Глава 27

Вернон опустил руку. Раджесс рухнула на бок лицом к Таиссе, выронив кинжал.

А секундой позже тьма исчезла из её глаз.

– Вернон, – прошептала Хлоя. – Где мы?

– Потом всё объясню. Ты что-нибудь помнишь?

– Только то, как легла на алтарь, а потом… – Она оглядела свой наряд. – Что это?

Вернон помог ей подняться.

– Знаю, знаю, – сказал он, поймав её взгляд. – Мне не помешали бы контрастный душ и штаны. Сейчас покопаемся в рюкзаке у Светлого. Но сначала…

Он осторожно взял руку Хлои в свои, и перстень соскользнул с её пальца. После этого Вернон надел перстень сам, склонился над гробницей, подобрал два линка – свой и Таиссы – и действительно уселся разбирать рюкзак Дира.

– Эй, Светлый, – позвал он, – открывай глаза. Даже я чувствую, что тебе лучше. Всё, экспресс-целительство окончено, впереди марш-бросок к Источнику, вставай и вперёд. Или ты всё ещё стесняешься, что моё кун-фу лучше твоего и я куда лучший эксперт в том, чтобы внушать красивым девушкам слушаться меня и только меня?

Если бы он только знал! Если бы Таисса могла попросить Вернона сделать с ней то же самое, что с Хлоей, снять с неё внушение, разблокировать её сознание! Если бы…

Дир со стоном сел.

– Осталось самое неприятное, – сообщил он. – Найти выход. Спасибо, что подала мне меч, Таисса.

Таисса с ужасом поняла, что её футболка, которой она замотала рукоять меча, всё ещё лежит у Дира на груди, а она обнажена до пояса. Дир осторожно развернул светлую ткань и протянул её Таиссе. Таисса приблизилась, нагнулась и молча взяла её.

Их руки встретились. Его глаза оказались на уровне её груди, но Дир мгновенно поднял взгляд выше, к её лицу.

– Пожалуйста, – прошептала она. Один-единственный раз. – Освободи меня.

Она ощущала себя деревом, чьи корни обернулись цепями, которые всё глубже вгрызались в камень, беспощадно приковывая гибкий юный саженец к одинокой скале. К острову, затерянному во тьме, имя которому было – Дир. И её будущее, её жизнь, её любовь зависели только от его слова.

Губы Дира шевельнулись, и Таисса поняла, каким будет ответ.

– Будущее всех Светлых значит для тебя больше, чем одна девочка, – тихо-тихо сказала она.

– Ты всегда это знала.

– Знала, – прошептала Таисса. – Просто не верила.

– Таисса… – Дир слабо улыбнулся. – Я уверен, что Вернон любит тебя не меньше, чем я, а может быть, даже больше. Но если выбор встанет между тобой и Источником, он выберет то же, что и я. И уничтожит тебя, если ты попытаешься его этого выбора лишить.

Таисса вспомнила Вернона в её будущем. Потерявшего любовь, семью, готового вычеркнуть из своей жизни полтора последних года. Получил ли он в том будущем Источник?

Теперь, когда она об этом задумалась, ответ был очевиден.

Нет. Конечно, нет.

Но всё ещё могло измениться.

Таисса натянула футболку, не глядя на Дира.

Его предательство будет отзываться в ней болью до самой смерти. Впрочем, если верить прогнозам Великого Тёмного, ждать осталось совсем недолго.

– Что ж, – негромко сказала она, – наслаждайся своим призом. Где меня похоронить, думаю, ты уже знаешь.

На выражение его лица она даже не посмотрела.

Вернон встал, застёгивая джинсы. На его мизинце блестел перстень Великого Тёмного, лицо было спокойно и собранно.

– Как я понял, вы с Диром крупно поцапались, – сообщил он, кивая Таиссе. – Не хочешь рассказать почему?

Таисса вдруг улыбнулась.

Внушение запрещало ей говорить об этом. Запрещало привлекать внимание к своему необычному состоянию любыми способами, включая дикие прыжки и слишком долгое стояние на месте, запрещало вести себя неестественно, запрещало пытаться рассуждать абстрактно, поднимая тему внушения снова и снова. Таисса успела проделать в мыслях десятки ментальных экзерсисов, пытаясь понять, как показать Вернону, что с ней что-то не так, но неудачными оказались все.

Но молчать ей не запрещало ничто.

– Пирс?

– Оставь её в покое, – вмешался Дир.

В его глазах не мелькнуло ни тени смутного беспокойства. Но она знала, что он понял.

– Хорошо, – пожал плечами Вернон. – Ваше дело.

Он картинным жестом обвёл гробницу. Круглый зал без входа и выхода, единственным предметом в котором был чёрный саркофаг. Цельный, как уже успела заметить Таисса: ни отдельной крышки, ни щелей в глухом камне не было. Не было щели и внизу: саркофаг, казалось, составлял одно целое с полом.

– Так куда мы пойдём? Внутрь?

Взгляд Таиссы упал на её собственную катану, всё ещё лежащую на полу. Таисса подошла, наклонилась к длинной рукояти, прицепила катану к поясу, и тут на неё хлынула ненависть. Не от катаны. От клинка жрицы, который лежал забытым на полу в двух шагах от саркофага.

Таисса коснулась клинка, и по руке прошла злая вибрация. А потом конец лезвия совершенно ясно шевельнулся, указывая на саркофаг, будто клинок тянулся к мощному магнитному полюсу. «Вот он, – словно говорил кинжал. – Вот он, путь к Источнику».

Но единственное, что Таисса могла сделать с саркофагом, – разбить его.

Таисса вдруг вспомнила расколотую плиту над своей могилой. Значило ли это, что сам клинок указывал ей, что делать?

«Этот штрих наложил я».

– Таисса, что там? – позвала Хлоя. В её голосе снова появились уверенные нотки: похоже, она приходила в себя. – Ты что-то видишь?

Таисса больше не колебалась. Она схватила кинжал, с силой вогнала его в стену саркофага, и клинок разлетелся в её руке на кусочки мельчайшего стекла.

Ей словно плеснули в лицо жидкой тьмой. Осколки камня брызнули в стороны, как перепуганные кошки. Вернон сдавленно ругнулся, закрывая собой Хлою.

А Дир быстрыми шагами пересёк зал и склонился над обломками.

Саркофаг был совершенно пуст.

– Фальшивая могила, – протянул Вернон. – И этого не знала даже жрица Храма? Вряд ли она хотела уморить меня над ненужным мусорным ведром.

– Рядом с которым, – иронически произнёс Дир, – совершенно случайно лежало кольцо, что поблёскивает теперь на твоём пальце. Даже я отсюда чувствую его силу. Мы на месте, Лютер. И этот саркофаг…

Он осёкся.

Вверх из саркофага протянулся тонкий луч света. Словно полярная ночь наверху разошлась, тонны камня и льда разверзлись, и на место, бывшее гробницей Великого Тёмного, наконец-то упал луч солнца.

Таиссе вдруг очень захотелось его коснуться. И когда её взгляд упал на Вернона, она поняла, что он хочет того же.

И Дир. И Хлоя.

– Подозреваю, – медленно сказал Вернон, – что это и есть путь к Источнику, не так ли? Осталось только взяться за руки и коснуться этого милого лучика, как я понимаю.

Он помолчал.

– Но я бы не торопился. Мы все видели сон Великого Тёмного, и все мы, кроме Хлои, помним, что там случится: труп нашей общей знакомой Таиссы Пирс. Гарантированный, мёртвый, стопроцентный труп.

– В наших силах это изменить, – негромко сказал Дир.

– О чём я и говорю. Вопроса, лезть туда или нет, на повестке дня вообще не стоит. Лезть, конечно. Обратного пути нет в любом случае. Но давайте просто возьмём один час на то, чтобы подумать: а что мы можем сделать, чтобы вылезти оттуда без трупов и умирающих товарищей на руках?

Вернон обвёл всех серьёзным взглядом.

– Один час на то, чтобы спасти жизнь Таиссы. Если у кого-то появится идея, неважно, насколько глупая, высказывайтесь.

Вернон снова назвал её по имени. Без прозвищ и ласкательных имён. В последнее время он делал это так редко, что подобные случаи можно было пересчитать по пальцам.

Впрочем, этот почти наверняка был последним.

Таисса отошла в угол в молчании. Никаких идей у неё не было. Что она может придумать, когда даже не знает, что их ждёт?

Вместо этого она думала об отце. В его голосе была искренняя боль и искренний ужас, когда она сказала, что умрёт. Возможно, они ещё смогут сблизиться?

А потом Таисса вспомнила, что из Храма она не вернётся, и покачала головой. Бесполезно. Нужно искать выход, но она понятия не имела, где и как.

Что же убьёт её у Источника? И что может её защитить?

Вернон неслышно подошёл к Таиссе.

– Поднимемся наверх, – предложил он. – Я хочу поговорить с тобой… просто так, напоследок. Без роковой страсти и коварных планов.

Дир бросил на них непроницаемый взгляд.

– Я бы напомнил, – ровно сказал он, – что мы уже достаточно задержались здесь. И дальнейшая задержка и тем более возвращение назад могут быть расценены Храмом как трусость – и наказаны соответственно.

– А мне плевать, – сообщил Вернон. – Утрись, Светлый. Потерял такую девушку – вот и сиди тут. Или мне достать нунчаки уже сейчас?

Он усмехнулся:

– Совсем забыл, что наши с Хлоей вещи остались наверху. Пойду заберу. Там есть пара штучек, которые могут нам пригодиться, не говоря уже о нормальной одежде для Хлои. Идём, Пирс.

Он обхватил её за плечи, утягивая за собой. Таисса обернулась на Дира: на его лице по-прежнему не было никакого выражения.

Но он смотрел на неё.

По ступеням они поднялись молча.

Вернон склонился над своим рюкзаком, достал нунчаки, вольфрамовую коробочку, в которой он хранил ключ, и небольшой предмет, который тут же исчез в его ладони. Рюкзак Хлои он закинул за спину.

А потом Вернон сел на бортик высохшего теперь бассейна и похлопал по нему, предлагая Таиссе сесть рядом. Она послушалась, и Вернон обнял её на плечи, привлекая к себе.

– Последние минуты затишья, – негромко сказал он. – Что же ты такое увидела в будущем, что теперь шарахаешься от Светлого? Тогда в воде ты произнесла его имя так, будто и впрямь хотела его убить.

Таисса молчала.

– Нам нужно быть заодно, как это ни грустно, – так же негромко сказал Вернон. – Поверить не могу, что это говорю, но не ненавидь его, пожалуйста. Он наш соперник, да, но не смертельный враг, и, вероятнее всего, нам всё-таки придётся пойти на переговоры.

Таисса вздохнула и закрыла глаза, прижимаясь к его плечу. Она уже смирилась с тем, что Вернон ничего не узнает. С тем, что у Источника её ждала неизвестная опасность, если не гибель. И теперь она просто наслаждалась покоем и близостью того, кто…

Она прикусила губу, вспоминая тонкую фигуру Хлои в золотых пластинах. Раджесс покинула её тело, но это ничего не меняло.

– Ты женишься, – тихо сказала Таисса.

Пальцы Вернона подхватили её за подбородок, поднимая лицо к нему. В его глазах горела сумасшедшая надежда.

– Если ты выживёшь, я пошлю всё к чёрту, – хрипло сказал он. – «Бионикс», этот брак, все дурацкие причины, которые мешают мне поднять тебя на руки и унести далеко-далеко.

– Все, кроме Источника.

Вернон засмеялся:

– Ну уж невозможного от меня ждать всё-таки не стоит. Вряд ли твой отец отказался бы от нового мира для всех Тёмных лишь потому, что его ждала красивая девушка.

Он поцеловал её в кончик носа.

– К тому же я делаю этот новый мир и для тебя, Таисса-искусительница. Для нас. Чёрт подери, мы можем быть вместе в этом мире, и никакой нанораствор нас не разлучит. Источник делает всех Тёмными, помнишь? Ты вернёшь себе самую Тёмную ауру на свете. Как тебе такая перспектива?

Сердце Таиссы вдруг напряжённо застучало. Сейчас или никогда.

Она смотрела на Вернона. И не отвечала.

– Обычно ты поддерживаешь мои шутки, – с лёгким удивлением сказал он. – Что, тебе совсем не нравится эта идея?

Ни слова в ответ. Он едва заметно нахмурился.

– Но хоть что-то ты мне скажешь? Предложишь идти к чёрту со своим новым миром, пообещаешь набить морду, если я не признаю тебя самой главной Тёмной?

Таисса молчала. Всем телом, всем сознанием она чувствовала чудовищное напряжение. Но внушение позволяло ей молчать.

Вернон выпустил её лицо.

– Ты сама на себя не похожа. И, честно сказать, глядя на твоё лицо, я начинаю опасаться, как бы ты не начала ненавидеть и меня наравне со Светлым. Оно меня пугает.

В его голосе слышалась обида, неподдельная, настоящая.

Таисса прерывисто вздохнула и отвернулась.

– Пирс. – Он нерешительно коснулся её плеча. – Да что с тобой? Таисса?

Она молчала.

– Если… – Вернон судорожно выдохнул. – Если ты погибнешь, я не смогу жить без тебя. Я понимаю, как банально это звучит, но тот обречённый парень с бокалом виски из будущего? Мне будет ещё хуже.

Тишина.

По щекам Таиссы катились слёзы, но она не произнесла ни слова.

Он выпустил её плечо и встал.

– Кажется, ты хочешь побыть одна. Что ж, не буду тебе мешать.

Таисса сглотнула, робко поворачивая к нему голову. Если…

Нет. Он ничего не заметил.

Вернон пожал плечами и начал спускаться по лестнице.

«Пойми, пожалуйста, – мысленно взмолилась Таисса. – Пойми, пожалуйста!»

Он не обернулся.

А потом вдруг послышались быстрые шаги, смазанная фигура скользнула к ней на сверхскорости, и пальцы, вцепившиеся ей в футболку, рывком подняли её на ноги.

– Что? – хрипло прошептал Вернон. – Что он с тобой сделал?

– Ничего, – выдавила Таисса.

В этот раз она не могла молчать: слово вырвалось само. Она не владела своим горлом. Она вообще уже ничем не владела.

Вернон закрыл глаза и положил руку ей на лоб.

– Я хотел проверить, есть ли на тебе внушение, но не смел коснуться твоего сознания, – прошептал он. – Я боялся сломать тебя, я слишком боялся навредить. Я боюсь потерять тебя больше всего на свете, даже больше, чем потерять Источник. Потому что будущее всех Тёмных, кажется, значит для меня меньше, чем одна девочка. Даже моё собственное будущее: я ведь тоже Тёмный.

Он засмеялся. Звук с трудом проходил сквозь его зубы, лицо, застывшее в концентрации, было бледным до белизны, высокие скулы напряглись.

– Но сейчас я это делаю. Чувствуешь? Я это делаю.

С ней что-то происходило.

Внушение не отступало. Оно засело в ней тупой занозой, ныло, замыкая губы, заставляя бежать в глубины сознания и прятаться от себя самой.

Но становиться жертвой другого внушения оно ей не препятствовало.

Хотя Вернон не накладывал на неё внушения. Он дарил ей свободу. Его воля, словно река, шла стеной на чужую, давно отступившую, но оставившую мощный заслон в виде каменной плотины, и медленно, тонкими струйками воды, прорывалась сквозь неё.

– Я люблю тебя, маленькая, – шепнул он. – Потерпи. Не будет никакой Хлои, не будет никакого Дира. Только я и ты.

И поток воды смёл плотину к чертям.

Таисса потеряла сознание.

Когда она пришла в себя, её голова была у него на коленях, а его руки…

Расположились на её теле совершенно бесцеремонно. Настолько бесцеремонно, что Таисса почувствовала, что краснеет.

Вернон склонился над её ухом:

– Доставить тебе удовольствие? Поверь, я умею.

– Хочешь отпраздновать моё освобождение? – слабым голосом сказала Таисса.

– И это тоже. Но вообще-то я просто хочу заняться с тобой любовью. Умираю от желания, если честно. – Выражение его лица было задумчивым. – Наверное, это побочный эффект того, что я заглянул в твоё сознание. Ни с Хлоей, ни с кем-то ещё из людей такого не было.

– Ну, хоть так. Я бы не одобрила, если бы ты занимался любовью с каждым ночным воришкой.

Они вместе засмеялись, и Вернон осторожно убрал руки.

– Прости.

– Да ничего. Ты заслужил.

– Но продолжения, как я понимаю, не будет.

Таисса покачала головой:

– Не здесь и не сейчас. Не пока нас ждут внизу. Я просто… не смогу. – Она чуть улыбнулась ему. – Даже с тобой, Л. Особенно с тобой.

– Я понимаю, Т., – нежно сказал Вернон. – Но когда-нибудь…

Их взгляды встретились.

– Когда-нибудь, – прошептала Таисса.

– Кстати, что он тебе приказал? Теперь ты можешь говорить.

– Отдать Светлым Источник. И молчать о внушении. Я узнала совсем недавно.

Она рассказала ему о том, как оказалась во льдах. О том, на что был способен её линк, украденный у Лары, и как Таисса подслушивала Светлых, чтобы узнать и о рейде на «Бионикс», и о попытке влияния Лары на Дира, и о слежке Светлых за их самолётом. Как звонила Нику Горски. Как шантажировала Светлых, как потребовала узнать имя матери Вернона. И, наконец, как добилась того, чтобы Светлые объявили мораторий на внушения на целый год.

– Они пришлют имя моей матери на твой линк? – неверящим тоном произнёс Вернон.

– Должны.

Он без слов обнял её.

– Спасибо.

– Я тоже тебя люблю.

Они поднялись с пола, Вернон поднял рюкзак, и они вместе двинулись к лестнице.

– Ни слова, – услышала Таисса его шёпот. – Пусть думает, что будет так, как хочет он.

Таисса молча кивнула.