Глава 15

– Не думала, что ты захватил с собой бур.

– Ты вообще редко думаешь, Пирс. Отойди.

Таисса всё ещё тяжело дышала после приземления и долгого полёта. Комбинезон, балаклава и маски сидели идеально, тяжёлый рюкзак ей совершенно не мешал, и она была куда устойчивее к холоду, чем Хлоя, чьё тело почти терялось под слоями пуховиков. Но она едва выспалась и очень устала.

Наёмнику и Хлое, впрочем, пришлось ещё тяжелее: они летели в руках Дира и Вернона, зажатые железной хваткой так, что у них не было даже возможности шевельнуться. Светлый и Тёмный не хотели рисковать.

Но теперь они были на месте, в глубоком колодце, над которым нависали стены фирна и многолетнего снега, и самый настоящий промышленный бур вгрызался в лёд на её глазах.

– Здесь неглубоко, – пояснил Вернон. – Храм не позволяет нарасти слишком толстому слою снега и льда. Один Тёмный вполне мог бы разбить лёд и пройти вглубь, как Тёмные в замке моего отца при побеге. Но я предпочитаю экономить силы.

– Мы сможем там дышать? – спросила Таисса.

– В Храме действуют остаточные эманации. Там есть и воздух, и тепло, и даже что-то вроде световых жил, хотя я сам не понимаю, откуда они взялись. Это же было в твоих записях, Пирс. Ты разучилась читать?

– Но по этим эманациям Храм не найти, – утвердительно сказала Таисса.

– Твой отец нашёл, но по чистому везению. Хотя… – Вернон смотрел на неё, и выражение его глаз было странным и непонятным под маской. – Неважно. Просто одна мысль пришла в голову. И нет, Пирс, делиться ею с тобой я не собираюсь.

– Не очень-то и хотелось.

Таисса вскинула голову. Ночное небо озарялось фантастическим зелёным маревом полярного сияния. Темнота окружала её, лёдяное безмолвие, нарушаемое лишь шумом бура, расстилалось вокруг, и где-то под ногами…

…Был Храм Великого Тёмного.

– Как его вообще сумели построить здесь? – поражённо произнесла Таисса. – В этом климате? Одной лишь мощью Источника?

– Уверен, археологи написали бы целый трактат, – хмыкнул наёмник. – Вот только кто же их сюда пустит?

– Расщелина, – сухо сказал Вернон. – И я чувствую что-то. Светлый, а ты?

Дир склонился над ледяным штреком:

– Не уверен. Таисса, подойди. И достань ключ.

Крепко сжимая стержень рукой в термоперчатке, Таисса опустилась на колени. И затаила дыхание: ключ вспыхнул будто продолжением её ауры, и навстречу ей вдруг повеяло ответной аурой. Чужеродной, огромной, но близкой. Тёмной.

Сосредоточенный взгляд Вернона из-под маски не отрывался от Таиссы. Наконец он кивнул:

– Летим. Молча и осторожно. Хлоя, иди ко мне.

Наёмник усмехнулся и хлопнул Таиссу по плечу:

– Что, ждёшь не дождёшься, когда окажешься внутри?

Таисса покачала головой:

– Чёртов Храм. Я бы с радостью оказалась подальше отсюда.

– Чёртово подземелье, чёртов артефакт, чёртова судьба мира, – согласился наёмник. – Ты тонко уловила суть.

А затем был долгий полёт во льду, и одна темнота сменилась другой темнотой, в которой трудно было видеть даже Таиссе. Пока вдалеке не забрезжил свет.

Дир, который летел совсем рядом с ней, глубоко выдохнул:

– Преддверие Храма. Никогда не думал, что его увижу.

– Лютер, конечно, вперёди, – насмешливо сказал наёмник. – Первопроходец.

– Он самый сильный из нас, – возразила Таисса. – Не считая Дира, конечно. И он Тёмный. Кому ещё быть впереди?

Таисса взглянула вперёд. Вернон летел лишь в десятке метров от них. Совсем недалеко, но ей бы не хотелось оказаться на его месте. Кто знал, какие ловушки им готовил Храм?

Они летели к далёкому свету бесконечно долго. Линк Таиссы окончательно умер, и не помогло даже то, что Вернон снял для неё блокировку. Электроника была мертва. Связи у них больше не было. И способа узнать, что делают Светлые, не было тоже.

А потом Таисса увидела впереди исполинские ворота.

Огромная стена, на которой вместо барельефов и испещряющих камни рун было высечено одно-единственное лицо. И светящаяся вертикальная щель не толще шёлковой нити, раскалывающая его лоб, нос и губы надвое.

– Великий Тёмный, – прошептала Таисса.

– Собственной персоной, – насмешливо отозвался впереди Вернон. – Эй, парень, мы летим к тебе в гости!

Туннель расширился, переходя в сухую каменную пещеру. Здесь не было сталактитов и фрагментов ледяной корки, которые порой встречались в туннеле, и Таиссе не было холодно. Напротив, она почувствовала, что взмокла в комбинезоне.

– Как тяжело и как печально, – внезапно сказал Дир. – Вы это видите?

В неясном, неверном свете Таисса едва различала бесформенные обломки на полу пещеры. Камень? Черепки?

Нет. Кости.

Ухмылка полуразложившегося черепа. Горстка костей, образующих почти целый скелет, ещё скелеты в углах, у стены…

– Человеческие кости, – поражённо прошептала Таисса. – Сколько прошло лет? Когда они умерли? Кем они были – Светлыми, Тёмными?

– Какая разница? – хмыкнул наёмник. – У них не было ключа. А у нас есть.

– Образцом сострадания тебя не назовёшь, – спокойно заметил Дир. – Одна надежда на то, что ты хорош в своём деле.

– О, я хорош. Один марш-бросок с мешком рубинов из затерянного храма чего стоил. А уж в древних гробницах крышки с саркофагов я срывал, как с пивных бутылок. Ещё с отцом. И всё ещё жив, как видите.

– А что случилось с твоим отцом? – негромко спросила Таисса.

Наёмник сплюнул вниз.

– Какая разница? У перекати-поля вроде меня не бывает родителей. Только кредиторы.

Внезапно Вернон впереди резко снизился и почти упал, врезавшись в едва видимую поверхность плечом и рукой. Кубарем перекатился по земле, обхватив Хлою.

– Приземляйтесь! – донёсся до них его паникующий, дикий крик. – Живо!

Он разнёсся по туннелю эхом, словно Вернон Лютер был везде, в каждой точке вокруг Таиссы. Дир немедленно пошёл на снижение. Секунду спустя Таисса оказалась рядом с ним.

– Я ничего не чувствую, – удивлённо сказал Дир, когда его ступни коснулись неровной скалы. – Зачем…

Он сделал несколько шагов и вдруг охнул, складываясь пополам.

– Не подходи, – выдавил он. – Не делай ни шагу, Таисса.

Он протяжно, тихо застонал.

– Чего-то слабы вы стали, Светлые и Тёмные, – насмешливо сказал наёмник. – Я-то ничего не чувствую.

– И не почувствуешь.

Вернон подошёл к ним. Он выглядел как обычно, вот только у него подрагивали пальцы, а зрачки под маской были расширены во всю радужку.

Голос, впрочем, у него не дрожал ничуть.

– Мы влипли, и крепко влипли, – спокойно сказал он. – Пирс, оставайся на месте. Нет, лучше отойди назад, чтобы уж наверняка.

Таисса послушно попятилась, всё ещё ничего не понимая.

К ним подбежала Хлоя.

– Вернон, ты в порядке? Почему мы вдруг приземлились, что с тобой?

Таисса вдруг поняла и пошатнулась.

Она не чувствовала их аур. Ни одной.

– Всё хорошо, Хлоя. – Вернон не обернулся. – Просто мы с Диром только что лишились способностей. Временно или нет, я не знаю. Досадная мелочь, но мы сможем с ней жить. Светлый, ты как?

– Жив, – выдавил Дир. – Но ударило крепко. Второй раз экспериментировать я бы не стал.

– Я тоже, – кивнул Вернон. – Если мы сейчас шагнём обратно, чтобы проверить, вернутся ли наши силы, Храму это может сильно не понравиться.

Он тоже еле слышно застонал.

– Такое чувство, будто всё внутри превратилось в кашу. Меня будто переваривали заживо. Причём выпивая и ауру, и мозги.

Он обвёл взглядом огромную пещеру вокруг. Таисса последовала его примеру и заморгала: часть костей и черепов были словно вплавлены в камень. Один череп ушёл в скалу до половины, а в двух или трёх местах из скалы торчала лишь одинокая фаланга.

– Кажется, теперь я понимаю, отчего они погибли, – бросил Вернон. – Лишились способностей, как и мы, а потом медленно умерли от жажды.

– Они не просто умерли от жажды, Вернон. – Таисса показала на вплавленный в скалу череп. – Здесь произошло что-то ещё.

– Я бы не стал задаваться этим вопросом, – негромко сказал Дир. – Это было давным-давно, а нам сейчас всё равно не уйти из этого зала. Никому, кроме Таиссы.

Вернон повернулся к Таиссе:

– Пирс, ты сейчас единственная из нас, у кого способности сохранились. И единственная, кто может вылететь наружу.

Таисса похолодела, понимая, что это означает.

– Вы застряли здесь. И я – ваш последний шанс выбраться.

– Мы никуда не будем выбираться, – в тоне Вернона прорезались властные нотки. – Но наши шансы на выживание только что резко уменьшились, и нам нужно подумать, что делать дальше. Возможно, следует вообще оставить тебя здесь, чтобы обеспечить нам обратный путь.

– Но мой отец как-то выбрался, – возразила Таисса.

– Мы не знаем как. Мы не знаем, что с ним вообще случилось, Пирс. И, судя по тому, что он почти лишился рассудка и едва выжил, повторять его судьбу я бы не хотел.

– Кстати, – поинтересовался наёмник, – а у кого-нибудь снаружи есть координаты Храма?

У Марка была лишь долгота. Широту дал Вернону Эйвен Пирс. Единственный, кто знал координаты.

Знал раньше. Теперь они были заблокированы в его памяти.

Но говорить об отце, конечно же, было нельзя.

– Координат не знает никто, – бесстрастно сказала Таисса.

И тут же поняла, что сейчас скажет ей Дир.

– Ты должна вылететь наружу, где линк начнёт работать, и передать координаты Совету, – произнёс Дир. – Другим Светлым. Немедленно. Это приказ. Прости, Таисса.

Таисса на миг прикрыла глаза. В её крови нанораствор начал свою работу, давая ей знать, что она получила прямой приказ от Светлого, наделённого властью. Ещё немного промедления, и она почувствует первые предвестники боли.

А потом, очевидно, начнёт умирать. Приказ был слишком серьёзен, чтобы его не выполнить: судьба Храма Великого Тёмного и всех Светлых на планете была на кону.

Сопротивляться было бесполезно. Таисса выпрямилась, чувствуя, как нарастает покалывание в сердце. Оно пройдёт, едва она взмоет в воздух, но у неё было едва ли больше минуты до того, как это сделать.

Дир не убьёт её, она это знала. Но он будет повторять приказ снова и снова, пока у неё не останется сил, чтобы ему противостоять.

– Я удивлена, что ты не отдал мне этого приказа раньше.

– Потому что ты не успела бы выполнить никакой приказ, будь рядом я со своими способностями, – скучающим тоном сказал Вернон. – Началась бы драка, и кто знает, кому удалось бы выжить? Уцелел ли бы ключ? Остались ли бы ворота Храма запертыми навсегда? Как Светлые прошли бы дальше без тебя и без меня? А ещё раньше наш Светлый друг просто не знал координат.

Таисса едва держалась на ногах.

– Но теперь я единственная Тёмная, сохранившая способности, и ключ у меня, – с трудом выдохнула она. – Я не могу сопротивляться приказу.

– И не сопротивляйся. – Вернон вдруг очень знакомо улыбнулся ей и сбросил маску. Откинул капюшон, обнажая растрёпанные тёмные волосы. – Просто поцелуй меня на прощание.

– Не… – начал Дир.

Он не успел отдать ей новый приказ, но это было и неважно. Тело всё ещё подчинялось ей – и она могла пройти эти несколько шагов. И вдруг она поняла зачем.

Таисса кинулась вперёд.

Боль от нанораствора скрутила её и бросила к ногам Вернона. Но это было ничто по сравнению с моментальной агонией, пронзившей всё её тело.

– Всё, маленькая, всё, – прошептал Вернон, протягивая ей руку. – Ты победила.

Таисса со стоном поднялась.

Она сделала это. Она шагнула вперёд, в мертвую зону, – и её аура погасла.

– Больно, – прошептала она, чуть не рухнув обратно. – Я… мне всё ещё…

– Я отменяю приказ, – раздался голос Дира.

Таисса с облегчением выдохнула. Ей всё ещё было очень больно, но теперь, когда Дир отменил наказание, она снова могла дышать.

– Мне очень жаль, что я подверг тебя риску, Таисса. Но ты только что совершила огромную ошибку и, возможно, похоронила всех нас. Себя – в первую очередь, – в голосе Дира слышалась горечь. – Впрочем, теперь, когда ты больше не Тёмная, любые сожаления бесполезны.

– Нет, мы всё ещё Тёмные, я думаю, – задумчиво сказал Вернон. – Но Храм ясно говорит нам, что легко мы не пройдём. Эй, Светлый, ты куда собрался, ты!..

Дир не обратил на его вскрик внимания. Он быстро зашагал обратно во тьму.

– Интересно, шарахнет его ещё раз или нет, – проговорил забытый всеми наёмник. Он сбросил куртку и комбинезон и, полуголый, вылезал из термобелья. Рядом валялись знакомые джинсы и футболка. – А может, всё-таки вернёт способности? Эй, Тёмный, поспорим на пару миллионов?

– Отошёл бы в сторону и не позорился перед девушками своим голым задом, – беззлобно бросил Вернон. – Хм, а Светлый-то настроен решительно.

Фигура Дира удалялась всё быстрее.

– Он может и впрямь добраться до своих, – предупредила Хлоя. – И что мы будем делать?

– Ждать, пока этот идиот вернётся, и переодеваться, чтобы не взопреть. – Вернон пожал плечами. – Я с удовольствием на это полюбуюсь.

В рюкзаке Таиссы нашлись и джинсы, и лёгкая футболка, и чистое, не пропахшее потом бельё. Спрятаться было негде, поэтому она просто отошла в сторону.

Наёмник бросил на неё пару ехидных взглядов, пока она путалась в рукавах, но переодеться удалось быстро и легко. Хлоя споро переодевалась рядом ней, и Таисса без удивления увидела, как наследница «Бионикс» облачилась в чёрный плотно прилегающий к телу костюм, делающий её чертовски привлекательной.

А потом, едва Таисса подтащила свои вещи к рюкзакам остальных, она увидела, что Дир идёт обратно. Уже не быстрым и лёгким шагом: он чуть подволакивал ногу, и из носа бежала кровь.

– А регенерация-то работает, – протянул Вернон, когда Дир приблизился к ним, и Таисса заметила, что он перестал хромать. – И то хорошо. Итак, Светлый, ты убедился, что твои способности сгинули совершенно и окончательно, связи нет, а назад по штреку тебе не подняться?

Дир поднял на него очень холодный взгляд:

– Я убедился, что способности не возвращаются при пересечении черты. Если ты не чувствуешь благодарности, это твоё дело.

– После того как ты чуть не угробил малышку Пирс? Знаешь ли, вместо благодарности я бы с радостью разбил тебе нос. И меня здорово подмывает это сделать, раз уж он у тебя всё равно тут же зарастёт.

Таисса запрокинула голову, глядя на огромный барельеф лица перед ними. Вход в Храм. Она не видела замочной скважины. Значило ли это, что им всего лишь нужно коснуться ключом щели? Светлому и Тёмному?

– Думаете, Храм нас опознает? – сказала она вслух. – Поймёт, что мы всё ещё Светлые и Тёмные?

– А куда он денется, – подал голос наёмник. – Ваш Великий Тёмный строил эту штуку под себя, верно? Значит, пройдём и мы.

Они шли почти налегке. К поясу Таиссы была прикреплена катана, у Вернона за поясом висели знакомые ей с памятного боя в самолёте нунчаки, у Дира – его любимые кастеты. На поясе у Хлои висел нож, а наёмник, разумеется, был вооружён и ножами, и короткой трубкой с иглами, и Великий Тёмный знает чем ещё. Глядя на его мощные плечи, Таисса поняла: теперь, когда Вернон и Дир лишились способностей, Харон здорово превосходил их обоих по боевым качествам. К добру это было или нет, им лишь предстояло узнать.

У ворот количество костей, утонувших в скале, превышало все мыслимые пределы, и Таиссу начала бить дрожь. Если её отец был здесь, как он вообще спасся?

Одинокая кость, лежащая на земле, вдруг задрожала. По пещере пронёсся порыв ветра.

– Ш-ш…

Шипел, казалось, сам воздух. И, самое страшное, в этом странном шипении прорезывалось что-то отдалённо напоминающее человеческий голос.

И Таисса знала, что ей это не померещилось.

– Что это? – дрожащим голосом спросила Хлоя. – Ч-что это?

– Повод оказаться внутри как можно быстрее, – отрывисто бросил Дир. – Вперёд.

Когда они подошли к дверям, разом уплотнившийся воздух стал вязким и Вернон вдруг вскрикнул, сбрасывая с плеч рюкзак. Секунду спустя тот взорвался.

Хлоя закричала. Вернон толкнул её вперёд, к воротам, и в следующее мгновение Дир проделал то же самое с наёмником и Таиссой.

Второй взрыв разворотил рюкзак на клочки.

– И что же у тебя там было? – тяжело дыша, выговорила Таисса.

– Пистолет и две запасные обоймы, – пожал плечами Вернон. – Я не такой дурак, чтобы брать в Храм термодетонаторы.

– Тебе очень повезло, что тебя не задело.

– Инстинкты. Если ситуация меняется, предполагай, что она меняется в худшую сторону. Доставай ключ, Пирс.

Дир и Вернон протянули руки одновременно. Таисса помедлила.

– Хватайтесь за оба конца, – предложила она.

Вернон раздражённым жестом выхватил у неё ключ. Кожа на его руке, заметила Таисса, мгновенно вспухла и покраснела, но он даже не вскрикнул.

– Не давай лишних советов, Пирс. Ключ готов, и я прекрасно справлюсь один.

Он шагнул к воротам и провёл пальцами по едва заметной щели, через которую пробивался свет. И коснулся её ключом.

Исполинские каменные створки не сдвинулись с места, но по пещере снова пронёсся ветер. В этот раз он был куда сильнее: задрожали даже черепа, плотно сидящие в скале. И Таисса заметила то, чего не видела во время первого порыва ветра: в чудовищных глазах на каменном лице заклубилась тьма.

– С-самозванец, – с шипением выдохнула темнота. – С-смерть!

В следующий миг под ними задрожала земля.

Вернон мгновенно припечатал тонкий стержень к щели ладонью, потом вогнал его в щель сначала светлым концом, затем Тёмным. В отчаянии он повернулся к Диру.

– Быстро! – закричал он.

Дир оказался рядом за полсекунды. Его палец коснулся светлого конца…

…И ключ вспыхнул. Радостным светлым сиянием, озаряя Таиссу, Хлою, наёмника и двоих, Тёмного и Светлого, держащих ключ с обеих сторон.

Но ворота не дрогнули. А мгновением позже Таисса почувствовала, как волосы по всему её телу встают дыбом. Скала под ними превращалась в жидкую грязь, и их ступни начали проваливаться в неё.

– Светлый! Тёмный! Ключ! Врата! – в отчаянии заорал Вернон. – Рискуя повториться, скажу: что за чёрт?

– Может быть, дело в том, что мы лишились сил? – крикнула Таисса.

Ветер свистел в ушах так, что они почти не слышали друг друга.

– Ключ совершенно явно отреагировал на меня! – закричал в ответ Дир. – Это с Лютером что-то не так!

– Будем ждать, пока нам пришлют другого Тёмного посимпатичнее? – огрызнулся Вернон. – Мы погибаем!

Дир схватил Таиссу за руку.

– Нет, пока у нас есть Таисса! Живо!

Таиссу вдруг пронзило осознанием. Её саму ключ не обжёг. Почему?

В следующее мгновение Вернон с силой дёрнул её за себя и, чуть не вывернув ей руку, приложил её палец к ключу.

Секундой позже Дир и Вернон вскрикнули, отдёргивая руки. Таисса едва успела подхватить истекающий светом и тьмой стержень.

Ветер стих. Скала, угрожавшая проглотить их и сомкнуться над их головами, рассыпалась безобидными хлопьями вокруг их лодыжек и ступней, и хлопья эти на глазах изумлённой Таиссы растаяли в воздухе.

Врата открывались.

– Быстро, быстро, быстро! – заорал Вернон, пропихивая подбежавшую Хлою внутрь.

Какой-то инстинкт удержал Таиссу от того, чтобы забежать следом. Она помедлила несколько секунд, пока Дир и наёмник не оказались внутри, и лишь тогда шагнула вперёд. И почувствовала, как каменные створки закрываются за ней, подталкивая в спину.

Бешеный взгляд Вернона ожёг ей лицо:

– Ты совсем рехнулась, Пирс? Думала остаться снаружи и там подохнуть? Ты…

В серых глазах Вернона вдруг мелькнуло что-то странное.

– Ты совершенный ребёнок, – добавил он спокойнее, протягивая руку. Таисса безропотно вложила в неё ключ, и он еле заметно поморщился от нового ожога. – Не поступай больше так, пожалуйста. Я бы искренне хотел, чтобы нам не пришлось искать, где похоронить твои кости, и тащить на себе твою воду. Волочи её сама.

Таисса уже не слушала его.

Они были в Храме.