, как рушатся все придуманные им только что логические построения. Ее взгляд, действия, слова — все принадлежало человеку, пережившему страшное.

«Дыхание смерти способно изменить любого, даже сильного мужчину, а что говорить о девице» — подумал он.

— Что именно вы ищете, Алиса Арсеньевна? — спросил Максим.

Ответ прозвучал не сразу. Девушка словно боролась с собой, и Воронцов видел эту борьбу в том, как ее пальцы сжали край стола, как напряглись плечи. Алиса, казалось, раздумывала, стоит ли ему говорить или лучше промолчать.

— Правду, — наконец выдохнула Горская. — О своей семье. О матери, которую я почти не помню. О том, почему вокруг нас плетутся такие интриги, что простому человеку и не снились. Вы же сами видите, что происходит, ваше сиятельство.

Алиса смотрела ему прямо в глаза. В их голубой глубине плескалось что-то древнее и пугающее — и Максим не мог найти объяснение тому, что видел.

— И я благодарна вам за помощь, — тихо сказала девушка.

Воронцов вдруг подумал: «Она должна знать, что Орден не только хочет помешать ее отцу создать изобретение, но и охотится за кулоном».

— Мы с вами теперь вроде как партнеры, — усмехнулся Максим. Он поднялся и подошел к Алисе, чтобы положить перед ней фолиант с картинкой «Сердца Феникса».

Князь отметил, как насторожилась Горская.

— У меня есть сведения, что этот кулон разыскивают не очень хорошие люди. Теперь мне ясно, для чего лже-Колчин появился в вашей усадьбе.

— Для чего же? — охрипшим от волнения голосом спросила Алиса. Она не отрывала взгляд от картинки.

— Он искал золотистый кулон. — Князь увидел, как сжались кулаки девушки, и добавил: — Я бы посоветовал обладателю этого украшения обратиться за помощью к императорскому сыску или… ко мне.

Горская взглянула на Максима. Ее рука дернулась, будто девушка хотела коснуться кулона, но она сдержала себя.

— Вы полагаете, обладателю грозит… опасность? — поинтересовалась Горская, взглянув на обложку фолианта, где золотистыми буквами было вытиснено: «Исчезнувшие рода».

— Я уверен в этом, — твердо сказал князь. — Это древний и опасный артефакт, за которым охотится Орден. Императорский сыск обеспечит защиту. А еще это прекрасная возможность остановить мошенников.

— Каким образом? — удивленно воскликнула Алиса и взглянула на князя. В ее глубоких голубых глазах он впервые увидел… надежду. Теперь только бы не спугнуть.

— Схватим того, кто придет за кулоном, — Воронцов присел рядом с девушкой, уловив легкий аромат ее цветочных духов. — Дальше — допрос. Поверьте, в сыске умеют разговаривать с мерзавцами.

— То есть… вы будете ловить бандита на… живца? Так, вроде, это называется? — губ Алисы коснулась улыбка — видимо, напряжение отпускало.

А князь невольно подумал, что с улыбкой она становится еще притягательнее. Воронцов поднялся, решил изучить еще материалы про обсидиан, взял с тележки толстую папку о черном камне и направился к другому концу стола. Подальше от Горской, от ее завораживающих глаз.

— Верно, — усмехнулся Максим. — Но живцом может быть и не сам обладатель кулона.

«Было бы здорово зажать Орден с разных сторон: с одной — Александр, с другой — Алиса Арсеньевна. Поломка портала как раз отвлекла княгиню и ее приспешника Лебедева. Вопрос в другом: решится ли Алиса Арсеньевна довериться мне?» Князь взглянул на девушку — она уже читала книгу, которую он перед ней положил.

«Пусть подумает сегодня, а завтра я намекну, что времени на удачную операцию остается все меньше», — решил Максим и погрузился в чтение о свойствах обсидиана.