Глава XI. Представление

Свернув за угол, Руслан быстрым ходом направился через небольшую многолюдную площадь в сторону дома. Идти было недалеко и двуколку он решил не нанимать. Проходя мимо лавок с вкусно пахнущими кренделями и сладостями, он вдруг заслышал мелодичный быстрый напев, а точнее песню, которая звонким эхом разливалась по всей площади. Он приблизился к шумному кругу людей, отмечая, что приятный женский голос поет про некого удалого парня, который решил покорить весь мир.

Голос показался ему знаком. Он протиснулся через толпу людей вперед, ожидая увидеть неких скоморохов или попрошаек, которые пели за деньги и тут же замер как вкопанный.

Около большой железной статуи царя Любомира Благословенного, прямо на запорошенной снегом земле стояла Фрезия в каком-то невозможно вульгарном костюме. На ней была алая легкая курточка, белые штаны, обтягивающие ее стройные ноги и невысокие красные сапожки. Перед ней на задних лапках ходил вредный фенек, скаля острые зубки и явно хотел понравиться публике.

Фрезия красиво и громко выводила своим высоким сопрано веселую мелодию, а на своем тонком теле умудрялась крутить множество разноцветных тонких колец в два раза шире ее бедер.

Ее длинные волосы, собранные в высокий хвост нисколько не мешали. На ее талии и левой руке несколько дюжин колец умело вращались вокруг своей оси. А правой рукой она то и дело подбрасывала одно широкое кольцо и щелкала пальцами. И из летящего в воздухе кольца вмиг вылетали снежные-бабочки. Она вновь ловила кольцо и немного покрутив его на тонком запястье, снова покидывала. Остальные кольца, крутясь вокруг ее тонкого стана умело перемещались по ее телу от колен, до шеи и обратно.

Опешив Руслан некоторое время стоял, замерев, отмечая, что она очень ловко управляет своим изящным телом, и у нее хорошая физическая подготовка, ведь удерживать на своем теле столько колец и не уронить было очень трудно. И он видел, что она применяет магию только чтобы выпускать белых бабочек-снежинок.

В это время соломенный фенек ходил вокруг девушки на задних лапках, и на каждом круге подпрыгивал вверх и делал два кувырка в воздухе и вновь приземлялся на задние лапки, крича человеческим низким голосом:

– Я мастак!

Окружающей и хлопающей публике явно нравилось это представление, и они охотно кидали в небольшую шапочку серебряные и даже золотые царьки.

Впереди всех сбоку от Фрезии стояли два молодых парня в простых одеждах и подбадривали ее, присвистывая.

– Эй, красотка! Еще, еще! – громко горланил один из них и хлопал в ладоши.

Второй парень, видимо его дружок, подыгрывал девушке на губной гармошке, постукивая ногой в такт веселой песенке.

Фрезия, видя горящие глаза публики, и подмигивая этим двум парням, продолжала вертеть на своей изящной талии и руках тонкие кольца, и все заливистее пела веселую песенку.

Отчего-то эти два мутных парня сразу не понравились Руслану. И вообще все это шарлатанское действо вызвало у него негодование. Разве могла приличная барышня показывать свои бедра в обтягивающих штанах всему кварталу, да еще и петь, словно попрошайка на площади? Нет приличные барышни ходили в платьях до пола и не фиглярили на площадях.

Потому после очередного припева Руслан, решительно оттолкнув первых зевак, вышел вперед. Он быстро подошел в девушке и, схватив кольца на ее талии, чтобы они перестали крутиться, одном движением стянул их через ее голову.

– Фрезия, прекращайте этот уличный балаган! – заявил он властно, перекидывая кольца на свой локоть и сверкая на нее глазами.

Она охнула, не ожидая его внезапного появления, и пара колец упали к ее ногам. Молодой же человек уже развернулся к явно недовольной толпе и прокомментировал свои действия:

– Господа, представление окончено, прошу расходиться!

Хотя и поднялся тихий ропот, но прохожие не хотели уходить, а Лис тут же схватил шапочку с серебром и золотом и прижал к себе, чтобы кто-нибудь ненароком не стащил.

– Эй ты, мужик, тебе че надо? – тут же к ним приблизился парень с губной гармошкой. Он встал перед Фрезией, загородив ее своей коренастой фигурой и сжал кулак. – Видишь у нас представление. А ты все испортил!

– А ну, проваливай отсюда, пока бока тебе не помяли! – с угрозой поддержал второй детина, хватая Руслана за рукав, и пытаясь оттащить его в сторону.

Но не смог Мрачного даже сдвинуть с места.

– Проваливайте, лучше сами, пока я не разозлился! – ответил хмуро Руслан и, обернувшись к девушке, велел: – Фрезия, собирайте свои вещи, мы уходим.

– Девица эта наша, – не унимался первый парень. – Мы ее первые увидели! Так что отвалишь отсюда ты!

Тот, что стоял перед девушкой, быстро сунул в карман губную гармошку и резко вытащил из-за пазухи нож, выставив его вперед. Фрезия испуганно вскрикнула, а лис вдруг зарычал.

– Нам не нужны покровители! – процедил Лис, угрожающе зыркая на парня с ножом.

– Он еще умеет говорить? – пролепетал второй парень.

Один из парней, который держал Руслана за рукав, попытался ударить его, но Мрачный быстро отклонился и со всего размаху саданул кулаком его в лицо. Парень отлетел на десяток шагов и осел на снег. Немедля Руслан бросился на второго и, выбив сильным ударом у него нож, схватил его за руку и вывернул ее.

– Девушка эта моя и уйдет со мной, я понятно выражаюсь? – процедил Руслан угрожающе в лицо парню.

Для убедительности своих слов, он начал ломать парню руку, и тот дико заорал.

– Прекратите, Руслан, что вы, в самом деле? – возмутилась Фрезия, пытаясь отцепить Мрачного от несчастного, который от боли весь скукожился. – И отпустите, пожалуйста, этого молодого человека.

– Отпущу, – буркнул хмуро Руслан, и отпустил парня. – Только если уберется отсюда побыстрее, и заберет своего дружка!

– Спасибо, красотка, – промямлил парень и, подойдя к упавшему, поднял его и они поддерживая друг друга быстро направились прочь.

Стоящие вокруг зеваки начали расходиться, видя эту потасовку и не желая так же попасть под руку этому угрожающему молодому человеку в темном пальто и широкополой шляпе, вид которого вызывал мысли об опасности. Свое неказистое простое одеяние Руслан оставил в укромном уголке, спрятав неподалеку от лавки жестянщика.

Раздался шум колес проезжающей неподалеку кареты, и Фрезия заинтересованная, невольно отошла чуть в сторону, желая рассмотреть экипаж чуть лучше. И невольно встала в небольшой сугроб. Тут же увидев это, она отвернулась от скрывшейся за поворотом кареты и обратилась к фенеку:

– Лис, пора и правда идти.

Тот понятливо кивнул, отряхивая свою шерстку от белых снежинок-бабочек, которые нечаянно упали на него. Фрезия быстро подхватила кольца, лежащие на земле и забрала остальные у Руслана. Щелкнув пальцами, она с помощью магии уменьшила кольца в десять раз и они спокойно влезли в ее маленькую сумочку, висевшую у нее на поясе. Собранные царьки и шапочку Лиса она также убрала в сумочку.

– Мы готовы, – кивнула она.

Щелкну

– Фрезия, какого лешего вы здесь делаете? Да еще в таком виде? – не удержался он от вопроса, приближаясь к ней и вновь оглядывая ее непристойный наряд.

– Зарабатываю на деревце, – улыбнулась она. – Я же сказала, что смогу.

– Я думал, вы шутите, – буркнул он, стаскивая со своих плеч пальто и надевая на Фрезию, укрыв тем самым ее ноги от посторонних глаз, а ее от холода.

– А как же вы? – удивилась она.

– Не замерзну, тут пара кварталов, к тому же потеплело, – улыбнулся он ей.

– Благодарю, – ласково сказала она, запахивая его пальто на груди, оно было ей почти до пола.

– Вы уж точно нигде не пропадете, – хмыкнул он.

– Вы забыли, Руслан? У меня уличное прошлое, – улыбнулась кокетливо она.

Нет, она явно не была похожа на девицу с улицы, подумал Мрачный. А скорее производила впечатление милого и нежного создания, которое надо было оберегать и лелеять. Наверное, все же крёстный подобрал Фри до того, как улица успела ее развратить и испортить.

– Помню. Чувствую, что если бы не дядюшка Леонид, вы бы точно обитали сейчас в какой-нибудь банде вот с такими проходимцами как эти два головореза.

– Ну, что вы, я умею выбирать окружение.

– Надеюсь на то, – кивнул он, улыбнувшись ей.

– Мы можем пройти через лавку молочника? Мне надо рассчитаться с ним за утренние сливки.

– Вы взяли в долг?

– Пришлось. Мне немного не хватило денег, что вы дали вчера, – каким то извиняющимся голосом сказала она.

– Конечно, я отдам, Фрезия, не беспокойтесь, – кивнул он и подставил ей локоть. – Сегодня благодаря нашему Лису я заработал первое свое жалование.

Они направились в противоположную сторону от дома, где через квартал располагалась лавка молочника.

– Как чудесно, – кивнула она. – Но у нас тоже есть серебро.

– Видел, – хмуро отозвался Мрачный, сверкая глазами на Фрезию, и недовольный тем, что она была вынуждена выступать на площади, чтобы заработать. Он перевел своей взор на Лиса, который скакал с другой стороны девушки и строго поинтересовался: – И как вы могли допустить, господин Лис, подобное безрассудство? На площади, чтобы она виляла этими своими…

Он замялся, подбирая слова, чтобы высказаться более прилично.

– И что ты так разнервничался, мой мальчик? – огрызнулся Лис. – Словно застал нас в публичном доме, а не на площади.

– В публичном доме? – опешил Руслан.

– Ты не знаешь что это такое? – ухмыльнулся ехидно Лис. – Еще скажи, что ни разу не посещал его.

– Нет, конечно, – возмутился молодой человек. – Эти вертепы запрещены царским указом от 2130 года, как и девицы неприличного поведения.

– Однако в соседнем квартале есть парочка, думал, ты знаешь.

– Знаю и что? – ощетинился Руслан на фенека. – Их тайно держат чернокнижники, и я много раз добивался от властей, чтобы их закрыли, потому что несчастные девицы там почти в рабстве.

– Да ты поборник справедливости и защитник заблудившихся по жизни девиц? – усмехнулся Лис в мохнатые усы.

– Нет. Я просто не выношу насилия над людьми, и неважно кто это животное или девица неприличного нрава. Мой отец тоже боролся с чернокнижниками. Оттого они и убили его.

После этого все замолчали, и некоторое время шагали по заснеженной улице, между многочисленными людьми. Когда они увидели лавку молочника, Руслан попросил:

– Фрезия, вы должны пообещать мне, что больше не будете делать подобных вещей. Я имею ввиду ваши представления на площади. Это просто возмутительно. Так приличные барышни себя не ведут.

– А знаете, если вы считаете, что это занятие не достойно барышни, то я придумала кое-что другое.

– Даже боюсь предположить что это, наверняка такое же непотребное, – хмуро отозвался он.

– Вовсе нет. Что если я открою лавку сладостей?

– Лавку?

– Пирожки у меня отменные, булочки и пироги я стряпать умею, – начала с воодушевлением перечислять Фрезия. – Я даже торты могу сотворить, последний я пекла на именины господина Доброго. Он очень хватил меня. Можно снять небольшую комнатку на первом этаже, купить печь. Я бы смогла…

– И зачем вам это все? Для дерева? – перебил он ее неучтиво, таща ее за локоть по дороге. – Хорошо, Фрезия раз вы такая упертая я куплю вам это деревце, возьму еще в долг и куплю, вы довольны? – он заглянул ей в лицо.

– Нет. Не надо делать из-за меня долгов.

– Я все же куплю вам это злосчастное дерево. Только для того, чтобы вы больше не выставляли свои ноги на показ в этих жутких штанах, которые совершенно не оставляют простора для фантазии.

– Разве у меня страшное ноги?

– Наоборот слишком красивые, – как-то мрачно усмехнулся он. – Потому не следует демонстрировать их всем в городе в таком виде.

– О, благодарю, хоть что-то вам во мне нравится, – тихо кивнула она.

– Это не комплемент, Фрея, – поправился он. – Я говорю, как есть. И я не хочу, чтобы все говорили, что девушка, которая живет со мной под одной крышей, неприличная…

– То есть меня можно считать вашей девушкой? – спросила она с надеждой.

– Нет, – бросил он, поджав губы.

Именно в этот момент раздался громкий женский крик, откуда-то сбоку. Все трое невольно обернулись и увидели ту самую карету, которая чуть ранее проезжала площадь и привлекла внимание Фрезии.