Глава 24

Максим не стал задерживаться в Нижнем Кроме. Побеседовал с Кнутом, тот пообещал все сделать, как надо. И князь рванул к порталу. Всю дорогу, пока скакал на коне, он прокручивал в голове одно и то же: имение Строганова, обсидиановая комната, охрана. У графа наверняка не два-три защитных артефакта и пара охранников, там целая система защиты. В одиночку не прорваться.

Поэтому едва Максим оказался в Мирограде, он сразу направился к дому Морозова. Кирилл не спал и встретил гостя в кабинете. Выслушал молча, не перебивая, только желваки ходили ходуном.

—Значит, Строганов, — протянул он, когда Максим закончил. — Крупная рыба. Даже очень крупная. Если возьмем его с поличным, то будет скандал на всю империю.

—Мне плевать на скандал, — отрезал Воронцов. — Мне нужна живая Алиса Горская. Морозов помолчал, постукивая пальцами по столешнице, потом решительно кивнул:

—Людей я дам. Пятерых — лучших, кому доверяю как себе. У них есть артефактный глушитель, арбалеты с зачарованными болтами, «сонный мох». И наручники захватим — полдюжины, не меньше.

—Где встретимся?

—У развилки на Старую Ратную дорогу, через два часа.

Время приближалось к двум часам ночи, когда Максим постучал в двери дома Чернышова. Друг выглядел заспанным, но, узнав, в чем дело, мгновенно оживился.

—Строганов? — Чернышов провел ладонью по лицу, сгоняя остатки сна. — Старый хитрый лис. У него идеальная репутация, а ты хочешь повесить на него похищение, обсидиан и членство в Ордене… Максим, ты уверен?

—Да, — коротко бросил Воронцов. — Алиса у него, и я не могу утверждать, что Строганов не причинит ей вреда. Поэтому стоит поторопиться, выдвигаемся прямо сейчас.

Александр не возражал. Он был именно тем другом, на которого всегда можно было положиться.

—Дай мне пять минут, и выезжаем, — кивнул Чернышов.

Вскоре по ночной столице в сторону Старой Ратной дороги неслись двое всадников в черном. Луна то выходила из-за туч, то снова пряталась, и тогда приходилось полагаться только на слух и чутье коней.

У развилки их ждали. Морозов сидел в седле, закутавшись в темный плащ. Пятеро сыскарей за его спиной держались с той особой молчаливой готовностью, которая бывает у людей, привыкших к ночным облавам.

— Князь, граф, — Морозов кивнул и тут же перешел к делу: — Имение Строганова в двадцати верстах отсюда. По прямой через лес — пятнадцать, но там топи и овраги. Дорога — два часа быстрой езды.

—Дорогой и поедем, — решил Воронцов. — В лесу нас могут засечь раньше, чем мы подойдем. У Строганова наверняка есть магические маячки по периметру.

—Есть, — подтвердил один из сыскарей — коренастый, с короткой бородой, по виду отставной военный. — Я бывал в тех местах, ваше сиятельство. У графа по всем опушкам сигнальные камни. Стоит переступить черту, как в доме вспыхнет тревога.

—Тогда так, — Морозов развернул карту, осветив ее тусклым артефактным фонарем. — Оставляем лошадей в лощине у старой мельницы. Дальше — пешком. К дому подходим с трех сторон: я с двумя людьми с юга, вы, князь, с графом и одним сыскарем с запада, остальные двое с востока, через парк. На крыльце и у черного хода, скорее всего, выставлены караулы. Снимаем тихо.

—А если граф успеет поднять тревогу? — спросил Чернышов.

Морозов усмехнулся.

—Не успеет. У нас есть кое-что получше глушителя. — Он вытащил из-за пазухи небольшой, оплетенный серебряной нитью кристалл. — «Сонный мох». Стоит разбить — радиуса в полсотни шагов хватит, чтобы всех, кто не защищен специальным амулетом, сморило на четверть часа. Нас я амулетами снабжу.

—И у Строганова такие амулеты могут быть, — заметил Воронцов.

—Могут, но вряд ли у всей охраны. А нам только до девицы добраться да графа взять.

Князь кивнул, вглядываясь в карту. В голове уже складывался план: войти тихо, вырубить караульных, найти Алису и только потом брать самого Строганова. Если, конечно, все пойдет по плану.

—Время, — сказал Морозов, глянув на часы. — Через два часа будем на месте. Еще час на подготовку. В пять утра — штурм.

—Не штурм, — поправил Воронцов. — Освобождение.

—Хоть горшком назови, — Морозов спрятал карту. — Лишь бы без потерь.

Они двинулись дальше, держась плотной группой. Кони шли шагом, чтобы не наткнуться в темноте на корни и ямы. Ветер стих, и в воздухе запахло влагой и тиной, значит, скоро будет мельница. А там и имение Строганова недалеко.

Оно встречало непрошеных гостей волчьим оскалом сигнальных артефактов и глухим лаем сторожевых псов. Максим прижался спиной к холодному стволу вековой сосны и вглядывался в темноту. Луна спряталась за тяжелыми тучами, и только редкие искры магических маячков мерцали по периметру парка, как глаза хищника.

—Здесь их не обойти, — прошептал Чернышов, застывший за соседним деревом. — Строганов не дурак. Один шаг в сторону —и поднимется такая кутерьма, что мы и до крыльца не добежим.

—Значит, пойдем через парадный вход, — так же тихо ответил Воронцов. — Как честные гости. Только без приглашения.

Морозов, залегший с другой стороны, подал сигнал, чтобы отряд рассредоточился. Их было восемь против неизвестного числа охраны, но князь знал: медлить нельзя. Каждый час, проведенный Алисой в этом проклятом месте, мог стоить ей жизни.

—«Сонный мох» готов? — спросил он у Петра, молодого сыскаря, который держал наготове кристалл в серебряной оплетке.

—Ждет вашего приказа, ваше сиятельство.

—Бросай.

Кристалл описал дугу и разбился о гранитную ступень парадного крыльца. Серебристый туман пополз во все стороны, затягивая кусты, деревья, каменные вазы. Собаки умолкли так резко, словно кто-то перерезал им глотки. Магические маячки погасли, не успев взвыть.

—Вперед, — скомандовал Воронцов и первым рванул к дому.

Но «Сонный мох» подействовал не на всех. У самого крыльца, из тяжелых дубовых дверей, ведущих в дом, выскочили трое охранников — здоровенные мужики в кожаных доспехах, с артефактными дубинками в руках. Эти несли службу внутри, в караулке у входа; туман не добрался до них, а шум разбитого кристалла за окнами заставил насторожиться. На шеях у них тускло мерцали амулеты, те самые, что защищали от «мха».

—Гости! — рявкнул один, скалясь в ухмылке. — А мы не ждали.

Дубинка взвилась в воздух. Воронцов едва успел уйти в сторону, как мимо его виска просвистела смерть. Сзади рычал Чернышов, он встретил второго охранника арбалетным болтом, но тот лишь пошатнулся: амулет отразил удар, и болт отскочил от груди, как от каменной стены.

—У них усиленная защита! — выругался Морозов.

Начался бой. Максим выхватил кинжал, простой, без артефактов, потому что магия против таких амулетов была бесполезна. Он полоснул первого охранника по руке, заставив выпустить дубинку, и тут же ударил ногой в колено. Мужик рухнул, но второй уже заносил дубину над головой Максима.

—Князь! — крикнул Петр, бросаясь наперерез.

Парень принял удар на себя, дубинка со всего размаха пришлась ему в плечо, и сыскарь взвыл, падая. Но его жертва дала Воронцову секунду. Он вскинул кинжал и со всей силы вогнал его в незащищенную шею охранника. Тот захрипел, схватился за горло и осел на землю.

Третьего скрутили сообща, Морозов и Чернышов повалили его наземь, накинули артефактные наручники, которые гасили любую магию.

—Петр! — Воронцов наклонился над сыскарем. Тот был жив, но плечо явно сломано, и лицо побелело от боли.

—Я… я в порядке, — прохрипел парень.

—Тимофей, останься с ним, — приказал Морозов. — Остальные — за мной.

Они ворвались в дом. Внутри тишина, «сонный мох» сделал свое дело. На полу в прихожей валялись двое слуг, на ступеньках лестницы лежал лакей. Воронцов перешагнул через него и двинулся наверх.

—Надо обыскать кабинет Строганова. Здесь может быть то, что мы ищем, любые доказательства против Ордена, — бросил он через плечо.

—Ты уверен? — спросил Чернышов.

—Граф не просто похититель. Он один из столпов Ордена. Если где и хранятся секреты, то у него.

Они разделились. Воронцов бесшумно поднялся по лестнице, сжимая в руке окровавленный кинжал. Коридор второго этажа тонул во мраке, только в конце, у массивной двери с бронзовыми фениксами, пробивался слабый свет. Князь прижался к стене, прислушался. Ни звука. Тогда он шагнул к двери и толкнул ее.

Это оказалась малая гостиная. Камин еще не прогорел, и красноватые отсветы плясали на стенах. У камина стоял граф Строганов, одетый по-дорожному: темный сюртук, сапоги до колен. В руке он сжимал небольшую шкатулку из черного дерева. Рядом с ним замер здоровенный детина в кожаном доспехе, с бритой головой и пустыми холодными глазами. На поясе у него висели две артефактные дубинки, а на груди тускло мерцал сложный амулет, явно не из дешевых. Часть стены за их спинами бесшумно ушла в сторону, открывая темный зев потайного хода.

—Князь Воронцов, — граф не удивился и не испугался. Только усмехнулся. — А вы шустры. Жаль, что зря.

—Ничего не зря, граф, — Максим шагнул вперед. — Вы арестованы.

—Арестован? — Строганов переглянулся с телохранителем. — Михаил, будь любезен.

Телохранитель не сказал ни слова. Просто сорвался с места, и в его руках из ниоткуда возникли два клинка, длинные, узкие, с чернеными лезвиями. Он двинулся на Воронцова, и князь едва успел подставить кинжал под удар. Сталь лязгнула, высекла искры.

—Михаил, бывший егерь императорского леса, — спокойно пояснил Строганов, отступая к стене. — Не маг, но с артефактами на «ты». И он убьет вас всех, пока я буду пить вино.

—Не убьет! — рявкнул вбежавший Чернышов.

Александр метнул в телохранителя зачарованный болт, но тот даже не уклонился, амулет принял удар, рассыпая искры. Тогда Чернышов выхватил короткий меч и бросился врукопашную. Следом в гостиную ворвались Морозов и двое сыскарей.

Телохранитель дрался молча и страшно. Его клинки свистели в воздухе, и только чудом никто из нападающих еще свалился на пол. Морозов получил рассеченное предплечье, один сыскарь отлетел к стене с пробитым плечом. Но численное превосходство делало свое дело: телохранителя теснили, зажимали в углу. А Строганов, воспользовавшись суматохой, метнулся к потайному ходу.

—Не уйдете, граф! — Воронцов рванул к нему, перепрыгивая через опрокинутый стул.

Строганов бросил в него шкатулкой, и та, раскрывшись на лету, выплюнула облако едкого дыма. Максим закашлялся, но не остановился. Он схватил графа за ворот сюртука и рванул на себя. Строганов охнул, ударился спиной о косяк, и оба рухнули на пол.

—Лежать! — прохрипел Воронцов, прижимая кинжал к горлу графа. — Еще одно движение —и вы покойник.

Строганов замер. Глаза его бегали, на лбу выступила испарина, но он все еще пытался улыбаться.

—Вы ничего не докажете, князь. Мой поверенный разнесет вас в пух и прах за незаконное вторжение.

—Мы успели обыскать ваш кабинет, — подоспел Морозов, зажимая раненую руку. — И уже нашли кое-что интересное: списки, приказы. Вы труп, граф.

Михаил наконец рухнул, Чернышов зашел сзади и ударил его рукоятью меча по затылку. Телохранитель выронил клинки и осел на колени, а сыскари накинули ему на запястья артефактные наручники.

—Где Алиса? — спросил Воронцов, сильнее нажимая на кинжал. На шее графа выступила тонкая полоска крови. — Отвечайте, или я вас здесь же прикончу.

—В подвале… — прошептал Строганов. — Но вы туда не войдете. Дверь зачарована на мою кровь.

—Тогда вы нас и проведете.

Воронцов рывком поставил графа на ноги. Строганов, пошатываясь, двинулся к выходу из гостиной, окруженный сыскарями. Вниз по лестнице, мимо оглушенных слуг, в цокольный этаж. В подвале, в самом дальнем углу Чернышов осветил фонарем массивную дверь без ручки, только с небольшим углублением в центре.

—Открывай, — приказал Морозов.

Строганов медленно поднес ладонь к углублению. Мгновение. И оттуда показалась тонкая игла, она проткнула ладонь графа. Тот лишь охнул, когда его кровь закапала в металлическую чашу, вмонтированную в дверь. Что-то щелкнуло, замок тяжело заворочался.

Дверь медленно отворилась внутрь. Темнота. Свет от фонаря выхватывал обсидиановые стены, мягкий ковер на полу, письменный стол и стул. У стены — широкая кровать с балдахином. Обыкновенная комната, только без окна и с черными стенами.

Воронцов рванул к кровати, где, укрытая одеялом, лежала дрожащая Алиса. Ее лоб покрывала испарина, губы приобрели синюшный оттенок, а кожа стала серой, сквозь нее проглядывали темные вены. Кулон на ее груди сиял теплым светом. Он словно оберегал хозяйку, питал ее своими силами.

Максим осторожно поднял девушку. Все, что он читал об обсидиане, оказалось правдой. Простой камень разрушительно действовал только на огненных магов. Вот еще одно доказательство принадлежности рода Каравелла к носителям чистой силы. Дара, который необходимо было беречь, чтобы магия не исчезла из мира навсегда. Орден мечтал их приручить, подчинить себя, а Братство — уничтожить.

Максим без раздумий решил отвезти девушку в свой дом. Только там он сможет ее защитить и приглядеть за ней. Чернышов отправился за доктором, как только они въехали в столицу. А потом его ждало управление, где необходимо было доложить обо всем. Морозов остался с сыскарями в имении графа, ожидая подкрепления.

Перед самым отъездом, пока запрягали лошадей в экипаж графа, Морозов передал князю черную папку.

—Изучи, пока будешь в дороге.

Держаослабевшую и ни на что не реагирующую Алису, с тревогой прислушиваясь к ее дыханию, Максим раскрыл папку. Внутри лежали документы, десятки, сотни страниц. Списки дворян: «недоразумения» на охоте, «несчастные случаи» в дороге, «внезапные болезни». И напротив каждой фамилии — пометка: «Исполнено», а ниже — отчеты о конфискации имущества, переводе земель, перераспределении артефактов.

Князь, придерживая Алису, перелистывал страницы, и с каждой следующей он сильнее сжимал челюсти. Вот дело графа Шереметьева — погиб при падении с лошади. А вот барона Корфа — отравление на званом ужине. И наконец…

Он замер. Перед ним был лист с гербом Воронцовых.

«Князь Дмитрий Сергеевич Воронцов. Причина устранения: отказ сотрудничать с Орденом, попытка разглашения секретных сведений. Способ: подмена защитного артефакта на дефектный, ликвидация во время охоты на медведя. Исполнитель: Нюхач, при содействии егеря Строганова. Результат: смерть на месте. Наследник, князь Максим Сергеевич Воронцов, находится под наблюдением».

Сердце бешено билось в груди. Вот почему артефакт брата не сработал — его подменили. Не случайность, а спланированное убийство. Теперь ясно, почему камень оказался цел, когда нашли брата… мертвым. И та самая сердцевина, которая должна была вспыхнуть синим щитом при любой угрозе, не сработала.

—Они заплатят за все, брат, — тихо произнес Максим.

Он взглянул на спящую Алису, в груди теснились противоречивые чувства. Радость от того, что она жива. Гнев от того, что Орден посмел. И жесткая решимость: он уничтожит их всех. Каждого, кто причастен к смерти брата. Каждого, кто поднял руку на Алису. И никакие связи, никакое могущество не спасет их от правосудия.