Глава 11

Они вышли в подземном гараже, который оказался совсем небольшим: на шесть-восемь машин. Личные гости Марка Кинни, похоже, парковались только здесь.

– Светлые прослушивают всё и вся, но до главы «Бионикс» не дотянуться даже им, – беззаботно сказал Вернон. – Твой отец когда-то помогал обеспечивать безопасность. Впрочем, как показывает пример юной Анны Хорн, Светлые не оставляют своих попыток сменить руководство.

– Её убьют? – спросила Таисса. – Анну?

– За неудачную попытку переворота? Зачем? Доверие она уже потеряла, и к управлению «Бионикс» её не подпустят даже на пушечный выстрел. Забудь о ней.

Вернон взял её под руку, и они вошли в лифт.

– Ты дочь Эйвена, – негромко сказал он. – Марк ценил твоего отца и уважает тебя. Но вот с его дочерью, боюсь, могут возникнуть сложности.

– Я ни разу её не видела, – с лёгким удивлением сказала Таисса. – Какие сложности?

– Я, – просто сказал Вернон. – Приехали.

От кабинета Марка Кинни Таисса ожидала чего угодно. Но не того, что двери лифта откроются прямо в роскошный угловой офис, освещённый восходящим солнцем.

Седой человек в костюме из тончайшей шерсти, которого она помнила по регулярным визитам в их особняк, поднялся навстречу.

– Таисса! Вернон! Добро пожаловать. Я попросил Хлою приготовить чай.

– Уверен, это будет лучший чай в мире.

Вернон шагнул вперёд, и двое мужчин пожали друг другу руки.

– Мы ненадолго, – сообщил Вернон. – Снаряжение подготовлено, и я жду только вашего слова.

– И для неё?

– Разумеется. Я держу свои обещания.

Для неё – для кого? Для самой Таиссы?

Мужчины переглянулись, и что-то невидимое пробежало между ними.

Наконец Марк указал им на кресла:

– Садитесь. Чай будет через несколько минут.

Вернон отодвинул ей кресло, и Таисса поблагодарила его кивком.

Марк уселся за стол и повернулся к Таиссе.

– Таисса, девочка, прости, что я столь откровенен, но Вернон переслал мне достаточно интимную запись, которую я сейчас включу. Если тебя смутит её содержание, скажи лишь слово, и я выключу её немедленно.

Таисса подняла брови, но кивнула.

Марк и Вернон переглянулись, и Марк коснулся своего линка.

– Я всё ещё хочу быть с Диром, – произнёс голос Таиссы. – Хочу выйти за него замуж, хочу, чтобы у нас родился ребёнок. Хочу…

– Выключите, – резко сказала Таисса.

Глава «Бионикс» тут же выключил запись.

– Вернон также сообщил мне, – невозмутимо сказал он, – что ты подписала согласие на рождение троих детей. Светлых. И что твоя трансформация в Светлую уже необратима, а Светлые в любой момент могут оказать на твои решения… сильное давление.

– Да, да и да, – коротко сказала Таисса. – Что ещё?

– Тебе принадлежит крупный пакет акций «Бионикс». По уставу компании это даёт тебе голос в совете директоров, который ты к тому же передашь по наследству.

Таисса моргнула. Она это знала, но…

– Светлые пытались изменить наш устав и даже перевербовали Анну, внучку моего старого и, увы, покойного друга Томаса Хорна. Нам ещё предстоит разбираться с последствиями. Однако ты сейчас представляешь для нас куда больший риск, чем Анна.

– Почему?

– Потому что твой голос куда весомее, и, к большому моему сожалению, он скомпрометирован, – произнёс Марк. – Мало того что ты станешь Светлой, твои дети вырастут среди них и будут пропитаны их ценностями.

– Чего вы хотите? Чтобы я отдала мой пакет и мой голос?

– Мне и моим детям, – вставил Вернон Лютер. – Ты ведь мне доверяешь?

Таисса вздохнула:

– Так вот почему я здесь.

– Не совсем, – спокойно сказал Марк. – Ты здесь потому, что ты дочь Эйвена и я обещал ему заботиться о тебе. Поэтому сначала я хотел бы убедиться, что ты отправляешься в Храм добровольно.

– Да.

Глаза Марка скользнули влево. Естественно, он проверял её на нейросканере.

– Хорошо. Тогда остаётся вопрос твоего участия в совете директоров.

Таисса лихорадочно думала. Вне сомнения, Вернон был лучшей кандидатурой, чтобы защитить «Бионикс». Он был её союзником и, что бы ни произошло между ними, оставался им. Но она всё ещё была Тёмной, и ставки были высоки. Её отец сказал бы, что в такой игре каждый сам за себя.

Её отец…

Таисса больше не колебалась:

– Что с его акциями? С пакетом моего отца?

– Он будет принадлежать тебе, как только его смерть будет признана и зафиксирована.

Не будет. В третий раз Эйвен Пирс этого не допустит.

В конце концов, он наверняка устал умирать.

– Я передаю свои акции отцу, – спокойно сказала Таисса. – Он не Светлый и никогда им не будет. Я думаю, его кандидатура вполне должна вас устроить.

Повисло молчание.

– Он мёртв, Таисса, – наконец произнёс Марк. – На этот раз – мёртв.

– И даже если он внезапно окажется жив, – вкрадчиво произнёс Вернон, закидывая ногу за ногу, – что-то мне подсказывает, что он предпочтёт удалиться от суеты и не вмешиваться в наши дела. Даже не знаю, почему мне так думается. Но ты сделаешь куда лучший выбор, если передашь ваши акции мне.

– На то, чтобы признать его мёртвым, нужно время. – Таисса широко улыбнулась. – Так что мой ответ – нет. Вернон не получит мой пакет акций. Если вы так хотите видеть его в совете директоров – отдайте ему свой.

Мужчины снова переглянулись.

– Я ничего ей не говорил, – заметил Вернон.

– Ты понимаешь, что этим своим выбором фактически отдаёшь «Бионикс» Светлым? – тяжело произнёс Марк.

Таисса покачала головой:

– Я не отдам пакет никому, кроме моего отца.

Вернон прищурился.

– Марк, я хочу сообщить ей о нашей сделке, – вдруг сказал он. – Ты не возражаешь?

– Если это поможет её переубедить… – Глава «Бионикс» развёл руками. – Попробуй.

– Пирс, я собираюсь возглавить «Бионикс» де-факто, – сухо сказал Вернон. – Силовые операции, стратегия, планы. Вся научная часть остаётся в распоряжении Марка, но безопасность обеспечивать буду я. А это значит – защищать корпорацию от Светлых. Не в качестве наёмника, а в качестве хозяина. И для этого мне нужны твои акции.

Таисса ахнула.

Возглавить «Бионикс»…

Ресурс, который невозможно было переоценить.

Царский подарок от Марка Кинни. Только как он решился отдать своё детище абсолютному незнакомцу? Это было…

Таисса недоумённо нахмурилась.

Это было не просто необычно. Это не лезло ни в какие ворота. Как, почему, с какой стати Марк решил отступить и отдать «Бионикс» Вернону? Даже если Марку нужна была безопасность, ему достаточно было обратиться к людям Рамоны.

– Бывшие Тёмные уже помогают нам, – негромко сказал Вернон. – Но этого недостаточно. Лучшая защита – нападение, а в этом, как вы убедились, я поднаторел.

Таисса закусила губу.

Она вдруг поняла, что хотела помочь ему. Очень хотела.

И чуть не рассмеялась, поняв, что определяло её решение.

Пижама. Пижама и сэндвичи, которые Вернон оставил вчера для неё. Он мог бы подарить ей тот браслет, мог заказать шампанское и устрицы в номер, одеть её в откровенное вечернее платье, снять его и уложить её на шёлковые простыни – и она не доверилась бы ему ни на йоту.

Но пижама, которая оказалась ей впору, и эти дурацкие бутерброды…

– Год, – негромко сказала Таисса. – Ты получаешь наши голоса на год. После этого всё переходит моему отцу. Или раньше, если он вернётся и заявит на них свои права. Я отказываюсь от участия в управлении корпорацией в любом случае.

Они оба знали, что её отец жив. И что Вернон не найдёт лучшего преемника.

– Я бы предпочёл, чтобы ты отдала голоса Вернону безоговорочно, – негромко произнёс глава «Бионикс». – С тем чтобы он передал их своим детям и закрепил право собственности на компанию.

Детям? С какой стати глава «Бионикс» вдруг будет заботиться о нерождённых ещё детях Вернона? Постороннего ему Тёмного?

Таисса заморгала.

– Простите, но я не понимаю, – наконец произнесла она. – Вернон умён, силён, обаятелен, он не теряет своей головы и готов идти по чужим, он настоящий Тёмный, но чёрт подери, он совершенно чужой вам, его отец был опасным преступником, и, наконец, ему всего восемнадцать и его опыт управления корпорациями равен нулю. Чем же его кандидатура так идеальна?

– Доброе утро. Я принесла чай.

Вернон вскочил, ослепительно улыбаясь, и Таисса обернулась к двери.

Девушка, стоящая у двери в бирюзовом кимоно, была дивно хороша. Тонкие пальцы с безупречным маникюром обхватывали серебряный поднос, затканный цветами оби подчёркивал тонкую талию, и на нежном, едва тронутом макияжем лице не было ни единого изъяна.

– Хлоя. – Вернон глубоко поклонился. – Позволь помочь тебе с подносом.

– С удовольствием, – чуть улыбнулась девушка. – Могу принести тебе твой любимый глинтвейн, если ты желаешь.

Вернон изящным жестом принял у девушки поднос и аккуратно поставил его на стол.

– А теперь, когда мы покончили с церемониями, – совсем другим тоном сказал он, – пора в путь.

– Эйвен дал тебе широту, на которой находится вход в Храм, – сказал Марк. – Я удивлён, что он сразу не дал тебе координаты.

– Мы планировали организовать экспедицию вместе, – коротко сказал Вернон. – Он доверял мне, но не настолько. Разумеется, он раскрыл бы и долготу, иначе мы никуда бы не попали, но он погиб, а значит…

– Координаты долготы у меня, – кивнул глава «Бионикс». – Наша совместная с «Крио» секретная экспедиция в Антарктиду под эгидой Эйвена десять лет назад дала плоды.

Таисса ахнула:

– В Антарктиду?!

– В Антарктиду, – кивнул Марк. – Идеальное место для наших целей. Разумеется, мы не планировали найти вход в Храм – мы строили базу. А потом Эйвен…

Глава «Бионикс» запнулся. Кажется, эту часть истории он не знал до конца.

– Мистика, – негромко сказал он. – Что-то произошло, о чём он нам не рассказал. Но его не было пятнадцать дней, и, когда он вернулся в состоянии крайнего истощения, близком к помешательству, он…

– Немедленно увёл вас из этого района, – уверенно сказал Вернон. – Вы построили базу совершенно в другом месте. А потом Эйвен дал вам нужную долготу и сообщил, что, если он будет мёртв, вы должны сообщить её мне.

– Эйвен не хотел, чтобы секрет Храма затерялся. Но с твоим отцом по понятным причинам он делиться не желал. Разумеется, Эйвен догадывался, что у Майлза был ключ, но Эйвену никогда не удалось бы его получить.

– Разумеется, – коротко сказал Вернон. – Мой отец не любил делиться. И никто из нас не сошёл с ума настолько, чтобы делиться с ним. Но его нет, а я здесь, с ключом, сверхсилой и всем необходимым, и я готов подписать все нужные бумаги.

Он взглянул на Хлою. Та ответила ему очаровательной улыбкой.

– И я согласен на дополнительные условия, конечно же.

– Хлоя отправится в Храм с вами, – подтвердил Марк. – И станет Тёмной в конце пути. Я надеюсь, что это путешествие вас сблизит.

Он не мог бы выразиться яснее.

Брак. Династический брак между Верноном Лютером и наследницей империи «Бионикс». Вот зачем им нужны были голоса Таиссы и её отца: «Бионикс» готовился стать семейным предприятием. И именно поэтому Марка Кинни интересовали дети Вернона: после того как его красавица-дочь станет женой Вернона, их дети будут его внуками.

Конечно же, Вернона не могла не привлечь подобная партия. Политический брак? В этом был весь Вернон.

Но глава «Бионикс» был куда умнее, чем казалось. Обычная человеческая девушка, пусть даже потрясающе красивая, не могла бы удержать Вернона ни от приключений на стороне, ни от сильной Тёмной любовницы, которая влияла бы на управление корпорацией. Например, от той же Таиссы.

А вот жена-Тёмная удержать его могла вполне.

– Хлоя отправится с нами, и я буду заботиться о ней всеми силами, – подтвердил Вернон. – А Дир, надеюсь, позаботится и о ней, и о Таиссе. Как джентльмен.

Таисса почувствовала, как заливается краской под понимающим взглядом Хлои. Вся, до кончиков пальцев ног.

Вернон предусмотрел и это. Он вывалил всё её грязное бельё на общее обозрение, от её чувств к Диру до согласия на детей. Всё для того, чтобы Хлоя Кинни была спокойна.

Ревность? Какая может быть ревность, если Вернон не обращает на Таиссу Пирс никакого внимания, а та только и мечтает о детях от влиятельного Светлого?

Конечно же, Вернон не стал обнимать её прошлой ночью. Зачем, когда он мог бы прижимать к себе свою невесту?

Таисса могла сколько угодно уверять себя в том, что Вернон вступал в этот брачный капкан под давлением. Что он никогда не взял бы с собой человеческую девушку, если бы не ультиматум главы «Бионикс».

Это не имело ровным счётом никакого значения.

Марк размашистым жестом пододвинул к Вернону несколько листов бумаги.

– Довольно заковыристые условия, – заметил Вернон, проглядывая документы. – Но мне они нравятся. Увильнуть, правда, будет сложновато.

– А как ты хотел? Речь идёт о крупнейшей корпорации в мире. Я не могу рисковать, что ты уведёшь её у меня и моей дочери из-под носа.

Вернон кивнул, дочитывая последнюю страницу и беря в руки ручку.

– Зовите свидетелей. Я готов.

– Что за условия? – поинтересовалась Таисса.

Все трое уставились на неё.

– Очень много нюансов, каждый из которых касается тебя примерно так же мало, как среднего нью-йоркского таксиста, – светским тоном сказал Вернон. – Это не передача компании из одних рук в другие, Пирс. Это моё обязательство довести Хлою Кинни до Храма и вернуть её обратно целой и невредимой. Взамен я получаю долготу входа в Храм и весомый голос в совете директоров, когда вернусь.

Он усмехнулся:

– Если прибавить к обещаниям Марка ваши с Эйвеном пакеты акций, получается внушительный куш. Надеюсь, твой отец внезапно не объявится и не накинется на мои голоса как коршун. Я всё-таки уже практически считаю их своими.

– Что мне надо подписать для этого? – коротко спросила Таисса.

– Сейчас придут юристы и…

Раздался сухой треск, и на бумаги брызнула кровь.

Вернон вскрикнул и на сверхскорости бросился через стол. Таисса не видела, что произошло, но сработали рефлексы: она швырнула Хлою на пол, выбивая чашку из её руки, обхватила её сверху и скользнула на сверхскорости в нишу возле лифта.

– Что… – слабым голосом начала Хлоя.

– Не знаю. Ждём и не высовываемся.

В кабинете вдруг сделалось темно: упали бронированные ставни. Секундой позже зажёгся свет, и в коридоре раздался топот охраны. Таисса закусила губу: среди них наверняка были те, кому не положено было видеть ни Вернона, ни Таиссу.

– Я заблокировал двери изнутри, – сообщил Вернон. – Хлоя, твой ход.

– Отойди, – послышался тихий приказ, и Таисса с изумлением увидела, как хрупкая Хлоя встаёт и бесстрашно идёт к дверям: в кабинет главы «Бионикс» вёл лифт, на котором поднялись Таисса и Вернон, и тяжёлая дубовая дверь, за створками которой ждала охрана.

Вернон склонился над отцом Хлои. Он был без пиджака, и его руки с уверенностью опытного хирурга орудовали над лежащим на полу человеком, чья грудь и живот были залиты кровью. Таисса узнала мини-инъектор со стимулятором в руке Вернона и поняла, что тот надеялся привести Марка Кинни в сознание.

– Готовьте первую операционную и вызывайте дежурного хирурга и анестезиолога, – услышала Таисса голос Хлои. – В кабинет без моего слова не заходит никто. Кеннет, Виз, за носилками, остальные вон.

Таисса выглянула из ниши и увидела, как Хлоя набирает что-то на линке.

– Вернон, – сказала она, не оборачиваясь, – у нас есть шансы разбудить его до операции?

– Есть, – раздался слабый голос Марка. – Зови юристов.

Таисса плохо запомнила, как подписывала бумаги. Отец хорошо натренировал её, и она видела много подобных договоров, но читать внимательно, когда рядом истекал кровью человек, казалось кощунством. Но рука Вернона лежала на её плече, и она знала, что поступает правильно.

А потом Вернон с непроницаемым выражением лица взял в руки запечатанный конверт, и Таисса вдруг заметила, что они остались втроём.

– Убийцы моего отца будут найдены, – очень холодно произнесла Хлоя.

Вернон шагнул прочь от Таиссы и сжал плечи девушки.

– Он выживет. Почти наверняка, если учитывать всё, что я успел ему вколоть. Счастье, что в столе была аптечка.

– Это не отменяет факта, что они убийцы.

– Сегодня я собираюсь потолковать с парнем, который может что-то знать по этому поводу, – задумчиво протянул Вернон. – Любишь покер, казино и шампанское?

Хлоя обернулась к нему, и в её глазах вспыхнули ответные искры.

– Обожаю. Но разве нам не пора лететь?

– Вылетаем ночью. Вечером, боюсь, у меня более неотложные дела, пусть это и странно звучит в преддверии экспедиции в Храм.

Вернон вскрыл конверт, несколько секунд смотрел на цифры, потом сделал снимок на линк и подошёл к столу. Секундой позже вспыхнуло пламя зажигалки, а ещё через полминуты Вернон небрежно смахнул пепел в урну.

Таисса скрестила руки, глядя в никуда.

Её отец. Её отец нашёл координаты. Он был в Храме и выжил.

Но он этого не помнил. И он наверняка сказал бы ей, если бы у него остались записи. Значит, этот визит Эйвен Пирс сохранил в тайне даже от самого себя.

Что же там было? Что он мог знать, что было важнее и уникальнее даже координат Храма, которыми он поделился с Марком Кинни? Что?

У Таиссы было неприятное чувство, что ей вскоре предстоит это выяснить.

– Я отведу тебя в комнату отдыха, – обратилась к ней Хлоя. – Нам с Верноном предстоят дела.

– И теперь, когда я подписала все нужные документы, я вам больше не нужна.

– Ты будешь нужна нам в Храме, если меня убьют, – спокойно сказал Вернон. – А пока – до свидания.

Таисса передёрнула плечами и последовала за Хлоей, не глядя на Вернона.

Они поднялись на лифте в уютную гостиную, которая представляла собой кусочек викторианской эпохи.

– Тебе нужно что-нибудь? – прохладным тоном спросила Хлоя.

– Пуховой комбинезон для минус шестидесяти бы подошёл.

– Всё снаряжение уже собрано. Вернон знал, на какой материк мы отправляемся. Странно, что твой отец никогда не рассказывал тебе о Храме.

– Он скорее бы умер, чем дал мне отправиться в Храм, – тихо сказала Таисса. – Я удивлена, что твой отец отпустил тебя.

– «Бионикс» не может рисковать тем, что главе совета директоров могут промыть мозги в любой момент, – отчеканила Хлоя. – И членство Вернона в совете – не панацея.

– И ты сама хочешь быть Тёмной.

– Хочу. Глупо было бы не хотеть.

Наступило неловкое молчание.

– И глупо врать друг другу, – отрывисто сказала Хлоя. – Ты сама понимаешь, что ты мне очень сильно не нравишься. По очевидным причинам.

– Конечно.

– Но мы должны дойти до цели, а значит, будем одной командой. Несмотря на все нюансы.

– Я согласна, – тихо сказала Таисса. – Мы будем командой.

– Тогда мы поняли друг друга.

Хлоя кивнула Таиссе и быстро вышла, совершенно не путаясь в полах кимоно.