Глава 3

Когда Таисса вновь открыла глаза, небо над морем снова было нежно-розовым и пурпурным, только солнце было уже с другой стороны и больше не светило в иллюминатор.

Натыкаясь на стены каюты и ещё не вполне отойдя от сна, Таисса приняла короткий душ и переоделась в длинное тёмное платье к ужину. Вещей у неё почти не было, но это мало волновало Таиссу. Куда важнее было то, что у неё была свобода.

Она вышла на палубу и не без удивления обнаружила там накрытый стол. С гнёздами для блюд и приборов, чтобы ничего не опрокинулось при качке, но безупречно сервированный и изящный всё равно.

Но Вернона за ним не было.

Она нашла его на корме, склонившегося над линком. Остановилась, присев поодаль у борта. Тёмные волосы Вернона ерошил ветер, рубашка развевалась лёгким парусом, и выглядел он просто великолепно: стройный, мускулистый, успевший загореть за эти дни.

И совсем не похожий на того, кому осталось жить менее года.

Таисса хотела было его окликнуть, но потом до неё донеслись его слова.

– …Просто попробуйте никого не убивать. Да, я понимаю, это сложно. Быть под наблюдением Светлых и терпеть рядом с собой кого попало – та ещё работка. Я бы не выдержал. Дьявол, да никто бы не выдержал! Но вам придётся.

Он помолчал.

– Мне легко говорить, да? Сбежал от Совета и от рутины, наслаждаюсь жизнью под свободным солнцем, да ещё и осмеливаюсь вам что-то советовать, как будто вы сами не знаете, что жить без способностей – плохо, а получить пожизненное за убийство и очутиться в силовом коконе без штанов – ещё хуже. Но вот чего вы не знаете: у меня есть план.

«Какой план?» – чуть не спросила Таисса. Но удержалась. Если бы на записи, которую Вернон наверняка транслировал в сеть, появился бы и её голос…

Светлые и так подозревали, что он помог ей бежать. За ними начали бы охотиться в десятки раз усерднее: поимка Вернона означала бы, что поймают и её. А у Вернона и без того хватало проблем.

– Так вот, – весело сказал Вернон. – Светлые охотятся за мной. Чёрт подери, они будут охотиться за любым Тёмным, который сбежит у них из-под носа. Нас заставляют жить, где они хотят, нам запрещено общаться друг с другом, и даже в сеть, я знаю, многие из вас выйти не могут и слушают это сообщение из третьих рук.

Таисса закусила губу. Так быть не должно.

– Так быть не должно. И не будет. Бывшие Тёмные начали движение за отмену массовых внушений, и оно только набирает силу. На нём все надежды человечества – и на мне, разумеется.

Вернон перевёл дыхание.

– Так что ещё раз: не убивайте никого. Оставайтесь несправедливо угнетёнными Тёмными, которым симпатизируют и сочувствуют. Мы будем давить на Светлых, пока те не отменят массовые внушения, а потом несколько миллиардов человек, у которых отобрали всё, от баров и беспорядочных связей до любимых сетевых игрушек, добьют их за нас.

Вернон усмехнулся:

– И заметьте, я всё ещё не рассказал вам про свой план.

Он отключил связь и обернулся к Таиссе:

– Пойдём ужинать?

– Как ты догадался, что я здесь?

– Ну, раз уж до меня не доносилось громкого призывного чавканья… – Он развёл руками. – Жажду его послушать, кстати.

– Что-то мне подсказывает, что с другими своими подружками ты обращаешься повежливее.

– А ты считаешь себя моей подружкой? Потому что я уже готов пропустить ужин.

Таисса только вздохнула.

Половину трескотни Вернона за ужином она пропустила мимо ушей, хотя обычно слушала его улыбаясь. Но у неё был линк, который являлся ключом к тайнам Совета, и не думать об этой новости постоянно, неотрывно и настойчиво было выше её сил.

– Вернон, ты долго привыкал к своему линку? – наконец спросила она.

– К осколку империи Майлза Лютера, моего дражайшего отца, лежащего сейчас в криосне? – Вернон мельком глянул на линк стального цвета на своём запястье. – Да не очень. К тому же, что он может мне сейчас дать, кроме защищённой связи? Доступ к скрытым базам? Там небезопасно: парочку уже успели проверить Светлые. По крайней мере, сигнал о вторжении мне пришёл. Не сомневаюсь, они успели содрать обои, вывезти всё мало-мальски ценное и походя наложить кучу на кровать.

Таисса прыснула.

– Нет, есть ещё сюрпризы, и не один, – задумчиво сказал Вернон. – Но оставим их для экстренного случая.

Таисса отложила вилку и промокнула губы салфеткой. Утка с ананасами, хоть и не приготовленная Верноном собственноручно, а замороженная в ближайшем ресторане, была великолепна.

– А какой случай будет экстренным?

Вернон долго смотрел на Таиссу.

– Например, – негромко сказал он, – вот этот.

Он перегнулся через стол и поцеловал её.

Поцелуй должен был выйти быстрым и нежным, но, уже оторвавшись от её губ, Вернон приник к её рту снова, и она не успела понять, как целует его в ответ. Долго, упоённо, под темнеющим на глазах вечерним небом.

Таисса сама не заметила, как оказалась в его объятиях. Дул вечерний бриз, покачивалась под ногами палуба, и руки Вернона, казалось, могли удержать её в самый страшный шторм.

Впрочем, так оно и было.

Вернон едва коснулся линка, но на грани слышимости заиграла музыка. Хриплый саксофон коснулся ушей Таиссы, успокаивая и обволакивая.

– Вернон, я…

– Ш-ш. Это всего лишь танец, Таисса-оленёнок. Не убегай. А то я брошусь в море, и как знать, сколько там будет привлекательных русалок?

Они тихо засмеялись.

Вернон легко подхватил её руку, положил вторую ей на талию, и они медленно поплыли по палубе.

– Можно подняться в воздух, – шепнул он ей. – Провороним яхту, будем искать её всю ночь, а потом рухнем на палубу и заснём как убитые. Или, – его рука скользнула по её талии вниз, – не заснём.

Таисса подняла бровь, и рука Вернона тут же вернулась на прежнее место.

– В такой романтический момент грех не признаться тебе в любви, – задумчиво сказал Вернон. – Но если у тебя вдруг окажется в кармане нейросканер, выйдет неудобно.

– Думаешь, это окажется наглым враньём?

– Если я и сам порой не знаю, представь, что нейросканер может тебе наплести. Скорее всего, его просто заклинит и он взорвётся.

– Когда твой отец спросил тебя об этом, ты знал.

– Знал ли? Я был на нейролептиках, детка. Я мог соврать кому угодно о чём угодно, и никакой нейросканер меня бы не уличил.

Он сжал её чуть крепче и посмотрел наверх. Таисса подняла голову вслед за ним: над ними двумя разгорались первые звёзды.

– Ты вот, уверен, тоже не знаешь.

Таисса промолчала.

– Можно подумать, я тебя осуждаю. Нет. Никто этого не знает, малышка. Мы спасаем друг другу жизни как нечего делать, но вот насчёт того чтобы прожить друг с другом всю жизнь, даже до боли короткую…

Он покачал головой:

– Кто его знает. Но я, пожалуй, рад, что ты здесь.

– «Пожалуй»?

– Переночуем в моей каюте? Утром я буду знать точно.

Таисса вздохнула:

– Ты неисправим.

– И люблю тебя братской любовью, – согласился Вернон. – Невинной и чистой. Ладно, пойду настраивать автопилот. Мы будем у базы «Бионикс» к утру, так что можешь начать сочинять мне балладу о том, как я велик и могуч.

Он выпустил её из объятий.

– Предложение переночевать в моей каюте я не отменяю.

Таисса проводила его взглядом. Предложение Вернона вовсе не было ей неприятно, и порой она сама хотела послать всю свою сдержанность к чёрту. Тем более что целовался он отменно.

Но что-то удерживало её до сих пор.

Неуверенность в его чувствах, наверное. А может быть, в своих собственных.

Таисса вернулась в каюту. Она хотела посидеть в сети и почитать новости, но не решилась. По милости её деда, Александра, в её венах курсировал нанораствор, медленно превращающий её в Светлую и вынуждающий выполнять их приказы. И каждый раз, если эти приказы не противоречили Светлой этике, они срабатывали, бросая её на колени, принуждая к тому, чего она не хотела делать. Таисса не могла сопротивляться: её единственным выбором было подчиниться или страдать от боли, а если приказ бил слишком сильно – быстро и мучительно умереть.

И стоило им оставить ей приказ в сети, а Таиссе – его прочитать…

Таисса не могла этого допустить. Да и вообще, что она могла там увидеть, чего Вернон мог не сказать ей?

Она вдруг вздрогнула. Вернон мог…

Вернон мог обмануть её без колебаний только в одном случае.

Таисса снова схватилась за линк, нетерпеливо перелистывая страницы. Вот оно.

– Во имя Великого Тёмного, – прошептала она.

Человека, похожего на Эйвена Пирса, видели дважды, один раз – в полукилометре от того места, где он утонул. В приморской деревне, где чужаки были наперечёт.

Сердце Таиссы стучало так громко, что, казалось, заглушало даже шум моря.

А потом чуть не остановилось.

Пусть даже Светлые упустили бы его, но неужели её отец не связался бы с Рамоной по встроенной связи? Неужели Рамона не связалась бы с ней, с Таиссой? Нет. Это было невозможно. Её отец уже один раз притворялся мёртвым для всех, даже для неё, и второй раз, Таисса знала, он с ней этого не сделает.

Нет. Эйвена Пирса больше не было, и надежда была напрасной. Вернон поступил совершенно правильно, скрыв эту новость от неё.

Таисса закрыла лицо ладонями и заплакала. Она плакала, пока из её глаз текли слёзы. Когда они иссякли, она повернула голову к линку, перечитывая сообщение об Эйвене Пирсе, и они потекли снова.

Наконец она заснула.